Игра на выживание

      Сидя в закрытой повозке, Леви приоткрыл рукой шторку и выглянул в окно, посмотрев на узкие улочки Стохеса. Утро выдалось мрачным и облачным. Было подозрительно тихо. Леви мрачно задернул штору. Эрвин Смит сидел перед ним. Леви смерил командующего пронзительным взглядом. Смит всегда был образцом идеальной солдатской выдержки. Он выглядел совершенно спокойным, ни один мускул на его лице не выдавал каких-либо эмоций кроме холодной уверенности в собственных силах. Леви по-своему любил своего командующего. Его доверие к Эрвину было просто абсолютным. Леви бы даже умер за него, если бы это понадобилось. Умер бы без всякого сожаления. Потому что идеи Эрвина стоили того, чтобы отдать за это жизнь. И сам Эрвин того стоил. Наверное, Леви верил в Эрвина Смита даже больше, чем в самого себя.       Раздался звук взрыва. Конвой резко дал по тормозам. Леви заметил легкое подобие довольной улыбки, отразившееся на лице Смита.       — Что, таки мальчишка-новобранец оказался прав, — заключил Леви, скрестив на груди руки.       — Пойдем, — Эрвин приоткрыл дверь.       — Ага, — Леви поднялся на ноги. — Надо взять операцию в свои руки, пока эти придурки из военной полиции все не похерили.       Он неловко выбрался на улицу вслед за Эрвином.       — Нил, — окликнул тот начальника полиции.       Названный повернулся к ним.       — Вышли в центр города все силы, предположительно появился титан, — продолжил Эрвин.       — О чём ты?! Откуда здесь мог взяться титан?       Дверь едущей позади них повозки распахнулась, и оттуда выскочил Жан Кирштейн. Не слушая протесты, он скинул с головы черный парик и на ходу застегнул на шее форменный плащ. Его задачей было изображать для конвоя Эрена Йегера, пока настоящий станет приманкой для Анни Леонхарт. Но теперь, когда, похоже, их затея выгорела, можно было вскрыть карты.       — Командующий, я тоже иду!       — Снаряжение получи у четвёртой группы, — кивнул ему Эрвин.       Услышав одобрение, Жан воодушевленно помчался на перехват Женской особи.       — Энтузиазм — это, конечно, хорошо, но постарайтесь не сдохнуть, — осадил его Леви.       — Есть!       Нил, ничего не понимая, растерянно вертел вокруг себя головой.       — Эрвин, что это всё значит?!       Он проигнорировал эти слова. Застегнув на теле УПМ, Эрвин быстро двинулся вперед, давая распоряжение своим солдатам.       — Все, кто может двигаться — вперёд! Присоединяемся к группам захвата!       Леви поджал губы. К нему это, конечно же, не относилось. Сраная нога, чтоб её. Леви не привык оставаться в стороне от боя.       — Остановись! — в грудь Смиту упёрлось дуло ружья.       Раздался звук спускаемых предохранителей. Военная полиция как всегда торопилась с выводами и вставляла палки в колёса.       — Ты сейчас явно поднимаешь мятеж против нашего короля! — вдруг брякнул начальник полиции.       — Нил, твои мозги такие же жидкие, как твоя бородёнка, — не смог удержаться Леви. — Похоже, ты вообще ничего не понимаешь.       К ним уже со всех ног мчались члены военной полиции.       — Командующий, титаны дерутся друг с другом! Разрушения просто невообразимые! Много жертв, как среди солдат, так и среди гражданских!       Леви вскинул голову, посмотрев на крыши домов. Отсюда ему ничего не видно, однако он слышал раздающиеся где-то вдалеке глухие звуки ударов и крики бегущих в панике людей.       — Эрвин, это тоже входило в твой план?! — прорычал Нил, сильнее сжимая ружье.       — Да, — спокойно ответил Смит. — Всё было решено лично мной. Оправдываться не буду.       Нил шокированно опустил ружье и, вдруг поддавшись эмоциям, схватил Смита за ворот форменной куртки.       — Ты должен был понимать, к чему приведет исполнение такого плана в городе! Почему ты так поступил?!       — Ради победы человечества.       — Да пошёл ты! Ты изменник! Если я сейчас же убью тебя, начальство и слова не скажет!       Леви напрягся, услышав эти слова, однако Эрвин и ухом не повел.       — Не возражаю, но тогда прими командование на себя. Захвати Женскую особь.       Нил отступил на шаг.       — Это правда всё ради спасения человечества?       — Я верю, что это шаг вперед.       Нил сжал зубы так, что они заскрипели.       — Всем опустить оружие! В кандалы его! Отправить в центр все отряды, наша главная задача — эвакуация гражданских!       Наручники захлопнулись на запястьях Смита. Леви мрачно наблюдал за этой сценой, думая о том, что, возможно, должен был что-то предпринять. Однако Эрвин сохранял хладнокровие и уверенность в себе, и поэтому Леви не шевелился. Он и сам не понимал, как ему удавалось чувствовать Эрвина, идеально понимая, что тот от него хочет и каких ждет действий. И в данной ситуации лучшее, что Леви мог сделать для Эрвина — не вмешиваться.       — Леви, не вмешивайся, — подтвердил его догадки Эрвин. — Зачем нам ненужные жертвы?       — Да, — согласно кивнул Леви. — Я и сам терпеть их не могу. Ни у своих, ни у чужих.       Смита увели. Раздался очередной грохот. Нет, все-таки он не привык сидеть в стороне, пока его люди на передовой сражаются и отдают свои жизни. Это было просто невыносимо. Сжав кулаки, Леви, хромая, направился к базе снабжения. Как-нибудь перетерпит. В конце концов, нога у него не отвалится.

***

      Стоя на крыше, разведчики наблюдали, как мимо них сначала промчалась Женская особь, а следом за ней с рычанием пронесся Эрен в обличии титана.       — Похоже, сейчас он владеет собой, — заключила капитан Ханджи Зое.       — Да, — согласился с ней Армин. — Но Эрену еще ни разу не удалось победить Женскую особь.       — Он стал титаном, а значит готов на все, — заключил Жан.       — Одного настроя мало! — ответил ему Армин.       Фарлан согласно покачал головой, сжимая рукояти УПМ. Операция немного вышла из-под контроля. Учитывая хотя бы тот факт, что по полному гражданских городу сейчас носятся два обезумевших титана, круша дома и давя ни в чем не повинных людей. Фарлан старался не критиковать действия командующего Эрвина, но порой ему казалось, что Смит сильно перегибает палку. В конце концов, можно было хотя бы попытаться временно эвакуировать всех этих людей.       — Они бегут к площади, — заметил Фарлан. — Там УПМ будет бесполезно.       — Разделитесь и обойдите её! — приказала Ханджи.       — Есть, — без возражений ответили они.       Гарпуны тросов вгрызались в фасады зданий, когда солдаты, перебегая с крыши на крышу, неслись следом за дерущимися титанами. Зашатавшись, Анни упала спиной на соседний дом. Фасад здания с грохотом обвалился от удара.       — Капитан, даже, если мы поймаем Женскую особь, город превратится в руины, — заметил Моблит.       — Мы пойдем и на это, — твердо ответила Ханджи. — Так решил Эрвин. Держите сеть наготове.       — Есть, — кивнул Моблит.       Эрен словно обезумел. Он с рёвом кидался на Женскую особь, совершенно не жалея себя. Выглядело жутко. Фарлану даже на секунду стало жаль эту Анни Леонхарт. Когда Эрен впадал в состояние аффекта, то становился форменным безумцем, совершенно выходя из-под контроля.       — Эрен! — закричала Микаса, бросаясь к нему, но Ханджи резко схватила девушку за руку.       — Неизвестно, узнает ли тебя сейчас Эрен.       Женская особь визжала так, что хотелось заткнуть себе уши. С трудом скинув с себя Эрена, она в один прыжок кинулась к Стене, вгрызаясь в неё пальцами.       — Лезет на Стену, — выдохнул Жан.       — Так она сбежит!       Микаса стартанула в одну секунду. Облетев титаншу, она в один удар отсекла ей пальцы сначала на одной руке, а следом на другой. Быстро. Красиво. Эффектно. Не колеблясь ни одной секунды. На памяти Фарлана так двигаться мог только один человек, и только теперь он увидел в деле Микасу Аккерман. А ещё до него доходили слухи о некой Ханне Херман. Подруге Катарины. Интересно, что могло объединять этих троих? Женская особь с грохотом рухнула на землю. Эрен бросился на неё, словно бешеный пёс, отрывая от титанши руки и голову.       — Ханджи, Эрен вышел из-под контроля! — крикнул Фарлан. — Он сейчас её полностью сожрёт!       — Чёрт! — ругнулась Ханджи.       Вырвав кусок плоти из шеи, Эрен открыл скрывающуюся в теле титана Анни Леонхарт. Фарлан замер на краю крыши.       — Отставить, — велела Ханджи.       — Но он же сейчас её просто убьет! И тогда всё, что произошло сегодня, будет напрасным!       — Знаю, но… — Ханджи замешкала.       Неожиданно в глаза им ударил какой-то яркий свет, так что аж глаза защипало. Эрен закричал, забившись, но они словно начали сливаться в одно целое. Тело Анни медленно начало покрываться каким-то твёрдым веществом. Они только успели увидеть спикировавшую с соседнего дома тень. Лезвия разрезали плоть на шее титана, обнажая сидящего внутри Эрена. Схватив парня за воротник, Леви одним рывком извлек Йегера наружу.       — А ну не жрать важных свидетелей, тупица! — прорычал он на ухо Йегеру.       Дым от испаряющихся тел титанов заволакивал всё вокруг. Солдаты выстроились вокруг Анни Леонхарт. Глаза девушки были плотно закрыты, а тело покрывала оболочка из какого-то кристалла. Подобной штукой она покрыла своё тело, защищаясь от ударов их клинков. Микаса сидела на земле, прижимая к себе обессиленного Эрена. Жан Кирштейн бессильно колотил мечами по поверхности кристалла, но не добился совершенно ничего.       — Да что такое?! После всего этого ты молчишь?! Анни, вылезай и получи по заслугам!       — Хватит, — строго осадил его Леви. — Бесполезно.       Его самого это всё бесило до зубного скрежета. Эта сука Анни опять каким-то образом оказалась на шаг впереди. Что за информацию она от них скрывает, что готова пойти на что угодно, лишь бы не попасть к ним в лапы? Что теперь? Кто ответит за смерть Петры, Эрда, Гюнтера, Оруо и множества других солдат Разведкорпуса? Кто ответит за Лекси, что сейчас стояла одной ногой в могиле? Леви покосился на Фарлана. Тот молча стоял, сжимая кулаки так, что костяшки пальцев побелели.       — Свяжите её, — велела Ханджи. — Доставим её в штаб и пока оставим в подвале, — она тяжело вздохнула. — Если у нас не будет информации от Анни, то что тогда? — прошептала женщина.       Фарлан мрачно наблюдал, как на Анни накидывали верёвки.       — Ради чего всё это? Столько жертв, времени и ресурсов. Мы поставили на кон всё ради пустышки, — он в гневе пнул лежащий на земле камень.       Леви повернулся и встретился взглядом со стоящим в стороне Эрвином. Медленно он подошел к своему командующему, руки которого всё ещё сковывали наручники.       — Женскую особь нам захватить удалось, — заметил Леви. — Но не скажешь, что операция удалась.       — Мы обеспечили Разведкорпусу жизнь, хоть она и повисла на волоске, — заметил Эрвин.       — Было бы неплохо, — Леви не разделял его позитивного настроя, его тошнило от всего этого.       Фарлан хмуро проводил взглядом Анни, лошадь волоком увозила обмотанный веревками кристалл с девушкой внутри.       — Что за херня?! — громко крикнули рядом с ним.       Проследив за его взглядом, Фарлан повернул голову. И почувствовал, как медленно похолодело все внутри него. Часть Стены Роза обвалилась от удара Анни. Из образовавшегося просвета на них смотрел титан. Закованный в Стену титан. Титан внутри Стены.       — То есть… — выдохнула Ханжи. — Подождите… Он там один такой? А если нет? Тогда мы окружены?       Раздался торопливый топот шагов. К ним, задыхаясь, бежал пастор местной церкви.       — Солнце! Не дайте ему попасть под солнце!       Все растерянно переглянулись. Леви плюнул себе под ноги. Почему за одной хернёй всегда обязательно следует другая, ещё большая херня?!

***

      Нога ныла так, что ее хотелось отрезать. Мария, осторожно забинтовав какую-то лечебную повязку, со вздохом выпрямилась.       — Надевай штаны, — велела она и подошла к крану, чтобы вымыть руки. — Ответь мне на один вопрос: что в моей фразе: «Две недели покоя» ты не понял?       Леви молча застегивал брюки, игнорируя замечание девушки. Ему хватало в жизни проблем. И хоть бы что-то радостное, так нет же, одно сплошное говно.       — Это правда? — вдруг спросила Мария. — Про титана внутри Стены?       — Да, — ответил Леви.       — Жуть какая-то, — поежилась она.       Леви согласно кивнул. И правда жуть.       — Как он там оказался?       — Думаю, что он там и был изначально, — ответил Леви, выходя из комнаты.       Мария свела брови к переносице.       — Ты хочешь сказать что…       — Все наши Стены сделаны из титанов, — закончил за неё Леви и закрыл за собой дверь.       Они доставили Анни в штаб Разведкорпуса. Леви ужасно хотелось отдохнуть и может быть даже выпить что-нибудь покрепче чая. Он бы пошел к Эрвину, вот только Смит остался в Стохесе, ему ещё предстояло объяснить главе города, почему Стохес вдруг стал полем боя для титанов и об этом совершенно никого не предупредили. Впрочем, Фарлан наверняка должен быть свободен. Он знал, что друг собирался зайти к Лекси, туда и отправился.       Сидя на стуле, Фарлан тоскливо смотрел на впалое, бледное лицо Лекси. От этого сердце ныть начинало. Лекси тихо и прерывисто дышала, найдя под одеялом её тонкую руку, Чёрч осторожно сжал её ладонь, она показалась ему ледяной.       — Прости, — прошептал он. — Я не смог за тебя отомстить.       Лекси ничего ему не ответила. А он и не ждал. Пусть она до сих пор не умерла, жизнь её всё ещё висела на тонком волоске, который вот-вот порвётся.       — Знаешь, я всегда тебе хотел сказать одну вещь, — тихо сказал Фарлан. — Не умирай, пожалуйста, — звучало до банальности тупо. — Я люблю тебя.       Сзади раздался тихий кашель. Фарлан обернулся, увидев опирающегося на косяк Леви.       — Ты знаешь, я догадывался, — начал Леви.       Фарлан молча побарабанил пальцами по столешнице.       — Да, — сказал он. — Мы с тобой в этом плане весьма схожи. Оба влюблены в тех, с кем быть не можем.       Леви поджал губы. Он мог бы попробовать это отрицать, но к чему это? Зачем отрицать то, что и так давно уже очевидно? Он до сих пор любил Катарину. И от этого не становилось легче. Он вовсе не был романтиком. Леви — прожжённый циник до мозга костей. И он совершенно не верил в их совместное счастливое будущее. Его вполне устраивал тот тип отношений, который он установил с Марией. Но с Катариной так не получится. Он проклинал тот день, когда она вернулась в его жизнь, и в тоже время, глубоко в душе, был рад, что может видеть её хотя бы издалека. Однажды Катарина умрёт. Он на секунду представил, как вот также, как Фарлан будет сидеть около её кровати и шептать какие-то никому ненужные признания. Стало тошно и тоскливо. Он не хотел видеть её смерть, не хотел стоять возле её могилы. Но понимал, что когда-нибудь придется. Солдаты Разведкорпуса не умирают своей смертью.       — Капитан Леви! — он услышал громкий топот ног и увидел бегущего к нему по коридору солдата.       — Что ты орёшь? — нахмурился Леви.       — Стену Роза прорвали!       Леви захотелось побиться головой о стену. Что за ёбаный день? Что за сраная жизнь? Будет ли у него хоть секунда покоя?