Гарри Поттер и Маховик Времени

      Солнце клонилось к закату, облака перьями расстилались за горизонт, а лёгкий ветер колыхал траву. Идиллия... Единственное, что не вписывалось в красоту этого пейзажа – лохматый подросток, с криками рассекающий небо. — Долой квиддич! Да здравствуют свободные полёты на метле! – кричал Гарри Поттер в который раз выполняя финт Вронского. — Спускайся уже, Поттер! – крикнул Геллерт Гриндевальд, стоя внизу и чётко следя за каждым поворотом. — Если с тобой что-то случится, то Блэк точно меня убьёт! — Всё со мной будет хорошо-о-о-о! – ответил Гарри, пролетая мимо и поднимая пыль. — Знаю я тебя! Вечно с тобой одни неприятности! Мы и так еле успокоили твоего дражайшего крёстного! — Да ладно тебе, было всё не так плохо! — Ага, конечно... Flashback — ГАРРИ! ТЫ ПОЧЕМУ НИЧЕГО МНЕ НЕ СКАЗАЛ?! – кричал Сириус, совершенно не обращая внимания на робкие просьбы Ремуса Люпина успокоиться. — Эм... Я не хотел тебя тревожить... — ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ СРАЗУ СООБЩИТЬ! ТЫ ЖЕ ТЕПЕРЬ СЛЕП НА ЛЕВЫЙ ГЛАЗ! ЭТО НЕ ШУТКИ! – затем Блэк резко повернулся к Геллерту, который нервно сглотнул. — ТЫ! ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ЗАЩИТИЛ МОЕГО КРЕСТНИКА?! ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ ЕГО ОСТАНОВИТЬ! — Да я и не обязан был этого делать... – Гриндевальд после этих слов сразу понял, что лучше бы просто молчал. Лицо Блэка покраснело от ярости, и тот выхватил палочку, готовый кинуть даже Аваду. — Сириус, стой! – крикнул наконец Люпин и встал перед другом, понимая, что всё выходит из под контроля, так как у Бродяги в самом деле на конце палочки начал загораться зелёный свет убивающего заклинания. Кажется Блэк не контролировал себя. — Р-Р-Ремус, уйди с дор-р-роги! – рычал Сириус, отпихивая Люпина. — Сириус, хватит! – прикрикнул Поттер, понимая, что это уже не шутки. — Это Хагрид сказал идти за пауками! Я думал, что Хагрид не пошлёт нас в опасную ситуацию. И поэтому я пошёл! Сириус пыхтя от злости всё таки опустил палочку, и вся троица облегчённо выдохнула. Кажется, взрыва удалось избежать. — Хагрид? – переспросил Блэк. — Да, – кивнул Гарри. — И не надо идти мстить! Ты знаешь Хагрида ещё с тех времён, когда сам учился. Он наверняка думал, что акромантулы не причинят нам вреда. Он никогда не убьёт. Разве только по неосторожности... Сириус тряхнул головой, и развернувшись ушёл в сторону своей комнаты. Дверь с силой захлопнулась, а троица дружно выдохнула. — Пронесло, – проговорил Люпин. — Всё могло быть хуже... – сказал Гарри. — Предлагаю смыться подальше, пока Блэк снова не вышел. Я не думаю, что он быстро успокоится, – качнул головой Геллерт. — Ага, – согласился Поттер. — Но я думаю, что он не так скоро выйдет... Тут дверь комнаты Сириуса снова открылась, и они услышали шаги по направлению к ним. Люпин напрягся, а Гарри с Геллертом переглянулись. — Бежим! – воскликнул Поттер. — Отличная идея, – кивнул Гриндевальд. Оба успели выскочить из дома до того, как Сириус снова вернётся для новой порции промывки мозгов. End Flashback С того момента прошла неделя, но и Гарри, и Ремус, и Геллерт были до сих пор в напряжении. Казалось, что любой неверный шаг может взбесить Сириуса. Рем всё время говорил, что в глубине души Сириус винит себя. Ведь не защитил, не помог крестнику... А то что злится – понятно! Надеется, что после такого Гарри, наконец, поймёт, что не стоит больше делать что-то рискованное. Гриндевальд тряхнул головой, отгоняя лишние мысли. Скоро Блэк успокоиться, перестанет винить себя и снова станет весел. В конце концов, он ничего бы не смог сделать. Не может же он ходить за Поттером всюду. Гарри всё кружил и кружил над пустынным полем. Постоянно выполнял какие-то опасные трюки, из-за чего Геллерт мысленно хватался за сердце. Мало им проблем, так этот мальчишка всё время пытается новые найти на свою голову. Когда стемнело так, что гриффиндорца было уже почти не видно, Геллерт снова подал голос. — Спускайся! Ты и так наполовину слепой, точно ведь навернёшься в темноте! Гарри решил послушать совет умного человека и начал снижаться, но когда до земли оставалось несколько метров, в него врезалось что-то небольшое, размером с маленькую собаку. От удара и Гарри, и существо упали на землю. К счастью, трава значительно смягчила их падение. — Чёрт, что за фигня? – воскликнул Поттер, потирая ушибленный локоть. — Кто бы сомневался... – закатил глаза подошедший Геллерт, хоть этого и не было видно в темноте. — Я же сказал, что найдёшь неприятности на свою голову! Неизвестное существо было тёмным, от чего его не сразу удалось распознать. Оно сидело в траве не шелохнувшись и наблюдало блестящими глазами за людьми. — Люмос, – прошептал Поттер незарегистрированной палочкой. При свете удалось опознать зверя. Это был дракончик. С тёмной чешуёй, длинной шеей и двумя рогами на голове, вытянутой узкой мордой. Передние лапы выглядели мускулистыми, и зверь держал их на весу, сидя на задних. Крылья, широкие и длинные, были расправлены. Маленький дракон глубоко дышал, но сидел не двигаясь, словно, боялся пошевелиться. — Круто! Давай возьмём его? – предложил Гарри. — Тебя Хагрид покусал? Где ты его держать будешь? – хмуро поинтересовался Геллерт. — У нас, в отличии от Хагрида, есть особняк! Там есть заброшенный зал, в котором раньше держали разных зверей. Драконов, кстати, тоже! — Скажи что ты шутишь, Поттер? — Нет, я хочу его себе! Делать было нечего, и Геллерт резким движением палочки усыпил дракона, который не успел сориентироваться. — Ты хоть знаешь, что это за вид? – спросил маг. — Не уверен, но он сильно похож на Бельгийского ширококрылого, – ответил Поттер, рассмотрев зверя получше. — И откуда он тут? Если я не ошибаюсь, то они на грани вымирания. — Ага, так и есть! Так что не зря мы его взяли! Когда оба объявились на Гриммо, Сириус снова устроил головомойку. На этот раз по поводу найденного дракона. — Вы хоть понимаете, сколько его надо кормить?! – возмущался Блэк. Но тут уже вмешалась Вальбурга, подав голос с портрета. — Ты считаешь, что у нашего рода так мало средств для содержания дракона? – злобно прищурилась она. — К твоему сведению, мерзкий осквернитель крови, род Блэков один из богатейших родов Великобритании! И если бы ты не занимался ерундой все эти годы, то мы бы сейчас были на вершине богатства, наравне с Малфоями, которые уже максимально подняли свой род! Но из-за твоей глупости деньги лежат мёртвым грузом! И в кои-то веке Сириус промолчал, а про себя решил, что деньги никогда не будут лишними. Поэтому добавил в планы сходить в Гринготтс и договориться с гоблинами о различных вложениях и инвестициях. Задумавшийся Блэк совсем забыл о крестнике и его компании, поэтому тот этим воспользовался и отнёс дракона в давно забытое всеми помещение, где и устроил ещё спящего зверя. Геллерт исчез в библиотеке. Поэтому, когда Сириус выплыл из своих дум, то понял, что остался один в коридоре, рядом с портретом своей мамаши. На следующий день Сириус замаскировался и отправился в банк, чтобы решить вопросы с деньгами Блэков. Тем временем, Гарри донимал Ремуса вопросами о драконах, пока тот ещё не отправился домой. А когда Рем ушёл, заскучавший Поттер решил побродить по старой комнате Сириуса. Та была выполнена в гриффиндорском стиле, на стенах вывешены плакаты с красивыми девушками, а над кроватью фотография с четырьмя парнями – Мародёрами. Гарри редко бывал в этой комнате, так как Сириус раньше закрывал её, но когда он перестал это делать, то Поттеру уже не было особо до нее дела. А сейчас как раз представился случай рассмотреть её получше. Красно-золотые обои сильно били по глазам. Особенно, после мрачной обстановки остального дома. Подросток прошёл вперёд, остановился рядом с кроватью и уставился на фотографию. Его отец Джеймс подмигивал камере, Сириус, стоявший рядом, по братски обнимал Джеймса, Ремус улыбался, хоть и был немного бледный – Сириус говорил, что это фото было сделано перед полнолунием, – а Питер постоянно бросал взгляды на друзей и старался не глядеть в объектив. Гарри было безумно обидно, что Петтигрю предал друзей. Они ведь были так дружны и едины... Мародёры... С грустью вздохнув, Поттер отвернулся. Если он когда-либо встретит Питера – он убьёт его! Эта крыса пресмыкалась перед Волдемортом, предала друзей, подставила Сириуса и скрылась. И живёт небось где-нибудь припеваючи! Тварь! Гарри постарался выкинуть все мысли о предателе. Бросив взгляд на тумбочку, он увидел пару журналов и решил отвлечься на них. Однако уже через пять минут захлопнул их с горящим лицом. «Почему Сириус не удосужился убрать эротические журналы из комнаты, когда перестал её закрывать?!» – про себя подумал Гарри. И теперь Поттер судорожно искал что-то, что могло бы снова его отвлечь. На этот раз взгляд упал на пергамент, который одиноко лежал на пыльном подоконнике. Это было письмо. Письмо Лили, которое она написала Бродяге. Интересно, почему Сириус никогда не показывал его? Гарри даже зачитался. У его мамы был очень красивый почерк, а уж букву «у» она выводила точно также, как и сам Гарри. Судя по написанному, ещё была фотография к письму, но её Гарри нигде не видел, поэтому решил, что потом спросит у Сириуса, надеясь, что тот не сильно рассердится, узнав, что Гарри был в его старой комнате. Перечитывая письмо, Гарри всё таки не сдержал слёз. «Да что ж такое!» – думал он про себя. — «Соберись уже, размазня!» – дал мальчишка мысленный пинок себе, но в итоге никак не смог взять себя в руки. Осторожно положив письмо на место, Гарри вылетел из комнаты, широкими шагами проскочил несколько метров, чуть не сбив с ног проходившего мимо Геллерта, пинком открыл дверь в свою комнату и остановился посередине, тяжело дыша. Тут и сами собой всплыли в голове давние кошмары, где Волдеморт убивал мать. Стало ещё хуже, и Поттер прикрыл глаза. Вся его горечь и тоска выплескивались наружу за все те предыдущие года. Геллерт с опаской заглянул в комнату, не понимая, что опять произошло с этим несносным гриффиндорцем, что тот чуть не снёс его по дороге. А заодно и свою дверь... Гарри качнул головой, чувствуя на себе взгляд. Но понимал, что прятаться было бы глупо, и медленно повернулся, глядя грустными влажными глазами вперёд. Гелл даже опешил от такого вида Мальчика-Который-Почти-Всегда-Был-Сильным. — У меня сегодня отвратное настроение, – сообщил Гарри, стараясь не часто моргать. — Я заметил, – тихо ответил Геллерт. Снова молчание. Поттер не мог успокоиться. Слишком много лет он терпел, чтобы всё это прошло так быстро. Но сегодня ни Сириуса, ни Ремуса не было дома, и Гарри чувствовал себя ещё более одиноким. Сейчас в его голове блуждали неутешительные мысли. А если он потеряет и их? Тех, кто стал ему семьёй? Гарри определённо не переживет это! Сейчас у Гарри возникло странное желание побиться головой об стену, чтобы прогнать дурные мысли. Но преодолев его и успокоившись, он кинул неуверенный взгляд на Геллерта, который не пытался что-либо предпринять, но и не уходил. Ну хоть за это ему спасибо! Поттер на некоторое время смог отвлечься от депрессивных мыслей и даже хмыкнул. Геллерт хорошо его знал, чтобы понимать, что гриффиндорцу нужно в определенные моменты. Поэтому не стал уходить. — Может хоть поделишься, что случилось? – поинтересовался Гриндевальд, когда неожиданно Гарри твёрдыми шагами просто подошёл и лбом ткнулся ему в грудь. — Очевидно, что я затосковал по родителям, – через какое-то время подал голос Поттер. — Это странно... — А раньше? — Немного грустил. Но не так сильно, как сегодня... — Неожиданно... Гарри не совсем понял, что друг имел в виду, но не стал спрашивать. Вместо этого попытался полностью успокоится, что ему и удалось. И сосредоточился на другом. — Мне кажется, или ты заболел? – медленно протянул Гарри, от чего маг удивлённо распахнул глаза. — Что? – переспросил он. — От тебя жар так и прёт, – пояснил Гарри и нахмурился. — А, ну я понял, – мысленно кивнул Геллерт и медленно отстранился. — Ну, наверное, немного приболел... — И ты только сейчас это понял? – приподнял бровь Гарри. — Нет, я догадывался... Гарри фыркнул, схватил друга и потащил за собой. Искать зелья. Которых не оказалось... — Кто бы сомневался! – негодовал Поттер. — Сириус совсем перестал следить за домом. Не удивлюсь, если еда у нас тоже почти закончилась. Понимаю, если бы надо было самому ходить за покупками, но есть же эльфы! Поэтому Гарри взял всё в свои руки и послал за всем нужным своего домовика Бигги, которого чаще называл Биг. А пока эльфа не было, Поттер затащил слабо протестующего Геллерта в его комнату. — Я что, тут весь день должен сидеть? – негромко возмущался Гриндевальд. Гарри только закатил глаза. — Ну раз ты болен, то я должен о тебе позаботиться! – объяснил Поттер так, словно, маг был не смышлённым ребенком. — Ты мне не нянька! – напомнил ему Геллерт. — Но я твой... Приятель, друг, бро! Как тебе будет удобно. Гриндевальд издал на это какой-то неопределенный звук. — Ну хорошо, спасибо, – стушевался он. И Гарри ехидно ухмыльнулся. Биг, однако, так и не нашёл самых действенных зелий, ибо каким-то боком сейчас в Англии была эпидемия и всё раскупили. Гарри и не представлял, как такое могло произойти. У Поттера варианта было три. Первый – магическая больница. Второй – самому варить нужное зелье. Третий – купить маггловские лекарства. Гарри задумчиво перебирал варианты в голове. Больница не поможет. Самому варить... Да он быстрее отравит кого-то, чем вылечит! А значит... Но Геллерт резко прервал его размышления. — Ты сначала хоть определи, чем я болен, идиот! Раз уж взялся за это дело... Гарри мысленно согласился с тем, что он идиот, но, конечно, говорить об этом не стал. Вспомнив пару заклинаний, он использовал их и стал смотреть на результат, но так как не был колдмедиком, то не мог ничего понять. Поэтому растерянно всматривался в странные цифры и надписи. — Пока ты разберёшься, пять лет пройдёт, – сказал Гриндевальд, полулёжа на кровати и скрестив руки на груди. — Лучше сразу закажи мне гробницу. — Ну возьми и сам определи! – вспыхнул Поттер. — Я боевой маг, а не целитель! Гарри очень хотел психануть, но потом решил, что это не разумно. И вообще... Что с ним происходит? То ему разрыдаться хочется, то разнести пол дома... Настроение скачет не пойми как... Успокоившись, Гарри оделся и молча отправился в маггловский район, чтобы купить хотя бы жаропонижающее. Когда он вернулся в доме было всё ещё тихо, а это значит, что Сириус ещё не пришёл. Странно... Но решив, что он просто задержался в банке, Гарри пошёл к Геллерту. — Что это? – с подозрением спросил тот, когда увидел маггловские таблетки. — Я не буду этим травиться! — Да не отрава это! Это лекарство! – пытался втолковать Поттер. — Где зелья? А это я не собираюсь жрать! — Да ты издеваешься? Гарри страдальчески вздохнул и мысленно попросил у богов побольше терпения. — Либо ты сейчас это добровольно примешь, либо я затолкаю в тебя силой целую пачку! – зашипел Гарри. — Только попробуй! — Я не шучу! — Ты слишком самоуверенный! Ничего у тебя не выйдет! Гарри запыхтел, как паровоз, и сверкнул глазами от негодования. Ну нет, так просто его никто не остановит. Никто и ничто! «Ты подписал себе смертный приговор!» – подумал про себя Гарри, зловеще ухмыляясь. Геллерт продолжал скептически смотреть на подростка, не ожидая какого-то подвоха. Поэтому для него стало шоком, то что Поттер резко выхватил палочку и начал палить заклинаниями. Он едва успел выставить щит. Без палочки. — Ты что делаешь?! – возмутился маг, но Поттер и не подумал остановиться. Поняв, что палочка тут не поможет, Гарри не отчаялся. Схватил зачем-то подушку и кинулся в рукопашную. В итоге, оба покатились по кровати, свалились с неё и продолжили это странное сражение на полу. Хотя больше было похоже на избиение, потому что Геллерт пытался прикрыться той самой подушкой, а Гарри делал нападки. Спустя пять минут Поттер, наконец, выдохся и упал головой на бедную подушку, которую они чуть не угробили. — Напомни, почему мы устроили этот балаган? – через какое-то время спросил Гарри. — Это ты устроил. — Прости, я сегодня точно не в себе, – устало сказал Поттер. — Решил убить меня, вместо лечения? Не спорю, это хорошая идея... Впрочем, кроме температуры со мной пока всё нормально. Но только пока... — Поэтому я и просил принять таблетки! Подумаешь, что маггловские! Я бы не стал тебя травить! — Ладно-ладно, приму! Ты только слезь с меня, на полу ужасно неудобно! Гарри с тяжёлым вздохом распахнул глаза и приподнял голову. Медленно осмотрев помещение, он пришёл в ужас. Те заклинания, которые он кидал, отскочили от щита Геллерта и немного разнесли комнату. Хотя может и много... — Ой, – пискнул Поттер. — Я не хотел... — А что ты хотел? – весело спросил Гриндевальд. — Меня убить? — Ну извини, – Гарри перевернулся на спину. — Я приберусь тут. Потом. — Ты стал слишком гиперактивным, – сверкнул глазами бывший Тёмный Лорд. — Да нет, – подумав ответил Гарри. — Раньше у меня не было друзей. И соответственно этой гиперактивности тоже не наблюдалось. Не проявлялась. Но на самом деле она всегда была со мной. — Слезай давай, я устал! Гарри, хмыкнув, поднялся, и Геллерт, наконец, смог вздохнуть свободно. Поттер ещё раз осмотрел погром, покачал головой, поражаясь своему поведению, вытащил палочку и начал приводить всё в порядок, пока Гриндевальд наблюдал, пересев снова на кровать. — Не надейся, что я забуду, – подал голос Поттер. — Лекарство, помнишь? — Да я знаю, что с тобой спорить невозможно! – закатил он глаза, всё таки взял пачку маггловского лекарства и с недовольным лицом начал читать инструкцию.       Когда день уже подходил к концу, Гарри заволновался. Где же Сириус? Спустившись на первый этаж дома, Гарри принялся ждать. Но крёстный всё не появлялся. Поттер даже задремал в кресле. Точнее ему показалось, что он задремал на полчасика, но проснулся уже в половине второго ночи. «Ну не могли же его поймать?!» – со страхом подумал Гарри, остановившись рядом с портретом Вальбурги. Подросток думал, идти ли на поиски? Или сообщить Люпину? Когда он вздохнул, и уже хотел сделать шаг на выход из дома, дом тряхнуло с такой силой, что Гарри упал на пол, больно ударившись копчиком. По всему особняку прошлась волна магии, а Поттер услышал многочисленные щелчки. Открывался доступ ко всему дому, Гарри и сам заметил, что в коридоре на голых стенах появлялись очертания дверей. Вальбурга удивлённо распахнула глаза. — Кикимер! – позвала она, а Гарри вздрогнул от её голоса. — Леди, – появился домовик и поклонился. Вместо старой наволочки на нём теперь была одежда с гербом рода. — Что произошло? – спросила она. — У рода Блэк появился глава, – ответил старый эльф и поднял голову. В глазах у него было столько радости, что Гарри чуть не поперхнулся. Он никогда не видел этого эльфа с довольным лицом. Вальбурга весело хмыкнула. — Сириус всё таки стал Лордом, – довольно произнесла женщина. Гарри с открытым ртом продолжал сидеть на полу. Теперь он понимал, почему крёстный так задержался. Видимо дела у рода были совсем плохи и Сириус решился на принятие титула Лорда. Вскочив на ноги, Гарри полетел на второй этаж, по пути замечая, что особняк увеличился, и появилось много новых дверей. — Геллерт, Сириус стал Лордом! – почти прокричал пораженный Гарри, когда влетел в комнату. — Так вот что это было, – кивнул тот. Дом так встряхнуло, что он моментально проснулся. — Минутку... Он что, был до этого всего лишь наследником? — Сириус ещё когда в школе учился, сбежал из дома. И его выжгли с гобелена. Он не любил ни этот дом, ни свою семью, – объяснил Гарри. — Когда он погнался за Питером, то его почти сразу схватили и бросили в Азкабан. Но и он не стал ждать. Сбежал сразу и отправился за мной. Сири сразу понял, что меня отправят к сестре Лили. Забрав меня, он вернулся в этот дом, ведь больше некуда было идти. Вальбурга на этот момент уже умерла, она не пережила смерть Регулуса. В итоге Сириус остался единственным из Блэков, но из-за его нелюбви к роду, он и не стал принимать главенство над ним, хоть и остался в доме. Но сейчас, судя по всему, у рода дела совсем плохи. Выбора у него не осталось, поэтому стал Лордом. Ведь без главы, особняк через какое-то время совсем бы закрылся. — Можно было бы объяснить в двух словах, а не рассказывать мне целую биографию Блэка, – Гриндевальд посмотрел на Гарри, как на идиота. — А почему нас тогда не выкинуло из дома? — Сириусу ещё предстоит ритуал привязки к камню. Вот тогда то и выкинет. Хотя меня, наверное, нет. Я всё таки крестник Сириуса. Тем более моя бабушка была из Блэков. Но в любом случае Сири включит нас в защиту дома, и особняк будет пропускать и тебя, и Ремуса свободно. — Что-то я сомневаюсь, что Блэк включит меня в защиту, – фыркнул Геллерт, скрестив руки на груди. Гарри хмыкнул, понимая, что тот прав. Но деваться Сириусу будет некуда. Они с Ремусом, конечно, уговорят его сделать это, поэтому крёстный будет обречён на провал. — Я пошёл спать, – наконец сказал Поттер. — Утром поговорю с Сириусом. — Да-да, вали давай отсюда, – покивал Геллерт, тоже собравшись снова заснуть. — Грубиян, – фыркнул Гарри и вышел из комнаты, пока в него не прилетело заклятие.

***

Утром Сириус рассказал, что очень не хотел принимать титул Лорда, но ему пришлось пойти на это. Это был единственный выход для спасения рода. Но были в этом и плюсы. Особняк теперь значительно увеличился, несколько крупных сейфов рода открылись для главы, защита дома стала почти непроницаемой и непробиваемой, так что Фиделиус, который накладывал Сириус теперь был не нужен, хотя его всё таки решили оставить. Чем безопаснее – тем лучше! — Ну, я пошёл к камню, – засобирался, наконец, Сириус. — Снова на день пропаду. Все силы выкачает. — Сири, хочу тебе напомнить... – начал было Гарри. — Да помню я, не беспокойся! – проворчал Блэк. — Всех вас включить в защиту. — Меня, возможно, не обязательно. Я твой крестник, – сказал Поттер. — Лучше перестраховаться. А то вдруг выкинет, – пожал плечами крёстный. — Не скучай тут! – и взъерошил волосы на голове Гарри, чего, кстати, не делал уже давно. Гарри был готов лезть на стену со скуки. Лето! Казалось бы, каникулы – отрывайся себе по полной! Но реальность гораздо хуже. Библиотека Поттеру надоела, электричество в магическом доме не работает, дел никаких нет, Уизли отдыхают в Египте, поэтому близнецов не пригласишь. Скука смертная! Можно было бы снова поиздеваться над Геллертом, но подростку его уже становилось жалко. Терпеть его, Гарри – это надо иметь железные нервы. Не найдя никаких занятий, Поттер выбрал последний вариант и пошёл к Гриндевальду. Вошёл и остановился, осматривая комнату. Оказалось, что они тоже увеличились после появления главы. Вчера Гарри был слишком сонным, вот и не заметил этого. Она теперь была гораздо шире, так ещё и дверь какая-то появилась в углу помещения. Мысленно Гарри хмыкнул. — Это что? – спросил он, привлекая внимание. Геллерт смотрел в потолок, но на голос повернул голову. Посмотрев в направлении взгляда Гарри, он ответил. — Ванная. В каждой комнате теперь есть личная ванная. — Ясно, – кивнул Гарри, отметив, что утром он и не заметил изменений в своей комнате. Хотя в ней он и не задерживался на долго. — Подай-ка мне чай, – вырвав из размышлений, попросил Геллерт указав на чашку. — Чай? – хмыкнул Поттер, взял чашку и сощурился. — Вот тебе чай! – перевернул он её, и содержимое оказалось на полу. — Э-э, ты чего? Я и так еле выпросил у эльфа чая! — Не, ну а ты не обнаглел? Она стояла в двух метрах от тебя! — А от тебя в двух сантиметрах! Я вообще-то болен, мог бы и подать! – и на этих словах Геллерт обиженно отвернулся. Тут Гарри нахмурился и через некоторое время вздохнул. Ну что опять на него нашло? Ведёт себя как... Как ублюдок! Какое-то странное поведение последнее время, надо будет у Сириуса поинтересоваться из-за чего. — Прости, – снова вздохнул Гарри. — Сам не знаю, что на меня нашло. Но не видя ответной реакции, Поттер сел рядом, предварительно убрав за собой, и попросил у эльфа ещё чая. С лимоном. Геллерт продолжал его игнорировать, и Гарри сделал страдальческое лицо. — Да прощаю я, прощаю! – не выдержал Гриндевальд. — Ну мог бы и не обижаться так долго! — Я не обижался. Я уже тебе сказал, что болен. Горло болит. — Понятно, – моргнул Гарри. — По крайней мере я теперь догадываюсь, чем ты болен. Кстати, я таки нашёл сегодня парочку зелий. В доме много нычек. Там и нашёл. — Ты раньше об этом подумать не мог, идиот? — Да ладно, успокойся, сейчас эльфу скажу, принесёт, – подняв руки в знак капитуляции сказал Поттер. — Балда! — Обиженка! — Псих! — Грубиян! С последним словом Поттер пихнул его в бок, отчего Геллерт опешил и растерял все припасённые слова в адрес гриффиндорца. — Ты же специально издеваешься, да? – наконец, недовольно спросил он. — Именно, – с довольной улыбкой подтвердил Гарри, чем напоминал объевшегося сметаной кота. Геллерт, наконец, сел. Дотянулся до своего чая, который уже давно принёс эльф. Как, впринципе, и зелье. И пока Поттер находился в какой-то прострации, мужчина уже успел всё выпить. — У меня возникла гениальная идея! – выплыл из своих мыслей Гарри, и Геллерт заранее насторожился. Ничего хорошего в голову этого мальчишки не приходит. Чего стоит прошлогодний поход к паукам и Василиску. — Мы отправимся в отпуск! — Какой отпуск?! – ужаснулся Гриндевальд. — Если ты не забыл, я и твоя шавка – преступники! А при выезде из страны волшебники проверяют всех. Маскировка слетит к чёрту! — Так по маггловски замаскируемся! – закатил глаза Поттер, словно, друг сморозил какую-то глупость. — Я против! Я не хочу! — А я хочу, мне скучно! — Не на-а-адо! Гарри посмотрел на него, раздумывая. Геллерт действительно не хотел никуда. И у него, как бы странно это не звучало, был ужасно жалобный взгляд. Хотя было любопытно, почему это ему так не хочется на отдых. На Мальдивы, например... Было бы здорово. — Ладно, раз уж ты так просишь, – ответил Гарри, решив попробовать на следующие летние каникулы. — Считай, что я тебя обнял. Хоть за это спасибо. — А почему только на словах? — Ты же в курсе, что я это не люблю. — Ну сделай исключение! Я помню, как меня в детстве Сириус часто обнимал. Я обожал эти моменты! – и Гарри заулыбался, вспоминая беззаботное время. — Я не Сириус, – стрельнул взглядои Геллерт, которому не понравилось, что его сравнивают с этим идиотом. — Ну и что? – пожал плечами Гарри, но поняв, о чём тот думает, дополнил. — Я просто любитель объятий. Я ни в коем разе не сравниваю тебя с крёстным! — Ладно, лапа, – вздохнул Геллерт, а затем понял, что ляпнул и ему самому захотелось побиться головой об стену. Впрочем, самому Поттеру похоже такое обращение не понравилось, и маг задумался, что его можно было бы использовать, чтобы выводить гриффиндорца из себя. — Но не надейся, что ещё раз уломаешь меня на это. Как обещал, обнял, не особо крепко и скривившись при этом, чего Поттер, естественно, не видел. И, конечно, момент обязательно будет кем-то испорчен. В этот раз Ремусом, который в очередной раз пришёл в гости. — Не видели Сириуса? – с порога спросил он. — О, эм... Я помешал? — Да! – в один голос сказали и Гарри, и Геллерт. — П-простите... Я буду внизу, – сглотнул Люпин и вышел. — У вас у всех отвратительная привычка – не постучавшись заходить в чужие комнаты! – снова скривился Гриндевальд, отпустив Поттера. — Ну, мне можно, я вип персона, – улыбнулся Гарри. — Мог бы для приличия разрешения спросить. — Я и так знаю, что можно. Это вообще мой дом! Ну почти... — Так, всё! Брысь отсюда! Закатив глаза, Гарри вышел и спустился в гостиную, где сидел Ремус. — Сириус стал Лордом и ушёл к родовому камню, – сразу объяснил Гарри, садясь напротив. — Целый день проспит, наверное. Из него все силы выкачают. — Понятно. Я заметил, что дом изменился, – Лунатик очень удивился, узнав, что Сириус стал главой, но ничего не сказал по этому поводу. — А я просто зашёл сообщить... Меня директор Дамблдор пригласил на работу учителем ЗОТИ. Даже не знаю, соглашаться ли... Я же оборотень... — Опять за своё! – вздохнул Гарри, закатывая глаза. — Если он тебя пригласил, значит знает, как решить такую проблему. Тебя отправит в хижину, а на уроках поставит замену в нужные дни и всё! Соглашайся, Рем! У нас не было нормальных учителей эти два года. Ученики ничему не научились. А ты будешь прекрасным учителем, я в этом не сомневаюсь! В конце концов, Гарри смог уговорить Ремуса на должность, поэтому тот распрощался, попросив передать Сириусу о том, что теперь будет работать в Хогвартсе. А Гарри отправился в свою комнату. Скуку можно было отогнать тренировками в беспалочковой магии и игре на скрипке.

***

Следующий день с утра не отличался ничем от остальных скучных будней. Но у Геллерта, как ни странно, было хорошее настроение. Спустившись на завтрак, он даже пересилил себя и вежливо, насколько мог, поприветствовал Сириуса. Или теперь уже Лорда Блэка. Сириус проследил за волшебником подозрительным взглядом и уткнулся в газету. А сам Гриндевальд задумался о том, что с его собственным родом. Но там вряд-ли что-то хорошее. А тут уже и Гарри вышел. И совсем не сонный. Причём, с длинным свитком в руках, в который он не отрываясь смотрел. — Сириус, я тут составил список... – начал Поттер, но оторвавшись от пергамента заметил и Гриндевальда. — О, и ты здесь! Отлично, значит не придется зачитывать всё по несколько раз. Сириус кивнул ему, показывая, что слушает, а Геллерт проговорил: — Доброе утро, ла-а-апа, – немного издевательски протянул он. — Что ты опять задумал? Блэк на мгновение даже застыл, удивлённо взглянув на обоих. Что вообще происходит? Обратись так Сириус к крестнику, то тот запустил бы в него заклинание щекотки – самое нелюбимое у Бродяги. Но Гарри лишь раздражённо стрельнул в Геллерта взглядом, и начал объяснять. — Я подумал, что раз летом так скучно, то надо это исправлять, – проговорил Поттер. — Поэтому записал на этот пергамент все планы на лето. Во-первых, Сириус, ты будешь учить меня анимагии. Во-вторых, Геллерт, подучишь меня боевой магии. Ремус, если придёт, то может мне немного зельям подучить, он их немного знает. Ну и защите. В свободное время я один позанимаюсь беспалочковой магией и игре на скрипке. Далее... Кроме занятий у нас будут и развлечения. Предлагаю в свободное время сходить в маггловские районы. Можно пойти в кинотеатр, на аттракционы, в зоопарк, в торговые центры и многое другое. А в магическом мире сгоняем посмотреть на квиддичные матчи. В некоторых даже поучаствовать можно. У меня ещё много идей. Всё, вообщем-то, есть в моём списке. Ни у Сириуса, ни у Геллерта даже слов не нашлось на эту отповедь, поэтому им пришлось молча согласиться. Блэк только уточнил у крестника некоторые моменты. Всё таки Сириус теперь был Лордом и ему надо было так же заниматься родом. Тем более стоило изучить новые помещения, куда пока никто не заходил. Мало ли... Но и развлечься с крестником он был не прочь. А уж то, что Гарри, наконец, начнёт занятия анимагией, вообще осчастливило Бродягу на целый месяц вперёд. Так и потекли деньки. То учёба, то развлечения. И всё это чередовалось между собой. Гарри даже снова сменил имидж. По бокам от висков подстригся, а остальные волосы покрасил в радужный, как и обещал когда-то близнецам. Геллерт тогда обозвал его клоуном, и Гарри решил, что в следующий раз сделает образ Кикиморы и напугает всех до чёртиков, раз уж красивый и позитивный цвет не нравится. Это лето оказалось даже более насыщенным, чем предыдущее. На день рождения Поттера вообще целая гулянка была. Близнецов, к сожалению, не удалось пригласить, так как те ещё были в Египте с семьёй. Но пусть встретиться они не смогли – подарок всё таки прислали. Это оказалась банка редких в Англии жуков Скарабеев, которые обширно использовались в зельеварении. Остальные школьные друзья прислали в основном сладости, либо книги. Сириус купил новую метлу – «Молнию». Ремус принёс трехъярусный торт, а Геллерт без лишних свидетелей сунул прямо в руки редкую книгу по некромантии. Гарри до сих пор удивлялся, когда тот успевает отлучаться и где всё находит. А вечером Сириус целую вечеринку устроил, из-за чего Вальбурга постоянно с мукой на нарисованном лице восклицала: «И это Лорд рода Блэк! Позор!» После дня рождения Гарри бездельничал несколько дней, а потом снова вернулся к своему расписанию, при этом втихаря добавив туда занятия по некромантии. Сириус такое вряд-ли одобрит. Всё шло очень даже не плохо, пока к концу августа, когда Гарри уже даже успел закупиться к следующему году обучения, не пришёл очередной выпуск Ежедневного пророка. Едва Сириус с утра открыл газету и сделал глоток чая, как тут же с шоком выплюнул его прямо на стол. — Что такое? – хором спросили Ремус, Геллерт и Гарри, а потом быстро переглянулись между собой. — Совершён побег из Азкабана! – воскликнул Сириус и положил газету на середину стола. — Сбежал Антонин Долохов. Это точно Пожиратель! Я то знаю! И в итоге вокруг школы хотят выставить дементоров, якобы, чтобы обезопасить учеников. Ха! — Они рехнулись? – спокойно спросил Гриндевальд, а затем уже со злостью продолжил, поражаясь английскому министерству. — Дементоры вблизи школы! Вблизи детей! Это... – он на секунду замолчал, не зная, как культурно выразиться. — Das ist doch Blödsinn! – наконец закончил маг, кинув взгляды на остальных. Никто не понял, что он сказал. Оно и к лучшему. Полезно знать кучу языков. — Да уж... По-моему опасности от этих тварей будет больше, чем от одного Пожирателя. С чего они взяли, что тому надо в Хогвартс? Может ему он вообще не сдался, – Сириус был ошарашен. — А если они думают, что Долохов может отправиться в Хогвартс, чтобы убить Гарри, отомстив за хозяина? – высказал интересную мысль Люпин. — Быстрее Поттер убьёт Долохова, – еле слышно буркнул Геллерт, который отлично знал бешеного гриффиндорца. — Спокойствие, только спокойствие! – проговорил Гарри, который всё это время особо внимательно слушал взрослых. — Я умею вызывать патронус. А ещё я окклюмент. Так что не думаю, что дементоры принесут мне какие-то серьёзные проблемы. — Ты умеешь вызывать патронус? – восхитился Сириус, мигом позабыв обо всех проблемах. — А как же другие дети? – в то же время спросил Ремус. — Это их проблемы, – скучающим тоном произнес Геллерт, проигнорировав Блэка. — Умею, – кивнул Гарри. — А ты не знал? Экспекто Патронум! Вызванный патронус лис прошёлся по столу, по очереди посмотрел на волшебников, зевнул и растворился. — Это великолепно! – воскликнул Сириус. — Гарри, ты просто молодец! Горжусь тобой! — Мы оба гордимся! – вставил Ремус. Геллерт посмотрел на них хмурым и недовольным взглядом. Как всегда, про него забыли. А ведь это он учил Поттера и больше всех должен гордиться. Ладно, Блэк... Но Люпин! Но осознав свои мысли, Геллерт перестал хмурится и тряхнул головой. А, собственно, кто он Поттеру? Правильно! Никто! — Да, я знаю, – скромно улыбнулся Гарри. — А как только научусь анимагии, то стану настоящим Мародёром. — Ты и так настоящий Мародёр! – гордо проговорил Сириус. — Только, надеюсь, что в этом году ты не будешь лезть в смертельную опасность. А то станешь, как Грюм! — Уж постараюсь. Тем более, Ремус будет профессором в Хогвартсе, так что можешь не волноваться, – ответил Гарри, который считал, что этот год будет спокойным. Хотя побег из Азкабана Пожирателя и дементоры вокруг школы – это уже было подозрительно. Гарри и не догадывался, что третий курс принесёт даже больше проблем, чем предыдущие два.

***

Наступило первое сентября. Хогвартс-Экспресс уже мчал вперёд, а ученики переговаривались друг с другом на различные темы. Гарри ехал в одном купе с Ремусом, близнецами и Геллертом. Ремус читал книгу, а Гарри и близнецы составляли планы на новый учебный год. Узнав, что Поттер учится анимагии, Фред и Джордж тоже изъявили желание. Сириус не разрешил проводить эксперименты по превращению в школе, но Гарри все равно решил учиться тайком. И сейчас негромко обсуждал это с Уизли. Люпин ничего не слышал, погрузившись в книгу, и Гарри это знал. Геллерту было всё равно, он просто сидел и смотрел в окно, уйдя в свои мысли. И даже если бы знал, что они задумали, то вряд-ли стал бы рассказывать об этом Сириусу. С первого дня знакомства у них идёт холодная война, где перемирия бывают нечасто. На пол пути к школе начали происходить странности. Сначала свет в купе заморгал, потом и вовсе погас. Поезд начал замедляться, пока совсем не остановился. А через какое-то время температура начала падать. Ремус отложил книгу и насторожился, дети замолкли, Геллерт напрягся. Все не понимали, что происходит. — Дементоры! – вдруг осознал Ремус. — Но... Кто додумался пустить их в поезд?! Близнецы впали в ступор от шока. Кто такие дементоры им было известно, и то, что их запустили в поезд – поражало. Гарри вообще почувствовал себя очень паршиво. В отличие от остальных, его начало трясти, а в ушах появился гул. — Идите сюда все, подальше от двери, – заметив его состояние и побледневшие лица близнецов шепнул Геллерт, и Гарри придвинулся ближе к окну, а близнецы Уизли последовали его примеру и подползли к Люпину. Ремус же вытащил палочку, готовый защищать купе в любой момент. Но так как дверь купе они заранее заблокировали, да так, что фиг его кто откроет, то дементор пролетел несколько раз мимо, а потом удалился. У Гарри всё равно голова кружилась и гул стоял в ушах. — Спокойной ночи, – выдавил Гарри и хлопнулся в обморок. — Твою мать! – выругался Геллерт. — Он умер? – спросил Фред, но получил подзатыльник от брата. Сейчас не время шутить. Движение возобновилось через несколько минут, а вместе с ним загорелся и свет. Тепло тоже постепенно возвращалось. Да и Гарри смог быстро прийти в себя. — Это возмутительно! – испугавшись за Гарри негодовал Люпин. — Убить бы тех идиотов, кто разрешил проводить дементорам обыск в поезде! Я пойду узнаю, как остальные дети, – и вышел, оставив три плитки шоколада, которые посоветовал съесть. — Заблочте дверь, а то кто зайдёт, – посоветовал один из близнецов. Гриндевальд последовал его совету, наложив пару заклятий, а затем бросил обеспокоенный взгляд на Гарри, который чувствовал себя отвратительно. Да, он был окклюментом, а также умел вызывать патронус, но первая встреча с дементорами всё равно прошла ужасно тяжело. А из-за отвратительного состояния, он даже забыл все счастливые воспоминания, какой уж тут патронус? Люпин так и не вернулся в купе до самой остановки поезда. Близнецы вызвались помочь Гарри с чемоданом, ибо видели, что тот до сих пор выглядит сильно усталым, после стража Азкабана. Геллерт с тяжёлым вздохом трансфигурировался. А сам Гарри начал думать о странном влиянии дементора, а ведь тот даже в купе не залетал, как к остальным. На улице лил дождь, и Поттеру ещё тоскливее стало. А уж фестралы вообще никак не обрадовали. Слишком жуткие на вид. — Каждый год одни неприятности, – недовольно пробурчал Гарри, сидя в карете. — Как будто мне одержимого и Василиска мало было. — Видимо, судьба считает иначе. Смирись, – сказала какая-то девчушка, резво запрыгивая к нему в карету. — Я Луна Лавгуд. — Э-э... – опешил Гарри. Девчонка выглядела странно. Вместо серёжек редис, на шее какое-то ожерелье из... Пробок? А взгляд был какой-то затуманенный, словно её огрели конфундусом. — Я Гарри Поттер. — Понятно. Красивая птичка, кстати, у тебя, – и на этом моменте она совершенно нагло щёлкнула по клюву ворону и, улыбнувшись, начала перебирать в руках своё ожерелье. Геллерт чуть не свалился от такой вопиющей наглости. Мало ему Поттера, не хватало ещё этого... Недоразумения. Сейчас он надеялся лишь на то, что Поттер и эта блондинка не подружатся. Но не тут то было. Гарри подавил желание рассмеяться. Бедный Геллерт... «Надо с этой Луной обязательно дружить!» – как раз думал Поттер. — Ты с какого факультета? – поинтересовался он. — С Когтеврана. — Значит, Когтевран... – кивнул Гарри сам себе. Факультет умников, значит... — А у твоей птички уж очень много мозгошмыгов. Прямо, как у человека! – и Луна о-о-очень хитро улыбнулась. — Мне кажется, она знает гораздо больше, чем показывает, – поёжился Геллерт. Ему не нравилась эта особа. О-о-очень не нравилась. — М-м-м, а кто такие мозгошмыги? – смутился Гарри. Он много о чём читал, но о таком впервые слышал. — Вызывают размягчение мозга, когда попадают в голову. У тебя они сейчас крутятся вокруг. «Что за... Ничего не понял!» – подумал Поттер. Гриндевальд мысленно с ним согласился. Луна уже перестала обращать на них внимание, а лишь печально смотрела на фестрала, который вез их карету к замку. — Ты тоже их видишь? – выпалил Гарри неожиданно, даже для самого себя. — Конечно. Больше расспрашивать Поттер не рискнул, он и так чувствовал себя жутко уставшим, а Луна и не навязывала разговор. Поэтому до замка они добрались в полной тишине. Когда проезжали мимо ворот Хогвартса, то Гарри опять поплохело и он почувствовал отток сил. Снова. Оказывается, дементоры уже и тут стояли. Точнее парили... Дойдя до Большого зала, подростки разошлись каждый к своему столу. Гарри кое-как за гриффиндорский, а Луна за когтевранский. Пока шло распределение, Поттер чуть не уснул. Он был ужасно вымотан, а ведь впереди ещё ждал пир и речь директора. А потом ещё и до гостиной ползти. Честно, Гарри был не уверен, что дойдёт хотя бы до выхода из зала. Но всё оказалось чуть лучше, чем отвратительно. Распределение прошло, пир тоже. Да и речь директора была не такой длинной. Вот только Хагрида профессором назначили. Гарри от такого заявления чуть не упал. Этот олух? Профессор? Смешно! Ха-ха! Когда учеников, наконец, распустили по гостиным, Гарри поплёлся медленными шагами вперёд, стараясь не свалиться от усталости и слабости прямо посреди зала. Ему удалось удачно выйти, и даже благополучно пройти несколько коридоров, что уже было достижением. Однако от группы он отстал. Но это не было его главной проблемой. Ей было то, что больше он идти не мог. Силы полностью покинули его, и Гарри провалился в темноту.

***

Для Геллерта это падение было слишком неожиданным. Поттер упал, и он, соответственно, тоже, учитывая то, что Геллерт, как послушная птичка, сидел у того на плече. От неожиданного поворота событий, Гриндевальд взлетел и метнулся обратно в Большой зал. Всё равно превратиться тут он не мог – куча портретов вокруг. В зале оставались ещё ученики со старших курсов. От пятого до седьмого. И профессорский состав. Так как детей было не настолько много, и почти все из-за тяжёлого дня сидели спокойно, то крупный ворон, влетевший в зал быстро привлёк лишнее внимание. — Тревога! Поттер сдох! – ментально долбанул по мозгам Геллерт близнецам Уизли. Те одновременно подавились соком, и бросив кубки, моментально выскочили из-за стола и ринулись за птицей. Это заметил и профессор Люпин, и тоже, довольно резко встав из-за стола, спешно покинул зал. Северус Снейп, который всё это время подозрительно наблюдал за всей этой картиной, понял, что тут замешана какая-то тайна, а он, как мастерский шпион, собрался немедленно разгадать её. Только он поднялся из-за стола и был готов лететь за Люпином, чтобы узнать его грязные секреты, как его совершенно нагло остановили. — Северус, – обратился к нему директор. — подай-ка мне вон тот супчик. Еле слышно рыкнув от злости, Снейп резким движением руки двинул суп в сторону Альбуса, да так, что жидкость расплескалась и попала на бороду старику. Не обращая больше ни на что внимание, зельевар вылетел из зала, словно летучая мышь. Но ни Люпина, ни близнецов уже давно не было, поэтому декан Слизерина остался ни с чем, что его разозлило ещё больше. Чёртов Альбус! Тем временем близнецы добрались до нужного коридора и упали рядом с Гарри. Люпин тоже быстро примчался и схватился за волосы, видя рыдающих Уизли над телом Гарри. Как вдруг... — Так стоп! Он не умер! – неожиданно поднял голову Фред, и Ремус заметил, что никаких слёз не было. — Ага, он же дышит! Ты чего, Кар-Карыч? Обкурился? – обратился Джордж к Геллерту. — Я думал, что он упал замертво, – ответил тот, хотя на самом деле знал, что с Поттером всё нормально. Почти. Просто ему требовалось, чтобы все поторопились. — Зовите медика, – сказал один из братьев Люпину. — А может он просто заснул на ходу? – поинтересовался второй у своего брата, пока Люпин отправлял патронуса за помощью мадам Помфри. — Хочешь сказать, что мы зря позовём мадам Помфри? — Ага, и она на нас разозлится! — И что делать? — Можно сломать ему ноги и сказать, что он упал с лестницы. — Но тут нет лестницы, это коридор! — А мы его перетащим к ней. Тут не далеко. — А ещё можно сломать ему шею, тогда точно не возникнет подозрений. — И сломать лестницу! — И пол! — И... — Хватит! – рявкнул Геллерт, у которого заболела голова. К счастью, мадам Помфри прибыла вовремя, и близнецы замолкли. Она некоторое время водила над Гарри палочкой, что-то бормотала под нос и хмурилась. — Ну во-первых, у мистера Поттера после влияния дементоров магическое истощение. Такое бывает редко, но встречается. Дементоры обычно влияют на психику и эмоции. Но иногда могут и истощать волшебника. Так бывает, когда магия начинает действовать на защиту мага. И её высасывают почти также, как и счастливые эмоции. Так что лучше мистеру Поттеру держаться от них подальше, – начала объяснения колдмедик. — Во-вторых, мистер Поттер истощен и физически. После тяжёлого дня он устал, а тут ещё и дементоры. Магия могла бы поддержать его до того, как он уснёт и восстановит силы. Но так как магический резерв почти пуст, мистер Поттер и потерял сознание. Так что... Студенту надо хорошо выспаться. И желательно освободить его завтра от уроков. Ну и конечно, как минимум три-четыре дня колдовать студенту противопоказано. — Его стоит отнести в спальню, – произнёс Ремус, волнующийся за Гарри. — Пожалуй, его следует оставить в больничном крыле. Остальные студенты могут помешать его отдыху, и организм не до конца восстановится. — Хорошо, – согласился Ремус и магией поднял подростка. Близнецы и Геллерт всё это время находились чуть в стороне и внимательно слушали. — Можно мы пойдём с ним! – сразу же попросились Уизли. — Нечего вам там делать, молодые люди! – строго произнесла мадам Помфри. — Лучше идите в гостиную, тоже отдохните. Близнецы обиженно поджали губы. Они надеялись, что им разрешат присмотреть за другом и тоже освободят от занятий. Ремус с Гарри уже удалились, как и мадам Помфри. — Могли бы и пустить. Всего денёк то... – проворчал Фред. — Ага, профессорам бы было только в радость, что нас в первый день на уроках нет, – поддержал его брат. — Бездельники! – фыркнул Геллерт, и взлетел. — Я позабочусь о нём и без вашей помощи! – сказав это, он тоже скрылся. — Сам такой! – прокричал в догонку Джордж, что вызвало удивлённые взгляды у портретов, которые решили, что детки малость ку-ку.

***

Гарри снился странный сон. В нём он находился в приюте, где остальные дети издевались над ним из-за проявления магических способностей. Когда Гарри понял, что проснулся, то погряз в свои думы. Сон был слишком реалистичен и просто так выкинуть его из головы было невозможно. Всё же через некоторое время, Поттер решил, что это просто его больное воображение создало такое реалистичное сновидение. Зевнув, гриффиндорец открыл глаза, но тут же чуть не зажмурился снова. Судя по помещению, он опять в больничном крыле. В первый, мать его, день! «Великолепно!» – подумал он с сарказмом. Щурясь от того, что глаза ещё не привыкли к светлой обстановке, Гарри повернул голову налево. Геллерт с очень заинтересованным лицом читал какой-то маггловский роман, если судить по обложке. Это было забавное зрелище. Гарри щёлкнул пальцами, чтобы привлечь внимание, но тот только молча махнул рукой, словно говоря: «Потом, я занят важным делом!» Вздохнув, Поттер закрыл глаза. Он чувствовал себя сильно усталым, хотя вроде бы проспал достаточно долго, уже успев пропустить завтрак и половину первого урока. Хотя сам он об этом и не догадывался. Когда Геллерт захлопнул книгу, Гарри чуть не подскочил, ибо успел снова задремать. — Здрасте, – буркнул Поттер. — С добрым утром, – хмыкнул Гриндевальд. — лапа, – добавил он и с мстительным удовольствием заметил, как Гарри скривился. — Не стыдно издеваться над больным человеком? – спросил гриффиндорец. — Никак нет. Как самочувствие? — Словно по мне протопталось стадо кентавров! – с раздражением заметил Гарри. — Кстати, рад тебе сообщить, что ты абсолютно безнадёжен. Дементор съел твой запас магии. — Бы... Что?! — Как я уже говорил, ты уникальный! У тебя всё не так, как у нормальных людей. — Нет, ты ни разу такого не говорил. — Да? Ну значит теперь точно сказал! Гарри не стал отвечать, а снова погряз в думы. То что дементоры могут дополнительно, как десерт, высасывать его магию – чересчур плохо! При таком раскладе защищаться от них будет нереально. Тряхнув головой, Поттер принял сидячее положение, решив, что сейчас не лучшее время для мрачных мыслей. Геллерт смотрел в потолок, и вид у него был задумчивый. Гарри хотелось пролегиллементить его в данный момент, но он понимал, что ничем хорошим для него это не закончится. Гарри это и так с трудом обычно удается, к тому же любой дурак обнаружит, что в его голову влезли. Поэтому и старался этим не пользоваться. — А Сири уже знает? – ляпнул Гарри первое, что пришло в голову, чтобы хоть как то нарушить тишину, которая почему-то давила на мозги. Да и голова болела после сна. — Учитывая то, что Помфри тащила тебя сюда на пару с Люпином, то да, – ответил Гриндевальд с неохотой, так как пришлось прервать свои размышления. — О чём ты всё время думаешь?! – не выдержал Поттер, задав вопрос в лоб. Геллерт посмотрел на него пронизывающим взглядом. — О тебе! – сказал он медленно. Поттер иногда был слишком раздражающим. — Я думаю, что с тобой делать... Ты же магнит для неприятностей! К тому же, дементоры на тебя странно влияют. Для нас это ещё одна проблема. — Может я просто не буду подходить к ним и всё? – спросил Гарри. Он и не собирался лезть к этим тварям. Как будто мало ему проблем. — Да они на тебя за километр влияют! — Не правда! – возразил Поттер, но потом до него резко дошло, что это говорилось образно. Мозги после пробуждения отказывались нормально работать, и Гарри начал потирать виски. — Я имею ввиду то, что к нам в купе он даже носа не сунул, а тебе уже плохо стало. — Да-да, конечно... Какое тебе вообще дело до моих проблем? – неожиданно выдал Гарри, когда головная боль усилилась. Вопрос поставил в тупик обоих. И в больничном крыле снова воцарилась абсолютная тишина. Когда эта тишина уже начала нервировать, то Гриндевальд всё таки первым подал голос. — Не знаю, – честно ответил он. — Мрак! – вздохнул Поттер. — Да ты просто привязался ко мне, дружище! — Я не... — Но ты же печёшься обо мне больше, чем Рем и Сири вместе взятые! Теперь я уверен, что ты привязался ко мне! – заявил Гарри. — Может потому что в этой чёртовой школе нет твоего крёстного? Люпин не в счёт, он профессор и имеет много дел. Поэтому мне тут одному за тобой следить приходится. — Ты оправдываешься! – уверенно сказал Гарри. — Маленький засранец! — Спасибо за комплимент. Тебе никогда не хотелось пойти работать с детьми? — Этого ещё не хватало! — Ты, кстати, так и не ответил на вопрос, – напомнил Поттер. Геллерт задумался, и после недолгих размышлений ответил. — Да. Наверное, да... Ты прав в своих доводах. Чудовище гриффиндорское! — Я вот теперь даже не знаю, радоваться мне или обижаться? – ответил Гарри через несколько минут. — Проще заткнуться и спать, – предложил альтернативу друг, надев очки-артефакт, чтобы просканировать состояние Поттера. А то тот стал уж больно разговорчивым. — А я тут вообще долго должен лежать? Мне скучно. Близнецов нет. Они могли бы придумать что-то весёлое. — Все на уроках. — Может у тебя есть идеи? — Я не клоун, чтобы развлекать тебя. Гарри было хотел сказать что-то ещё, но в голову снова резко ударила боль, поэтому он только поморщился и снова лёг. Никакого облегчения это не принесло, и Поттер со злостью подумал, что если когда то ещё увидит дементора, то четвертует его. К тому же подросток был уверен, что Малфой доведёт его до белого каления, постоянно напоминая об этом позорном обмороке. Вот бы выставить против дементоров слизеринца, было бы смешно... Размышления были прерваны негромким треском, что вынудило Поттера повернуться в сторону звука. Геллерт хмурым взглядом сверлил кубик Рубика. Откуда он его взял, было для Гарри загадкой. «И вообще...» – раздражённо думал Поттер. — «Я тут страдаю, а он играется!» Конечно на тумбочке недалеко было зелье от головной боли. Вероятно, мадам Помфри предусмотрела её появление, но сейчас Поттеру было ужасно лень встать и дотянуться до пузырька. Состояние, как он уже упоминал, было такое, будто по нему пробежалось стадо кентавров во главе с Хагридом. Желания что либо делать совершенно не было, и Гарри просто наблюдал за летающей мухой. Это даже успокаивало. — Всё! С меня хватит! – через какое-то время встал Поттер. Схватив зелье, он залпом выпил его и даже не поморщился. — Я хочу на улицу! Мне надо на свежий воздух! — Нет, ты останешься здесь! – возразил Геллерт. — Твоя шавка мне голову открутит, если с тобой что-то случится! — Неубедительное враньё! И так же ясно, что Сириус тебе не ровня, да простит он меня за такие слова... — Ты никуда не пойдёшь! Не он, так колдмедик! — Да, конечно! Как будто Помфри страшнее Сириуса! – закатил глаза Поттер. — Если ей что-то не понравится, то позовёт Дамблдора. Уж найдёт способ в обход обета. — Только не говори мне, что ты боишься Дамблдора! – повторно закатил глаза подросток. — Да... То есть нет! Но у него бузинная палочка! — У тебя она тоже была! Но он же тебя победил! — Я не виноват, что там... Вообщем, попалась не очень удачная местность... — Интересные подробности, – хмыкнул Поттер. — Да ладно уж! В конце концов, Дамблдору уже сто с лишним лет! Геллерт посмотрел на него таким взглядом, словно говоря: «Включи мозги, наконец, идиот!» — Ах да... – спохватился Гарри. — Тебе же тоже, я всегда забываю... С другой стороны, у Дамблдора же нет волшебного амулета. Но это не важно сейчас. Вернёмся к тому с чего начали... Я не хочу сидеть тут весь день! – повторно пожаловался подросток. Геллерт с громким стуком впечатал кубик в тумбочку, смотря стальным взглядом на Поттера, так что тот непроизвольно отодвинулся. «Этот мальчишка когда-нибудь сведёт с ума!» – думал Геллерт. — Хорошо, чем ты хочешь заняться? – медленно протянул Гриндевальд. — Э-э... – неуверенно начал Гарри. — Я думаю, что для начала неплохо бы поесть... — Можешь позвать Добби. Или как там его зовут?.. Ты его и так на всё лето тут оставлял с Реддлом, сомневаюсь, что он куда-то ушёл. — Точно! – вдруг хлопнул себя по лбу подросток. — Я и забыл, что мы оставили тут Тома! Надо будет его навестить. — Ты завтракать то собираешься? – поинтересовался Геллерт. — Естественно. Добби! – позвал Гарри. Эльф до сих пор находился в замке и всегда приносил еду Тому. Так сообщил он сам. Попросив у него завтрак, Гарри дал приказ после этого возвращаться к Реддлу. Нового домового он пока ещё не купил. — Ты то сам завтракал? – спросил Поттер, потребляя принесённые эльфом бутерброды с чаем. — Нет, – качнул головой Гриндевальд, сцепив руки в замок. — Тогда бери! – предложил Гарри. Всё равно эльф принёс слишком много. — Спасибо, – поблагодарил Геллерт, присоединившись к трапезе. Как только завтрак закончился, Гарри всё таки решил уйти. Что странно, мадам Помфри не приходила, но Поттеру это было только на руку. После еды ему стало получше, и он считал, что уже может спокойно уходить. Не любил Поттер задерживаться в малоприятном месте. А больничное крыло стало для него таким местом. — Ты идёшь? – спросил Гарри, обернувшись перед выходом. — Нет, останусь здесь и буду наслаждаться красотами белых стен! – съязвил Гриндевальд, но в конце концов добавил: — Куда ж я тебя брошу, когда ты магнит для неприятностей. — Повторяешься, – хмыкнул Гарри, когда крупный ворон приземлился на плечо. — Однако, я в этом не виноват! Первое что хотел сделать Гарри, так это зайти к Тому. За лето он даже и подзабыл о нём, и Геллерт как раз об этом напомнил. Гриффиндорец шёл не спеша по известному маршруту, но его планы были нарушены. Почти добравшись до цели, Гарри наткнулся на... Угадайте кого? Естественно, Малфоя и его шайку! «Прогуливает что-ли со своими дружками?..» – мысленно протянул гриффиндорец. — О, Поттер! – заметил его Драко. — А мы как раз гадали куда запропастился наш герой. Говорят, что ты хлопнулся в обморок! Выходит, не такой уж ты и крутой! — Высказался? – поднял бровь Гарри. Он даже не доставал палочку. Сил не было, чтобы использовать что-то, и он надеялся, что всё обойдётся. — А теперь вали отсюда, кретин! — Тебе стоит быть повежливей! – самодовольное лицо Драко не спешило меняться. Значит что-то задумал. Но Гарри и не успел моргнуть, как в него попало заклятие парализации. В этот же момент ворон с огромной скоростью атаковал Малфоя, пока его дружки Крэбб и Гойл тупо смотрели вперёд, не зная, что можно сделать. — Сделайте что нибудь! – закричал Малфой, уклоняясь. Птица похоже была намерена выклевать ему глаза и расцарапать лицо, как можно сильнее. — Чёрт! Петрификус Тоталус! – второе парализующее попало в цель. — Идиоты! Никакой от вас пользы! – негодовал Драко, обращаясь к двум слизеринцам-громилам. — Я уничтожу их всех! – яростно шипел Гриндевальд, лёжа на полу и ментально передавая слова Гарри. Сам Поттер тяжело вздохнул. Малфой стал гораздо невыносимее. Теперь он даже не избегал Гарри, вёл себя по хамски, хотя раньше побаивался Поттера. — Ну и что будем делать с Поттером и его глупой птицей? – поинтересовался аристократ у, вероятно, своих вассалов. Те лишь тупо пожали плечами. — Ничего, придумаем! Времени у нас предостаточно. Например, можно прикончить любимую птичку нашего героя, это было бы хорошим уроком для тебя, Поттер, а? — Что-о-о? – запаниковал Геллерт, когда Малфой схватил его. — Поттер, сделай что-нибудь, я не хочу умира-а-а-ать! — Как?! Я парализован! – мысленно ответил Гарри и тоже поддался панике. Судя по всему Малфой не шутил. Но удача, похоже, вновь повернулась к Гарри лицом, ведь вдали послышались шаги, а затем в коридор вышел Ремус Люпин. — Что здесь происходит?! – чуть ли не зарычал профессор, когда окинул взглядом открывшуюся картину. «Люпин умеет злиться?!» – подумал в этот момент Гарри. — Это не я! – первым делом выкрикнул Малфой и быстро сунул ворона в руки Крэбба, который автоматически его взял. — Повторю ещё раз – что здесь происходит? — Да я вообще тут не причём! Идём мы по коридору и видим Поттера на полу. А птица на него напала. Мы вообще помочь хотели! – Малфой придумывал на ходу. Импровизация – наше всё! «Ага, да, конечно!» – думал Люпин, который прекрасно понимал, что происходило. — А если я сейчас расколдую мистера Поттера, он подтвердит ваши слова? Малфой быстро кинул взгляд на Гарри. — Вряд-ли. Это слишком унизительно будет для его персоны. Да и вообще, он наверняка, когда падал, головой ударился. Мало ли, что он скажет. Сам Гарри бешено завертел глазами от негодования. Ну всё, конец этой белобрысой скотине! Тем временем, Геллерт вывернулся из хватки Крэбба и больно укусил того за палец, а заодно и Гойлу досталось, который рядом стоял. Малфой был главной целью, но и Люпин понимал, что добром это не кончится. Если ворон выклюет глаза отпрыску Малфоев, то Люциус наверняка прикажет свернуть птичке шею, да и Гарри заодно обвинит. Поэтому Ремус повторно парализовал птицу и леветировал подальше от слизеринцев. — Почему вы не на уроках? За прогул я снимаю по десять баллов с каждого, – сообщил профессор после. Драко, скрепя зубами от злости, развернулся и стремительно удалился, прихватив с собой своих вассалов. Ремус проводил их хмурым взглядом и, наконец, расколдовал Гарри, а затем и Геллерта. — Это белобрысое чмо за всё ответит! Он будет захлёбываться в собственной крови, и я позабочусь о том, чтобы он мучался как можно дольше! – сказал Гриндевальд. — Да ну его! – фыркнул Поттер. — На этого идиота лучше даже время не тратить. — Что случилось? – вырвал из мысленного диалога Люпин. — Я этого придурка даже не трогал. Он просто напал без причины, – объяснил гриффиндорец, обращаясь к профессору. — Я так и подумал, – кивнул оборотень. — Хорошо, что я оказался тут неподалёку. Надеюсь, ты больше не нарвёшься на неприятности. А мне пора идти, мне надо встретиться с директором. — У меня и у самого были дела, пока этот Малфой не отвлёк, – кивнул Гарри. — Так что не будем задерживать друг друга. Ремус ушёл по своим делам, а Гарри решил чуть-чуть посидеть на улице, чтобы оправиться после всего произошедшего. Поднявшееся было настроение снова рухнуло вниз, когда Гарри увидел, что Малфой и его шайка тоже отправились на свежий воздух, вместо урока. Понятно было одно. Что безопасности ради лучше пойти в Выручай-Комнату. Комната в этот раз приняла вид гостиной Гриффиндора, единственным отличием были разные цвета мебели и стен. Пусть Гарри и был гриффиндорцем, но яркие цвета, красный и золотой он не очень любил. Синий, зелёный, черный и коричневый привлекали гораздо больше. — Можно в следующий раз убить этого ублюдка? – это было первое, что спросил Геллерт, когда принял вид человека. — Нет, – покачал головой Поттер. — Лучше дождаться благоприятного момента. Когда Люциус выйдет из игры, тогда можно. — Это вряд ли случится в ближайшее время. — Люциус имеет слишком много власти. Малейшее происшествие с его сыночком и он сам кого угодно утопит. — А если убрать Люциуса? – выдал гениальную идею Геллерт. — Даже не думай. Его лучше не трогать пока. Геллерту пришлось согласиться, что Малфоев пока лучше оставить в покое. Гарри же попытался забыть о Драко, ведь этот крысёныш так достал, что о нем даже вспоминать не хотелось. Его самодовольная белобрысая рожа сводила гриффиндорца с ума. Так и хотелось посильнее врезать. — Я хотел зайти к Тому, – вспомнил Гарри, усаживаясь на диван. — Отдыхай. Хватит с тебя приключений на это утро. Вечером сходишь, – ответил Гриндевальд, сев недалеко. — Так уж и быть, – в кои-то веке послушался гриффиндорец. — Но что мне делать? Я на уроки не хочу... — А я то тут причём? Делай то, что хочешь. — А я ничего не хочу, – буркнул Гарри, не зная, чем ему заняться. — Я тебя сейчас обратно в больничное крыло отправлю, лентяй! — Не получится. Кстати, у тебя есть карты Таро? – вдруг спросил подросток. — Я похож на человека, который всегда носит с собой Таро? — Да, – сразу выдал Поттер, на что Геллерт закатил глаза. — Выручайка предоставит, – махнул рукой он в сторону мини свалки в углу помещения. — Я не ношу с собой карты Таро. Только игральные. Копаться в куче разных вещей Гарри не хотелось, поэтому он призвал нужное с помощью Акцио. И тут же понял, что это была плохая идея. Голова закружилась от резкого оттока сил. — Мне кажется, что ты намерен стать сквибом, – прокомментировал Геллерт, глядя на схватившегося за голову Поттера. — Почему моя магия не восстановилась за ночь? – недовольно проворчал Гарри, пытаясь прийти в норму. — Из-за резкой потери огромного количества магии. После такого восстанавливаются три дня, как минимум. Хотя учитывая твой специфический организм, наверное, ты в норму уже этим вечером придёшь. — Ладно-ладно, не буду больше колдовать, – совсем уж сумасшедшим Гарри не был, и уж тем более не хотел становится сквибом. Поэтому, как только более менее пришёл в норму, решил со скуки погадать с помощью Таро. В своём положении он только и мог гадать, да зелья варить. — Даже у моей бабки лучше получалось, – прокомментировал Гриндевальд по истечении десяти минут. — Нормально тут всё. Судя по картам, у нас на обед сегодня тыквенный суп! — Это значит «Смерть», а не тыквенный суп, балда! — Тыквенный су-у-уп! — Да ты не умеешь карты читать! Это «Смерть»! И уж точно не суп. Карты такое не показывают вообще, лапа. Гарри недовольно насупился и фыркнул. И не только потому что Геллерт снова назвал его так (хотя он ненавидел такое обращение). В предсказания Поттер не верил, но иногда ради интереса пытался что-то нагадать. А ещё хотелось посмотреть на этот предмет в Хогвартсе. Хорошо, что первые два недели идёт ознакомление с новыми предметами. Прорицания в списке были. Но подросток понимал, что этот урок заведомо провалиться для него самого. Однако пойти посмотреть всё же стоило. Спустя ещё полчаса, Поттер понял, что его потуги бесполезны. Иногда он видел какой-то бред, а иногда попадалось и что-то интересное. Но всё же пришлось заключить, что гадания Гарри не даются. Чаще всего всё таки был бред. Бред сивой кобылы. Геллерт почти уснул, пока смотрел за Поттером. Моментально его разбудил всё тот же Поттер, который плюхнулся на диван рядом и видимо решил тоже поспать, используя Геллерта, как подушку. — Ты можешь отстать от меня? – устало поинтересовался Гриндевальд, когда гриффиндорец устроился со всеми удобствами. Даже одеяло себе откуда-то достал. — Нет, так удобнее, – едва слышно проговорил Гарри. — А мне что-то не очень. Поттер не стал ничего отвечать. Его вырубило моментально. Поэтому, Геллерт откинул голову на спинку дивана и тоже задремал, хоть такая поза и не была удобной. Так начался тихий час. Хотя тихим часом это было назвать сложно. Поттер снова вырубился надолго, и следующее его пробуждение было уже ранним утром следующего дня. Гриффиндорец просыпался полный сил, с отличным настроением и готовый отрывать головы всем врагам в поле его зрения. А вот Геллерту спалось хуже. Во всём конечно был виноват Поттер. Неужели нельзя было попросить у Выручайки отдельную кровать, диван или на чём ему там удобно? Ну и в отличие от подростка настроение у Гриндевальда можно было описать, как «Убью каждого встречного в районе километра». Не относилось это только к Поттеру. Это чудище ничего не боится и угрожать ему как либо абсолютно бесполезно. И даже опасно для жизни. — Поттер! – как то слишком резко выпалил Геллерт спустя пять минут с того момента, как открыл глаза. От неожиданности едва проснувшийся Гарри аж подпрыгнул и чуть не свалился с дивана. — Что? – спросил Поттер, у которого вся сонливость слетела от испуга. — Я тут обдумал твоё поведение. Считаю, что тебе стоит держать дистанцию, – на этих словах Гарри вопросительно посмотрел на него, не совсем понимая, что друг имеет ввиду. — Пойми, я тебе не отец, не брат, не опекун... Я никто. Мне просто интересно, по какой причине ты ко мне прицепился? Какое-то время шестерёнки в голове Гарри крутились с бешеной скоростью. — Ну... Ты...милый... И добрый, – медленно сказал подросток спустя какое-то время. — Я?! Попробуй сказать такое любому волшебнику и тебя сначала хорошенько треснут, а потом отправят в Мунго! – ответил Гриндевальд Гарри специально кинул в него жалящее, отчего Геллерт дёрнулся и зашипел, бросив взгляд на Гарри, аля «Тебе конец!» Заклинание оказалось на редкость мощным, ибо гриффиндорец чуточку не рассчитал сил. — Магия в норме, великолепно! – обрадовался Поттер, поглаживая волшебную палочку с пером феникса. — Сейчас ты великолепно полетаешь, если не извинишься! – встав и скрестив руки на груди, сообщил Геллерт, глядя на Поттера взглядом убийцы. — Я не хотел! – поднял руки Гарри, но увидев, как Гриндевальд поднял бровь, исправился: — То есть, хотел, да, я специально. Но это всего-навсего жалящее. Извини, только не убивай! — Извинения приняты. Не смей поднимать на меня палочку впредь, а то будет плохо, в первую очередь, тебе. — Почему? – полюбопытствовал Поттер. — В какой-то момент возьмёт и сработает рефлекс, и тогда в тебя авада полетит в ответ. — Все Тёмные Лорды швыряются авадами направо и налево? — Только поехавшие. — Э-э-эм... – протянул Поттер, не зная, что на такое сказать. — Иди на уроки, – бросил Геллерт, закончив бессмысленный диалог. Поттер и не стал бездельничать. Раз уж его, как всегда, странный организм уже успел восстановиться. Вылетев из Выручай-Комнаты, он помчался в башню факультета. И так день учебный пропустил, стоило поторопиться, чтобы не опаздывать на уроки. Впрочем, так как утро было раннее, подросток успел и книги собрать, и в душ сходить, и даже немного почитать. На завтрак не пошёл, а попросил Добби принести еды и доставить его в Тайную Комнату, ибо ещё оставалось достаточное количество времени на то, чтобы навестить Реддла. — Какие люди, – такими словами встретил его Том, как только Гарри оказался в библиотеке Тайной Комнаты. — А я так надеялся, что про меня забыли. — Ага, и чтобы ты снова пошёл творить свои грязные делишки? – поднял бровь Гарри. — В любом случае на тебе обет, ничего бы не вышло. Привыкай, что ты теперь в моей банде. — Что тебе надо? — Целое лето не было. Навестить зашёл. Как прошло, кстати? — Ничего интересного. Читал книги, тренировался, с Василиском болтал. Пару раз выходил под чарами невидимости, – поделился Том своими «весёлыми» летними буднями. — Мне вот интересно, где ты палочку взял? — Пф, эльфа попросил принести. А он откуда-то достал. Сначала отвратительно слушалась, потом чуть привык. Но всё таки мне нужно подобрать собственную. Не знаю, где эльф нашёл эту, наверное, украл. — Потом спрошу у него сам, – решил Поттер. — Пойду, пожалуй, мне ещё на уроки успеть надо, – сообщил он. — Ты это... Заходи, если что... – крикнул ему Реддл, когда подросток развернулся и пошел на выход. — А то я тут уже задолбался один торчать. Гарри кивнул, хотя Том этого уже не видел, и направился через знакомый проход, который вёл в подземелья, в кабинет зельеварения, ибо оно стояло первым уроком. Настроение от этого открытия не повысилось. Снейп – зло! Зато после зелий стоял Уход за Магическими Существами. Было немного любопытно, как этот остолоп Хагрид будет проводить первый урок. Гарри только надеялся, что тот не приведёт акромантулов, ему их и в прошлом году хватило. Сам Хагрид, кстати говоря, до сих пор не знал, что один из его ядоплюйных паучков буквально лишил Поттера глаза. В своих думах, Гарри быстро добрался до кабинета зельеварения. Как раз в этот момент прозвенел колокол, и Поттер поспешил плюхнуться на первое попавшееся свободное место, пока Снейп не набросился на него за опоздание, которого по факту и не было, ведь в кабинет Гарри зашёл вовремя. Но это Снейп, так что от него можно не ждать никакой справедливости. В паре с Гарри оказался Невилл, чему Поттер не удивился. С этим пацаном никто не горел желанием садиться, ведь любое его зелье обязательно к концу урока было испорчено. — Привет, Невилл, – поздоровался Гарри, раскладывая нужное на стол. — Эм... Привет, – ответил тот в ответ, как всегда, немного неуверенно и тихо. А уж на уроках Снейпа он вообще боялся открыть лишний раз рот. — Давно не разговаривали, – заметил Гарри. — Ну... У тебя же свои дела. Ты обычно с близнецами, или иногда с Роном, – пробормотал тот в ответ. — Не всегда, – тихо сказал Гарри, ибо из кладовой выполз профессор и начал о чём-то рассказывать. — Просто у меня своя компания. Там не только близнецы. С Роном я, кстати, общаюсь не так часто, как ты думаешь. Так вот... Тебе просто тоже надо найти себе хорошую компанию. Чего один то ходишь? — Вряд-ли кому то будет со мной интересно. — В школе полно детей, уверен, ты найдёшь достаточно людей, которым будет с тобой интересно. Просто постарайся пообщаться с людьми вокруг. И не только с гриффиндорцами. Когтевранцы и пуффендуйцы тоже имеют много дружелюбных личностей. Да и на Слизерине таковые должны быть, но всё таки лучше тебе пока туда не лезть. Ограничься остальными тремя факультетами, по-моему, людей предостаточно. — ПОТТЕР! – неожиданно рявкнул декан Слизерина, что Гарри чуть ли не перевалил котёл, который стоял на столе и дожидался своего часа. — Чем вы с Долгопупсом занимаетесь? — Ждём рецепт нового зелья, – мрачно ответил Гарри, пока Невилл тщетно пытался спрятаться за своим оловянным котлом. — Минус десять очков Гриффиндору за разговоры! – прошипел Снейп, который прекрасно слышал, что студенты шушукаются, не обращая на него внимания. — За работу! – добавил он, взмахивая палочкой, после чего на доске появился рецепт нового зелья. Гарри кинул взгляд на Невилла и на всякий случай отгородился заклинанием. Ему проблемы не нужны, а Долгопупс наверняка их создаст, испортив своё зелье. Как и ожидалось, котёл у Невилла расплавился, и если бы не защита Гарри, то нечаянный брызг мог попасть и в зелье Поттера. После урока, студенты третьего курса отправились на урок к Хагриду. Это был первый урок у полувеликана и Гарри уже было страшно за своё здоровье. Он и так был слеп на один глаз из-за лесника (хотя из учеников и профессоров об этом никто пока не догадался, все считали, что это имидж). Урок проходил на опушке леса, Хагрид созвал всех учеников и велел следовать за ним. Малфой как всегда потешался над полувеликаном, чему Гарри не препятствовал. Он и сам понимал, что Хагрид – абсолютный ноль в преподавании. У того даже палочки нормальной не было, плюс он был слишком безответственным. Была б воля, Гарри и не ходил на эти занятия, а ещё лучше, чтобы самого Хагрида не подпускали к занятиям. Однако лесник был назначен Дамблдором и изменить ничего нельзя было, а Гарри обязан был проходить хотя бы три урока, чтобы выбрать предметы, для дальнейшего изучения. Такого было новое правило, которое ввели как раз в этом году. — Так, ребята, становитесь вокруг, – попросил Хагрид, когда они дошли до места. — Я вам такой урок приготовил, да! Гарри внутренне передёрнуло от того, что задумал этот олух. Было бы неудивительно, если б тот притащил какого-то жуткого и опасного зверя. С него станется принести на урок дракона или акромантула. Но реальность оказалась чуть лучше, чем предполагал Гарри. Хагрид привёл гиппогрифа. Это зверь, похожий на смесь коня и птицы. Передние лапы имели острые когти, задние были копытами, голова птичья, и имеются крылья. Тело в основном было покрыто сизыми перьями. Этого зверя хотя бы проходят в конце третьего курса и показывают издалека. Но ошибок у здоровяка было полно. Во-первых, животное не было привязано. Во-вторых, такого зверя никак нельзя приводить на первый урок. В-третьих, Хагрид разрешил приблизится, хотя даже в конце года это не разрешалось. Этот зверь входил в класс опасных для жизни, ведь его острые, как бритва когти могли вспороть живот за одно движение, а клюв легко мог пробить черепушку. Это уж не говоря о мощных копытах. Один раз лягнет, и ты ляжешь. В гроб. Хагрид что-то рассказывал по теме урока, но Поттер так ушёл в свои мысли, что ничего не слышал. Очнулся он только тогда, когда Хагрид подошёл к нему и толкнул ближе к гиппогрифу, говоря, что с Клювокрылом – а так звали зверя, – можно легко поладить и Гарри это сейчас всем продемонстрирует. «Что ты несёшь?! Я против!» – мысленно кричал Гарри, но Хагрид не мог его услышать и, наоборот, только ближе подтолкнул к дикому животному. — «Мрак... Что я знаю о гиппогрифах?» – судорожно вспоминал Гарри, ибо лекцию Хагрида он прослушал, а тот ждал от него действий, как и весь класс. — «Вроде, надо поклониться и держать зрительный контакт. А ещё стараться не бояться. Вот же... Хагрид... Идиотины кусок!» Гарри медленно и без резких движений повторил все действия, которые вспомнил. Наверное целую вечность гиппогриф просто пялился на него, словно, о чём то размышляя, но в конце концов поклонился в ответ. — Молодец, Гарри! Думаю, он тебя немного покатает, – произнёс довольный лесник. — Да всмысле?! – испугался Поттер, но было поздно, Хагрид быстрыми движениями схватил его и усадил на животное. — И вперёд! – шлёпнул профессор Клювокрыла. Гиппогриф стартанул с места, и разбежавшись, раскрыл крылья, взлетая. Гарри уцепился за шею и молил всех богов, лишь бы не упасть с этого чудовища. Сначала птицеконь летел плавно, и гриффиндорец даже чуть-чуть расслабился, но потом зверь набрал высоту и начал активнее работать крыльями, ускоряясь, чем привёл подростка в ужас. В мыслях Гарри уже на русском, английском, немецком и даже на французском обматерил всё и вся. Спасибо, Геллерту, что тот учит его языкам. И русский мат сейчас был для Гарри привлекательнее всего. Там так ляпнуть можно, что абсолютно точно опишет всю дерьмовую ситуацию, в которой Поттер оказался. Когда гиппогриф вернулся на место, Гарри выглядел словно труп. Однако никто похоже ничего не заметил, все хлопали ему и улюлюкали. А Хагрид даже наградил Гриффиндор двадцаткой баллов. Ну-ну. Сам Гарри мысленно фыркал на это. Да ему за такой подвиг не то что баллы, ему медаль дать надо. Естественно слизеринцам такой подвиг не понравился, и вперёд выскочил Малфой, обзывая гиппогрифа своими едкими словечками. Гарри только хотелось хлопнуть себя по лбу. Ну какой идиот! Как и предполагалось, гиппогриф был не намерен терпеть такого отношения к себе, и своими стальными когтями вдарил по Малфою. Поттеру даже показалось, что животное решило его пощадить, цапнув не сильно. Он ведь и убить мог одним ударом. Возможно зверь был достаточно умён, чтобы понять, что за убийство спасибо ему не скажут. Хотя Мальчик-Который-Выжил с радостью бы именно это и сделал. И даже покормил. Этот инцидент несомненно будет уроком и Малфою, и Хагриду. Поэтому таким результатом конца урока Гарри был более чем доволен. На обед Гарри, как и предполагалось, не пошёл. Вместо этого он завалился в Выручай-Комнату. — Хагрид, этот остолоп, привёл на урок гиппогрифа! На первый урок! – поделился Гарри с Геллертом. — Отдуваться пришлось тебе? – спросил Гриндевальд. У него весь урок браслет горел жёлтым, что значило только одно – Поттер был в опасности. Иногда даже красным моргал – смертельная опасность. Геллерт и не сомневался, что на уроке этого дебила будет опасно. — Ага, он заставил меня идти знакомиться с животным, а потом, не спросив моего разрешения, усадил на зверя и пустил нас летать вокруг школы. — Придурок. А если б зверь решил улететь куда? — Пока меня в воздухе бросало из стороны в сторону, я об этом уже подумал. — И чем закончилось? — Да тем, что этот индюк Малфой оскорбил гиппогрифа, а тот отправил его в минус. Теперь в больничном крыле будет торчать, а Хагриду нагоняй будет. Геллерт приложил ладонь ко лбу. Кто бы сомневался, что так всё и произойдёт. — У меня сейчас прорицания, – сказал на последок Гарри, глянув на часы, которые находились в комнате. — Опа, будет весело, – оживился Гриндевальд. — Я иду с тобой. Твоё мастерство гадания – это нечто! Гарри закатил глаза, понимая, что над ним издеваются. Ну подумаешь, разок погадал – не получилось. Может сегодня получится. Обернувшись птицей, Геллерт занял свою позицию на плече гриффиндорца и приготовился к шоу. Самому было интересно, что Поттер нагадает. Кабинет прорицаний находился на самом верху северной башни. Добираться туда было нелегко. Да ещё и сам кабинет сделали не понятно как. Вместо дверного проема, был люк. Так он ещё и вёл наверх, так что карабкаться надо было по верёвочной лестнице. Когда гриффиндорцы оказались в уютненьком, на удивление, помещении, то столпились недалеко от входа и гадали, куда подевалась профессор. Та похоже всё это время стояла в тёмном уголке и наблюдала за ними. Появившись из темноты, она даже немного позабавила Гарри, ведь внешне была похожа на стрекозу и ходила в каких-то непонятных лохмотьях. Усадив детей на диванчики и пуфы, профессор начала рассказывать о своём предмете, даже забыв представится. К счастью, все и так знали её имя, то было написано на дверце люка, когда они поднимались. В пару Гарри достался Рон. Это было неудивительно. На факультете каждый нашёл свой круг общения, а Рон частенько ходил один. Иногда он был вместе с Гермионой, так как у той тоже не было одноклассников, которые горели желанием с ней пообщаться. Но Гермионы почему-то не было, и пришлось рыжику сесть с Поттером. Профессор Трелони, а именно так её и звали, раздала всем чай, отчего Гарри на минутку впал в ступор. Но потом до него дошло, что надо выпить напиток, а гадать они будут по чаинкам. Чай был горячий, но пришлось всем терпеть, времени на то, чтобы он чуть остыл не было. — Теперь вы должны обменяться чашками с соседом и попробовать что-либо увидеть, – скомандовала профессор. — Так мы Рону гадать будем? Ну вот и отлично, так даже лучше, – решил Гарри. — Ну-ну, давай, – подгонял Геллерт. Минуту Гарри всматривался в тёмно-коричневую жижу, пока не выдал: — По-моему, я вижу здесь носок. — Это не носок, а топор, – мысленно закатил глаза маг. — Какой топор? Чётко видно, что носок! — Ну вот, начинается... С другой стороны посмотри! — А с другой вообще веник... — Я так и знал, что закончится этим. Ты. Не. Умеешь. Гадать! — А сам то? — Я вижу больше, чем ты думаешь. Гарри вместо ответа открыл книгу и начал искать фигуры, которые ему удалось увидеть в чашке. — Носок это неожиданная потеря чего-то, а веник значит, что этого никогда не вернуть. Гениально. Я ж говорил, что носок и веник. Тут сходится! — Во-первых, это одна фигура... А топор означает, что этот мальчик попадёт в больницу в ближайшее время. С переломом. Вот и посмотрим, кто прав! Тут и Рон как раз спохватился. — Гарри, тут у тебя кажется луна. Во всяком случае, похоже... И вот тут сверху змея, или червь, – сообщил Уизли, показывая сокурснику чашку. — О, а у тебя носок, – ляпнул Гарри и получил лёгкий подзатыльник от птицы крылом, чего, к счастью, никто не заметил. — Вам помочь? – откуда ни возьмись выскочила профессор Трелони. Не дав и слова сказать, она схватила чашку Гарри и уставилась туда немигающим взглядом. Поттеру уже не понравилось всё происходящее. Напомнило урок Хагрида, где лесник ничего не спросив, послал Гарри к гиппогрифу, а потом ещё и посадил зверю на спину для смертельных покатушек. — Мальчик мой... – слабым голосом начала профессор, медленно подняв голову. Гарри отчётливо услышал фырканье Геллерта, но посторался сосредоточиться на словах женщины. — Я чётко вижу... Тут всё указывает лишь на одно... Это смерть, мой мальчик... – между тем продолжала трагичным голосом профессор. Если бы кто-то сейчас увидел лицо Гарри, то сказал бы, что у того на лице чётко написано: «Да вы издеваетесь?» Но сейчас все столпились вокруг его чашки и пытались заглянуть в неё. — Предсказание Рона мне понравилось больше, – вздохнул Гарри под напряжёнными взглядами сокурсников, которые теперь перевели всё внимание на него

***

— На предсказания я ходить не буду, ну их! – решил Гарри, спускаясь по лестнице после урока. — Точно возьму руны и нумерологию. Это я и без всяких проверок взял бы. Добавлю УЗМС, возможно, что-то из этого выйдет, если Хагрида сейчас припугнут. А вот предсказания и маггловедение в мусорку. Бесполезная трата времени. — Я не понял, где уроки тёмных искусств, ритуалистика, целительство и так далее? Разве этому не учат? — Геллерт, тут этих предметов уже сто лет как нет. Это всё запрещено. — Да как так то? Ладно там тёмные искусства или некромантия, но целительство чем не угодило? — Иди и спроси у Дамблдора, я то откуда знаю? Думаю директор с радостью для тебя узнает в министерстве, почему эти предметы убрали из школьной программы. Гарри уже почти спустился на первый этаж школы, как вдруг увидел надвигающегося на него Снейпа и резко затормозил. — Здравствуйте, мистер Поттер! – радостно улыбнулся зельевар, и вот тут то у Гарри чуть не отвисла челюсть. — Вы сегодня прекрасно выглядите! Умничка, двадцать баллов Гриффиндору! – на этом моменте челюсть подростка всё таки поздоровалась с полом. Геллерт готов был несколько раз себя ударить, не веря во всё происходящее. — Э-э-эм, з-здравствуйте, п-п-профессор Снейп, – еле выдавил из себя Поттер. — Прекрасная погода, не так ли? – но тут он заметил МакГонагалл и отвлёкся на неё. — О, Минерва! Здравствуйте, вы, как всегда прекрасна. Желаю вам успехов! Надеюсь, эти проказники, детишки, не будут слишком сильно баловаться сегодня, – и Снейп легко и непринужденно рассмеялся. Профессор трансфигурации чуть не споткнулась о собственную ногу, когда услышала это от СЕВЕРУСА СНЕЙПА! А проходивший недалеко Флитвик, который застал эту картину, чуть не врезался в стену. — Что ж, мне уже пора. Если что, обращайтесь, – помахал Снейп коллегам и развернулся, а проходя мимо Гарри ещё и потрепал его по шевелюре. Дальше он весело направился по одному ему ведомому маршруту напевая какую-то весёлую песенку. — Минерва, мы должны его схватить! – решил Флитвик. — Он, наверное, заболел! — Согласна! Ты к директору, а я за ним! – махнула рукой МакГонагалл в сторону удаляющегося Снейпа. — Да он ёбу дал! – перешёл на русский Геллерт. — За ним! – шепнул Гарри и тоже отправился следом. Но Снейп двигался довольно быстро, что даже МакГонагалл вскоре потеряла его из виду. Она хотела пойти поискать его одна, но очень скоро подоспели Дамблдор, Люпин и Флитвик. Поэтому пошли всей компанией. Гарри тоже к ним пристроился. Его никто даже не заметил, все вслух гадали, что случилось с зельеваром. Спустившись в подземелья, профессора чуть ли не нос к носу столкнулись с разыскиваемым объектом. — Вот он! — Что здесь про... – начал было Снейп, но в него полетело заклинание парализации. — Вы что, совсем из ума выжили? Альбус, я требую объяснений! — Северус, разве ты не болен? – удивился директор. — Это вы больные! Отпустите меня и объясните, наконец, что происходит! — Ничего не понимаю, – прошептал Гарри, прячась недалеко от места событий. — Ой, а что у вас тут происходит? – спросил неожиданно весёлый голос. Профессора замолчали и медленно повернулись ко входу в подземелья. Там стояла точная копия Северуса Снейпа и улыбалась. — Ёб твою мать... – синхронно в голове произнесли Гарри и Геллерт. — Это что ещё такое?! – разозлился настоящий Снейп, с которого ещё не сняли парализацию. — Ой, я не сюда зашёл, – произнёс фальшивый зельевар, и подняв полы мантии, развернулся и хохоча помчался на выход из подземелий. — За ним! – взвизгнула МакГонагалл, и все последовали её совету. Даже Гарри. Настоящий Снейп остался возле собственного кабинета, парализованный и матерящийся на весь коридор. Фальшивый Снейп носился по замку, как сумасшедший, пугая этим учеников, половина из которых, увидев такую картину упали в обморок. Мадам Трюк этот Снейп где-то достал цветы и подарил, затем начал предлагать ученикам конфеты, шутил и разыгрывал всех. Остальные профессора гонялись за фальшивкой сломя голову и у них никак не получалось поймать непонятное существо, которое прикидывалось зельеваром. А потом тот неожиданно превратился в Дамблдора и начал пихать всем лимонные дольки. В конце концов попытался отменить разделение по факультетом, сделав всех большой и дружной семьёй. Но когда понял, что ничего не получается, превратился в МакГонагалл, которая запрыгнула на стол и начала громко и протяжно мяукать, и просить валерьянку. Неизвестное существо поймали, когда оно собралось превращаться в Филча. До конца ему это сделать так и не удалось, заклинание Флитвика попало в цель, и существо исчезло, не оставив и следа. Ученики за этот день столько всего увидели, что он похоже вошёл в историю. Правду знали только Гарри, Геллерт и Ли Джордан. Естественно всё это представление устроили близнецы Уизли и поделились с самыми близкими друзьями об этом. Дело в том, что они каким-то образом создали магический артефакт. Назвали его «Преобразующей кассетой». Всего-то надо было иметь фотографии нужных людей. Фото нашлись у Колина Криви. Близнецы вставили их в кассету, а затем активировали. Кассета создавала практически материальную иллюзию человека, и могла делать только то, на что запрограммировали её Уизли. А именно веселье. Всё это близнецы придумывали и осуществляли долго, а тестировали сначала со своими фотографиями. Затем им пришла в голову идея загрузить в кассету сразу несколько фото разных профессоров. Создав для каждого свою программу, они активировали артефакт и отправили его гулять по замку. Единственная проблема была в том, что при попадании абсолютно любого заклинания в иллюзию, кассета уничтожалась. — Вы в курсе, что вы гении? – спросил Гарри, когда компания сидела в Выручай-Комнате. — Как вы сумели? – всё ещё ломал голову Геллерт. Он просто не мог понять, как эти школьники умудрились придумать насколько сложный артефакт. — Это же невозможно! — Всё невозможное возможно! – в унисон затянули Фред и Джордж. — Это ещё не все наши гениальные идеи. У нас такое на уме, что ваши разумы сгорят, если попытаетесь понять нас. — Сложно вообще сделать эту штуку? – спросил Гарри. — Да, надо возиться, – подтвердил Джордж. — Но программу создавать сложнее. Там надо всё продумать до мелочей, ещё и вписать исключения. Действия при различных ситуациях. Например, мы вписали нашему, что если раскроют, постараться не попадаться и при этом продолжать творить дичь. Как видишь, поймали его не сразу, – дополнил Фред. — Будете ещё делать? – поинтересовался Геллерт. — Пока отложим. У нас и другие гениальные идеи есть. Кассеты сейчас невыгодно делать. Во-первых, долго, а во-вторых, их быстро уничтожат. Подождём ещё, пока вся эта шумиха уляжется, а потом, когда об этой штуке подзабудут, мы снова сделаем. — Ну это правильно, – согласился Поттер. — Сделайте в следующий раз программку на Драко Малфоя. — А, Малфой... – задумался Фред. — Сделать что-ли, как он будет признаваться в безмерной любви к магглорожденным и будет готов защитить их от всех напастей, в том числе от Тёмного Лорда. — Пофантазируйте, я думаю у вас на этот счёт ещё не одна идея будет. Потом, кстати, Томасу надо будет рассказать, – последнее предложение Гарри сказал себе под нос, ибо близнецы до сих пор не знали о Реддле. И ему, честно говоря, было немного боязно рассказывать о нем. Ведь именно из-за него погибла сестра Фреда и Джорджа. — На, это Колин успел сделать, – передал пачку фото Джордж. На них был изображен сегодняшний переполох. — Ещё лучше! – обрадовал Гарри. — Ладно, нам пора, – попрощались близнецы, и шутливо откланявшись, они вышли из комнаты. — Какое счастье, что мы с ними подружились! – улыбнулся гриффиндорец. — Какое счастье, что ты меня взял сюда с собой, – тихо сказал Гриндевальд, однако, Поттер услышал. — Да куда же я без тебя, – со смешком сказал подросток. — Ты же классный! — А ты идиот, но мне так даже больше нравится, – ответил Геллерт. — Эй, ну я же комплимент, а ты... – наигранно обиделся Поттер. — Да ладно тебе, я же любя! Гарри хмыкнул и уже собрался идти в общую гостиную, но его планы были нарушены. — Стоять! – скомандовал Геллерт, когда Поттер уже взялся за ручку двери. — Бери палку, у нас тренировка! — Ну не-е-е-ет! – застонал от досады Гарри. — Ты собираешься становится сильнее, или нет? Выиграешь – закончим эти занятия. — Да ну ведь это невозможно! – возмущался Гарри, хотя палочку достал и начал смотреть, как комната меняется на дуэльный зал. — Ты помнишь слова этих двух рыжих близнецов? – спросил Гриндевальд. — Про то, что всё невозможное возможно? Нашёл с чем сравнивать! Создать какую-то штуку в сто крат проще, чем победить тебя! — Заткнись и работай! Гарри ничего не оставалось, как последовать указаниям. Дуэль закончилась довольно таки глупо. Гарри и не думал, что можно так позорно проиграть. Геллерт заморозил пол, в итоге, подросток подскользнулся. Его палочка вылетела из рук и каким-то нелепым образом запустила в самого Гарри заклинание головного пузыря. — Это было бы логично, если б тут было озеро, – проговорил Поттер, растянувшись на всё ещё ледяном полу. — Фините, – бросил Геллерт и пузырь исчез. — Дуэлей на сегодня хватит. — Наконец-то! – обрадовался гриффиндорец. — Мы ещё не закончили! – оборвал его радость маг. — Ну что ещё? – недовольство на лице Гарри можно было разбавлять с водой. — Знаком с непростительными? — Даже применял. Ты же знаешь, – сказал Гарри. — Вот и будешь отрабатывать. — Авада? — Круциатус. — Но тут нет подопытных, – развёл руками Гарри, надеясь, что на сегодняшний день они закончат. — Гарри, не тупи! А я тебе на что? Наверное целую вечность до Гарри доходил смысл только что сказанных слов. — Нет, ни за что! – запротестовал Поттер. — Я не буду использовать это на тебе! — Не будь таким слабохарактерным, – Геллерт посмотрел на него пристальным убеждающим взглядом. — Не думаю, что что-то получится. Я не могу! — Хватит валять дурака, Поттер! – разозлился маг. — А то я испытаю его на тебе! Гарри только печально вздохнул, понимая, что отвертеться не удастся. Геллерт его под империо возьмёт, но обязательно заставит сделать то, что требуется. Уж лучше самому, без принуждения. — Я прекрасно понимаю, что у тебя ничего не получится. Ты себе представь образ того, кого реально ненавидишь, – посоветовал Гриндевальд, в тайне надеясь, что мальчишка не представит себе уж слишком ненавистного человека, а то будет жёстко. Гарри задумался. Образы плавно гуляли по его голове. И наконец, он понял, кого ненавидит больше всего. Петтигрю! Лишь вспомнив об этой крысе, у Гарри словно потемнели глаза. — Круцио, – прошипел Гарри едва ли не на парселтанге. Геллерт даже не ожидал, что у балбеса выйдет с первого раза. Он, как и ожидалось, упал, так как стоя это невозможно было перенести. Но стойко молчал всё то, время, пока Поттер удерживал заклинание. Иногда только срывался на непонятное шипение. На самом деле, вышло не так сильно, как могло бы быть, но всё равно больно. Гарри мотнул головой и поднял палочку. — Я смог контролировать силу заклинания, – поделился Гарри успехами. Однако, он был всё также мрачен. Идея ему явно не понравилась. — Давай ещё, – попросил мужчина не поднимаясь. Гарри с тяжёлым вздохом пожал плечами. — Круцио, – снова представляя Петтигрю проговорил Гарри. На этот раз сила заклинания поразила своей мощностью. Было такое ощущение, что Поттер влил всю магию в заклятие. Геллерта мотало во все стороны, хотя надо отдать ему должное, тот продолжал терпеть всё молча. Почти. Гарри остановился лишь тогда, когда к нему пришло осознание – ещё немного и он превратит друга в овоща. Того уже и без заклинания подёргивало, как в конвульсиях. Мальчик-Который-Выжил сам не заметил, как весь разум затуманился Питером, и реальность померкла. — Это была плохая идея, очень плохая... – забормотал Поттер, проведя дрожащей рукой по щеке. — Добби, где тебя носит? Домовик отозвался моментально, но не успел и рта открыть, как Гарри опередил его и скомандовал: — Тащи зелья от последствий круциатуса. Мне плевать, где ты их возьмёшь, но чтоб были здесь! Немедленно! — Д-да, к-конечно, сэр, – чуть заикаясь пролепетал эльф и исчез. — Гели, ты как? – опустился на корточки рядом подросток. Тот с некоторым трудом приоткрыл глаза и воззрился на Поттера. — Восхитительно, – прошептал он, и Гарри чуть попятился не вставая, решив, что всё таки спалил половину мозгового отдела Геллерту. Как можно восхищаться болью? — В плане твоей магии, силы, я имел ввиду! – поспешил добавить Гриндевальд, видя ошарашенного Поттера. — Без шуток! А то я уже подумал, что ты спятил! – облегчённо выхохнул гриффиндорец. — Ты жив? — Нет, я мёртв, не видно что-ли? — Ну вот... Шутки всё-таки вернулись – уже хорошо! Самочувствие? — Боль во всём теле. И ещё такое чувство, что у меня нет конечностей. А если точнее, я их не чувствую. — Идиотская была идея, – буркнул Гарри, понимая, что видимо всё таки перестарался с силой. Но он тут же оживился. — Блин, ты крут! Я бы на первой секунде сорвался! — Это было бы слишком... Унизительно... Гарри на это пожал плечами. Лично ему казалось, что это априори не может быть унизительным. Боль от круциатуса невыносима и выдержать её могут немногие. И то большинство просто срываются со временем. — Ты так и будешь лежать? – поинтересовался Гарри, усевшись на диванчик, который появился по желанию подростка. — Очевидно, да... Я же конечностей не чувствую. — Ах, да... – спохватился Гарри. Он уже собирался подняться, как раздался негромкий хлопок и из ниоткуда появился Добби. — Хозяин, Добби пришлось украсть это зелье у мистера Снейпа, – сказал домовик, протягивая то, что просил Поттер. — А, ну тогда всё отлично, – махнул рукой гриффиндорец, словно Снейп не представлял собой особой опасности. Впрочем, Гарри как раз так и думал. — Добби, помоги Геллерту, – попросил Поттер, и эльф радостно кивнул. Сам Гарри начал изучать флакон с зельем, которое украл Добби. Оно было яркого голубого цвета, что Поттер сразу отметил, но больше ничего не наблюдалось. Ни таинственных сияний, ни блеска. Зелье, как зелье. — Хозяин, Добби сделал работу, – похвалился домовик и исчез, когда Гарри закончил осматривать зелье со всех сторон. Гарри метнул взгляд на Гриндевальда. Добби его переместил на диван и даже зачем-то навалил кучу подушек и одеяло. Ну... Эльфу виднее. Геллерт сидел, прикрыв глаза и облокотившись на одну из подушек. Руку он упёр в лоб и ничего вокруг не замечал. После круцио его немного подёргивало — И кто ещё из нас дурак, – тихо прошептал сам себе Гарри, но стоило учитывать, что в полной тишине комнаты это прозвучало довольно отчётливо. — Скажешь так ещё раз, и я тебя прокляну, – усталым голосом проговорил Геллерт, не открывая глаз. — А я правду сказал! – вспыхнул Поттер. — Это была тренировка. — И чем же мне это поможет, а? — Пригодится. — Да иди ты в... – Гарри резко захлопнул рот, так и не договорив, ведь бывший Тёмный Лорд таки открыл глаза и посмотрел на Поттера довольно жутким взглядом, от которого мурашки по коже пробежали. — Отдыхать! – закончил Поттер. — Да, точно. Тебе требуется отдых! — Считай, что на этот раз тебе повезло. Дай сюда зелье! Гарри только сейчас понял, что всё ещё стискивал флакон в ладони и поспешил подать другу. Тот настороженно рассмотрел жидкость, откупорил флакон и понюхал. — Да не собираюсь я тебя травить, – фыркнул Поттер. — Ты может быть и нет, а вот эльфу я не верю. Как и зельевару, который варит это. — Возможно, тебя бы отравили, если б Снейп заранее знал, что нам надо зелье. Но Добби его украл, соответственно оно без всяких скрытых ядов. — А потом выяснится, что этот чокнутый эльф что-то попутал, и это было не зелье, а моча единорога, – очень тихо прошептал себе под нос Гриндевальд, но зелье таки выпил, залпом и не морщась. Какой-то странный вкус был у этой хрени, но делать было нечего. За окном уже был поздний вечер. Комендантский час начался несколько часов назад. Гарри пожалел, что не носил мантию-невидимку при себе, ведь добираться в это время было опасно. Именно поздним вечером все профессора начинали активный патруль. По ночам дети, как ни странно, попадались гораздо реже. Гарри осторожно открыл дверь и выглянул в коридор. Восьмой этаж был пуст, но в полной тишине было отчётливо слышно, как кто-то ходит этажами ниже. Неожиданно совсем близко раздался грохот и чей то визг. Гарри резко захлопнул дверь в Выручай-Комнату и отскочил от неё подальше. — Ну его... – махнул рукой гриффиндорец, не желая встречаться с тем, кто решил похозяйничать в коридоре. Конечно, это мог быть всего-навсего Пивз, но мало ли... Геллерт трансфигурировал себе кровать и, не обращая никакого внимания на подростка, просто завалился спать. Ему дела не было до этого Поттера. Уйдёт или нет – абсолютно всё равно. Главное чтобы не мешал. Настороженно посмотрев на дверь, Гарри всё таки отвернулся, успокоив себя, что никто в Выручайку не попадёт. Он надеялся, что даже призракам и полтергейстам не было сюда хода. Полностью очистив сознание от глупых вопросов, Гарри завалился рядом и настроился поспать, но не тут то было. — Ну уж нет! – прошипел Гриндевальд, рывком поднявшись, схватил Поттера за шкирку и потащил сопротивляющегося подростка в другой конец помещения. — Отпусти-и-и-и! – попытался вырваться национальный герой, но оказался бессилен. Попросив у комнаты ещё одну кровать, Геллерт зашвырнул на неё Поттера, одарив его одним из самых жутких взглядов, от чего подросток быстро захлопнул рот и спрятался под одеялом. Удовлетворённый таким результатом, тёмный волшебник вернулся к себе и повторно упал на мягкую перину. Усталость взяла верх, и оба быстро заснули. Но у Поттера всегда всё не так, как у нормальных людей. Проснувшись в три часа ночи, на него резко накатила бессонница. И на бок ляжет, и на живот – бестолку. Уснуть не удаётся. После серии неудач, Гарри встал и начал нарезать круги по комнате, стараясь ни о чем не думать и надеясь, что сон вернётся. — Хватит топать, тупое ты создание! Тут люди спят! – недовольно прорычал Геллерт, проснувшись из-за этого мальчишки. Этот Поттер уничтожал последние клетки мозга. — И что прикажешь мне делать? – потёр глаза гриффиндорец. — Не мешать мне! Тогда Гарри уселся на ковёр, позвал Добби и велел принести набор для зельеварения и какие-либо ингредиенты. Если делать нечего – занимайся зельями. В конце концов, один раз ему удалось непонятно каким образом создать новое зелье (без Снейпа не обошлось правда). Почему бы не попробовать самому с нуля? Когда эльф принёс всё, что требовалось, Гарри приступил к задуманному. — Итак, с нами шоу «Эксперименты»! Начинаем! – проговорил в полной тишине и с небольшим эхо Гарри. Варка зелий была довольно умиротворяющим занятием. Работая со спокойствием может и в сон начать клонить. И было бы всё так хорошо, как рассказывается... Но как мы помним, у Поттера не всё, как у людей. Расплавив четыре котла, ничего от них недобившись, Гарри решил действовать более жёстко. На пятую попытку он уже даже не старался аккуратно порезать. И все мы знаем, что бывает с людьми, которые являются идиотами. Заметив, что последний образец вот-вот рванёт, Гарри прижал руку ко рту и промямлил что-то похожее на: «Что ж я делаю, дебил!» Зелье рвануло, и Гарри в последний момент успел сделать щит. На себя. Геллерт успел только глаза открыть на звук, но потом пришлось и их резко захлопнуть, ибо содержимое попало и в него. Произошла вспышка, а затем тишина. Опасливо открыв глаза, которые тоже автоматически прикрыл, Гарри уставился на результат своего творения. Нет, ну он воистину гений случайностей и импровизации. А ещё удачи. — Етижи-пасатижи! – русским языком сказал Гарри, распахнув глаза на полную. — Поттер, блять! Что ты сделал, признавайся! – опасно сверкая глазами начал Геллерт, абсолютно не замечая изменений. — Я не знаю, оно само... – пискнул Гарри, и его глаз нервно дёрнулся. Гриндевальд нахмурился, поняв, что этот мальчишка пялиться на него, как на восьмое чудо света. Опустив голову, он подавил желание придушить этого гриффиндорца. — Ну ёб твою мать, ты издеваешься? – зашипел Геллерт так, что Гарри на секунду показалось, что это парселтанг. Непонятно какую бурду сварил подросток, но теперь Геллерт был примерно ровесником Поттера, может чуть старше. Вот прям авады на это горе гриффиндорское мало! — Я не хотел, – сглотнул Поттер. — Ты идиот! Живо исправь то, что натворил! — А как? Я сам не знаю, что сварил! – сон уже давным давно как рукой сняло. — Ты труп! – мрачно ответил Геллерт и взял палочку в руки. — Не надо! Во имя Мерлина и святого Салазара, я всё исправлю, только не убивай! – быстро протараторил Поттер и упал на колени. — Да не собирался я! – закатил глаза Гриндевальд и трансфигурировал на себе одежду, чтобы подходила по размеру. — Живо поднимайся и пошли! — Куда? – удивился Мальчик-Который-Выжил. — Искать решение проблемы, дебил!