тринадцать желаний.

Жить с Тэёном оказалось не так уж и плохо. Джин оказался тихим и чистоплотным, а Юно всегда был рад, когда посуда, оставленная утром, волшебным образом становилась чистой к концу вечера. Работу он и правда получил и даже почти не испытывал вины, что прошлый сотрудник решил вместе с женой переехать в другое место. Тэён предупреждал его еще в первый день их знакомства, что желания влияют не только на него самого, а потому второе обдумывал очень и очень тщательно. За этим занятием его и застал джин. Джэхён сидел на диване, пока на телевизоре играла недавно выпущенная очередная романтическая комедия. Тэёну они почему-то больше всех нравились, как он уже успел заметить. Некоторое время они провели в тишине, прежде чем её прервал сосед. — Мне наскучило сидеть дома, я хочу выйти на улицу, — и посмотрел на него с надеждой в глазах, — Давай вместе прогуляемся хотя бы часок. Ты представляешь, какого сидеть взаперти одному практически всё время в течение восемнадцати лет? Вот и я уверен, что тебе бы не понравилось. — Давай завтра утром? — устало протянул Джэхён, хотя прекрасно понимал, что несправедлив с парнем, — А почему ты сказал, что почти все время? То есть у тебя есть возможность выбираться и без хозяина лампы, получается? Тэён тут же кинул на него недовольный взгляд. Юно уже запомнил, что после него джин начинал отчитывать его за что-либо. Конечно же, столько веков он не жил, но всегда считал себя довольно умным и смекалистым. Но, похоже, в мире Тэёна он был самым глупым человеком на свете. Он издал громкий вздох, а уже потом начал объяснять: — Ты не прочитал ту книгу о джинах, которую я тебе любезно одолжил? — когда Тэён так сводит брови, то сразу приобретал вид капризного ребенка, — Там все есть, для кого я вообще её писал? — Прости?.. — неуверенно протянул Юно, немного стушевавшись под взором юрких глаз, — Я правда хотел, но на новой работе нет времени и выдохнуть даже в обеденный перерыв. — Мог бы проявить уважение и отблагодарить меня хотя бы начав читать, — буркнул себе под нос парень, — Ладно, скажу, но с тем условием, что завтра ты меня еще и вкусно кормишь. Я устал сам готовить или есть твою невкусную стряпню. Так вот, к чему это я. Ну, как я уже говорил, я не единственный джин на всей планете, нас не так много, как ты можешь догадаться. Ровно тринадцать, как и число желаний. Знаю, иногда это число называют чёртовой дюжиной, и я не стану врать, сказав, что оно очень даже подходит. Понимаешь, когда у всех непохожая культура, характер и чаще всего самомнение на разном уровне, то возникают разногласия. Я — единственный джин из юго-восточной Азии. Ближе всего ко мне будет джин из Индии, а ты сам понимаешь, какой у него темперамент может быть… Но иногда, чтобы не умереть со скуки, мы все можем друг друга навещать. Если я нахожусь в лампе, и джин из, допустим, Канады сейчас тоже внутри, то есть возможность связаться. Но как я уже сказал, мы все специально устроены так, чтобы нам не было легко находиться друг с другом, иначе наше предназначение может оказаться под угрозой. Ну, знаешь, разленимся, будем специально делать так, чтобы нас никто не нашел и не нужно было выходить из лампы. Иными словами, раз в сто лет у нас есть обязательное собрание, на котором проверяется эффективность каждого. Если узнают о халтуре, мало не покажется. Отберут силы или запрут в лампе навечно. Джэхён старался уловить логику в словах Тэёна, но получалось пока плохо. Забавляло, разве что, только то, что у них тоже есть своя иерархия, пускай и не так ярко выражена. Хоть Тэён напрямую не сказал, но явно должен был быть лидер или верховный. Может, книгу и стоило прочесть. Но пока джин перед ним снова уставился в экран, Юно не смог пересилить своё любопытство. — А почему вы боитесь потерять свои силы? Разве тебе нравится такая жизнь? — вопрос совершенно искренний, — Не поверю, что ты никогда не думал о возможности стать человеком, жить обычной жизнью, радоваться мелочам. — Я не смогу радоваться тем же вещам, что и ты, — с удивлением, словно Джэхён сморозил глупость, произнес Тэён, — Понимаешь, хоть ты и чувствуешь себя временами одиноко, у тебя есть семья, друзья, возможно, совсем скоро появится кто-то особенный. А я что? У меня никого нет в этом мире. Бывает и такое, что ко мне владелец лампы относится хорошо, но никогда — как к другу. Что уже говорить про поиски вечной любви. Тем более, изгнание и лишение сил — это самый лучший вариант. Если сильно разозлить остальных, может быть принято решение о том, чтобы стереть полностью. — Понятно, — только и смог из себя выдать Юно, а после осторожно коснулся плеча джина, — Давай завтра проведем весь день вместе. Покажу тебе окрестности, центр, могу познакомить с друзьями, если обещаешь молчать про лампу. Лицо Тэёна осветилось широкой улыбкой. Кивнув, он снова принялся глазеть в телевизор, и Юно впервые осознал, что у Тэёна тоже есть чувства.

***

— Я хочу туда! — Тэён оказался неугомонным ребенком, когда дело касалось прогулки, — Завтра ты снова уйдёшь на работу и прикажешь мне сидеть в квартире, поэтому сегодня, изволь уж, играть по моим правилам. Они с девяти утра были на ногах, и за это время успели исследовать весь Инсадон, заглядывая в каждый маленький магазинчик, прогуляться в парке вдоль реки Ханган, прокатиться там же на велосипедах, а сейчас, когда была лишь половина третьего, они с Тэёном гуляли по Мёндону. Джэхён говорил, что туда лучше идти, когда смеркается, чтобы посмотреть на красивую подсветку и насладиться ночным Сеулом, но кто его слушал. — Давай хотя бы на обед остановимся, — взмолился Джэхён, пытаясь отчаянно поспевать за ловким и быстрым джином, — Тут есть вкусное кафе, мне кажется, ты говорил вчера, чтобы я тебя накормил, да? Тэён думал лишь секунду, осматривая очередной магазин со всякой духовой косметикой, которая не нужна никому из них, и потом довольно помчался назад к Юно. До кафе идти было меньше трех минут, но за это время Тэён успел задать столько вопросов, что голова шла кругом. Теперь он понял, как выглядел со стороны, заваливая джина разными вопросами о своём происхождении и других прелестях «джинологии» — так эту псевдонауку обозвал сам Тэён. Вообще, на удивление, с ним было интересно даже вот так бегать туда-сюда. Когда Юджон была в средней школе, то частенько так таскала своего младшего брата везде, несмотря на всевозможные протесты. И не то чтобы Тэён с сестрой сильно похожи, но рядом с ним появлялось приятное чувство, будто он говорил с давно знакомым ему человеком. — Вау, — довольно протянул Тэён, сложив руки на столе, — Очень аппетитно выглядит, не то, что ты дома готовишь. Отныне в мои требования будет входить вкусная еда. Юно усмехнулся, приступая к своему кальбитану* первым. Здесь было очень вкусно, да и цены приятные, поэтому стоило Джэхёну вдруг набрести на Мёндон, сюда он шел первым делом. Тэёна нужно будет также обязательно сводить в кофейню недалеко отсюда. После окончания их трапезы, Тэён был похож на довольного кота. У Юно возник в голове еще один вопрос — чем питаются джины в лампе, но задать его не хватило смелости. Тэён всегда заметно чуть грустнел, когда разговор заходил о долгом заточении и одиночестве, а сегодня он решил справедливо посвятить свой выходной на то, чтобы сделать джина чуть счастливее. — Была бы моя воля, я бы устроился работать здесь хотя бы в качестве официанта, — улыбнулся коротко Тэён, поднимаясь со своего места, — Давай пойдем дальше. Я еще столько всего хочу сделать. Джэхён молча кивнул, расплатился с приятным аджосси и посеменил на выход вслед за неугомонным джином. Следующим местом оказался еще один парк, но на этот раз рядом с Сеульским Национальным Музеем, куда Тэён, совсем как любой школьник, не захотел даже заходить. — Чего я там не видел, — только и бросил он в своё оправдание. К вечеру и правда распогодилось еще сильнее. Джэхён сделал много фотографий Тэёна, а потом, показав их ему, не мог не подметить удивление на чужом лице. Казалось, такой простой смартфон, да обычная камера, а столько удовольствия. Да уж, ему еще многому стоит научиться у этого паренька. Несмотря на его возраст, Тэён совсем не вел себя как старик, а скорее был похож на взбалмошного подростка местами. — Сколько тебе лет, если переводить на наши года? — не удержался от вопроса Юно, — Не знаю, можно ли так измерить, но… По ощущениям? Тэён, шагающий рядом вдоль высоких деревьев, задумался. От резкого порыва ветра он чуть поёжился, сильнее кутаясь в куртку Чона. Все вещи ему были чуть великоваты, но смотрелись все равно красиво, но у Юно появилась одна идея, куда им направиться дальше. — Наверное, лет двадцать с чем-то, — пожал он плечами, — А тебе сколько? Не по ощущениям, конечно же, а на самом деле. — Мне двадцать шесть, — чуть улыбнулся Джэхён, понимая, что Тэён и правда выглядит слегка моложе его. Раньше он вообще не задумывался над тем, сколько тому может быть, — Мне просто непривычно, что кто-то столько, эм, взрослый, как ты, может так по-детски наслаждаться прогулкой в парке и не любить музеи. Даже бесплатные. За это высказывание он получил толчок в плечо и не смог сдержать громкого хохота. Временами Тэён бывал хитрым словно лиса, а иногда смахивал больше на недовольного сурка. Или, может, котенка. Котов Юно любил и это легко бы ответило на вопрос, почему к Тэёну, появившемуся в его жизни так неожиданно, он успел почти что привязаться за всего пару недель. После парка было принято решение зайти снова перекусить, но на этот раз уже десертом и самым сладким в мире кофе. Джэхён уже не помнил, когда в последний раз сам заходил в некогда любимую кофейню, но и сейчас искренне наслаждался каждым глотком рафа с соленой карамелью. Однажды Марк ему сказал, что раф — это преступление против человечества из-за обилия сладкого, но Тэёну понравился напиток так же сильно, как и ему. Таким образом, до торгового центра они добрались лишь ближе к восьми вечера. День и правда пролетел незаметно, но он прошел удивительно приятно. Даже поход за вещами Тэёну понравился Юно. — Ура, теперь мне не придется таскать твои вещи, — радовался джин, идя по правую руку уже в новой футболке с принтом «Блинк-182». Пришлось в метро дать ему послушать группу снова, потому что с две тысячи второго, когда он в последний раз оказывался в людском мире, уже все забылось. Еще вчера Джэхён договорился с Джонни и Марком о встрече сегодня. Он захотел познакомить ребят с Тэёном, но решил не напоминать ему об этом до последнего момента. — Где мы сейчас находимся? — джин нахмурился, оглядывая оживленную улицу, — Здесь столько людей, мне немного не по себе. — Помнишь, я обмолвился, что представлю тебя друзьям? — как бы невзначай ответил Юно, на деле же начиная волноваться, — Теперь у тебя есть своя одежда, будет совсем не странно познакомиться с ними. Только давай обговорим, что ты — мой сосед, приехал из… Где ты еще был в Корее? — М-м, кажется, в Кванджу, Тэгу, Сувоне и Пусане, — протянул неуверенно Тэён, прижимаясь чуть ближе к Юно, когда компания пьяных парней прошла мимо них. — Не волнуйся, я рядом, и если станет некомфортно, говори мне, пойдем домой, — попытался успокоить Джэхён, кладя ладонь ему на предплечье, — Хорошо? Тогда смотри: ты приехал из Сувона, знаком с моей сестрой Юджон, поэтому она предложила жить со мной. Тебе двадцать три, работаешь веб-дизайнером, офис находится на станции Тансан, но ездишь ты туда редко. Чаще всего работаешь из дома, поэтому еще плохо ориентируешься в городе. Закончил университет Кёнхи, кампус как раз в Сувоне находится. Понятно? — Понятно, — повторил Тэён, — Пошли быстрее к твоим друзьям, мне не нравится, как те девушки смотрят на нас. Юно оглянулся на них, и те сразу же захихикали, активно начав переговариваться, и сам он тоже не смог сдержать смешка. Тэён обиженно на него посмотрел, явно требуя объяснений. — Скорее всего, ты им понравился, — беззлобно улыбнулся он, но решил больше не смущать джина и повел его в нужную сторону, — У тебя такой цвет волос, что я удивлен, почему раньше никто не пытался с тобой познакомиться. Ты много внимания привлекаешь. — Люди странные. Если я понравился, почему бы не подойти сразу ко мне? Я же не стану их прилюдно оскорблять, максимум — скажу честно, что они мне не нравятся. — А кто тебе нравится? — игриво спросил Чон, даже не подумав, что у Тэёна, оказывается, были свои предпочтения, — Низкие и милые? Стервозные брюнетки? О, точно, вдруг тебе по вкусу крашеные блондинки на высоких каблуках. — Вообще-то, мне нравятся парни, — спокойно и уверенно парировал он, — И если вдруг тебя это смущает, то прости, я все равно не съеду никуда, или тебе придется тратить своё желание. — Нет-нет, всё в порядке, а просто подумал, ну, — Джэхён не знал, как еще выразиться, чтобы не закопать себя, — Всё нормально, я не гомофоб. Просто, если честно, не думал серьезно, что тебе кто-то может понравиться. — Почему нет? У меня есть такие же чувства и эмоции, как у тебя. Да, может быть, я никогда и не влюблялся, потому что у меня банально не было времени, но я точно знаю, что если и выбирать, то парней. Они мне кажутся именно привлекательными, что хочется их целовать, обнимать, заниматься сексом. Девушки для меня просто или симпатичные, или нет, но никак не привлекательные. Разве у вас не так работает это? — Так, — закивал активно Юно, чувствуя себя неловко, — А ты когда-нибудь целовался с кем-то? — Было один раз, — уже менее обиженно заговорил он, — Я тогда как раз был в Пусане. Моя хозяйка ушла куда-то и разрешила мне погулять у побережья. Я забрался высоко на гору, сидел под деревом и любовался морем. Тогда ко мне пришел парень, который жил рядом, и мы с ним проговорили всю ночь. Договорились встретиться на месте еще раз, и так продолжалось несколько недель. Потом он признался мне, что скоро уезжает, я был очень расстроен, потому что мне с ним было комфортно. Он не знал, кто я на самом деле, но не смеялся с моих наивных вопросов, а только объяснял, чего я не понимал. В последний раз, когда он пришел на наше место, я уже знал, что мы больше никогда не увидимся вновь. И тогда он меня поцеловал. Мне очень понравилось, у него были мягкие губы, а пах он соленой водой. Больше мы и правда не виделись, но мне хочется верить, что с ним всё в порядке. Джэхён проникся рассказом настолько, что затаил дыхание, и лишь когда Тэён закончил свой печальный монолог, он это понял. Прокашлявшись, Юно взял осторожно его под локоть и оттащил с главной улицы в более узкую и темную улочку. Тэён с непониманием на него уставился, но Юно жестом попросил его помолчать. Резко все звуки мира ушли куда-то далеко, и Чон несколько секунд обдумывал, что нужно сказать. — Итак, — начал он, смотря джину прямо в блестящие во тьме глаза, — Я хочу, чтобы тот парень, с которым у тебя был первый и единственный поцелуй, написал мне в какао подробный рассказ о том, как у него сложилась жизнь. Если вдруг он не сможет, то пускай это сделают его близкие. — Подожди, ты уверен? У тебя тогда останется одиннадцать желаний, а не твои заслуженные двенадцать. Ты не должен его тратить на меня, ты же понимаешь? Ему уже столько лет. Я… — удивленно разинул свои блестящие еще сильнее глаза Тэён, но Юно его перебил. — Я уверен, правда. Исполняй. Тэён послушно кивнул и, прикрыв глаза и сложив перед лицом руки, прошептал что-то тихо. Чон не расслышал, да и не больно надо было, потому что уже завтра Тэён узнает, что стало с его первой любовью. По мечтательному выражению лица джина во время рассказа Юно понял, что то была именно она.