Игра на выживание

      Стоя на пристани, Ханна напряженно смотрела на приближающую к ним колонну колоссальных титанов. Она чувствовала, как дрожала земля у нее под ногами. Волны беспокойно бились о берег. Внутри медленно сворачивалось ощущение ужаса и безысходности. Флок успел не только убить Фарлана, его пули в нескольких местах пробили топливный бак самолета. Сейчас его экстренно чинили, но кажется, они не успевали взлететь, раньше, чем гул успеет до них добраться. — Что нам делать? — прошептала Микаса. — Боюсь, у нас нет выбора, — сказал Армин. — Мне придется остаться и выиграть время…       Ханна внимательно посмотрела на парня. Армин был бледный и его била мелкая дрожь. Он боялся и боялся не напрасно. — Ты спятил?! — воскликнул Райнер. — Без тебя мы не победим Эрена! Я останусь! — Мы не можем вот так разбрасываться силами титанов! — заметила Ханджи. — Я привела вас всех сюда. Я убивала своих товарищей ради этого. Я беру всю ответственность на себя.       Это прозвучало, словно удар грома. Ханну прошибло. Холодная волна пробежала с головы до ног. Вот теперь стало по-настоящему страшно. — Ханджи… — у нее голос сорвался.       Зое не слушала их. Повернувшись к Армину, она положила руку ему на плечо, смотря так прямо и серьезно, что сомнений в ее намерениях больше не осталось. — Армин Арлерт, я назначаю тебя пятнадцатым командующим Разведкорпусом.       И без того большие глаза Армина и вовсе стали, словно два блюдца. — Главное, что требуется от командира разведки — никогда не сдаваться и искать правду. Никто не подойдет на эту должность лучше. Я оставляю все на тебя.       Армин хотел ей что-то сказать, вот только у него ничего не выходило. Он тупо смотрел на Ханджи с открытым ртом, явно не до конца понимая, что сейчас происходит. Никто не понимал. Она собиралась. Крепила громовые копья, застегивала УПМ. — Всем пока, — вдруг сказала она так, словно собиралась сходить на прогулку и вернуться. — Армин, кстати, Леви теперь твой подчиненый. Можешь командовать им, как хочешь, — она слегка усмехнулась.       Никто из стоящих вовсе не счел это забавным. — Что… — выдавил из себя Армин.       Ханджи махнула им рукой и пошла вперед вдоль пристани, навстречу идущим на них титанам. Ханна сжав кулаки, закрыла глаза, отворачиваясь. Да что же это такое?! Почему?! В глазах щипало. Ханджи — ее командир. Она вступила в разведку при руководстве Эрвина Смита, но отслужила при нем всего четыре месяца и толком-то его и не знала. Ханна не умоляла его заслуг, но все сознательное время, тем за кем девушка следовала, был вовсе не Эрвин, а Ханджи. Ханна посмотрела на Армина. Слишком высокую ношу она не него взвалила. Ханна не сомневалась в нем, но вот сам Армин… — Эй, очкастая.       Ханджи замерла, смотря на преградившего ей путь Леви. Лекси стояла за его спиной. По щекам девушки, влажными дорожками, катились слезы. За все пятнадцать лет, что они бок о бок отдавали свои сердца за человечества, Ханджи никогда, ни одного раза не доводилось видеть, чтобы Лекси плакала. И вот теперь она смотрела на нее опухшими красными глазами и слезы капали вниз с ее щек и подбородка. Ханджи видела, как она сжимает кулаки и, как дрожат ее губы. — Думаю, мое время пришло, — Ханджи попыталась добавить в голос безмятежности, но вышло не очень. — Я хочу уйти красиво. Позвольте мне, пожалуйста.       Леви бессильно опустил взгляд и из груди Лекси вырвался какой-то сдавленный рваный выдох. Ханджи поняла, что еще минута и она сама разревется. Ей хотелось, остаться в их памяти сильным волевым командиром, а не рыдающей девчонкой, и она проглотила вставший в горле ком. Леви молча сделал шаг вперед, приблизившись к ней вплотную и его кулак опустился ей на грудь, прямо туда, где находилось сердце. — Посвяти свое сердце, — вдруг сказал.       Ханджи выдохнула, широко распахнув глаза. Больше Леви не сказал ей ничего, отойдя в сторону, он просто уступил ей дорогу. — Никогда не слышала этого от тебя! — она изо всех сил постаралась напустить на себя радостный вид. — Ханджи, не надо, — Лекси хотела подойти к ней, но Леви сильно сжал ее запястье, удерживая на месте. — Ханджи!       Бесполезно. Она уже все решила. Лекси плохо соображала, пока Леви, с невесть откуда взявшей у него силой, тащил ее в самолет. Последнее, что девушка увидела, это силуэт Ханджи, летящий навстречу приближающимся колоссам. Лекси ломало изнутри. Свернувшись на полу, она обхватив руками колени, захлебывалась от рыданий. Почему она должна потерять Фарлана и Ханджи, буквально друг за другом. У нее никого не осталось. Никого. — Не реви, — раздался над ухом голос Леви.       Лекси подняла на него заплаканное лицо. — Мы потеряли их, Леви. Всех, понимаешь. Всех с кем мы начали, помнишь. Они все мертвы. — Не все, — ответил ей Леви. — Ты жива. Так, что не смей подыхать вслед за ними. — Ты тоже, — сдавленно ответила она. — Но… Фарлан… он… — она снова уткнулась себе в колени. — Я знал его дольше твоего, — заметил Леви. — У меня не было друга лучше. И уже не будет. Если честно, всегда удивлялся, что он во мне нашел. — Вы с ним… — Изначально, он прибился ко мне в целях выгоды. Раздражал меня ужасно. Вечно по-дурацки шутил. Не думал, что мы с ним сможем подружиться. Ты очень много для него значила. Думаю, он правда очень сильно тебя любил. Для нас, ребят выросших буквально в жопе мира, трудно, практически невозможно, понять то, что принято называть семьей. Когда он снюхался с тобой, я считал, что это все зря. Что так нельзя. Что такая жизнь не для нас. Но сейчас, я понимаю, что это было лучшее, что могло с ним произойти. И я благодарен тебе за это. В глубине души, всем нам хочется спокойной и мирной жизни, с теми, кого мы любим. И за это любую цену отдать не жалко.       Лекси удивленно хлопала глазами. — Не думала, что когда-либо услышу от тебя подобное. — Последнее время, многое пришлось осознать, — ответил ей Леви. — К тому же у меня было время подумать. Только, что-то поздновато уже.       Девушка опустила глаза, понимая, что он сейчас имел ввиду. — Не думаю, что для тебя все совсем уж потеряно. — Посмотри на меня, — мрачно сказал он. — А теперь выгляни в окно и скажи, что ты там видишь. Для меня все, наверно, уже и правда потеряно. Я не жалею. Ну почти, не жалею. Но ты не можешь сдаться сейчас. Подумай о вашем с Фарланом сыне. Думай о нем каждую минуту, каждую секунду, о том, что ты должна вернуться к нему. Не обрекай его на одиночество. Это я тебе, как человек, на глазах которого умерла мать, говорю.       Лекси вытерла слезы рукавом. Леви был прав. Странно было слышать всю эту откровенность от Леви, но тем не менее, он был прав. Ей нельзя отчаиваться и сдаваться. Она должна вернуться к своему ребенку. К их с Фарланом ребенку. Поэтому сегодня она не умрет. Ей нельзя умирать.       Когда Армин появился из пилотской кабины, на него тут же уставилось множество пар глаз. На кого еще им теперь положиться? Арлерт выпрямился. Сейчас он выглядел гораздо увереннее, чем в порту. Взял себя в руки. — Итак, обсудим наш план.       Сев, он быстро начертил на полу схематичное изображение титана прародителя. — Обычно тело человека находится в затылке, — сказала Пик. — Но мы не можем знать этого наверняка, особенно учитывая способности Молотоборца, — вмешался Леви. — Иначе говоря, не известно где могут находиться Эрен и… — он вдруг замолчал. — Мы всегда можем подорвать его целиком, — продолжила Пик, не обращая внимание. — Взрывом от трасформации ты сравнял порт Либерио с землей. Армин, твой Колоссальный способен на это. — Да, так и есть, — согласился парень. — Это самый эффективный способ. Микаса с Ханной переглянулись, резко изменившись в лице. — Но я считаю, нужно попытаться поговорить. Я использую взрыв только если других вариантов не останется. — Эрен контролирует основателя при помощи Зика, — заметил Леви. — Получится ли остановить гул, убив его? — Может быть, вы и правы, — согласился Армин. — Где находится Зик, мы тоже не знаем, — сказала Пик. — Придется раскопать этого волосатого ублюдка из кучи костей, — ответил ей Леви. — Клянусь, я убью Зика, своими руками.       Ханна сжала пальцами его плечо. То, как он сказал это. Словно, это единственная, последняя вещь, еще держащая его на плаву, не дающая сдаться, погрузившись в пучину собственного отчаяния. — Леви… — тихо выдохнула она, не зная, что ему сказать. — Конечно… — выдохнул Жан. — Нам пришлось убить целую толпу своих товарищей, чтобы поднять самолет в воздух. Мы не можем позволить этим жертвам быть напрасными. Все ради того, чтобы остановить гул. Я сделаю все, что смогу.       Конни упустил вниз болезненный взгляд. — Я зарезал своих товарищей, пока они в лицо называли меня предателем. Ради блага всего мира. Райнер. Тебе, Бертольду и Энни тяжело было, наверное. — Мои грехи не искупить, — тяжело ответил ему Райнер. — Я никогда не смогу простить себя, даже если нам удасться спасти остатки человечества, — он положил руку Конни на плечо. — Поэтому нужно спасти остальных. — Да, — кивнул Конни. — Ты прав. Даже если нам не искупить своих грехов, нужно довести дело до конца. — Так и есть, — покачал головой Жан. — Мы одинаковые. Я не имею права винить тебя в чем-либо, когда я сам убивал с целью спасти других.       Ханна задумчиво поглядела в окно. На душе было слишком тяжело. — Ребят, — вдруг сказала она. — По-моему, что-то не так. ***       Катарина соображала смутно, как-будто в тумане. — Эрен, — слабо позвала она охрипшим голосом.       Она отчаянно вертела головой, но из-за окружающего пара, не видела ничего, дальше вытянутой руки. — Эрен!       Было жутко. Пошатываясь, она поднялась на ноги, хватаясь за раскалывающуюся голову. Что произошло? Она посмотрела на свои руки. Расплывчатые воспоминания подкидывали странную картину. Зик… Эрен… Имир Фриц… Свобода. Она просто хотела свободы. Две тысячи лет Имир хотела лишь одного. Увидев мелькнувший в дыму силуэт, Катарина со всех ног бросилась к нему, падая на колени. — Эрен, — она схватила парня за плечи, заглядывая ему в лицо. — Ты как?       Он растерянно поднял на ее зеленые глаза. — Мы живы? — Наверное, — прошептала девушка. — Этот пар. Кажется, это колоссы разлагаются.       Эрен выдохнул и через силу усмехнулся. — Значит, все получилось?       Катарина задумчиво покачала головой. — Где Зик? Эрен огляделся. — Мы не закончили, — вдруг сказал он. — Не закончили? Постой… я… я же… — Ты сделала, все, как надо, — Эрен поднялся на ноги. — Но я думал… Не важно, но если подумать, все только начинается. Хоть гул и уничтожил большую часть населения, остатки явно будут точить когти на Парадиз и эльдийцев. — И ты, зная это, все равно пошел на такое?! — возмутилась девушка. — Иного выбора не было, а я просто плыл по течению. Все случилось именно так, как и должно было. Мы с Зиком встретились и пробудили гул, ты, благодаря этому, смогла попасть в пути и связаться с координатой и дать Имир Фриц, то что она так сильно желала — свободу. — Смерть, — сказала Катарина. — Иногда смерть и есть свобода, — философски рассудил Эрен. — Имир давно уже умерла. Но две тысячи лет все равно не находила покоя, продолжая служить потомкам Фрицев. И потомок Фрицев в итоге это и закончил. — Я… я нож ей в сердце воткнула, — вспомнила Катарина. — Она хотела этого. Все что произошло, случилось по ее воле. Я, ты, Зик, все действовали по ее воле, — он поджал губы. — Теперь эльдийцы свободны. Сила титанов исчезла, вместе с Имир Фриц. Катарина хмыкнула, себе под нос. — Свобода. Видимо, ты прав. Для нас свобода — это смерть. Весь мир озлоблен, нас сотрут в порошок. — Для начала этому миру нужно будет зализать раны, — рассудил Йегер. — У нас должно быть время, доказать, что нет причин ковырять старые обиды.       Катарина едва сдержала нервный смешок. — Ты уничтожил полмира, а теперь ищет снисхождения. Ладно, прости. Я понимаю. Избавить эльдийцев от этого проклятия иначе было невозможно, а пока мы обладали силой титанов, мир бы не перестал видеть в нас лишь грязнокровных демонов. Но все-равно, если честно, то я не вижу, счастливого конца для нашего народа, будет война, истребление и в итоге смерть. — Ты рассуждаешь, как Зик, — фыркнул Эрен. — В будущем есть не только смерть. В нем была и жизнь, — он смерил Катарину пытливым взглядом. — Разве Имир не показывала тебе?       Девушка выдохнув, скрестила руки на своем животе. — Ты знаешь… — Я знал об этом с самого начала, — усмехнулся Эрен. — И ты пытался задушить беременную женщину, — скептично заметила Катарина.       Эрен усмехнулся на эти слова. — Ничего бы с тобой не было. Если этот ребенок должен родиться, то он родится. С твоим образом жизни — это уже чудо, но считай, что Имир тебя просто берегла. Так что у тебя нет причин для переживания. — У меня куча причин для переживания, — ответила Катарина. — И вот одна из них.       Дым от тел титанов рассеялся и она ясно видела, окружающих их, марлийский солдат, сжимающих оружие в руках. — Эрен Йегер, — громко сказал один из них. — Убить его и девушку на месте.