не из стали

с годами осознаёшь, что романтики нет в оружии pyrokinesis - ОКО Он был её противником. Достойным противником. Из таких, которых есть, за что уважать. На Равнинах уже не день, но ещё не закат – в такое время усталые солдаты, кажется, немного теряют бдительность; никто не заметил, как Кресса, враг Империи, оказалась здесь. Впрочем, она всегда готова к бою – в одной руке она сжимает ставший почти родным пистолет. В другой – несколько драконьих лилий, сорванных её собственными руками. По старой традиции, в память. Лилии аккуратно ложатся на почти совсем свежую землю, рядом с другими, не успевшими ещё увянуть цветами. Кресса не первая и не единственная, кто помнит о нём, и это естественно. У него была команда, друзья. За которых он и отдал жизнь. Она спрашивает себя – а готова ли ты вот так отдать свою жизнь за кого-то? Она боится отвечать себе на этот вопрос, но точно знает одно. Он не хотел умирать. Так же, как не хочет умирать сама Кресса, как не хочет умирать каждый солдат каждой армии в этом мире. Как не хочет умирать любой человек. Но всегда находится тот, кто принимает решение, не считаясь с тобой и твоими желаниями. Всякие Нефы Эньо и Саргасы Руки, Лотос… Краем глаза Кресса замечает знакомого варфрейма – она сама помогала улучшить его когда-то. Железные пальцы привычно держат в руках оружие. – Ты тоже знала его? – Так, виделись пару раз. Кейра разрывает связь с Барууком, открывая Крессе своё живое лицо. Она вспоминает, как однажды, после зачистки какой-то деревни от заражения, просто пошла вместе с его командой гулять. Но тэнно вряд ли кому-то об этом расскажет. Пусть это остаётся воспоминанием. У них были достаточно разные взгляды на то, что происходит в мире – хотя это и не мешало им время от времени работать плечом к плечу. Кейра достаёт из кармана крошечный пузырёк кувы и кладёт рядом с лилиями. В этом мире лишь единицы бессмертны, но стоит ли чего-то пустое бессмертие? Или короткая, яркая жизнь всё же лучше? Девушки глядят друг другу в глаза, как бы осознавая в очередной раз – на их руках немало крови, пусть и пролитой, как они считают, во имя добра. У Кейры – сотни жизней, спасённых ценой тысяч других. У Крессы это ещё и спасение самой себя. Иначе она сама давно была бы в земле. Слёз – нет. Есть только странная тоска где-то там, внутри. И солнце, медленно катящееся к горизонту. – Скоро тревога. Здесь ночью опасно. Вас сопроводить в Цитадель? Кресса пожимает плечами, потерявшись где-то в своих мыслях. Кейра – через секунду снова Баруук – выпускает в небо прощальный залп. Когда-то это было церемониальное оружие Орокин. Это сейчас, в руках тэнно, оно стало убийственным. А затем протягивает холодную железную руку Крессе, приглашая её с собой в путь.