Игра на выживание

— Мы просим поддержки для эльдийских беженцев разбросанных по всему свету, — вещал с трибуны маленький пожилой мужчина. — Эти люди не имеют ничего общего с разрушительной Эльдийской империей. Мы должны ненавидеть не их, а демонов с острова! Именно к демонами сбежавшими на остров сто лет назад мы должны испытывать отвращение!       Катарина вздохнула. Вот тебе и защитник прав эльдийцев. Надо было полагать, что никто не станет в открытую выражать к ним свою симпатию. Мерзость да и только. Накинув куртку на плечи, она спустилась вниз по широкой гранитной лестнице. Теплый весенний ветерок подул ей в лицо, когда Катарина вышла на улицу. Сейчас середина марта, дома уже начал сходить снег. Впрочем здесь на берегу моря, снега практически и не бывает. Климат куда мягче, чем на севере Парадиза, где стояли Стены. — Башка трещит, — прокомментировала она, прежде, чем Леви успел открыть рот. — Не хрена было пить.       Катарина смерила мужчину раздраженным взглядом. — Дело не в этом. Просто по ночам… — Ты опять что-то видела? — обеспокоенно спросил Леви. — Ничего нового… Все такая же неразбериха. Люди бегут, что-то кричат, земля дрожит… Только на этот раз были еще дети. Тот мальчик, что украл твой кошелек, его, кажется, зовут Халиль. Он и еще один мальчишка… Они бежали, хотели спастись… А потом их просто раздавили. Колоссальный титан прошелся по ним и даже не заметил.       Леви успокаивающе приобнял девушку за плечи. — Не думаю, что Армин будет давить детей. У тебя просто воображение разыгралось. — А если нет, — всплеснула руками Катарина. — Я не могу связаться с Имир… Я не знаю, что делать, как управлять этим. Какой вообще толк от этой силы, если я не знаю, как этим правильно пользоваться! Я бесполезна! — Тише, — Леви осторожно притянул девушку к себе. — Успокойся. Мы разберемся во всем.       Катарина покачала головой, со вздохом утыкаясь лбом в мужское плечо. — Ребят, — послышался голос Ханджи. — Вы не видели Эрена?       Спустя час стало окончательно и бесповоротно понятно, что Эрен пропал. Просто встал и ушел посреди собрания. А куда ушел… Они чуть с ума не сошли. Обыскали весь город, но как искать кого-то в совершенно незнакомом месте, стараясь при этом не выдать ни самих себя, ни его. Микаса ходила бледная, как молоко и даже слова Армина о том, что Эрен наверняка знает, что делает, не помогали. Катарина плохо спала ночью, мерещились всякие ужасы, Леви не спал вообще. Утром они столкнулись на пороге ванны и девушка поразилась какими темными и насыщенными стали круги у Леви под глазами. — Нет ли…       Он только покачал головой. Катарина понятливо кивнула и исчезла за дверями ванной. Теплая вода стекала по коже и волосам. Хотелось отключиться от всего этого. Просто послать все на три буквы. Где взять моральных и физических сил на все это? Ответа не было. Уперевшись кулаками в кафель, она до боли прикусила собственную губу. Нельзя сдаваться. Нельзя. Но почему у них ни черта не получается? — Держи, — Ханна протянула Микасе дымящуюся кружку. — Что это? — Микаса удивленно посмотрела на черную жидкость, высунув голову из-под одеяла. — Кофе, — сказала Ханна. — Это такой напиток из зерен, его пьют, как чай. На любителя, но мне понравился. — Спасибо, — девушка села на кровати, поправив подушку. — Не переживай, — сказала Ханна. — Все будет хорошо.       Микаса кивнула. Ханна посмотрела на ее бледной лицо, с покрасневшими глазами. — Интересно, скажи я правду, он бы ушел? — Что? — не поняла Ханна. — Эрен спросил меня, кто он для меня… И я… Я ответила, что он — моя семья. Так и не сказала.       Ханна тяжело вздохнула, обнимая Микасу. — Не вини себя. Эрен ушел, потому что решил так. Хотя, сделать это молча и без предупреждения…       Микаса покивала головой. Ханна аккуратно забрала чашку из ее пальцев и вышла из комнаты. — Она сильно переживает? — поинтересовался Армин, забирая у девушки пустую чашку. — Да, — Ханна потеряла лоб. — Плакала. Глаза красные. — Да что этот урод о себе возомнил?! — сжал кулаки Жан, услышав их разговор.       День тянулся мучительно медленно. Ясности не добавилось, от Эрена и след простыл, все чувствовали себя потерянными и словно бы связанными по рукам и ногам. Так прошел день, за ним второй. Ничего не изменилось. Все вокруг ходили нервные и злые. На третий день пришло письмо от Эрена. Он просил подождать какое-то время и говорил, что вверяет все Зику. Что они не должны ничего предпринимать и ждать знака. Они будут время от времени передавать им сообщения. — Как он мог последовать плану Зика?! — не понимала Катарина. — Как?! Она хотела схватиться за голову. — Вот придурок, — прорычал Леви.       Ханджи только качала головой. То, как Эрен неожиданно подвел всех, не укладывалось в голове. *** Выжав тряпку, Катарина провела ей по стеклу. Из распахнутого настежь окна жарко грело теплое весеннее солнце. Климат здесь и правда был куда мягче, чем в их родных краях. Казалось бы только начало апреля, а она уже сидит на подоконнике в одной майке и ей ни капли не холодно. С исчезновения Эрена прошел целый месяц, но ничего кроме того сухого письма они не получили. Просто сидели на одном месте и ждали не пойми чего. Пытались найти себя дела и отвлечься, но все бестолку. — Я поменяла воду, — сказала Ханна, ставя рядом с Катариной ведро. — Видела новое УПМ? — Да, хорошая идея заменить кожаные ремни, стальным каркасом. И кажется они что-то переделали в устройстве привода? — Ага, — кивнула Ханна. — Добавили в наши разработки современных марлийских технологий. Это была идея Зика. — Может уже памятник этому Зику поставим? — раздраженно сказала Катарина. — Ты и правда его так не любишь? — уточнила девушка. — Он ведь твой брат, как мне Леви. — В гробу я видела таких родственников, — ответила Катарина. Ханна только хихикнула себе под нос. — Какой толк от улучшенного УПМ, если мы не можем практиковаться, — сказала Катарина. — Мы вообще ничего не можем. Леви нечем заняться. Он не может тренироваться, как привык, у него нет никакой письменной работы, ему скучно и некуда девать энергию. Поэтому он придумывает работу себе и мне заодно. — Не только тебе, — заметила Ханна, выжимая тряпку. — Ты с ним не живешь, — скептично сказала Катарина. — Леви привык много работать. Он не умеет сидеть без дела вообще. Грубо говоря, он должен уставать. Сбрасывать куда-то энергию. — Ты к чему клонишь? — Ханна слегка улыбнулась. — Он меня заебал, — прямо сказала Катарина. — В прямом смысле этого слова. Такое ощущение, что мы не люди, а кролики. Ханна хохотнула, услышав эти слова. — Не смешно. Я устала. Сама не верю, что говорю это, но мне надоел секс с Леви.       Ханна только покачала головой на эти слова, посмотрев в окно с каким-то загадочным видом. Катарина только хмыкнула себе под нос. — Ты что-то хочешь мне рассказать?       Катарина никогда не видела, чтобы люди так быстро краснели. — Я… Ничего такого… — Когда? — только спросила Катарина. — Вчера, — она неловко опустила глаза. ***       Откинув назад темные, влажные после душа, волосы, Ханна вошла в пустую комнату, бросив на кровать полотенце. Вечерело. Из приоткрытого окна веяло прохладной свежестью. Раздался тихий стук. — Заходи, — крикнула она. Армин тихо проскользнул внутрь. — Я принес тебе кофе, — сказал он. — Тебе же он понравился. — Спасибо, — Ханна слегка улыбнулась.       Встав на цыпочки, она прикрыла форточку. И взяла со стола горячую кружку. Ханна не смогла сдержать улыбку, когда ее обхватили сзади, целуя в шею. Армина всегда удивляло насколько мягкой она становилась оставаясь с ним вдвоем. И не подумаешь, что она способна вырезать плоть из титанов чуть ли не с закрытыми глазами. У Ханны тело воина. Оно сплошь покрыто тугими, играющими под кожей, мышцами. Но это никак ее не портит. Ханна красивая. От лица с глубокими выразительными серо-голубыми глазами и острыми тонкими скулами, до подтянутой тонкой фигуры. А еще у Ханны за ухом есть маленькая родинка. Вряд ли она сама знает о ее существовании, но она там есть и Армин об этом знает.       Ханна плюхается на кровать, приглашая Армина сесть рядом. Они любили проводить вечера вдвоем. Пить кофе или чай, разговаривать или не разговаривать, как пойдет. Армин обнял девушку одной рукой за плечи, притягивая к себе. Блаженство… Устроить голову у него на плече и прикрыть глаза, обнять его руку и замереть. И пусть мир сейчас хоть рухнет, а Ханна счастлива. Счастлива пусть на несколько секунд, минут, но хочется, чтобы это длилось вечно. Спрятаться от этого мира хоть ненадолго. Побыть только вдвоем. Разве нужно что-то большее? Ханна прикусила губы, чувствуя, как он проводит носом по ее щеке. Так хорошо и приятно. Внизу живота медленно концентрируется тепло. Знакомое ощущение. Тело просит большее. Девушка слегка поерзала. Они были вместе уже два года, но Армин никогда не распускал руки, не позволял себе лишнего ни на словах, ни на деле. И если раньше Ханна была благодарна ему за это, то сейчас она готова была проклясть Армина и его чертову нерешительность. Они давно уже не детишки. И она определенно хотела его, хотела большего, чем просто поцелуев. И Армин наверняка хотел. Хотел, но зачем-то терпел. Ханна слегка повернула голову, заглядывая парню в глаза. Она нежно провела ладонью по его щеке, разворачиваясь к нему лицо и устраиваясь на колени и запуская руки под рубашку. Армин краснел просто очаровательно. Ханна всегда находила это ужасно милым. Каждый раз, когда они заходили чуть дальше поцелуев, он делал все ужасно робко и медленно, но Ханне все это крышу сносило. Она конечно, тоже смущалась, но не так сильно.       Ханна поцеловала его нежно, жарко выдыхая. Спускаясь поцелуями ниже, изучая его шею и плечи стаскивая с него рубашку. Армин вздыхнул и зажмурился. Мозг окончательно отключается… А вот телу хочется еще и еще, больше, жарче. Ханна на несколько секунд отрывается, задумчиво глядя на его лицо. Торопливо начинает расстегивать маленькие пуговки на своей рубашки. У Армина округляются глаза. — Ханна, ты… — Помолчи…       Ханна чувствует, как ткань скатывается вниз, оголяя ее тело. Девушка испытывает огромное желание, как-то прикрыться, но пересиливает себя. Ей хотелось, чтобы он видел ее. Она видела его смущение, залившее щеки пурпурным румянцем и то, как он боялся взглянуть на ее тело, хоть по виду очень того хотел. Обхватив Армина за шею, она потянула его за собой, ложась спиной на прохладную простынь. Армин вдруг проявил неожиданную для себя решительность, впиваясь поцелуем ей в губы, руки осторожно прошлись по телу. Ханна почувствовала, что сходит с ума, и выгнулась в пояснице, когда руки Армина накрыли ее грудь. Становилось невыносимо жарко. -Ты такая красивая, — прошептал он девушке в губы.       Ханна знала, что он говорит не о внешности, он говорит о ней, о том, какая она во всех своих проявлениях. Со всеми ошибками и вздорностью, со всеми достоинствами и недостатками, Ханна была для него красивой. Он целовал ее нос, глаза, лоб, гладил еë волосы и неизменно возвращался к губам. Его поцелуи были аккуратными и нежными, но такими волнующими. Поддавшись стремительному порыву, Ханна протянула руку, коснувшись пальцами его щеки. Осторожно и невесомо. Армин замер от прикосновения, наслаждаясь им, не переставая расслабленно улыбаться. Он выглядел таким невинным. Щеки девушки обжег стыдливый румянец, и она поджала пересохшие губы. Армин, казалось, даже перестал дышать. Он отвечал неуверенно, будто боясь сделать что-то не так. Пальцы Ханны гладили его лицо, затылок и шею. Армин тяжело дышал. — Это необычно… — голос наполнился сексуальной хрипотцой и волнением. — Все тело горит. Но это очень приятно, и я… — его щеки мило порозовели, -… не хочу останавливаться. Я хочу поцеловать тебя… — сказал он, и Ханна одобрительно кивнула, а после застонала, уже не сдерживаясь, стоило его сухим горячим губам припасть к ее груди.       Он целовал ее так самозабвенно, гладя ладонями талию. Его взгляд излучал такую безмерную радость, что она позволила ему коснуться себя, что Ханне вновь стало неловко. Кожа покрылась мурашками. Его руки гладили ее ноги чуть выше колен и девушка помогла ему избавится от нижней части своего гардероба. Армин целовал уже смелее, лаская языком, но когда Ханна переместилась быстрыми поцелуями на его подбородок, затем на шею, он откинул голову и тихо застонал. Ханна чуть отстранилась от парня, руки девушки потянулись к его штанам. Она дрожащими руками расстегнула ширинку и спустила их вместе с бельем. Армин стеснялся сказать о своих желаниях, но его выдавали блестящие глаза и сбитое дыхание. Расстояние между их телами было катастрофически небольшим, но их это совсем не смущало. Ханна притянула его к себе, накрывая его теплые губы своими, девушка скрестила лодыжки на талии парня, намекая, что хочет большего и тот уловил ее мысли. Это оказалось немного больно. Но лучше, чем ожидалось. Странное необычное ощущение заполненности и легкого дискомфорта. Ханна сжимает его внутри, кусает губы и тихо стонет, выгибаясь навстречу, забывая о боли. Ей нравится ощущать его хриплое дыхание на своей коже, чувствовать, как он вжимается в ее тело. Сегодня она принадлежала ему. Нет, принадлежали друг другу. Всегда принадлежали. И будут принадлежать. До самого конца.