Icebreaker

Я заранее приношу извинения за то, что эпилог носит информационный, а не сюжетный характер. Приятного прочтения и спасибо, что были со мной на протяжении всей этой истории.

            Спустя пять лет.       - Уён-а, возьми бокалы, - попросил Сонхва, неся в руках два больших блюда с едой. В обеих мисках были овощные салаты.       Он поставил миски с обоих краёв стола.       - Мясо будет готово через пять минут, - сказал Ёсан, управляясь с грилем.       Уён принес недостающие бокалы и, расставив их на столе, сел рядом с Лиун, которая наблюдала за детьми, играющими с Минги, Юнхо и Саном. Они бегали за детьми, прикинувшись вурдалаками. Дети с визгом убегали.       - У тебя, наверное, уже голова болит от их криков, - она сочувственно посмотрела на Уёна. – У вас тишина круглый день дома стоит, наверное…       - Я живу с Саном, - рассмеялся Уён. Чхве как раз издал какой-то нечеловеческий звук, очень похожий на волчий вой. – По-моему, он тут, как раз, самый громкий.       - Давайте за стол, - Сонхва приглашающе замахал рукой.       Минги взял на руки трёхлетнюю девочку и пошел к столу. Его жена вышла из дома, держа на руках четырехмесячного малыша.       - Мы вас разбудили? – Сон посадил девочку за стол и тут же забрал младшего из рук супруги, начав ворковать над ним. Их дочка начала рассказывать севшей рядом матери, как убегала от злых вурдалаков, и что в конце они всех-всех-всех победили.       Четырехлетние близнецы Чонов приличными мальчуганами сидели между Юнхо и Лиун, как будто и не эти два чертенка только что оголтело носились по лужайке.       Сан сел рядом с Уёном, тут же кладя руку ему на колено и строя рожи близнецам, которые пытались строить рожи ему в ответ и не попасться за этим занятием ни отцу, ни матери.       Сонхва встал рядом с Ёсаном, нарезая ножницами жареное мясо и перекладывая его в большую тарелку. Он поставил тарелку на стол и погладил Кана по короткому ежику волос на затылке. Прошло восемь месяцев с последней операции – нужно было поменять ANSWER на более совершенную модель.       За эти пять лет им удалось создать еще три устройства и провести две операции, помимо операции Ёсана. Все операции прошли успешно, устройства работали, а люди, получившие их, были живы. Ёсан и Сонхва оба работали в фонде Кана, который оказывал вот такую вот точечную помощь. Помимо операций с собственными устройствами, они помогали и со сбором средств на более простые, но от того не менее дорогие операции.       Юнхо официально стал президентом Ateez Holdings, а Минги, Сан и Уён остались его заместителями. Юнхо и Минги с семьями продолжали жить в Корее. Сан и Уён все-таки переехали в Штаты три года назад – сразу после того, как сыграли свадьбу в заброшенном здании португальской церкви на берегу бушующего Атлантического океана.       Сонхва не мучают кошмары и панические атаки, но его тревожность так никуда и не делась. Он научился жить с ней и воспринимать ее как свою вечную спутницу, а когда что-то или кто-то находится с тобой рядом так долго, то ты неизменно начинаешь предугадывать, что будет дальше и можешь хоть как-то к этому подготовиться.       Они с Ёсаном, по-прежнему, работают в своем бешеном ритме. Потому что «для того, чтобы остаться на месте, нужно непременно бежать вперед». В работе над новыми ANSWER Ёсану помогает Чонхо. Он и Ходжун дружат домами с Саном и Уёном в Нью-Йорке. Иногда, они приезжают к Сонхва и Ёсану в гости, как и все остальные. Остаются на пару недель и возвращаются в свои дома, квартиры, наполненные людьми и машинами города.       Сонхва и Ёсан тогда остаются вдвоем в своем личном специально созданном далеко не искусственном раю на частном острове недалеко от экватора. Здесь они могут вести себя так, как хотят, не думая ни о чем. Здесь есть только солнце, море, белоснежный песок и теплый ветер, который треплет воротник яркой рубашки, да разносит запах жареного мяса по округе. Здесь нет тьмы и льдов. Потому что все льды однажды были сломаны навсегда.