Способен ли я на счастье?

      «Много миллионов лет назад, каждое божество имело свой участок земли и самостоятельно решало, как поступить с ним. Кто-то делал землю плодородной и люди развивали здесь сельское хозяйство. Другое божество огородило участок рекой, там люди занимались рыболовством. Но были и те, кто испытывал людей на прочность. Они создавали участки с невыносимой жарой, холодом или не проходимым лесом, кишащем опасными насекомыми. Но везде люди приспосабливались к условиям и даже вечные цунами не мешали им жить в своё удовольствие.       Однажды молодое божество, чье имя никто уже и не вспомнит, спустило на Землю мальчишку, который должен был принести хаос и ссоры. Мальчика звали Цицений. Люди долго думали, кто мог принести ребенка на крыльцо сиротского дома и дать столь необычное для их времен имя, но так и не нашли его родителей.       Цицений был слабым на вид и все думали, что он не проживёт долго. Сколько бы не пытались выходить его, мальчик всё никак не поправлялся. Волосы его были черны, как сажа, губы сливались с бледной, как снег, кожей, а глаза были голубыми, словно небо после громовых туч. Пугающая красота, которая отталкивает детей. Да и Цицений сам не горел желанием играть с ними. Он больше ходил с нянечкой Мартой. Юная девушка, семья которой поколениями ухаживает за «потерянными» детками. Она относилась к Цицению, как и ко всем остальным. Её работа не позволяла выделять кого-то одного, ведь тогда остальные могут чувствовать себя брошенными вновь. Да и ребёнок может зазнаться.       Но годы шли, Цицения никто не брал. А если и пытались, то возвращали его не позже, чем через неделю. У всех были свои причины: не были готовы стать родителями; не поладил с кровными детьми; перечил и не слушал; слишком упрямый; не смогли найти подход… Много отговорок, но никто так и не понял мальчика. Но пришла как-то к ним семейная пара. Обоим чуть больше тридцати лет, родных детей нет, но очень бы хотелось, чтобы был тот, кому можно передать дом и хозяйство. Им предложили несколько фотографий детей и краткое досье к каждому. Среди них были отличники, юные гении, начинающие художники, но взгляд пал именно на худощавого мальчика с голубыми глазами. Воспитатели рассказали обо всём, но пару не остановила сложная судьба мальчика, они верили, что он именно тот, кто им нужен.       Цицений, при виде «родителей», поцеловал Марту в руку и прошептал на ухо: береги себя, тетя Марта. Это наша предпоследняя встреча. С этой фразой одиннадцатилетний мальчик сел в конный экипаж и уехал с новой семьёй. Ровно через десять лет Цицений вернулся в сиротский дом и сжёг его. Дети и воспитатели, которые находились в нём, сгорели за живо. Цицений скрылся, оставив записку в доме родителей: я облегчил всем жизнь. В их дом было занесено зло и сумасшествие, которое они нагло пытались скрыть. Они разносили горе и заражали всех, кто ступал на их землю. Я не сбежал, как трус. Я ушёл, как божество, что принесло меня на Землю. Оставайтесь с миром, матушка и отец.       Что знал Цицений и кем он был послан? Для чего он сжёг столько жизней? И куда он делся после содеянного? Эти вопросы мучали горожан долгое время. Но «зло», о котором писал Цицений в своём письме, было уничтожено. И «зло» это - … » - Что это? - В этом всё и дело. Каждый человек, послушав эту историю, сам решает, что было тем злом – Вероника подняла свою сумку с заснеженной скамейки – поезд подъезжает. - Так, мы поднимем тебе вещи в вагон – Юлик протянул рюкзак Тиме, который всё думал, что же было тем «злом» - эй, потом в облаках полетаешь, сейчас нужно эту прекрасную даму проводить. - Просто Тима и вправду задумался. Это ты у нас не веришь во все эти истории. Я вот тоже долго размышляла и так не пришла к одному ответу. - Единственное, за что мне нравится этот ваш Цицений, дак это за то, что устроил нам двухнедельные каникулы – Юлик улыбнулся – ну вот сами задумайтесь, мы празднуем день убийства невинных детей и людей, которые им помогали. Как по мне, злом этим был сам Цицений. В начале даже говорится, что он для этого и был послан. - Сухарь ты, Юлик. Мысли шире и не будь так скептичен – Вероника опустила сиденье-кровать поезда, под которое убрала свои сумки, и внимательно посмотрела на Тиму – прошу, следи за ним. Не успеешь отвернуться, он закроется дома с бутылками алкоголя и не будет о себе заявлять все эти две недели. - Обязательно. Так и сделаю – Юлик не довольно улыбнулся и скрестил руки. - Хорошо, я не дам ему заскучать – Тима тепло улыбнулся и положил руки на плечи Юлика – и к алкоголю не подпущу. - И этот туда же – он стряхнул тяжелые руки с плеч – я не пьянчуга какой-нибудь, что бы вы так говорили. Хватит, ладно? - Ты ведь должен понимать, что я шучу. Просто если тебе будет плохо, меня не будет рядом... Я хочу, чтобы ты мог доверится Тиме… Он единственный, кого я могу об этом просить. - Всё будет хорошо, я буду рядом – Тиме одобрительно кивнул Веронике. - Я и сам справлюсь – услышав, что поезд скоро отправляется, Юлик обнял Веронику и, пожелав хорошей дороги, вышел из вагона. Тиму он ждать не стал. Больно надо ему, что бы кто-то следил за тем, что он делает. Юлик уже не ребенок и сам вправе решать, к кому ему идти и у кого просить помощи.       В детстве единственное, за чем следила бабушка Юлика, так это были оценки в школе, и то она не была зациклена на том, чтобы внук был отличником. После переезда к родителям, он не позволил им следить за ним и учить жизни, уехав при первой возможности куда подальше. Да они и не были для него авторитетом и кем-то важным, что бы Юлик слушал их. До 13 лет он видел их пару раз в год. И то на праздники… Это долгая и тяжёлая история, о которой он не любит вспоминать и ещё не готов рассказать кому-либо. - Эй, стой, всё равно ведь вместе ехать – Тима догнал друга – вот только не обижайся на меня. Не буду я следить за каждым твоим шагом. Просто, если будет что-то нужно, ты можешь на меня положиться. - Проехали – без эмоционально произнес Юлик – С кем праздновать будешь? - Один. Мама уехала к сестре. Она звала меня вместе, но я рассчитывал остаться с отцом. Да и он со своим мужем уехал в горы. Так что, остался я один – Тима посмотрел на друга – а ты как? - К семье явно не поеду. Если бы мать приехала, я бы еще согласился, но сам к ним не ногой – он немного погрустнел, осознав, что в этом году останется один – Вероника уехала, значит буду один… - Может вместе тогда отметим? – заметив скептичный настрой парня, Тима улыбнулся – приставать не буду. - Ой, а так хотелось – шутливо сказал Юлик – ладно, видимо, другого выбора нет.

* * *

      Всю ночь шёл снег. Улицы были заснежены и пройти куда-то невозможно, но снегоочистители работали быстро, от чего в течении дня всё было очищено. Раз в день Цицения шёл снег, то погода в следующем году будет тёплой. Хоть что-то будет тёплым. Но вот не зависимо от погоды с наружи, тепла внутри не прибавится. И парень это понимает. Все мы хотим счастья. Все мы хотим чувствовать себя нужным и в безопасности. Он тоже хочет лишь простых человеческих чувств, но пока не понимает, что без собственных сил – чудо не случится. А может понимает, но не хватает сил и стимул не так уж и привлекает его. Но тогда, может ничего он и не хочет? Нет. Юлик хочет многое, но он устал. Устал ждать и действовать сам. Пусть хоть что-нибудь в жизни пойдёт своим чередом и без сложных решений. Он хочет отдохнуть от суеты и постоянных мыслей, как бы угодить тому, чтобы сделать для этого. Хватит. Пусть всё произойдёт само. - Эй, не спи, замёрзнешь – Тима протягивает картонный стаканчик с какао другу и замечает его красные от холода пальцы – Почему ты варежки не носишь? - Подари, раз так волнуешься – бурчит парень и отпивает горячий напиток.       Тима улыбается и, попросив друга никуда не уходить, направляется в ближайший ларёк с сувенирами. Через пару минут он возвращается обратно. С парой новых вязаных варежек в руках. - Надевай. - Ой, дурааак… - Юлик смущается, но не показывает этого. Немного сомневаясь, как ответить на дружеский жест, парень просто берет варежки и напяливает на свои руки. - Благодарности не жду, всё же, моя инициатива – Тима вновь улыбается и выкидывает свой уже пустой стаканчик в мусорный бачок. Смотря на время, он вспоминает, что они ещё не купили фонарики и напоминает об этом другу.       Для того, чтобы год был удачным, в небо запускают китайский фонарик, к которому прикрепляется записка с именами семьи или тех, кто запускал этот фонарик в небо. Желания писать непринято, ведь их кто-то может прочесть и тогда фонарик считается испорченным. Поэтому, в момент массового запуска фонарей в небо, каждый мысленно проговаривает свои желания и имя на бумажке хранит его в тайне ото всех. Это должно быть романтично и обычно дарит тёплые чувства.       Даже если человек одинок, на этот великий праздник он обязан найти компанию или хотя бы одного человека. Хоть Юлик в это особо и не верит, но отклонить предложение друга не смог. Всё же, они друзья и остались одни. Судьба? - Обычно твои желания сбывались? – спросил Тима, пока дописывал своё полное имя на бледно голубой бумажке. - Я обычно забываю, о чем желаю. Но был случай, когда это и вправду сбылось… - Юлик опустил глаза в пол и стал собирать ногами небольшую горку снега – Ну как ты там, закончил? – взяв бумажку с именем и фамилией друга, он внимательно прочитал – Тимофей Белов. Почерк красивый – Юлик прикрепил бумажку к фонарику и отдал свою Тиме. - Юлиан Любарский… Впервые слышу такую фамилию. Твои родственники не из России? - Какой-то дальний родственник был украинцем. А фамилия бабушкина, она долго тогда с бумажками маялась, а всё из-за того, что мне очень понравилась её фамилия в паспорте. Чего она только для меня не сделала – Юлик посмотрел в небо и улыбнулся – знаешь, она часто говорила, чтобы я следовал пути, который мне стелется судьбой. Да, я в это всё не верю… Но только ради неё я пошел в медицину. Ради её слов. У неё случился приступ, но я не умел ей помочь. Я ничего не смог сделать – он посмотрел на Тиму, который внимательно слушал – и когда наконец мы ехали с ней на скорой. Я не отпускал её руку, не на секунду, и внимательно следил за работой медиков. Мне было страшно, но я старался ради неё. Хотел, чтобы она видела, что я сильный только благодаря ей. Может, тогда я чувствовал, что в последний раз держу её руку, теплую и мягкую.       Тима увидел глаза друга, что вот-вот проронят слёзы, он не раздумываясь прижал Юлика к себе. Рукой он гладил его по спине, а на ухо шептал, что тот сильный и бабушка бы гордилась им. Что все старания не напрасны, он добьётся своих целей. Сероволосый позволил глазам закрыться, выпуская тяжёлые и горячие слёзы, а телу утонуть в теплых объятиях, которых давно не хватало. Ему было плевать, смотрят люди или нет, сейчас он лишь думал о том, что его, кажется, наконец поняли. - Смотри, пора отпускать фонарик в небо. - А, да, прости… - он вытер холодными пальцами слёзы с глаз и надел варежки. Взявшись за противоположные края фонарика, они отпустили его в небо. Маленький огонёк осветил весь фонарик, согревая воздух вокруг себя тёплой энергией. А в мыслях каждого человека были свои желания и мечты, которые когда-нибудь обязательно сбудутся.

* * *

- С красного вина у меня тахикардия, а белое противное. Может коньяк? - Что бы Вероника меня потом убила? – Тима вопросительно посмотрел на друга. - Если ты ей не скажешь, она и не узнает – Юлик осмотрел полку с алкоголем – Бренди? Водка? - Я тебе водку сам могу сделать, спирт в аптеке дешевле стоит, а воду из под крана наберём – Тима улыбнулся – а с бренди мне станет плохо. - Пууф… Пиво я не хочу, не тот день – Юлик обратил внимание на консультанта, который подошёл к ним с бутылкой вина. - Извините, но я очень хочу домой обратно к семье – человек среднего возраста протянул бутылку в руки Юлика – это вино красное, но тахикардию не вызывает. Сделано из элитных сортов винограда и черной смородины. Это будет лучший выбор для молодых людей.       Тима посмотрел на друга, мол, согласен? - Хорошо, я поверю вашим словам – Юлик улыбнулся продавцу и прошёл на кассу.

* * *

- По-моему он принял нас за пару – Тима улыбнулся, снимая куртку. - Ты о том мужчине? – Юлик бросил короткий взгляд на парня – скорее, как отца и сына – и прошёл на кухню. - Смешно, ха-ха – иронично проронил Тима и направился за другом – лампочку то больше ни где не надо вкрутить? - Не, я сам справляюсь не плохо – он достал бокалы и нашёл где-то визитку японского магазинчика – закажем лапшу или роллы? - М, знаю этот магазинчик. Я буду лапшу удон с курицей – он осмотрел кухню – миленько. - У нас ещё и вкус одинаковый… - пробормотал себе под нос Юлик – давай, дуй в ванную, а я пока заказ оформлю и постель тебе расстелю. - Хорошо – получив все нужные вещи и взяв пижаму из своего рюкзака, он направился в ванную.

* * *

      Обычно, Юлик никого не впускает в свою квартиру. Он не считает наличие человека в своем уютном гнёздышке чем-то хорошим. Даже Вероника находилась в квартире друга очень редко, а оставалась с ночёвкой только в очень экстренных ситуациях. А тут парень, ещё и больше Юлика, ещё и которому он нравится, ещё и который будет спать с ним в одной комнате… Слишком много пугающих факторов заставляют парня засомневаться в своих поступках, но потом он вспоминает, что это Тима. Ему можно довериться, хоть немного, но можно.       Он обратил внимание, как Тима зашёл в комнату вытирая волосы полотенцем: - Куда можно повесить? - На дверь забрось, пусть сохнет – Юлик подвинулся, освобождая место другу – я тут уже всё подготовил, садись, будем кино смотреть. - Романтика прям – Тима сделал как сказал друг и потянулся за бокалами и бутылкой. Разливая сладкий напиток по стеклянным сосудам, он протянул один другу – фильм тоже романтичный? - Если поиски маньяка-кукловода для тебя является романтичной историей, то у меня довольно много вопрос к тебе… – Юлик запустил фильм и они принялись внимательно смотреть детектив с элементами фэнтези.       Первую половину фильма Тима чувствовал себя немного неловко и всё время поглядывал на сероволосого, который внимательно следил за действиями персонажей. Хотелось бы Тиме тоже с такой заинтересованностью смотреть на фильм, но парень, что сидит буквально бок о бок с ним, намного интереснее. Может это алкоголь или же влечение, но Тима в серьёз задумался о том, как хочет резко остановить фильм и прильнут к вишнёво-красным губам, что так манят его. Он бы был нежен и аккуратен, внимательно следил бы за поведением партнёра и за тем, комфортно ли тому. Тима хочет коснуться нежной шее, на которой виднелась сонная артерия, пульсирующая довольно быстро. Может, Юлик тоже думает в таком русле, но просто не подаёт виду? В голове Тимы гуляли разные мысли, но развратные брали верх над рассудком и адекватностью.       Юлик заметил, что друг довольно часто оглядывается на него. Как жёлтые глаза робко оглядывают все участки молодого тела и останавливаются на более открытых участках. От такого взгляда он хочет провалиться сквозь пол и оставить Тиму в этой комнате. Ладно бы он редко поглядывал, но так открыто глядеть и облизывать губы… Это вызывает подозрения, что друг думает совсем не о сюжете фильма.       Плавая в своих мыслях, парни вздрогнули, ведь в комнате резко стало темно. - Лампочка погасла? - Ага, и компьютер погасила – Юлик взял телефон и заглянул в чат дома где соседи уже моментально сообщили о том, что кто-то баловался с щитком отвечающем за электроэнергию, как быстро починят – не известно. – Сейчас ещё и холодно станет – он оглядел комнату – на полу холодно будет… - Хочешь сказать, что я с тобой лечь могу? – Тима удивлённо взглянул на парня. - Можешь конечно морозить спину на полу, но видимо, другого варианта, где тебя разместить, нет. – сероволосый немного сдвинул свою подушку и одеяло, чтобы расстелить для друга постель – кровать не большая, поэтому придётся ютиться… - Я сплю довольно спокойно, думаю поместимся – Тима лёг рядом и накрылся одеялом. Он заметил, что ноги немного выглядывают из-под конца одеяла, но говорить об этом другу не решился. Не сильно он хочет беспокоить Юлика, итак пришлось спать в одной кровати, влезая в личное пространство.       Они лежали друг к другу лицом, согревая теплым дыханием воздух вокруг. Тима заметил, как Юлик уже сопит носом, почти засыпая. Жёлтые глаза вновь упали на вишнёвые губы и Тима решился на довольно рисковый шаг. Если парень станет противится и возмущаться, то Тима сбросит всю вину на градус вина. Как бы грязно это не звучало, для него было невыносимо сдерживать себя возле столь желанного тела. Столько мокрых снов, мыслей и желаний было за всё это время, что упустить такой шанс ни за что нельзя!       Тима медленно приблизился к губам, которые так и манят своим видом. Аккуратно положив руку между двумя телами, он нежно поцеловал парня. Нежно и робко, так, чтобы друг не проснулся. Он не мог позволить себе большое, поэтому отстранился. Дыхание спирало от новых ощущений, словно он сделал что-то запрещённое. - Сделай так ещё раз… - шёпотом раздалось у него в ухе и Тима моментально покраснел. Увидев закрытые глаза Юлика и губы, которые становятся всё ближе, он понял, что ему не показалось. Недолго думая, он вновь поцеловал сероволосого, но уже более уверенно. Не пошло, а всё так же нежно и чувственно…