Над ним нависают черные крылья

      Новость о новом соседе застает Ади врасплох. Он сам практически только что снова вернулся в школу после очередного проведенного в аду перерыва и собирался побыть некоторое время наедине с собой и своими мыслями, которые в последнее время все чаще и чаще не давали ему покоя.       Но как только демон слышит фразу: «У тебя, кажется, новый сосед», то сразу срывается с места, оставляя на столе тарелку с недоеденным завтраком и бежит наверх, в свою комнату, перепрыгивая через ступеньки.       «Ну почему сейчас?» – мысленно вопрошает демон, дергая за дверную ручку и застывая на пороге.       В комнате непривычно светло, ведь кто-то раздвинул шторы, что Ади предпочитает не делать ни при каких условиях, в особенности по утрам. Демон жмурится от такого яркого и непривычного света и сначала замечает белоснежные крылья, а только потом их обладателя, одетого во все белое. Утреннее солнце, сочащееся сквозь окно, играет в его перьях, отчего кажется будто бы они пронизаны золотыми нитями. Ади пробегает взглядом по стройному телу ангела, останавливается на его шее и почему-то ловит себя на мысли, что ему очень хочется провести по ней пальцами.       Когда его новый сосед оборачивается, на его лице нет ни капли смущения от нового знакомства, вероломного вторжения в чужое пространство или хотя бы, на худой конец, удивления тому, что он уже не один.       – Привет, я Сэми, – без промедления протягивает руку ангел. Демон находит в себе силы перешагнуть через порог и отвечает на рукопожатие:       – Ади.       В этот момент ему в голову приходит пугающая мысль, что на этой фразе их знакомство может закончиться.

***

      Его самые худшие опасения оправдываются, когда за следующие несколько дней их разговоры сводятся только к тому, кто первый из них идет в ванную. На занятиях Сэми всегда садится в первые ряды, рано встает, непременно отдергивая эти чертовы шторы, и так же рано уходит на завтрак. И когда Ади спускается в обеденный зал, брюнет уже сидит в абсолютно противоположном конце стола, окруженный другими ангелами. Рыжему демону и за километр видно, как хорошо Сэми с новыми приятелями: его улыбка сияет ярче собственных крыльев на солнце, и о ней, в своем присутствии, Ади остается только мечтать. Да и по вечерам ангел возвращается в комнату гораздо позже ужина, потому что до этого, будто бы избегая компании демона, проводит большую часть своего свободного времени в библиотеке, копошась среди старых манускриптов.       Подобный ритм жизни его нового соседа буквально сводит Ади с ума, как и гнетущая тишина, возникающая в комнате, когда они оба в ней находятся. И как бы сильно демон не мечтал о противоположном, с каждым днем надежда начать даже самый простой разговор ни о чем становится все более призрачной. Да и о чем им, собственно, говорить?

***

      Он и сам не понимает какого черта творит, что и кому пытается доказать, когда тянет демоницу, с которой только сегодня познакомился, за руку, проталкивает в комнату и с опаской осматривается вокруг. Никого. Она тянется к нему за поцелуем, но Ади, полностью игнорируя ее желания, валит ее на край кровати. Он даже не удосуживается снять с нее одежду, только задирает до талии юбку, расстегивает свои штаны и одним толчком входит ее. Она уже такая похотливо-мокрая, и это первое проникновение заставляет ее возбужденно застонать.       Сэми слышит посторонний шум за стеной и, еще до конца не веря в происходящее, стараясь даже об этом не думать, открывает дверь ванной. Ее протяжный скрип привлекает внимание парочки, и у ангела уже не остается иного выбора как выйти.       – Эй, вот ты где! Может… хочешь присоединиться? – Ади расплывается в такой улыбке, мол, ничего же такого не происходит, что первым порывом Сэми становится желание подойти и врезать ему.       Но он не двигается с места, не произносит ни звука, да он и не знает, что вообще можно сказать в подобной ситуации. Сэми продолжает стоять, словно приросший к месту, и смотрит на Ади, прямо ему в глаза. Его взгляд пронзает насквозь, он заставляет поежиться как от ледяного ветра, под ним демону хочется уменьшиться, раствориться и вообще больше никогда не существовать. И Ади кажется, что в древности таким взглядом убивали целые колонии, нет, стирали целые цивилизации.       – О, извини, я не подумал… Хочешь поменяем ее? – Ади указывает пальцем вниз. – На ангела, разумеется, я тут недавно видел… – он пытается свести все к глупой шутке, но в реальности это звучит как самая отвратительная издевка. Даже не собираясь дослушивать этот бред, Сэми в два шага пересекает комнату и оказывается в коридоре, хлопая за собой дверью.       – Ты куда? – наблюдавшая за сценой демоница все еще лежит на кровати, в недоумении хлопая глазами, в то время как рыжий уже застегивает штаны.       – Видела, как быстро он ушел? Советую тебе поступить так же. Выметайся отсюда, – с порога бросает ей Ади и выбегает вслед за Сэми.       Он был бы совсем не против умереть, провалиться обратно в ад, где над ним тысячелетиями издевались бы бесы, да что угодно, лишь бы не разбираться со сложившейся ситуацией. За считанные секунды его будто бы огрели по голове, распотрошили и вывернули наизнанку, в самом нехорошем смысле этого слова. И он бы предпочел, чтобы все так и было, физически, чтобы не надо было идти, подбирать слова, которых всегда бесчисленно мало, да и которые, может быть, совсем не нужны ангелу.       Ади видит, как Сэми сидит на скамейке около статуи равновесия и смотрит перед собой. Еще издалека он пытается разглядеть его эмоции, но лицо ангела не выражает ровным счетом ничего: ни обиды, ни раздражения. Ади подходит к нему, неуклюже извиняется и предлагает ангелу вернуться назад в комнату, боясь поднять на него глаза, чтобы снова не натолкнуться на тот ужасный взгляд, который высосал из комнаты весь воздух, а из Ади оставшуюся волю к жизни. Сэми немного медлит, заставляя рыжего серьезно понервничать, но в итоге соглашается, услышав заверения, что кроме них там больше никого и никогда не будет.       После этого вечера они не заговаривают даже об очереди.

***

      Ади уже начинает казаться, что он не в силах сделать хоть что-нибудь, чтобы разрушить эту невидимую стену, возникнувшую в первый день их знакомства, а после недавнего происшествия только укрепившуюся. Ведь, почему-то, он, никогда не лезущий за словом в карман, просто теряет дар речи в присутствии Сэми. И вместо того, чтобы сделать один-единственный шаг навстречу, Ади начинает вести себя как хищник, изучающий жертву: украдкой следит за ним в комнате и беззастенчиво разглядывает со спины на занятиях, запоминая каждое выражение его лица и каждое движение. Он старается изучить все его черты, в попытках найти точки соприкосновения, уцепиться хоть за что-то, для того, чтобы наконец-таки начать этот дурацкий разговор.       Ади знает во сколько встает ангел, сколько времени проводит в душе и какой еде отдает предпочтение. Он знает, что ангел всегда ложится спать в пижаме, верх и низ, что ужасно раздражает демона. Постепенно наблюдение входит у него в привычку, перерастает в игру, в которой только он один знает правила. Демон учится быстро отворачиваться, притворяясь будто ему все равно, когда Сэми поднимает голову от книг, стараясь перехватить изучающий взгляд. И мимолетно заглядывает в щель, когда брюнет неплотно задергивает полог кровати, делая ставки, до конца ли ангел сегодня застегнул пуговицы пижамной рубашки. И если в такой момент ему удается заметить тонкую ключицу или часть обнаженной груди, то в нем разгорается чувство маленькой победы. Но вот только над кем?

***

      Однажды утром, по стечению обстоятельств спустившись на завтрак на пять минут раньше обычного, Ади застает Сэми сидящего и разговаривающего рядом с Мими. Нет, не просто разговаривающего, а увлеченно болтающего.       – Ади! – Мими замечает его раньше, чем тот успевает свернуть в сторону. – У тебя оказывается такой классный сосед! Почему ты мне раньше о нем не рассказывал?       Он пытается проглотить внезапно вставший в горле ком, и от ответа его спасает только то, что вопрос оказывается риторическим.       – Представляешь, он столько всего читал. Даже Шекспира! А я ведь так люблю его пьесы, – никак не может угомониться Мими.       – Да, меня интересует земная литература, особенно параллели, которые она имеет со здешней. Я с самого приезда ищу книгу «Краткая история времени. От сотворения мира до исхода из Египта», и я абсолютно точно уверен, что она есть здесь в библиотеке, только пока не попалась мне на глаза, – демону кажется, что если сложить все сказанное ангелом в его сторону за столько времени, то все равно получится меньше, чем Сэми произнес сейчас.       «От входа прямо, налево к дальнему стеллажу, вторая полка сверху, пятая по счету», – думает Ади, но вслух произносит:       – Да, мне кажется я когда-то ее видел. Может как-нибудь я помогу ее тебе найти, – и с этими словами демон с облегчением присаживается на стул рядом, любезно выдвинутый ангелом.       Преодолев эту первую черту неловкости, не без помощи Мими разумеется, Ади с облегчением замечает какую легкость приобретает их дальнейшее общение. После завтрака Ади несется в библиотеку за книгой, которую он обещал помочь найти, он прячет ее к себе в тумбочку как козырь в рукав, предпочитая сохранить возможность снова начать разговор, если все вернется к изначальной точке. Но ничего не возвращается.

***

      Их разговоры по вечерам втроем за ужином становятся традицией, а потом они продолжаются уже наедине за закрытыми дверями, потому что, как оказалось, они невероятнейшим образом похожи. Они соприкасаются миллионами граней забавных историй, волнений и мнений. У них находятся общие переживания, цели и мечты. Единственное их отличие – сама природа, которая сейчас их абсолютно не волнует, ведь у каждого из них находятся как светлые, так и темные стороны. Сэми оказывается абсолютно не правильным. Он смеется над пошлыми шутками Ади, любит тусовки и порой жесткие розыгрыши и, наверное, обалденно целуется. Хотя последнее остается для демона загадкой, мыслью, которая слишком уж часто посещает голову.

***

      В один из таких вечеров Сэми уже переодевается ко сну, он теперь не уходит за этим с вещами в ванную, а остается в комнате. Он натягивает на себя пижамные штаны, и в этот момент Ади учтиво отворачивается, делая вид, что он никогда за ним не подглядывает и даже и не догадывается о его родинке под коленкой и той, другой, выше и левее. Сэми ложится спиной на чистые белые простыни, ногами к изголовью, и практически свешивает голову с края кровати. Его глаза блестят, он словно заново изучает мир, а вместе с ним и Ади, разглядывая его с новой точки зрения. Он увлеченно рассказывает о всех повседневных мелочах, послушать о которых еще совсем недавно демон мог только в своих мечтах. Но Ади уже к ним привыкает, он, как и всякий демон, жаден, и ему постепенно начинает хотеться большего. Демон смотрит на голую грудь Сэми и никак не может сосредоточиться.       Иногда, когда Мими успевает посмотреть весь репертуар земных театров по несколько раз, и ей становится категорически скучно, она забредает в кино. Это, как она рассказывала, почти то же самое, только без живых смертных. «Нет, не в этом смысле, Ади. Просто запись, картинки на экране». И как-то раз, вернувшись после очередного задания, а заодно и фильма, она рассказала Ади, что смотрела нечто под названием Человек-паук. Это название очень воодушевило демона, ведь так он надеялся, что это будет о чем-то вроде гигантского получеловека-полупаука, сжирающего все на своем пути, но все оказалось гораздо скучнее. Очередная сага о геройстве и принятии себя. Единственное, что запало Ади в душу после ее пересказа – это сцена с поцелуем, где этот Человек-не особенно-то и паук висит вниз головой.       И вот сейчас демон ловит себя на мысли, что неплохо бы было резко встать со своей кровати, преодолеть эти, разделяющие их, два шага и поцеловать Сэми именно так, как в фильме, сейчас, в эту секунду, когда ангел так беззащитен и просто невообразимо красив. Ади и сам не замечает, как встает, делает первый шаг, сокращая расстояние и… просто не веря своей трусости, сворачивает в сторону ванной комнаты.       Он закрывает за собой дверь, не поворачивая защелку, и чуть ли не сползает вниз по стенке на пол от дикой обиды на самого себя. Демон скидывает с себя одежду, включает ледяную воду и становится под струи, но в нем теплится надежда, что вот-вот приоткроется дверь, и теплое тело прижмется к нему сзади, руки обнимут за талию, а потом одна ненавязчиво скользнет ниже, к паху, и без промедлений обхватит уже вставший член. Не слыша таких желанных шагов за спиной, Ади делает это сам.       Ади вспоминает, как когда-то уже раскрывал свой ящик Пандоры, совсем немного, лишь приподнимая крышку, заглядывая в щелку, выпуская из нее эфемерных призраков, которые потом поселятся у него глубоко в душе, терзая ее практически каждую минуту каждого дня. Они посеют в нем зерно сомнений, будут мучать его, заставляя желать большего. Они соберут все его тревожные мысли в единое целое и подвесят их над ним как дамоклов меч. И, на протяжении долгого времени, Ади останется наедине со своими страхами, всеми силами отрицая себя и прячась, делая вид, что все это очередная забава.       Провести каникулы в аду и ни с кем не переспать сродни вероятности найти иголку в стогу сена: не невозможно, но лучше не пытаться и как следует потрахаться. Прошлым летом, попробовав свой первый секс втроем с мужчиной, Ади понял, что мужское тело заводит его не меньше женского. И прикрываясь тем, что в аду оргии, групповой и однополый секс – вполне обычное дело, Ади старался не потерять ни одной минуты. Поцелуи мужчины были слишком жесткие и колючие из-за щетины, но, тем не менее, они безумно отвлекали от партнерши, скачущей на его члене. Тело у нее было прекрасное: роскошная грудь, которую удобно сжимать в руке, тонкая талия и аппетитные бедра. Но Ади так хотелось скинуть ее с себя и полностью подчиниться демону перед ним и, растворяясь в этих красных глазах, исполнить все свои тайные желания. Он бы так и сделал, не будь он уверенным наверняка, что тот демон скорее более чем охотно занял бы его место в ней. Вместо этого Ади опустил руку на его член.       Он двигает рукой точно так же, как когда-то ласкал другого демона. Концентрируясь на головке, слегка прокручивая кулак при движении вниз и прикрывая от удовольствия глаза.       Следующий раз наступил на рождество, когда, воспользовавшись всеобщей суматохой, связанной с праздниками, Ади украл из кабинета Фенцио скрывающий амулет и спустился на землю. Ноги сами привели его в клуб с горящей над входом неоновой радугой. Он почти сразу заметил красавчика у барной стойки и после пары минут ненавязчивого флирта и нескольких комплиментов, тот намекнул демону, что совсем и не прочь уединиться.       Оказавшись с ним в туалете, парень без особых церемоний достал из своей сумки презерватив вместе с маленьким тюбиком смазки и, вручив их в руки Ади, сказал:       – Можешь особо не нежничать, ты у меня не первый.       Что нельзя было сказать о демоне.       Ади кончает, утыкаясь лбом в мокрый кафель на стене душевой. Вытираясь и обвязывая полотенце вокруг бедер, он вспоминает про книгу, одиноко лежащую у него в тумбочке.

***

      Демон безбожно опаздывает на занятия, и когда он влетает в кабинет, все уже разбились по парам для выполнения задания. Искренне надеясь, что его партнером не будет какой-нибудь лузер, он оглядывает первые ряды, где обычно сидит Сэми, но не находит его. Поднимающаяся в нем волна беспокойства за ангела почти сразу же сменяется диким облегчением, переходящим в восторг, когда он замечает Сэми, сидящего на задней парте и машущего ему рукой.       Они трудятся над сборкой какого-то древнего механизма с абсолютно ужасной инструкцией, не написанной, а скорее накарябанной где-то в самых темных глубинах ада. Другого объяснения этой чертовщине Ади просто не находит, на что Сэми еле сдерживает смех, прикрывая рот ладонью. Их пальцы то и дело соприкасаются в попытках прикрутить малюсенькие винтики, которые то и дело норовят выскользнуть из пазов, казалось бы, для них предназначенных, а потом крепятся как влитые в самые неожиданные места. И именно за эти неслучайно-случайные прикосновения Ади мысленно прощает создателя этой необъяснимой и чертовски нелогичной конструкции.       Понимая, что больше незачем хранить козыри и пора выложить все карты на стол, тем более что и обещания данные симпатичным ангелам нужно выполнять, Ади решает отдать Сэми книгу из библиотеки. После занятий он теряет его из виду, а потом добрые полчаса ищет ангела по всей территории школы. Он находит его сидящим спиной к пропасти, почти на самом краю крыши. Солнце снова играет в его перьях, волосах, хотя, из-за его белой одежды вообще кажется будто оно подсвечивает его всего изнутри.       – Вот. Я принес тебе книгу, о которой ты как-то упоминал.       Лицо Сэми в который раз за день озаряет улыбка:       – Класс, спасибо.       Он протягивает за ней руку, и его пальцы мягко скользят по пальцам Ади, когда ангел забирает ее у него из рук. Он тут же открывает ее, и его улыбка стирается с лица так же быстро, как и появилась, когда он, хмурясь, всматривается в карточку с именами.       – Тут написано, что ты взял ее месяц назад. Ты пытаешься меня подставить?       – Нет, просто я ждал подходящего момента. Просто… мы же не всегда общались, как сейчас, – и с этими словами демон присаживается рядом, опираясь руками о холодный бетон.       – А. Ладно, – немного смущается ангел, вспоминая не совсем задавшееся начало. – Но отдавать тогда тоже будешь сам. Постараюсь прочитать ее как можно быстрее, чтобы твое наказание за просроченную книгу было бы хоть капельку менее суровым, – безмятежная улыбка снова возвращается на его лицо, он кладет книгу рядом с собой на землю и опускает руку вниз к руке Ади, касаясь своим мизинцем его пальцев.       Почувствовав это почти невесомое прикосновение и подчиняясь своему внутреннему желанию, Ади быстро накрывает руку ангела своей, пока тот не передумал и не переложил ее. Он с замиранием сердца ждет вердикта, боясь, что ангел нарушит их близость, с ужасом отдернется от него всем телом, одарит этим своим ранящим взглядом и снова убежит, но на этот раз навсегда. Но Сэми продолжает смотреть вдаль, делая вид, что ничего необычного не произошло, и невидимая черта, которую кто-то за миллионы лет до них начертил, не пересечена. Ади слегка шевелит пальцами, проверяя точно ли ангел не ошибся в своей реакции, давая тому последний шанс на отступление.       Его сердце, и так бешено колотящееся, делает еще один скачок, когда Сэми встает, но не отпускает его руки, все еще слегка сжимая пальцы демона в своих, и демон поднимается вместе с ним.       Стоя перед ним, Ади заглядывает в его бездонные глаза, в поисках ответов, но находит в них лишь безграничный океан, в котором, как оказалось, демон тонет уже очень давно.       Сэми не медлит, и время вокруг них не застывает, он, по-прежнему не выпуская руки Ади, делает шаг назад, заставляя демона шагнуть навстречу. Потом еще один шаг, немного ниже, переходя с края крыши уже на спину горгульи. И последний, оставляя за собой лишь голодный зев пустоты и далекую землю внизу.       Сэми наконец отпускает руку демона, сжимает пальцами ткань его футболки в области груди и отклоняется назад, падая в пропасть и увлекая демона вслед за собой.       Ветер свистит в ушах, и они стремительно летят вниз практически в объятиях друг друга. Ади закрывает глаза, когда Сэми подается вперед и целует его, сокращая последние миллиметры между ними.       Их первый поцелуй совсем не такой, каким его себе представлял демон. Он абсолютно естественный, безумно нежный и настолько интимный, что Сэми расправляет свои белоснежные крылья, укрывая их ими от внешнего мира. Время благородно останавливается именно в эту секунду, и им кажется, что они падают так целую вечность и вполне готовы согласиться на еще одну, когда земля неизбежно раскрывает перед ними свои объятия.       Пара одновременных взмахов крыльями спасает их от болезненного столкновения.       – Это надо сделать испытанием, – никак не может отдышаться Ади, стараясь скрыть дрожащие, но совсем не от падения, коленки.       – Скажем, для непризнанных, которые еще не умеют летать, – соглашается с ним ангел.       – Только без поцелуев, – на всякий случай уточняет демон.       – Определенно без. Но только теперь нам снова надо наверх. Предпочитаешь лестницу или?       Ади крепко берет его за руку и взмывает вверх, поднимаясь, туда, где Сэми оставил книгу. Но она так и остается лежать в стороне. Они снова сидят в благословенном одиночестве на прохладном бетоне. Ади гладит его лицо, шею, к которой так мечтал прикоснуться, ерошит волосы на затылке и не может поверить, что все это происходит взаправду. Демон проводит кончиком языка по губам Сэми, и когда ангел приоткрывает рот, проталкивает его внутрь. Их поцелуи, сначала такие мягкие и осторожные, теперь становятся страстными и голодными. Они просто не могут насытиться друг другом и, на первый взгляд невинный, ангел совсем не уступает напористому демону.       Шум чьих-то шагов заставляет их буквально отпрыгнуть друг от друга, и они с облегчением выдыхают, когда понимают, что это всего лишь Мими. Делая вид, что не замечает опухших от поцелуев губ, она со скучающим видом произносит:       – Будет какое-то как всегда супер-мега-важное собрание в главном холле.       – Мы не пойдем. Потому что я собираюсь лишить его девственности. Прикроешь нас? – подмигивает ей Ади.       Он и сам не понимает откуда в нем берется столько уверенности чтобы такое сказать, но эти слова даются ему так легко, как ничто и никогда не давалось в жизни. Потому что камень, все это время тянувший его на дно, оказывается мелкой галькой, а жуткие призраки, сулившие вечные муки, простой игрой теней. Он еще никогда не заявлял так открыто о своих намерениях, хотя ведь еще совсем недавно Ади и думать бы себе запретил о чем-то подобном.       – Окей, - она немного ошарашена услышанным, но, с другой стороны, ей всегда было плевать кто и с кем живет, встречается или спит. – Рада, что вы наконец-таки во всем разобрались, мальчики, - хихикает Мими и спешит удалиться так же быстро, как и появилась.       – Откуда ты знаешь? – смущенно произносит Сэми.       Его крылья немного подрагивают, и он проводит по ним рукой, в попытке унять нахлынувшую нервозность.       – Я не знал. Ты сам только что об этом сказал, – лукаво улыбается Ади и целует его в висок.

***

      Когда они возвращаются в комнату, осмелевший и кажется смирившийся с положением дел Сэми сразу же обозначивает границы:       – На моей кровати мы спим. На твоей – занимаемся сексом.       Хотя Ади и кажется, что пятна спермы будут более незаметными на белых простынях, чем на черных, он пожимает плечами, показывая, что ему все равно, и начинает раздеваться.

***

      Ему кажется, что он в жизни еще столько не целовался, но он снова и снова тянется к губам ангела за ленивыми поцелуями, мягко сжимая пальцы на его горле. Демон спускается губами к шее, потом к груди, слегка прикусывает сосок и снова поднимается наверх за очередным поцелуем. Он блуждает руками по телу Сэми, гладит ребра, изгиб бедра, обхватывает ладонью ягодицу, сжимая на ней пальцы. Нависая над ангелом, Ади оттягивает пальцами резинку его белья, а потом отпускает и дразня поглаживает его член через ткань. Сэми подается вставшим членом навстречу его руке в надежде на очередное прикосновение.       Они стягивают с себя остатки одежды, и когда Сэми согласно кивает, Ади тянется к своей тумбочке и достает из нее смазку. Он не щадит лубрикант и смазывает им анус брюнета, мягко вводя в него средний палец, не весь сразу, продвигаясь фаланга за фалангой. Начиная им двигать, он следит за реакцией Сэми и когда понимает, что тому более или менее комфортно, постепенно добавляет второй. Но от этого ангел зажмуривается, шумно втягивает воздух и резко сжимается.       – Мы можем прекратить, – сразу же предлагает ему демон.       – Нет, не для этого я нарушил уже столько запретов, – отвечает ему Сэми, закусывая губу и давая продолжить растягивающие движения пальцев.       Ади очень осторожно входит в него, надавливая головкой на анус и медленно вводя член. Он замирает, давая Сэми возможность привыкнуть и немного расслабиться. Но, начиная двигаться вперед, снова встречает сопротивление.       – Сэми. Либо ты расслабляешься и даешь мне сделать хоть что-то, либо ты делаешь все сам, либо мы просто заканчиваем. Посмотри на меня.       Брюнет поднимает на демона глаза.       – Я не собираюсь делать тебе больно. Слышишь? Если ты не готов…       Вместо ответа ангел немного подается ему навстречу, глубже насаживаясь на член демона. Одновременно с этим он тянется к его руке и сплетает их пальцы у себя на бедре. Какое-то время Ади позволяет ему контролировать процесс, пока не замечает, как движения Сэми становятся все более уверенными. Тогда он и сам подается вперед, начиная двигаться в нем короткими толчками, с каждым разом продвигаясь все глубже.       Сэми издает протяжный стон, когда член Ади входит в него до упора. Теперь ангел больше не сопротивляется, а наоборот с все большим удовольствием принимает его в себя. Они так и не размыкают рук, даже когда Ади меняет темп, то двигаясь ритмично и быстро, от чего Сэми уже не стонет, а практически кричит, то нарочито медленно, почти выходя из ангела, заставляя того умолять о большем.       Со следующим толчком вперед, Ади заглядывает Сэми в глаза и проникает в его сознание. Он прекрасно знает, что ищет и с легкостью находит.       Он смотрит глазами Сэми на самого себя, свои черные крылья и закрывающуюся дверь ванной. Видит руку, сползающую по животу к промежности. Видит, как она стыдливо забирается под резинку пижамных штанов. Сэми не блокирует сознание, но в смущении отворачивает голову.       – Я не закончил, – Ади легким движение руки поворачивает голову ангела к себе, гладит по щеке и, возвращаясь к воспоминанию у него в глазах, обхватывает пальцами его член.       Он продолжает наблюдать, не прекращая движений бедрами и повторяя своей рукой движения руки Сэми. Он проходит рукой по всей длине, сжимая пальцы сильнее, когда добирается до головки, поглаживает пальцами уздечку и снова скользит вниз. Сэми задыхается от стонов, а осознание того что Ади видит в его глазах и с такой точностью повторяет просто сводит его с ума.       Он отрывает Ади от воспоминания жарким поцелуем и развратно шепчет на ухо, облизывая мочку: «Кончи в меня». И в следующую секунду волна собственного оргазма накрывает его тело, заставляя прогнуться в пояснице, и он чувствует, как его теплая сперма выплескивается на живот.       Кончая, Ади непроизвольно раскрывает крылья. Сэми смотрит на него уже другим, затуманенным, взглядом и думает, что если бы он не кончил секундами раньше, то точно кончил бы сейчас от одного вида этих черных перьев.

***

      Как бы им не хотелось остаться до утра в постели, они все-таки приходят к выводу, что ужин пропускать не стоит.       Сэми делает вид, что приглаживает у зеркала растрепанные волосы, хотя на самом деле рассматривает происходящее у него за спиной: Ади застегивает ремень на штанах, он немного пригибается, отчего мышцы у демона на животе напрягаются и становятся еще более рельефными. Рыжий перехватывает взгляд ангела в отражении и ухмыляется, и уже полностью одетый ангел, в который раз за вечер, немного краснеет.       – Постой, – Ади ловит его за запястье практически на выходе, притягивает к себе, но вместо ожидаемого поцелуя, расстегивает первую пуговицу белоснежной рубашки. - Вот так гораздо лучше.       – В таком случае, – Сэми на секунду задумывается, а потом достает из шкафа свою белую футболку и кидает ее в рыжего. – Тебе будет лучше в белом.