В постели с Дьяволом

Деньги на операцию поступают довольно быстро, и первая онлайн-встреча назначается на вечер субботы. Сокджин уходит головой в работу и бумажную волокиту, связанную с операцией отца, так что времени переживать о предстоящей встрече со спонсором у него нет. Приходя домой, он падает лицом на кровать и мгновенно засыпает от усталости. Но когда он просыпается в субботнее утро, то чувствует, как чертовски не готов на то, что дал уже своё согласие. Он думает о том, что мужчина, сидящий по ту стороны камеры, запишет его на видео и будет шантажировать. Боится, что его компрометирующие видео облетят всю страну, их увидят Тэхён и родители. Сокджин досадно кусает губы и мечтает, чтобы вечер никогда не наступал. Но время неумолимо бежит, и на его телефон приходит оповещение о том, чтобы он был готов к 20:00. Сокджин плетётся в душ, а внутри него разливается мерзкое чувство стыда и страха. Когда он давал своё согласие, ему не казалось это столь сложным. Сокджин подставляет лицо тёплым струям воды и тяжело вздыхает. — Соберись! Это ведь всё ради отца, цель оправдывает средства, — говорит Сокджин сам себе, стараясь успокоиться. Но всем своим нутром он готов кричать от отчаяния и плакать, как маленький, нуждаясь в защите и чьей-либо помощи. Но так уж вышло, что у него есть люди, которые сами нуждаются в его защите, но, увы, не способны защитить в ответ, как бы не желали этого. Сокджину совсем не хочется наряжаться, поэтому он надевает классические брюки и рубашку в бело-розовую полоску, а волосы оставляет в легком беспорядке. Увлажняет губы ароматным бальзамом и долго ищет место, куда поставить ноутбук. Он останавливает свой выбор на низком журнальном столике, а сам устраивается на диван, стоящий напротив. Ему приходится слегка горбатиться, чтобы доставать до мышки, но его мало заботит сексуальность его позы. Когда часы показывают ровно восемь вечера, то Сокджину на скайп приходит входящий видеовызов. Какой пунктуальный, думает он и нажимает на кнопку «принять». — Я надеялся увидеть тебя в домашней одежде, а не в классической, — первое, что говорит мужчина по ту сторону экрана. Сокджин может видеть лишь черный экран, но слышит приятный низкий голос явно не пожилого мужчины. — Ну ладно, и так сойдёт. — Эмм... Здравствуйте? — Сокджин не имеет понятия, что должен ответить, поэтому решает поздороваться. — Привет, — в голосе мужчины слышна улыбка. — Я просто всегда вижу тебя в строгих костюмах на телевидении, надеялся на что-то особенное. — Мне сходить и переодеться? — Сокджин мысленно бьет себя по голове, не понимая свой внезапный порыв. Но этому голосу почему-то хочется угодить. — Нет, нет, у нас не так много времени, — хмыкает мужчина. — Меня зовут Ким Намджун. — Ким Сокджин. — Я знаю, — смеётся Намджун, заставляя Сокджина почувствовать себя глупо. Это было и дураку понятно, что спонсор уже знает его имя, а может даже что-то больше. — Ваш голос совсем не старый, — первое, что приходит в голову Сокджину. — Ох, а ты ожидал, что твоим спонсором окажется мужчина за пятьдесят? Прости, если разочаровал, — Намджун явно издевается и веселится, наблюдая за растерянной реакцией собеседника. — Я... я рад, что Вам не за пятьдесят, — Сокджин чувствует, как горит одновременно от волнения и стыда. — А сколько Вам? — Двадцать шесть, — спустя некоторое время отвечает Намджун. — Вы должно быть шутите, — не верит Сокджин. — Нет, я не из тех, кто любит пошутить. — Вам правда двадцать шесть? Я Вас старше на целых два года. — Я знаю, — опять эта издевка в голосе. — И что из этого? Я должен называть тебя «хён»? — Нет, нет, просто констатирую факт, — неловко чешет затылок Сокджин, смотря на чёрный экран ноутбука и видя своё отражение. — Что ж, Сокджин, ты знаешь, за что обычно платят спонсоры на таких встречах? — спрашивает Намджун, заставляя старшего нервно сглотнуть. — Д-да... — Я твой первый спонсор? — Да... — Что ж, это приятно... Тогда мог бы ты раздеться для меня? — Р-раздеться? — Сокджин непроизвольно складывает руки на груди, прикрываясь. — Да, я хочу увидеть то, за что заплатил. — Я никогда не делал этого раньше, — Сокджин издаёт нервный смешок. — Надеюсь, Вы не будете это записывать. — Расслабься, мне это не нужно, у меня слишком много денег, чтобы так заморачиваться, — спокойным тоном отвечает спонсор. — Охотно верю Вам, — Сокджин забирается на диван с ногами, снимая тапочки и оставаясь в белых носках. — Вам хорошо меня видно? — Да... продолжай, мой хороший. «Мой хороший»... Это обращение мерзко режет слух Сокджина, но засовывает свою гордость куда подальше и принимается расстёгивать рубашку. Он знает, что ему нужно это делать, как можно сексуальнее, но тело его не слушает, поэтому он просто раздевается. — Проведи рукой по своей груди, — голос Намджуна стал гораздо ниже, когда старший остаётся без рубашки. Сокджин неловко ведёт рукой по своей груди, не чувствуя от этого жеста абсолютно ничего. Его рука потная из-за волнения, а грудь тяжело вздымается. — Ты такой горячий, хотя даже не стараешься, — Намджун по ту сторону экрана начинает тяжело дышать. Сокджин думает о том, что спонсор прямо сейчас начал на него дрочить. Старшему мерзко от этих мыслей, но он намеревается довести всё до конца и поскорее закончить с этим. Он расстёгивает ремень своих брюк и кидает на экран вопросительный взгляд. — Скинь эту тряпку скорее, я хочу увидеть твои ноги, — Сокджин не сомневается — прямо сейчас Намджун занимается самоудовлетворением. Старшему непонятно, почему такой молодой и богатый парень не может найти для себя нормального партнёра. В итоге Сокджин приходит к мысли, что его спонсор, возможно, имеет физические отклонения либо психологические расстройства. Сокджин быстро избавляется от штанов, оставаясь в одних носках и серых боксерах. Ему очень не хочется полностью обнажаться перед собеседником, но низкий голос требует: — Снимай! Сокджин тяжело вздыхает, сгорая от стыда и унижения. Ему кажется, что его втаптывают в грязь лицом и перекрывают кислород. Но он знал, на что соглашался, поэтому смерено стягивает с себя белье. Его член даже не дёргается, когда вздохи на том конце становятся громче. Его не возбуждает мысль о том, что кто-то сейчас кончит от одного его голого вида. — Ты красивый, Ким Сокджин... ты чертовски красивый, — рвано говорит Намджун. Его вздохи заполняют комнату, а Сокджин не знает, что должен делать и как себя вести. Он неловко сидит на диване, желая заткнуть себе уши и не слышать эти вздохи, иногда переходящие в стоны. Сокджин понимает, что Намджун кончает, когда тот протяжно стонет, а затем пытается выровнять дыхание. — На сегодня хватит, — наконец-то подаёт голос Намджун. — Увидимся послезавтра в это же время. — В-ваша камера... опять будет выключена? — Сокджин чувствует дикую неловкость из-за того, что не видит собеседника, хотя с другой стороны даже рад этому. — Не беспокойся, ты увидишь меня, когда придёт время. — Но почему не сейчас? — Для безопасности... безопасности твоего сердца, я просто боюсь, что ты сразу влюбишься, — усмехается Намджун. — А говорили, что не любите шутить, — невольно улыбается Сокджин. — До следующего звонка, Сокджин, — голос опять становится серьёзным. — В следующий раз одним раздеванием ты не отделаешься. — До свидания, — Сокджин делает невозмутимое лицо, отключаясь. А затем бежит в ванную и его долго рвёт от отвращения к себе. Он слишком перенервничал, что повлияло на пищеварение. И когда всё содержимое желудка оказывается в унитазе, Сокджин давит в себе истошный крик отчаяния.

***

— Двести тысяч копий! — орёт Менсу, радостно прыгая перед Тэхёном. — Наверно, нам выплатят зарплату. Тэхён тоже рад тому, что у их предстоящего альбома уже двести тысяч предзаказов. Но это действительно странно для их группы, потому что это далеко не их уровень. — Всё благодаря нашему Тэхёну, — говорит менеджер, и его глаза тут же округляются от испуга. — Ой... — Что значит, всё благодаря мне? — хмурится Тэхён, не совсем понимая менеджера. — Больше половины копий заказал твой фанат, — осторожно отвечает менеджер, а Менсу и остальные участники группы опускают головы. — Как это? Больше половины копий нашего предстоящего альбома заказал один человек? Что за бред? — Не бред, — подаёт голос Донук. — Твой фанат не иначе, как святой. — Но как вы узнали, что он именно мой фанат? — Он сделал предзаказ и написал «больше экранного времени для Тэхёна», — отвечает менеджер. — Он больной? — Тэхён кидает взгляд на Менсу, затем на Донука, но те лишь пожимают плечами. Остальные два участника группы вообще ничего не сказали за весь разговор. — И все знали об этом? Кроме меня? — Мы узнали только сейчас, — говорит Менсу. — Тэхён, что за реакция? Ты должен радоваться, что у тебя есть такой фанат. — А вас это никак не смущает? Я же говорил, что мне приходят странные письма. Я почти уверен, что это один и тот же человек! — Тэхён чувствует непонятный страх внизу живота. — Ты себя накручиваешь. Твой фанат просто слишком тебя любит, — пытается успокоить подсечного менеджер. — Да и что в его письмах такого? — Что такого?! — повышает голос Тэхён. — Да он мне чёрным по белому пишет, что я ему принадлежу! Если бы вам приходили такие письма, то вы бы тоже испугались! — Тэхён, успокойся. Если он ещё раз тебе напишет нечто подобное, мы обязательно примем меры. А сейчас идём работать, хватит отдыхать, — менеджер встаёт со стула и подгоняет ребят к выходу. — Я это уже слышал, — прикусывает нижнюю губу Тэхён и понуро плетётся следом. Мысль об одержимом фанате не отпускает его до конца дня.