Наруто. Отравленный цветок

      - Дело вовсе не в Саске, - возмутилась Карин, но понимала, что по сути Ханаками права.       - Тогда в чем? - поинтересовалась Ханаками и взяла пару маленьких змей на руки.       - От него сложно уйти, - сказала Карин.       - Ну вот подумай, как это выглядит со стороны, - мечтательно произнесла Ханаками. - У тебя возникла проблема в жизни, ты не знала, как с ней справиться. Оротимару-сама предложил тебе помощь в обмен на твои услуги. Он дал тебе место жительства, работу, ты жила за его счет, тренировалась за его счет, не бродила нищей по всей Стране Огня. Да, твоя работа у него была нестандартной, хотя синоби должны быть готовы ко всему и не должны бояться запачкать руки ради достижения цели. А ты в благодарность за все это предаешь Оротимару-сама и уходишь с этим Саске. Это выглядит как трусость. Ты испугалась за свою шкуру и поэтому примкнула к Саске. Потом Оротимару-сама возродился, месть Саске зашла в тупик и ты решила вернуться с своему прежнему господину и работодателю. Опять же, причем тут совесть? Это строгий расчет. И не думаю, что ты по-настоящему любила Саске. Скорее всего тебя зацепила его внешность, но ты ничего не знала про характер Саске, тебя не волновали его желания и мечты, только миловидное личико. А потом Саске пытался тебя убить и ты прозрела, что была для этого Саске только средством для победы над... как там звали синоби, с которым он сражался? Дандзо, кажется?       Карин молча кивнула и поникла. Одна змея заползла ей на ногу, но Карин не прогнала ее, углубившись в свои воспоминания.       - Может, ты и права, - прошептала Карин и нервно поправила свои очки. - Саске и меня не любил, и Сакуру не любит. И дочь свою он двенадцать лет не видел. Сакуре одиноко, Сараде одиноко, Саске много лет не появлялся в Конохе. Это не похоже на счастливую семью. Мне повезло, что я не стала женой Саске, - добавила Карин и заплакала.       - Ну что ты все время плачешь? - нетерпеливо спросила Карин Ханаками.       - Прости, - прошептала Карин, но слезы все лились из ее глаз.       - А у тебя нет какой-нибудь еды? - вдруг спросила Ханаками. - Мои запасы кончились. Я провела здесь больше времени, чем предполагала. А тут я ничего свежего не нашла, убежище заброшено слишком давно.       Карин достала сверток и протянула его Ханаками. Внутри обнаружился кусок жареного мяса.       - Вот спасибо, - улыбнулась Ханаками. - А ты хорошая, когда не ругаешь моего создателя, - добавила она, поедая мясо.       - Я рада, что смогла угодить тебе, Ханаками, - улыбнулась в ответ Карин, но ее улыбка была натянутой.       - Кстати, далеко отсюда до Конохи? - спросила Ханаками. - Сколько дней ты сюда добиралась?       - Ты не сможешь идти с такой же скоростью в твоем состоянии, - покачала головой Карин. - Ты больна, ходишь с трудом. Путь до Конохи займет пару недель.       - Это слишком долго, - нахмурилась Ханаками. - Как бы мы не опоздали в Коноху.       - Люди давно ропщут, - сказала Карин. - За две недели не случится ничего непредвиденного. Мы просто не сможем быстро идти, ты же это чувствуешь. А если ты будешь ломать себя, то твое здоровье подорвется окончательно и мы вообще никуда не уйдем.       Они молча посидели в тишине. Потом Ханаками легла на пол и свернулась калачиком. Змеи ползали вокруг нее, заползали на ее тело, Ханаками это забавляло.       - Скорее всего мое кимоно превратилось в лохмотья, - рассмеялась Ханаками. - Я тут уже все полы и стены им обтерла.       - Ты разрушила камни своей чакрой? - спросила Карин.       - Да, - кивнула Ханаками и кончик ее пальца засветился темно-зеленым.       Она приложила палец к камню на полу и камень потрескался, раскрошился. Помещение снова погрузилось во мрак. Змей чакра не задела.       - Опасно, - поежилась Карин. - А если прикоснуться к человеку, то он обратится в прах?       - Да, - кивнула Ханаками. - Эй, - возмутилась она, - моя чакра не опаснее огня или лавы.       - Прости, - извинилась Карин. - А по поводу кимоно, - Карин смутилась. - Я тебе новое принесла. Ну как же я не догадалась, - возмутилась она себе под нос. - Он выбрал твой размер, он должен был связываться с тобой. А я как-то внимания на это не обратила.       - Потом мне его отдашь, - сказала Ханаками. - Сейчас я его только испачкаю. Что? Боишься увидеть меня при свете дня, когда мы вылезем отсюда?       - Вроде того, - призналась Карин. - Я не готова к такому.       - Брось, - покачала головой Ханаками, перевернувшись на спину и развалившись на полу среди клубка змей. - Ну подумаешь, зеленые у меня глаза. Что тут такого страшного?       - Изменились только глаза? - усомнилась Карин и почувствовала себя в лаборатории, осматривающей очередного подопытного.       - Ты хочешь дать мне анкету? - рассмеялась Ханаками. - Мне нужно будет поставить галочку напротив всех признаков, которые у меня проявились? Ну тогда отметь себе, что у меня изменились глаза, голос, физическая сила, обоняние, слух, что я могу создавать хлыст из чакры для атаки и защиты. Вкус тоже изменился.       - Жареное мясо тебе не понравилось? - смутилась Карин.       - Я им не наелась, - ответила Ханаками. - Я постоянно голодна. Раньше такого не было.       - Вот как, - смутилась Карин. - Много лет твое тело пребывало на первом этапе развития, а теперь оно меняется дальше.       Карин смотрела в темноту. В то место, где находилась Ханаками.       - И когда ты хочешь вылезти отсюда? - спросила ее Карин. - Учитывая твое состояние...       - Прямо сейчас, - перебила Карин Ханаками. - Я тут уже все изучила. Нашла ту лабораторию, где была создана, представляешь? Ту самую, где я была задумана. Это моя святыня.       Карин поежилась.       - Ты чересчур фанатична, - сказала она тихо. - Не стоит так обожать Оротимару-сама. Сохраняй критичное восприятие реальности. Не позволяй ему манипулировать твоим сознанием и твоей волей.       - Ты опять за свое, Карин? - возмутилась Ханаками.       - Но я говорю правду, - возмутилась Карин. - Я предупреждаю тебя об опасности, а ты мне не веришь. Не будь такой упрямой.       Ханаками вздохнула и поднялась с пола, сначала встав на одно колено, а потом распрямившись. Карин и в темноте заметила, что Ханаками пошатывается и нетвердо стоит на ногах.       - Ты не можешь идти... - сказала было Карин, но замолчала, когда Ханаками коснулась ее плеча рукой.       - Просто приведи меня к Конохе, - сказала Ханаками и пошла к выходу из убежища.       - Упрямая... - повторила Карин, но тоже пошла к выходу. - Потом не жалуйся...       - Я и не собираюсь, - бросила ей Ханаками, оглянувшись на собеседницу. - Я осознаю, что это мой выбор и моя ответственность. Я не буду никому ни на что жаловаться. Никогда.       Выход был совсем близко. Когда Ханаками протиснулась через него, на нее налетел свежий холодный ветер, принесший с собой запах хвои. Она увидела небо и яркое солнце, прищурилась и невольно зашипела. Карин вылезла следом за Ханаками, посмотрела на нее и невольно вскрикнула. Ханаками выглядела ужасно в растрепанном порванном кимоно, с сумкой за плечами, худая, бледная и голодная. К удивлению Карин, глаза Ханаками начали меняться обратно на человеческие.       - Что? - спросила Карин Ханаками.       - Твои глаза стали обычными, - сказала Карин. - Ты ничего не чувствуешь?       - Глаза болят от света, - призналась Ханаками и поправила сумку на плечах.       - Давай я ее понесу, - примирительно предложила Карин и протянула ладонь.       - Она легкая, - отказалась Ханаками. - Я не настолько ослабела, чтобы не донести ее.       Карин оправилась от шока и повнимательнее рассмотрела Ханаками. Не считая ее болезненной худобы, Ханаками выглядела красивой. Длинные каштановые волосы были спутанными, но сама прическа была хорошей. Истрепанное кимоно в цветочек тоже сохраняло остатки былой красоты. Косметики на лице Ханаками не было, ее черты лица были тонкими, немного огрубевшими из-за преобразований тела и лишений.       - Ты не можешь предстать перед седьмым хокаге в таком виде, - вынесла Карин свой вердикт. - У тебя на лице написано, что ты жертва экспериментов. Тебя нужно привести в порядок.       - Не жертва, а плод, - поправила Карин Ханаками. - Плод экспериментов.       - Тебе смешно? Мне не очень, - возмутилась Карин. - Это не игра, дело серьезное.       Раздался рев. Из-за поворота выскочила огромная тень и накинулась на Ханаками. Та не успела увернуться и тень пронзила ее тело своей лапой. Тенью оказался один из одичавших подопытных. Пролилась кровь. Рев стал громче. Кровь Ханаками потекла по лапе одичавшего, обращая его тело в прах. Карин остолбенело смотрела на то как Ханаками яростно ударом руки развалила истлевшее тело противника. На то как кровь забурлила в ране Ханаками и рана начала затягиваться. Горы погрузились в тишину.       - Серьезное дело? - издевательски прохрипела Ханаками. - Надо же, как я сразу не догадалась.       Ханаками посмотрела на свое кимоно, в центре которого красовалась дыра. Попыталась встать с земли, но не смогла. Карин подбежала к ней.       - Нужно было переждать в убежище, - засуетилась Карин. - Я же предупреждала, что ты больна и не можешь идти к Конохе.       - У тебя есть еще то лекарство? - вдруг спросила Ханаками.       - Его нельзя пить постоянно, - отозвалась Карин, но, поколебавшись, дала Ханаками один флакон.       Та его жадно выпила.       - Вкуснее молока матери, - пробормотала Ханаками и облизнула губы.       - Слышала бы тебя сейчас твоя мама, - укорила Ханаками Карин, забирая пустой флакон. - Ей было бы стыдно и обидно за тебя.       - Моя мама умерла, Карин, - сказала Ханаками. - Ей уже все равно, что я делаю или говорю.