Я Твоя Жизнь, Я Твоя Смерть

Мортис больше не был той необыкновенной землёй обетованной, как во времена расцвета Небожителей. На всей планете не было ни одного живого дерева, ни куста, ни травинки. Он стал чертогом смерти. Морай взмыла ввысь с протяжным воплем, и полетела над планетой, осматривать развалины своего бывшего дома. Но смотреть было почти не на что — зола и пыль покрыли планету, в воздухе царил смрад разлагающейся органики, небо затянуло свинцом. У Асоки сжалось сердце, когда она увидела ландшафт с холма, на котором они с Молом очнулись. — Что за... падшее место, — проворчал Мол придя в себя, отряхиваясь от пыли-грязи. — То, что осталось от Мортиса, — с горечью сказала Асока. — И где этот урод? — огляделся по сторонам Мол, ища Сына. — Он тут. Он придёт за нами. Подождём. Они оглядели местность. Глазу было не за что зацепиться, настолько гиблое было место. — Асока… Я понимаю твоё сочувствие к этому отродью Тьмы, но лично я ему не верю. И тебе не советую. Мы не знаем, что он на самом деле задумал. Я считаю, он хочет подчинить себе Галактику. С его способностями, это именно то, что такой, как он, стал бы желать. — Он не хочет править Галактикой, а только иметь достаточный контроль, чтобы защитить её от Абелот, — опровергла Асока его подозрения. — А когда с Абелот будет покончено? Тогда что? — Тогда и меня уже не будет, — ответил ему Сын, появившийся за их спинами. — Собственно, как и нас, — добавила Асока. — Не зарекайся так, Асока, — прошипел Мол. — У нас ещё будет время погулять на наших преждевременных поминках, в моей цитадели. Я вас приглашаю! Но сначала, — Сын сделал паузу, подняв взгляд вверх, где кружила Морай, — Мне предстоит закрыть портал в межмирье. — И как это будет выглядеть? — спросил Мол. — Мы отправимся в самый центр Мортиса, туда, где пролегает центральная жила, соединяющая все порталы. Закрыв её, возможности использования пространства межмирья будут ограничены и это не даст Сидиусу обрести контроль над Галактикой. После этих слов Сын превратился в крылатого монстра и позволил Асоке с Молом залезть за его спину. Асока схватилась за его уши, Мол за шею, и они помчались к замку Отца. Прилетев на место, они слезли со спины Сына, и тот снова принял форму гуманоида. Он первый начал восходить по лестнице ко входу в замок, жестом позвав Асоку и Мола за собой. Подойдя к открытой двери, он остановился и обратился к попутчикам: — Это тут. Эта цитадель — физическая точка, где сходится энергия мира, время и пространство. Отсюда можно попасть куда угодно. Я постараюсь закрыть её. Я не уверен, как это будет выглядеть. Думаю, мне нужна будет ваша помощь. — Как тебе помочь? — спросила Асока. — Так же, как я помог тебе и Морай попасть сюда — передать мне вашу Силу. Асока кивнула в знак согласия. Мол лишь сжал челюсти. Сын подошёл к двери, вытянул руки вперёд и закрыл глаза. Мол и Асока встали за его спиной, в ожидании. Из замка начал дуть ветер, поднимая пыль, хлеща холодом в лицо. Гул, поднимающийся из недр замка, устрашал. Ветер превратился в ураганный, грозя снести Сына, Мола и Асоку долой с лестницы. Тогда Асока положила руку Сыну на плечо, удерживая его и себя на месте Силой. — Помогай, — попросил её Сын. Асока откликнулась сразу же. Она направила на Сына свою Силу, искренне пожелав, чтобы он справился. Мол подключился к процессу, положив свою руку Сыну на другое плечо. Он создал вокруг них защитное поле, и сделал это как раз вовремя — из двери замка начали вылетать куски материи. — Мне не хватает сил! — закричал Сын, перекрикивая шум поднявшегося шторма, яростно бьющего о защитное поле. Дверь не поддавалась ему. Всех троих начало сносить прочь от входа, к ступеням. Их ноги заскребли по каменным плитам, шагать вперёд было невозможно из-за напора шторма. — Я делаю, всё, что могу! — заверила его Асока, — МОЛ!? — ЧТО?! — проорал тот скозь гул, содрогаясь от усилий. Поддерживать щит и удерживаться на ногах становилось всё тяжелее. — Помоги же! — потребовала Асока. — КАК?! — Мол был готов помочь, лишь бы это закончилось. — Как-нибудь. Силой. Магией..! — Мы можем направить нашу Магию в процесс! — предложил забрак. — Принимаю. Это поможет! — ответил Сын. Тогда Мол с Асокой открыли ему свои ресурсы — они дали волю Магию, что была в них, направляя её на Сына. Тот напитался ей и двери-таки поддались ему, начав двигаться. Но тут случилась новая напасть. Замок начал рушиться. С высоких сводов полетела вниз каменная обшивка. Защита Мола не выдержала камнепада. Он стал останавливать камни на лету, так же, как и Асока. Но их сыпалось столько, что вскоре им стало не под силу удерживать такой груз в воздухе. — Почти всё! — оповестил их Сын. Двери замка начали со скрипом закрываться. Остался лишь узкий проход. Перед тем как захлопнуть двери, Сын толкнул Мола Силой внутрь. — НЕ-Е-ЕТ! Что ты натворил!!! — завопила Асока, но была бессильна что-либо сделать. Ринуться вслед за Молом не было возможности. Двери закрылись с оглушающим грохотом, Сын схватил Асоку, и прыгнул с ней в руках с лестницы. Он расправил крылья, чтобы унести её из-под камнепада, но его крыло поломал булыжник, упавший с высоты. Сын спикировал вниз. Он сжал Асоку в руках, окутывая её своим телом, принимая на себя удары сыплющихся осколков замка. Упав на землю, они покатились по ней, купаясь в прахе когда-то росшей там зелени. Замок над ними рассыпался на части, усеивая развалинами окрестности. Они были в зоне обвала. Сын обернул своё чёрное крыло вокруг них, защищаясь от камней. На его тело упал очередной камень, раня его спину. Он заревел от боли, но не разжал захвата. — Уноси нас отсюда, — взмолился он на Асоку, задерживая несколько огромных камней в воздухе над ними Силой, поднимаясь на колени. Асока вскочила на ноги, схватила Сына под руки, и потащила его прочь из радиуса поражения. Ноги не держали его. Асока из всех сил устремилась прочь из смертельно опасной зоны, таща Сына на себе, пока тот останавливал камни. Были бы у меня крылья! Я бы вынесла нас отсюда без проблем — понеслось у неё в голове. То, что произошло, когда она подумала об этом, поразило её. У неё появились крылья. Белые. Огромные. Сильные крылья, в сияющих перьях. Она расправила их и взмыла к небу, уносясь прочь от смертоносного обвала. Сын был удивлён явлением не меньше её. Он схватился ей за пояс, и они понеслись через пыльную дымку туда, где раньше были цветочные поляны. Когда Асока приземлилась, её крылья исчезли. Она сбросила с себя Сына и выхватила сайберы: — Что ты сделал с Молом!? Отвечай!? Что!? И почему!? — Успокойся, сестрица. Ничего с ним не сталось. Я закинул его подальше отсюда, чтобы спасти от верной смерти под камневалом. Я не смог бы спасти вас обоих. Мне пришлось бы им пожертвовать, но мне нужно его тело, да и ты так привязана к нему… — Куда ты его закинул?! Где он!? — Не скажу точно. Он на одной из планет, где есть портал в межмирье. Таких планет около тысячи. Найти его вполне возможно. Асока сжала рукояти мечей в руках со стоном безысходности. Она понимала, что Сын не нарочно вытолкнул Мола с Мортиса, а из-за обстоятельств, но от этого её негодование не уменьшалось. — Ты поможешь мне его найти! Сейчас же! — О, дорогая... Если ты не заметила, я еле жив. Мне нужно подлечиться для начала. Может ты окажешь мне услугу за своё спасение? — взглянул Сын на Асоку с земли. Он не мог встать. Силы покинули его, а раны на теле продолжали истощать его оболочку. Асока убрала сайберы и успокоилась. Сын не должен был умереть сейчас. Его миссия была важнее её личных интересов. Она вздохнула и подошла к нему, убого свернувшемуся на прахе травы. — У меня уже есть один отчаянный, которому постоянно приходится спасать рогатую голову. Ещё одного я просто не потяну. Это последний раз, когда я помогаю тебе. — Но всё же, ты мне поможешь, — с хитрой ухмылкой сказал Сын, зная, что Асока не может не помочь пострадавшему. — Я помогу. Потому, что твоя миссия кажется мне важной. — Ты всё ещё сомневаешься в моих словах? В моей роли? — хрипло спросил Сын, и закашлялся от пыли. Асока молча посмотрела ему в глаза. Не его глаза, а гуманоида, Инквизитора, но через них на неё смотрел дух Сына. Она видела, что Сын не хитрил. Всё, что он говорил ей, было правдой. Ужасной правдой. — Нет, не сомневаюсь, — ответила она и присела рядом с ним на землю. Его крылья распластались по пыльной поверхности, переломанные во многих местах. Грязь забилась в раны на его теле. Асока положила ему руки на грудь и собралась исцелять его увечья. Сын резко вздохнул, закрыв глаза, и приготовился к ужасной боли, которая всегда пронзала его тело, когда Сестра исцеляла его. Но в этот раз процесс пошёл по-другому. Он не почувствовал боли. Он почувствовал жар. Энергия Асоки пронзила его органы диким жаром. Он пылал, но это было такое пламя, в котором он горел с радостью. Его раны быстро затянулись, сломанные кости срослись, ушибы исцелились. Но Асока не остановилась на этом. Она продолжила изливать свою живительную Силу на него, словно забывшись в процессе. Её энергия переполнила его и полилась потоками по равнинам Мортиса, воскрешая почву, давая жизнь редким семенам, что засохли в ней. Сын смотрел на неё и восхищался. Асока творила чудо: мёртвые поля Мортиса начали порастать травой, на кустах набухли почки, лес подёрнулся молодой зеленью. В горах зашумели водопады, а по небу Мортиса поплыли облака, несущие живительный дождь. Оросив землю влагой, дождь прекратился и из-за чёрных туч вышло Солнце, которого на Мортисе не было видно со времён Сестры. Сын смотрел на изменения вокруг зачарованно. Он узнавал Силу Сестры. Только перед ним была вовсе не Сестра, а Асока. Не менее божественная, не менее сильная и красивая. Живая. Тёплая. — Останься тут, со мной, Асока Тано. Ты не пожалеешь. Я дам тебе всё. Всё, чего хочешь. Тебе не нужно будет воевать. Не нужно будет беспокоиться о Моле… Мир, Сила, Гармония — ты будешь пребывать в них в союзе со мной. Асока распахнула глаза от удивления. Она не ожидала, что Сын предложит такое. И ответ её был категоричен: — Нет. Я не останусь с тобой. Я хочу воевать. Я хочу заботиться о Моле. Он мой муж! Я хочу жить своей жизнью, а не твоей иллюзией. Я не твоя сестра. Не забывайся! — отрезала она, встала и отряхнулась, смотря на Сына сверху вниз. Он медленно встал, проведя рукой по восходящей траве и, усмехнувшись, ответил ей: — Ладно, леди-воительница за правое дело, жена Мола, живущая своей жизнью. Будь по-твоему. Пока. Асока хмыкнула в ответ. Всё же, Сын — наглец! — Я отправляюсь за Молом. Где он? И где наши шаттлы? — объявила она. — Ох, как мы спешим! — нараспев протянул Сын, — Мола надо найти. А транспорт… в космосе, где-то недалеко от Мортиса. Притянуть его сюда не составит мне труда. Но я ведь ничего не делаю просто так, ты уже знаешь правила. — Я только что спасла тебе жизнь! Воскресила Мортис! Чего тебе ещё надо?! — гневно воскликнула Асока. — А я спас тебе жизнь до этого. Исцелив меня, ты лишь покрыла долг. Асока прыснула. Игра Сына ей претила. Но приходилось играть, чтобы выжить. — Моё условие такое: ты останешься со мной, тут, на одну ночь, — заявил Сын. — Зачем? — Пообщаемся. Как в старые добрые времена. Потом я пригоню сюда шаттлы и помогу тебе найти Мола, — заверил её Сын. — Хорошо, — прошипела Асока сквозь зубы. — Вот и славно. Подбросить тебя до моей обители или сама долетишь? — Я сама! — гордо сказала Асока и расправила белые крылья. Сын взмахнул своими чёрными, и они помчались по небу Мортиса к цитадели Сына.