Энциклопедия разврата

От лица Майкла Почему-то мне всегда нравились больницы. Это, наверняка, покажется вам странным. Многие ассоциируют такие места с болью, страхом и тревогой. Впрочем, с этим довольно-таки укоренившимся стереотипом я вовсе не согласен, и так было всегда. Когда мне было восемь, мой друг детства Филипп Честер решил, что будет прикольно, если он попадет палкой между колёсных спиц моего велосипеда, когда я буду проезжать мимо. Моё падение было настолько эпичным, что у восьмидесятилетнего мистера Лоуренса, постригавшего в этот момент куст бузины, случился сердечный приступ. Бедолага протянул ноги, пока я смотрел на то, как моя рука согнулась на две части между локтем и запястьем. Филипп, шмыгая сопливым носом, громко ржал, а Мистер Лоуренс лежал на спине с открытыми и опустевшими глазами. В тот день меня впервые посетил Ангел Смерти. Тогда приехали две машины скорой помощи, одна за мной, вторая за телом мёртвого старика. Жнец стоял в чёрном одеянии у каталки с Мистером Лоуренсом, когда почувствовал, что я его вижу. Тёмный ангел повернул ко мне голову и холодно усмехнулся, а затем подошел и коснулся моей сломанной руки. Мне не было больно, и даже страха я не испытывал. К слову, ангел смерти вообще не похож на то, каким его себе представляют обычные люди. На вид ему было не больше сорока, он не выглядел пугающе и при нём не было косы из глупых детских сказок. Пока я лежал в больнице со сломанной рукой, я видел его не один раз. Ангел приходил, когда кто-то умирал, и каждый раз обязательно наведывался ко мне в палату, чтобы рассказать историю человека, за душой которого приходил. После выписки я всё рассказал своей матери, и она поведала мне правду. Наша семья несколько столетий служила Сатане, наместнику самой Тьмы и повелителю Ада. Меня ни капли не напугала эта правда, скорее многое объяснила. Мы никогда не ходили в церковь по воскресеньям и не праздновали Рождество. Мою семью не интересовало чужое мнение и глупая благотворительность. Мой отец ставил свои интересы выше моральных устоев и принципов. Он шел к цели и всегда достигал её. Да, возможно многих пугает то, что в мире есть люди, которые живут бок о бок с самой Тьмой. Мне, честно говоря, всегда было насрать на таких. Грубо? Согласен, но по крайней мере не фальшиво. Обычные люди даже не уверены в существовании Бога, но при этом боятся Дьявола. Мне же верить не нужно, я не слеп, как многие, потому что знаю правду. Сатана не отец зла, и ненависти ко всему человечеству у него совсем нет. Он скорее понимает их непросвещённость в вопросах смысла жизни и мироздания. Дьявол всегда был покровителем тех, кто ищет истину, а не стремится к Раю. Будь ты хоть самым святым человеком на земле, это не поможет тебе осознать весь вкус жизни и докопаться до правды. Настоящая любовь не может существовать без страсти и похоти, так же как и месть без жажды справедливости. Для таких, как я, в этом мире главное — семья. Твои родители, будущее потомство и знания, которые ты хранишь от любопытства непросвещенных. Моя мама никогда не учила меня тому, чтобы помогать чужим. Она всегда говорила: «Держись своих, а не слепых…» Когда меня отправили учиться в Уайт Хилл, я уже знал, что со мной будут Нильсен и Борегард. Александр во многом похож на меня, за исключением необузданного интереса к непросвещённым. Мой шведский бро никогда не мог устоять перед желанием познать их глупость при любом удачном обстоятельстве. Алекс — наблюдатель, и иногда меня этим сильно раздражает. Джереми же всегда был странным, его словно тянуло из стороны в сторону. Однажды я спросил его: «Зачем ты дружишь с Сэмом, мы ведь должны держаться вместе?» И он, не задумываясь, ответил: «Кто сказал, что я не с вами? Просто мне нравится наслаждаться всеми прелестями жизни непросвещенных». Наблюдатель, экспериментатор и похуист — так нас прозвал отец Нильсена, когда мы прибыли в Швецию на первые рождественские каникулы. Время шло и беспощадно приближалось к главному событию в моей жизни. Мне нужно было найти пару, чтобы скрепить союз с Сатаной. К тому моменту я уже два года состоял в отношениях с жгучей львицей по имени Адель Моринг. Казалось, что она была идеальной кандидаткой на звание будущей Миссис Тёрнер, но… Но мне чего-то не хватало. Мой отец женился на настоящей ведьме, и с выбором у него совсем не было проблем. Он с самого первого знакомства знал, что она будет принадлежать ему. Адель всегда была страстной и сумасбродной, я никогда не знал, что она может выкинуть через минуту, но для меня она не стала той девушкой, с которой мне хотелось провести вечность. В какой-то момент мне просто пришлось броситься на поиски. О, да, простите, я изменял Моринг и не раз. Всегда должен быть запасной план, так говорит Нильсен… Который очень удачно вспомнил, как его отец выбрал себе невесту. Так мы и создали наш маленький клуб по пошлым интересам. Первых кандидаток мы выбрали не задумываясь. И это стало нашей самой главной ошибкой. Моей первой партнёршей стала Фиби Адамс — высокая шатенка из параллельного класса. Хорошенькая, милая и довольно неглупая. В ней был какой-то внутренний шарм, до тех пор, пока она не включала зануду. Её терпение лопнуло в один из дней, когда мы вшестером решили в очередной раз сыграть в «Колесо желаний», где ведущим был Борегард. Психика Фиби не выдержала, и она решила прекратить игру на самом интересном месте. Ей не понравилось ни место, ни, собственно, тот факт, что за нами наблюдала Элизабет Липман, пока её трахал Джер. Больше Адамс не посещала наш клуб и заблокировала мой номер. Меня этот факт просто вывернул наизнанку. Фиби отказалась не от клуба, а от меня, и это довольно сильно задело моё самолюбие. И тогда я предложил Джереми позаимствовать его партнершу на один раз, он конечно отказал, а вот милая Лизи согласилась, но вот Борегард не знал. Уводить девушку у друга не было в моих планах, и после одного быстрого траха я вернулся к поискам. Даже засмотрелся тогда на Мэрилин Лэш, но довольно быстро передумал. Её отрешенность от внешнего мира и полная незаинтересованность в мужском поле немного напрягала. Кто же знал, что она втрескалась в Джера настолько, что не замечала никого вокруг. Она словно принадлежала ему с момента, когда впервые его увидела. Спустя какое-то время я обратил внимание на Агату Харрис. Знаю, что было странным обращать внимание на лучших подруг своей девушки, но в этом есть что-то… Что как пламя облизывает тебя изнутри. Возможно, у меня совершенно отсутствует инстинкт самосохранения, даже не поспорю с этим фактом. Дальше поцелуя у нас с Харрис не зашло, Адель будто чувствовала, что я решил предать её самым извращенным способом. Пощечина, истерика, конец отношений. Всё прошло именно в таком порядке. Но мне было похуй, я уже ничего к ней не чувствовал. Всё будто стерлось, оставляя размытые воспоминания и ничего больше. Через неделю после тех событий я решил попросить у Борегарда ключи от его тайного местечка, благодаря которому он зарабатывал в Уайт Хилл. Вы, наверное, не знаете, но у Джереми есть старший брат, что для наших семей довольно большая редкость. Обычно, рождается только один наследник мужского пола. Старший брат Джера должен был пройти обряд два года тому назад, но не дал согласия, тем самым не оставив младшему выбора, а также испортил положение своей семьи среди Чёрной аристократии. Дела Борегардов сразу же покатились по наклонной, Сатана был крайне ими недоволен. Поэтому Джереми был вынужден выкручиваться, решая свои даже самые маленькие финансовые проблемы. Так он и придумал брать плату с похотливых вуайеристов, чтобы те вдоволь подрочили на девчонок, пока те, ни о чём не догадываясь, принимали душ. В тот день я решил причислить себя к списку школьных дрочеров и, отдав Джеру десять фунтов, взял ключи и зашёл в темный коридор с заплесневевшими стенами. Посмотрев в заветное маленькое отверстие, которое и было тайным окном в женскую душевую, у меня остановилось сердце. Милая, маленькая, трепетная Сара О`Нил, сидя на мокром полотенце, что лежало на полу, удовлетворяла свою похоть пальцами, снимая прекрасное действо на фронтальную камеру смартфона. Тогда, предварительно охренев от увиденного, я понял, что это она. Мне не нужно было искать. Святоша из Сассекса была моей судьбой. Она сочетала в себе две противоположности — душевную чистоту и тайну похоти. Лежа на кровати с закрытыми глазами в больничном крыле Уайт Хилл, с мысленной усмешкой вспоминаю тот день, когда впервые кончил из-за Сары О`Нил. Забавно, что она, притаившись, сейчас стоит в темноте, думая, что я сплю. Малышка не могла сюда не прийтий после того, как мне разбил колено поехавший азиат. Сэм Макото меня всегда бесил, но я и подумать не мог, что местный пай-мальчик на такое способен. Сара стоит неподвижно, но я могу поклясться, что слышу, как тарабанит её сердце о грудную клетку. Моя маленькая девочка боится подойти ко мне. Она наверняка дрожит, как в тот день, когда я решил зажать её в зимней оранжерее. — Майкл, что ты делаешь? — всхлипнула она, стараясь сжаться в клубок, пока я, нависая над миниатюрным тельцем, сжимал её талию руками. — Хочу узнать, какая ты на вкус, — склонив голову, мои губы коснулись кожи в ямочке под её ключицей. Она была сладкой, я чётко ощущал это под своим языком. Сара дрожала, но вовсе не думала вырываться. Её шея покрылась мурашками. Мне хватило только одного прикосновения, чтобы окончательно потерять голову. — Я знаю, что ты там стоишь, — произношу хриплым голосом и открываю глаза. Девушка громко выдыхает, делая шаг к моей больничной койке. — Почему Сэм напал на тебя? — ох, уж этот тон О`Нил, она произносит свои слова так, словно это я виноват в том, что у Макото поехала крыша. Конечно, во всём всегда виноват Майкл Тёрнер. — Не знаю, может у него кончились транквилизаторы, — отвечая, усмехаюсь. — Может ты приставал к Лайе? — Моя малышка ревнует, у меня нет никаких сомнений. Однако, мне стоит продолжить игру, пока она окончательно не сломается. — Я не сделал ничего такого, что бы ей не понравилось, — поворачиваю голову и вижу её глаза, ещё секунда, и она готова залить пол в помещении горючими слезами. — Какой же ты козёл! — злобно выпаливает милое создание, сжимая пальчики в маленькие кулачки. — Малышка, ты же трахнула меня, а затем решила бросить. Так к чему этот приступ ревности? — я хочу намеренно её разозлить, чтобы она наконец-то выплеснула все свои эмоции и перестала бороться с собой. — Я не ревную, — она врёт, надувая при этом свои прекрасные мягкие губки. — Маленькая моя, ты ведь не умеешь лгать, — издаю лёгкий смешок и протягиваю к ней руку, но её задетая гордость спешит увести свою хозяйку прочь. Сара разворачивается и уходит, перебирая своими стройными ножками. Такая забавная, даже Дьяволу бы понравилась. Она не сразу согласилась прийти в клуб. Долго думала, переживала, но явно мечтала испытать что-то настолько порочное, чтобы понять себя. Мы двигались постепенно, я не хотел её торопить и отпугнуть. Когда моя маленькая девочка согласилась, жизнь подкинула мне неприятный сюрприз. Липман, возможно приревновав меня, рассказала о нас Джереми. Скандал был просто феерический. Борегард, послав меня на хуй, покинул клуб. Нильсену это не понравилось, мы должны были держаться вместе, но всё пошло коту под яйца.

***

Просыпаюсь в 3:15 ночи, чувствуя тяжелый демонический взгляд. Открываю глаза и вижу Люцифера. Он сидит возле меня на стуле, закинув ногу на ногу. В пальцах его правой руки сигара. Протираю лицо руками, чтобы отогнать остатки сна. — Решили навестить подопечного? — сонным голосом интересуюсь, пока мужчина делает очередную затяжку. — Привел сюда Агату, она случайно поранилась в моём кабинете, — демон улыбается столь дьявольской улыбкой, от чего мне кажется, что в его словах есть какой-то скрытый смысл. Однако, на причины, по которым Харрис оказалась в медблоке, мне абсолютно похуй. — Как вы так быстро оказались в спортзале? — меня интересует лишь сам Люцифер и его тайный план на мой счёт. — Видишь ли, у вас мало времени, и я решил ускорить процесс, — усмехается мужчина, и до меня, блять, доходит. Макото не сам принял такое безрассудное решение. Конечно, как же я сразу не догадался. — Хреновый план, учитывая то, что ваш подопечный как минимум месяц будет ковылять с гипсом по школе! — Ну-ну… Любимчик моего отца не должен так глупо злиться. Я принёс тебе зелье, оно поможет тебе встать на ноги меньше, чем за неделю, — демон достает из кармана небольшой пузырёк с голубой жидкостью и протягивает мне. — Мне не нравится, что вы во мне не уверены, я и сам бы мог решить свою проблему, — произношу сквозь зубы, принимая дар от сына Дьявола. Не люблю, когда демоны действуют в обход моим желаниям, тем более Люцифер, от которого не стоит ожидать гуманных методов. — Тёрнер, если бы мне было с кем поспорить, то в отличие от своего отца, я бы сделал ставку на Борегарда, — вставая со стула, заявляет демон, при этом небрежно туша сигару о подоконник. Да и похуй, меня никак не задевают его слова. Ещё посмотрим, кто первый вступит в сделку. Я в себе уверен, в отличие от вечно экспериментирующего Джера.

***

Блядское утро встречает меня солнечным светом, которое нагло пробивается сквозь полотна плотных штор. Потягиваюсь в постели, а затем переворачиваюсь на другой бок. Сегодня воскресенье, и я привык, что в этот день вдоволь отсыпаюсь за всю бурную неделю. Однако, помимо солнца меня начинает раздражать один звук. Кто-то в комнате очень громко сопит, но не во сне, а, кажется, от злости. Открываю глаза и вижу, как у кровати со спящей Агатой Харрис сидит Мэрилин. Она буравит меня недовольным взглядом, даже смешно, какой злющей может быть занудная подружка Джереми. — Ну, давай, я же слышу, как ты про себя кроешь меня благим матом, — говорю с язвительной усмешкой. Она топает ножкой и встаёт, а затем быстро направляется ко мне. Сколько же в ней эмоций. Даже не узнаю старую Лэш, отношения с Борегардом ей явно пошли на пользу. — Тёрнер, я пока тут час сидела, два раза видела, как в палату заглядывала Лайя. Козлина ты! — рычит девушка, громко плюхаясь на стул пятой точкой. Её сумасбродный поток слов меня дико забавляет. Мэрилин точно не пытается сгладить повествование, однако и не пытается сделать свой эмоциональный выпад более эффектным. — Она мне не интересна, — закатываю глаза, услышав имя Бёрнелл. — Тогда какого хрена ты ничего не делаешь, чтобы вернуть Сару? Я, конечно, понимаю, что у тебя мудацкий характер, но ты же её любишь, хоть и взял свои слова обратно, — Хм. И когда она успела так подружиться с моей малышкой, раз знает такие подробности. Я смотрю на разъяренную Мэрилин и замечаю кольцо Борегарда на безымянном пальце левой руки. Охренеть! И когда он умудрился сделать ей предложение? Хм. Интересно, он ей всё уже рассказал? — Насколько много ты знаешь, Лэш? — с притворной усмешкой задаю её вопрос. — Всё. И про тёмное венчание, и про ваш идиотский клуб… — на выдохе отвечает девушка, а я удивленно вскидываю брови от удивления. — Джереми мне всё рассказал, — добавляет она, наклоняя голову вбок. — Неужели всё было так легко? — интересуюсь, пытаясь осознать, как это произошло, и как она вообще согласилась на венчание. Прошло мало времени, очень мало для принятия такого решения непросвещённым человеком. — Нет, не совсем. Но мы поговорили, и не раз, и поняли друг друга. Ты же любишь Сару, почему не можешь просто всё объяснить? Она ведь тебя тоже любит… — Мэрилин, не всё так просто. Я сглупил, забрав свои слова назад. И в клуб тоже не стоило её звать. У Сары чистая душа, и она может не пережить обряд, если ты не в курсе… Я столько раз думал о том, что она может умереть из-за меня… и это чертовски мучило мой разум. Мама учила меня быть эгоистом, но я забыл об этом правиле, когда осознал, что моя малышка может погибнуть. Обряд был придуман много веков назад, когда девушки хранили девственность вплоть до брака. Сейчас же, если ты решил выбрать себе невесту с чистой душой, то тебе придётся молиться Дьяволу, чтобы она была невинна. Много раз я думал о том, что стоит отпустить Сару. Не рисковать, а просто найти кого-то ещё. Но это попросту невозможно. Закрывая глаза, я представлял себе её бархатную кожу, пухлые губки и нежные очертания лица. Такую картину не стереть из памяти, она выезжена в душе. Когда она рядом, мозг переходит в спящий режим, и я чувствую себя другим человеком. Более живым и абсолютно счастливым. — Джереми дал мне книгу про обряд, и в ней сказано, что можно провести одно из темных таинств, чтобы создать некий оберег. Он поможет защитить Сару от тьмы… — внезапно из паутины мыслей меня вырывает голос Лэш. Я не сразу осознаю то, что она мне сейчас сказала. Мысли вертятся вокруг головы, пытаясь выстроиться в логическую цепочку. Внутри загорается непонятное чувство, от которого исходит лёгкое тепло. Неужели наша зануда нашла выход из ситуации? — Что нужно сделать? — вопрос сам просится наружу. — Всё просто! Чёрный круг, заклинание и пять свидетелей. Но нужен другой оберег, с которого можно скопировать магический отпечаток. Сара должна прочесть заклинание на латыни, держа оба предмета в руках, — Мэрилин переводит дыхание и продолжает: «Насколько я понимаю, если всё, что в написано в книге — правда, значит и оберег должен помочь…» — Окей. Звучит легко, но как заставить Сару поучаствовать в нашем «таинстве»? — жестами указательных и средних пальцев изображаю кавычки на последнем слове. — Правда или действие, — девушка подмигивает мне так, словно это она любимица Сатаны, а не я. Сложно, но в принципе, если напиться до беспамятства, можно и такое провернуть. — Борегард вообще в курсе, что ты шушукаешься с Тёрнером? — сонный скрипучий голос звучит со стороны койки Харрис. Поворачиваю голову и вижу помятую девушку. Она словно вчера ударилась головой, а не поранилась. — Агата, как ты? — Лэш бросается к подруге, спотыкаясь на ходу, забывая о том, что мы сейчас говорили о Саре, и том, как ей помочь. — Не кричи так, пожалуйста… — хрипит девушка, накрывая лоб ладонью. — Как я тут оказалась? — она крутит головой, пытаясь прийти в себя. Похоже Харрис вчера сначала добралась до винишка, а уже потом поранилась. — Мистер Люцифер сказал, что ты сильно порезала руку, — Мэрилин осторожно осматривает подругу, присаживаясь на край кровати. У неё довольно виноватый вид. Я не Шерлок Холмс, но и мне понятно, что Лэш изрядно накосячила. Ну, или Агата решила, как обычно, сыграть в жертву. Никогда не понимал этих глупых девчонок. — Блин, голова раскалывается… — Харрис массирует пальцами виски и морщит лоб, правда через секунду меняется в лице, чтобы задать вопрос:» Алекс ещё не приходил?» — Вы помирились? — её подруга явно удивлена, что Агата интересуется Нильсеном, причем настолько, что эта эмоция застывает в её глазах не на одну секунду. — Мы не ругались вообще-то… — похоже всё-таки шатенка ударилась головой, ведь Алекс мне вчера ясно дал понять, что с Харрис всё кончено. Не пойму, почему она этого не помнит. Хотя, если её сюда привёл Люцифер, то есть вероятность того, что её амнезия вовсе не результат пореза на руке. — Увидишь Нильсена, скажи, чтобы зашел, — девушка взбалмошным тоном приказывает подруге, та же в свою очередь, не отойдя от шока, лишь кивает. Уверен, что сейчас в голове Лэш закрутились шестерёнки, которые запустили процесс поиска ответов на очевидные вопросы. Мне не стоит вмешиваться, и будет лучше, если Мэрилин тоже не будет ничего предпринимать, чтобы вернуть память Агате. Она хоть и выбрана Борегардом, но всё ещё не его жена. А играть в игры с Тьмой — плохая идея.

***

Прошло несколько часов после моего разговора с Мэрилин Лэш, и за это время я чуть не сошел с ума. Люцифер явно что-то сделал с Харрис, и теперь она кажется мне абсолютно безумной. Девушка постоянно говорит об Александре или поёт идиотские песенки, к слову, голос у неё просто ужасный. Хорошо, что она должна покинуть медицинский блок уже завтра, иначе мне пришлось бы искать варианты для того, чтобы избавиться от надоедливой соседки. К этой немаленькой проблеме добавилась ещё одна — Борегард игнорировал мои сообщения и не отвечал на звонки. Без него у меня уйдет немало времени, чтобы найти оберег. К Люциферу за таким не обратишься, ведь насколько я знаю, он не может даже прикасаться к таким предметам. Часы тянулись так долго, подталкивая мой разум к маленькой шалости, и очередной вопрос из уст Агаты про Алекса привел к тому, что я решил ему написать. Во-первых, мне срочно захотелось увидеть, как Харрис будет послана куда подальше, а во-вторых, Нильсен мог поговорить с Джером. Проходит минут двадцать и мой друг входит в помещение. Вид у него обычный, он собран и в прекрасном расположении духа. — Ну, как ты? Не думал, что у малыша Сэми съедет крыша… — подойдя к моей кровати, тихо молвит парень, явно затем, чтобы листающая журнал Агата не обратила на него внимание. — Это всё Люцифер… — прочистив горло, шепотом отвечаю, мне ни к чему лишнее внимание любопытной особы рядом. — Серьезно? — Нильсен хмурит брови и явно испытывает небольшое замешательство. — Да, он решил мне слегка посодействовать, — пожимаю плечами, не вдаваясь в подробности. — Ну и методы у него… — короткий комментарий Алекса звучит как сочувствие. — Ладно, пока ты здесь, поговори с Джером, он не отвечает. Мне нужна его помощь, — решаю сразу перейти к делу, чтобы не терять времени. — Хорошо, будет сделано, — Александр никогда не задает лишних вопросов, и сейчас я весьма благодарен ему за это. Учитывая мой шаткий план, так будет лучше. — Котенок, ты почему так долго? Я ждала тебя… — приторно милый голос всё же звучит из уст Агаты, чей тон вводит моего друга в лёгкий ступор. Вот, началось. Жалко нет попкорна! — Я пришел к Майклу… — недовольно хрипит Нильсен, закатывая глаза к потолку. — Странно, я думала ты по мне соскучился, — Агата невинно хлопает ресницами и дует губы, забавно, но такое с Алексом никогда не срабатывало. — Что? — из уст Александра слышится надменная усмешка, он обращает свой взор ко мне, мысленно интересуясь, что стало с Харрис. — Эм. Алекс, её сюда привел Люцифер… — улыбаясь дурацкой улыбкой, даю другу небольшую подсказку. Швед вскидывает бровью и на секунду о чём-то задумывается, а затем, не произнеся ни слова, встаёт и уходит из палаты. Он точно пойдёт к Люциферу, больше у него нет вариантов.

***

Прошло грёбаных три дня, наполненных мукой ожидания. Я был готов проклясть сам себя, и даже тот факт, что зелье хорошо помогало, мне трудно было справиться с тем, что всё это время мои глаза не видели Сару. Она больше не приходила. Моя маленькая девочка злилась, и это было понятно, но… Меня мучал эгоизм. Мысли разрывали на части, от того, что мир остановился. Моя беспомощность казалась настолько жалкой, что я был готов к тому, чтобы встать с постели и найти её. Джереми не отвечал на звонки и не появлялся. И единственным человеком, который верил в чудо, была Мэрилин. Блять, как я теперь понимаю Нильсена. Он всегда говорил, что в ней есть то, что нам с нашим извращенным сознанием трудно понять. Алекс наблюдал за ней и всегда мечтал подружиться. Однако, по какой-то непонятной причине оставлял своё желание тем, чему никогда не сбыться. Лэш звонила мне каждый день, говоря о том, что скоро всё пойдет по плану, нужно только подождать. Я не понимал её рвения, но возможно потому, что никогда не оказывался на её месте. Нельзя влезть в чужую голову и понять всех мотивов. Вполне вероятно, что Мэрилин было страшно входить в Тьму в одиночестве, и она понимала, что с Сарой ей будет проще принять будущее. Уже вечер, и часы приёмов давно закончились, и единственное, что мне оставалось, это уснуть пораньше, чтобы поскорее наступило завтра. Перевернувшись на левый бок, не успеваю закрыть глаза, ведь меня ждёт подарок. В дверях стоит Борегард. Он будто еще не решил, зайти или уйти, не обронив ни слова. — Уже думал, что ты не придешь… — подталкиваю парня к тому, чтобы он наконец-то принял своё решение, а не тратил попросту своё и моё время. — Мэрилин уговорила меня тебе помочь. Что тебе нужно? — делая шаг в помещение, неохотно интересуется Джер. — Я слышал, что твои предки создали для потомков специальные обереги, они защищают от Тьмы… — когда он подходит ближе, я начинаю издалека. — Допустим, зачем они тебе? — сразу к делу. Типичный представитель Чёрной аристократии, может с Мэрилин он более обходительный и вежливый, но только не с теми, кто действительно многое о нём знает. — Можно создать такой для Сары. Но мне нужен другой оберег, чтобы скопировать его магический отпечаток, — врать я не стал, глупо врать Борегарду. Шатен останавливается у окна и поворачивает ко мне голову. Несколько минут молчания проходят как во сне. Он ничего не говорит и не уходит, но меня это, в любом случае, напрягает. — Если бы ты попросил меня, я бы сделал то же самое для Мэрилин. Мы должны держаться вместе и помогать друг другу, — не выдержав, я пытаюсь надавить на слабые точки, одна из которых сейчас для него — Лэш. Джер наверняка понимает, что мог оказаться на моём месте, и какой проблемой это могло стать для него. — Это кольцо… Моё кольцо… — наконец-то он произносит, и я мысленно улыбаюсь, ведь Мэрилин мне не откажет, если я попрошу использовать эту вещицу. Первый шаг сделан, осталось дело за малым.

***

Вечер пятницы, я чуть не сдох от ожидания. Лэш, конечно, прекрасно справлялась с подготовкой к обряду, докладывая мне о каждом шаге, но внутри поселилась тревога. Мэрилин предложила Алексу, Джеру, Агате и Саре навестить и развлечь меня. Чёрт знает, как Лэш удалось вытрясти из О`Нил согласие, но я был неимоверно счастлив, однако, не долго. Страх того, что моя крошка может передумать, настиг меня мгновенно. Полный внутренний диссонанс стал моим верным спутником при свете дня и в тьме ночи. Раньше я никогда не испытывал подобного и не понимал, как в шаге от желаемого можно так переживать. Возьми и бери — в этом случае не сработает. И когда пришло время дружеской встречи, из меня будто вышла душа. Пусто, мне стало чертовски пусто, когда двери в палату отворились, и один за другим в неё стали входить ребята. Первым был Алекс, державший за руку Агату. Чьё эмоциональное состояние кажется мне ещё более неадекватным, чем пять дней назад. — Ты хорошо выглядишь! — заявляет мой друг, и я обращаю внимание, что он взял с собой сумку. Не нужно быть провидцем, чтобы понимать — Нильсен принёс целый запас спиртного. Похоже, что Мэрилин и его припахала, и он не смог ей отказать. — У меня есть маленький секрет, — усмехаясь, отвечаю, а затем беру костыли и при их помощи поднимаюсь на здоровую ногу с кровати. Харрис одобрительно кивает, мысленно подбадривая меня. Блять, что с ней сделал Люцифер, если она до тошноты на себя не похожа? Мне её поведение и раньше не нравилось, но Агата хотя бы была собой. За ними в комнате появляются Лэш и Борегард. У девушки такой вид, словно она собралась на выполнение миссии, от которой зависит судьба всего человечества. Джер выглядит настороженно. Могу поспорить, что участвовать в авантюре его заставила невеста, и как бы он не пытался её отговорить, всё было тщетно. — Сара… — неосознанно я произношу до боли любимое имя, когда в дверях появляется та самая. Сердце ударяет о рёбра с такой силой, что в ушах звучит треск от ломающейся кости. — Она не хотела приходить, но я её уговорила, — Мэрилин подмигивает мне, на что мои губы расплываются в лёгкой улыбке, в то время, как воздух застрял где-то в горле. Моя маленькая девочка, смущенно покраснев, входит в палату и запирает за собою дверь. — Тебе ведь можно алкоголь? — спрашивает Алекс, доставая из сумки бутылку виски. — Не бойся, не рассыплюсь, — отмахиваюсь рукой, чуть не выронив один из костылей. Ребята принимаются за дело, расставляя стулья подле моей койки. Через пару минут все рассаживаются по местам, Сара, естественно, предпочитает компанию Лэш мне. — Как Сэм? — незаметно для всех интересуюсь у Джереми. Он вздыхает, сжимая пальцы в кулаки. — Его могут исключить, если ты напишешь заявление, — отвечает Борегард, сглотнув слюну. Сразу понимаю его немую просьбу. — Я не буду, — в любом случае не стал бы, мне это ни к чему, и Макото всего лишь невинная пешка в руках коварного Люцифера, если кому-то и мстить, то только не Сэмюэлю. — Чем займемся? — интересуется Агата, в то время как Алекс разливает крепкое спиртное по одноразовым стаканчикам. — Может «правда или действие»? — будто невзначай предлагает Мэрилин, и я киваю, за мной повторяет Нильсен. Джер бросает на свою невесту такой взгляд, что мне сложно сдержаться, чтобы не рассмеяться во весь голос. — Я не буду играть! — нервно выпаливает О`Нил, явно предполагая, что всё закончится очередной пошлостью. — Брось, Сара, можно же поиграть в тематическую игру… Например, мистическую… — не было у правды или действия никогда никаких тематик, я во всяком случае не припомню такого, но Лэш — маленькая чертовка, и явно задумала, как убедить Святошу из Сассекса провернуть обряд, даже если та не была в курсе происходящего. Все, кроме Агаты и моей девочки, сделали вид, что это прекрасная идея. — Лэш, что-то ты сегодня очень активная, — Харрис вставляет свою совсем неуместную реплику, и Алекс слегка ударяет об её ногу коленкой. Шатенка непонимающе моргает, посмотрев на парня, и видит странный взгляд. — Брось, хорошая идея, — Нильсен намекает трёхнутой пассии, что она должна согласиться, и та сдается, пробормотав что-то непонятное себе под нос. — Тогда начинаем! — заявляет Мэрилин, а затем поднимает свою сумку с пола. — У меня как раз с собой книга со всякими мистическими практиками. Я готовлю доклад по истории, — она достает огромный талмуд, и мне хочется прокричать ей: «Браво!» Игра Мэрилин Лэш заслуживает Оскара, несмотря на то, что Сара до сих пор в недоумении от происходящего. Наверняка она думает, что мы все здесь чокнутые, не иначе. — Алекс, ты начинаешь! — понимая, что Сара не должна быть первой, я отпиваю глоток виски и назначаю друга, чтобы подготовить почву. — Агата, правда или действие? — Нильсен поворачивается к подруге, а она словно тает от его взгляда. Уму непостижимо! Как он вообще решил воспользоваться тем, что над её разумом поработал Люцифер, на Александра это совсем не похоже. — Правда, — мяукает шатенка. — Во сколько лет ты потеряла девственность? — как будто он не знает, мысленно закатываю глаза на идиотский вопрос. Нильсен прекрасно знает все подробности интимной жизни своей партнерши. — В шестнадцать, со своим милым соседом по имени Роджер, — кокетливо произносит Агата, и все притворно усмехаются её ответу. Только Сара краснеет от услышанного. — Хорошо, Майкл, правда или действие, — Харрис обращается ко мне, после того, как все поутихли. — Действие, что там есть у нас в книге? М… Мэрилин… — мы уже это обсуждали, и практически отрепетировали всё по телефону. Я должен был стать первопроходцем, чтобы остальные не боялись выбирать действие. — Вызови мертвеца… — пролистав немного книгу, предлагает Лэш, — Возьми зеркало, свечу и произнеси: «Tenebris venit. Tenebrae me ducere ad me…» Затем назови имя мертвого… И так три раза. — И кого мне вызвать? — Пусть это будет твой дедушка, — на секунду задумавшись, произносит Агата. — Где мы возьмем свечи? — хороший вопрос, и его испугано задает именно Сара. Для её тонкой впечатлительной натуры — наша игра не столь забавна, как может показаться. Алекс встает со стула и идёт к одному из шкафов, и уже через минуту возвращается со свечами в руках. В ответ на удивленный взгляд О`Нил, парень сходу отвечает: «Это Уайт Хилл, здесь постоянные проблемы с электричеством.» Кстати, он не лгал. Харрис достает небольшое зеркальце из кармана и протягивает его мне. Я зажигаю свечу в то время, как Джереми гасит в комнате свет. Атмосфера не для слабонервных детишек, и виной тому громкое напуганное дыхание Сары. Глядя в зеркало произношу: «Tenebris venit. Tenebrae me ducere ad me Thomas Turner. Tenebris venit. Tenebrae me ducere ad me Thomas Turner. Tenebris venit. Tenebrae me ducere ad me Thomas Turner.» К слову, мой дед жив и здоров, да и заклинание не полное, поэтому мне не о чем было беспокоиться. В напряжении были только Джереми, Агата и Сара. — Ну, что там? — дрожащим голосом интересуется Харрис. — Вижу старика, который пришел за тобой, — с усмешкой отвечаю, и девушка недовольно фыркает, пока Алекс начинает заливисто смеяться. — Джереми, правда или действие? — перевожу ход на Борегарда. — Правда. — Это ты в прошлом году напугал директора до усрачки? — тогда Мистер Эдмонтон чуть не поседел, обнаружив тайный кровавый символ в своём кабинете. Я просто не удержался, чтобы не раскрыть маленький секрет любимца Люцифера в присутствии его невесты. — Я. Правда или действие, малышка? — он невозмутимо отвечает и переводит ход на Лэш, которая пребывает в небольшом замешательстве. Интересно, о чём она сейчас думает. Насколько хорошо Мэрилин знает своего жениха, если новый факт ввёл её в ступор. — Правда, — она не уверена, что хочет продолжать игру, и это слышится в её голосе. — Кто в десятом классе на День Святого Валентина оставил на моей тумбочке валентинку со старой видеокассетой фильма «Константин»? — блять, какой же хитрец. Борегард умело переводит настроение игры в романтическое русло. Мэрилин краснеет, и это заметно даже при свете единственной свечи. — Я, — она поджимает губы и смущенно смотрит Джереми в глаза. Он целует её в висок, и все присутствующие улюлюкают голубкам. — Ой, как это мило… — шепчет Агата, и кладет голову на плечо Александра, но он никак не реагирует на нежный жест подруги. — Так, прекратите, мне дико стыдно. Правда или действие, Сара? — Лэш переводит ход на Сару, и моё сердце замирает, что же она выберет. — Правда, — чёрт, я так и знал, что она испугается и не будет выбирать действие. — Так и думала, что наша Святоша трусиха, — хмыкает Агата, и во мне тут же улыбается внутренний демон. О`Нил складывает руки на груди и громко выдыхает, моя девочка легко поддается на манипуляции людей, ей хочется выглядеть смелее, чем она есть на самом деле. — Действие, — Сара меняет своё решение на ходу, и как это вовремя. — Что там есть ещё в этой книжонке? — Харрис задает своей подруге вопрос, и та сразу же начинает листать старые страницы. — Тёмный обряд для создания защиты, другой для вызова демона, — она предлагает два варианта на выбор, четко понимая, что Сара не решится на последний. — Оберег сойдет, — отмечаю я, глядя моей маленькой девочке глаза. Она еле заметно кивает, благодаря меня за это. — Скучно, — фыркает Харрис. Так бы и придушил эту дуру. Вот к чему она продолжает провоцировать О`Нил? — Агата, — Нильсен одергивает свою пассию, но она не реагирует, задрав подбородок выше, чем обычно. Сучке скучно, но тварь навряд ли понимает всех последствий своих глупых выходок. Её давно не трахали, раз столько дерьма скопилось в её голове. — Тогда вызовем демона, — решительно заявляет Сара. Джереми же неодобрительно смотрит в сторону Мэрилин. — Нарисовать круг, взять один старинный предмет, в котором таится демоническая сила с историей, и что-нибудь новое, куда можно подселить демона, — произносит Лэш, и я понимаю, что она говорит об обряде оберега, переврав слова из книги так, чтобы никто не догадался об её уловке. — Где взять предмет с демонической силой? — усмехается Сара, осознавая насколько бредово всё, что сейчас происходит. — Могу дать своё кольцо. В моей семье говорили, что у него тёмная история, я в это не верю, но для игры сойдёт, — снимая украшение с пальца, проговаривает Мэрилин, а затем протягивает О`Нил. — А новый где взять? — крошка принимает кольцо дрожащими пальцами, как бы она не передумала, ведь осталось совсем немного. Сердце сжимается в груди, останавливая кровообращение. — Можешь взять это… — достаю из кармана золотой браслет на тонкой цепочке, что был приготовлен мною заранее. — Конечно, в планы не входил «вызов демона», но что теперь поделать. Я давно хотел тебе подарить… Если ты конечно, не боишься, что в него вселится демон? Сара бросает на меня гневный взгляд, но забирает мой маленький подарок, не задумываясь. Словно что-то подталкивает её не отступать от таинственного действа. — Что там нужно произносить? — малышка задаёт вопрос Лэш, явно чтобы поскорее выполнить чёртово действие. — Подожди, нужен черный круг, ты будешь стоять внутри и держать кольцо в правой руке, а браслет в левой. Затем нужно сказать: «Lux et tenebrae in opposita latera. Potentia lucem tueri a daemonibus, et tenebras. Ante quinque testes, ego conjuro te. Lux protege me a tenebris.» — сдвинув брови, произносит Мэрилин и после добавляет: «Я перепишу тебе на бумагу, чтобы тебе было проще». О`Нил молча кивает под глупый вой Агаты, которая как назло решила прибавить атмосфере игры ещё большей таинственности. Идиотка, Сатане бы это не понравилось. Начертив круг, Сара встает посредине, взяв клочок бумажки вместе с цепочкой в одну руку, а кольцо в другую. Остальные молча наблюдают за тем, как моя девочка собирает в себе всю храбрость, чтобы произнести заклинание. — Lux et tenebrae in opposita latera. Potentia lucem tueri a daemonibus, et tenebras. Ante quinque testes, ego conjuro te. Lux protege me a tenebris, — время замирает, когда девушка проговаривает слова, то и дело запинаясь и оглядываясь по сторонам. В это время я чувствую два потока воздуха, что рассекают помещение на две части. Один до ужаса холодный, а второй мягкий и тёплый. Как только заклинание произнесено полностью, раздается глухой грохот. Все поворачивают головы на звук и застывают в немом шоке. Мэрилин Лэш лежит на полу с приоткрытым ртом, из которого струится черная дымка. Страх поглощает всех присутствующих, и свеча, что стояла на одной из тумбочек, гаснет. — Мэрилин, что с тобой… — Борегард бросается к своей невесте, и обхватывает её лицо руками. На щеках девушки проступают чёрные вены, а глаза закрываются так, словно это навек. — Малышка, очнись… — он даже не просит, он умоляет любимую очнуться. Сара выбегает из круга и прячется в дальнем углу, но я даже не в силах пойти за ней и успокоить. Не понимаю, как это могло произойти… Всё перекручиваю в голове, но не нахожу ответа. Блять. Это просто какой-то пиздец! Агата пулей проносится мимо подруги и исчезает в дверях, а Алекс спешно покидает комнату за ней, и мне даже в голову не приходит, зачем он это сделал. Джереми продолжает пытаться привести Мэрилин в чувства, но она всё меньше и меньше похожа на себя. Кожа становится безжизненно бледной, и она еле дышит, издавая звуки, похожие на адский хрип. Не понимаю, сколько прошло времени и сколько мыслей пронеслось в голове, когда в помещение входит Люцифер. — Что здесь происходит? — рычит демон, бросаясь к Лэш. Ему плевать, что все напуганы. И единственная вещь, которая его сейчас интересует — это то, как мы к такому пришли. — Мы проводили обряд создания оберега из книги, и она упала, — врать нет смысла, и я признаюсь наставнику, чтобы не усугублять ситуацию. — Что с ней? — Джер напуганно смотрит на сына Сатаны сквозь дымку Тьмы, что продолжает проникать в его невесту. Раньше мне казалось, что она выходит из неё, но теперь я осознаю реальность. Мрак поглощает Мэрилин Лэш, и это полностью моя вина. — Это тьма, она пришла за ней. Александр, позови Мисс Уокер, — слова Люцифера удивляют не меня одного. Какого чёрта ему понадобилась преподаватель изобразительного искусства? Неужели Виктория Уокер в курсе того, что на самом деле происходит в стенах Уайт Хилл? Кто она вообще такая? — Вы серьезно? — Нильсен неосознанно уточняет, не пошутил ли наш тёмный наставник, но у головы Мэрилин появляется он. Ангел Смерти. Я давно его не видел. Он наклоняет голову вбок, и на его лице появляется холодная улыбка, жнец пришёл за Лэш. И эта мысль выбивает из меня душу, оставляя только пустоту внутри. — Алекс, зови! — громко произношу, давая понять другу, что ему стоит поторопиться. — Почему она не приходит в себя? — я никогда не видел, чтобы Борегард плакал. Его красные наполненные слезами глаза навсегда врежутся в мою память, убивая меня чувством вины. — Вы провели тёмный обряд, у неё чистая душа. Это была глупая затея! При любом таком таинстве приходит Тьма. У нас мало времени, если срочно не провести обряд венчания она умрет… Только Сатана может её спасти, — Люцифер пытается объяснить, что произошло, и он явно раздражен. Демон не ожидал от нас такого идиотизма, особенно в отношении избранных невест. Мы ведь должны их беречь, а не преподносить на блюдечке Тьме. Мэрилин сняла кольцо, и это была самая коварная ошибка. Но кто мог знать, что свидетели обряда тоже должны быть защищены. Джер никогда мне этого не простит. — Сатана? Что вы говорите? Майкл, что происходит? — внезапно всхлипывает Сара, и я вспоминаю, что моя девочка забилась в углу. — Наши семьи служат Дьяволу. Венчание — это обряд, который связывает нас с повелителем, — злобно выпаливает Борегард, раня меня в самое сердце, это я должен был ей всё рассказать, и не при таких обстоятельствах. — Это не правда… — крошка качает головой и уже готова забиться в истерике. Моё тело инстинктивно разворачивается к ней, еле удерживая равновесие на костылях. — Мисс О`Нил, вы же видели, что произошло с Мэрилин? И как, по-вашему, есть научные объяснения произошедшему? — Люцифер, похоже, понимает, что сейчас именно тот момент, чтобы все узнали правду. Он беспощаден и холоден в своих словах, впрочем, как и всегда. — Я… Я не… — О`Нил захлебывается в собственном потоке слёз, и я наконец-то подхожу к моей маленькой девочке, что вцепилась пальцами в ткань своей юбки, словно та могла спасти её от происходящего. — Тише, тише… Всё будет хорошо… — сажусь рядом с Сарой и обнимаю её за плечи, она не сопротивляется мне, но всё также дрожит. Никакое тепло не разливается по телу, ведь несмотря на то, что она в моих объятиях, мой взор не оторвать от него. От Ангела Смерти, что стоит рядом с Мэрилин Лэш.