Дополнительный аспект

      Что же, я отправился получать ценные уроки по овладению Водой. Поиск Эрубети был довольно сложной задачей… «Эх, как жаль что Высшие Духи Воды так редки. Целая одна штука на планету. Не то чтобы я напрашивалась, но как будто я достойна вашего внимания в этом вопросе.» «Это правда, но все же хочется спросить такого же как я монстра, а не духа. Твоя природа восприятия воды может отличаться.» «Потому ты идешь советоваться с существом из тысячи разумов и с совершенно иным восприятием своего тела. А я, как к своему удивлению вчера узнала, была монстром» Да, тут она права. Но прямо сейчас я уже постучал в ее дверь и разворачиваться было бы неловко. На двери была табличка, явно сделанная самой Эрубети из медной плиты. Как я это понял? Ну, по довольно узнаваемым и неровным краям кислотного ожога, который создавал дырки для букв. Выглядело охренеть как стильно, с особым личным почерком без всякого старания. Табличка гласила «Не шпион. Эрубети». Вряд ли это было официальное название должности… Возможно, его и вовсе не было, если еще раз подумать. Или оно часто менялось, так что слизь решила держаться смысла, а не формулировки, иначе бы в городе могла кончится медь. Или, или ей было просто лень. Когда несколько прокуренный голос ответил — Войдите — я действительно начал жалеть её. Как она вообще могла прокурить голосовые связки, которых у неё нет? Войдя я понял, что она еще и стала Лазарем. Духовно, физически, да и в целом я стоял перед Лазарем, который отодвинул канделябр, чтобы посмотреть на меня. — Привет, Эрубети. — Сказал я со всей уверенностью, уже понимая в чем дело. — Привет, Стар Риз. — Ответил мне в том же духе Лазарь. — Если ты ищешь Желейную Деву, то её тут нет. — Я все же ищу Железную Деву — Она заслуживает уважения, ради твоего же блага… — А еще хочу узнать, где находится Михаэлла. И почему ты здесь? Ищешь свое дело? — Она отошла и попросила себя заменить. Я достаточно квалифицирован. Про местонахождение не знаю, а на дела о себе давно выработал аллергию, в основном она проявляется у тех кто их читает. — О и как же? — Он придумает что-то оригинальное? — Нож у горла — Нет, не придумал. — Раз такое дело, я слышал что нашу дорогую Слизь поставили на свой пост со всеобщим одобрением людей, монстров и михаэллы. Почему так? Лазарь повернулся и закурил для драматичности, пуская дым кольцами. Ну, это он притворялся, что дело в драме, но я то знал что дело в зависимости. Он же из Триумвирата межвидовых стратегов, как в шутку порой зовут компанию Предтечи, Серафима и этого хера. Серьезно, сколько можно тянуть паузу? — Да, когда наше Бремя раскололось на монстрофобное и адекватное крыло это не значит, что мы стали любить и обнимать монстров. — На что отвечает это «да?» Я не задавал таких вопросов. — Я все еще считаю демографическую угрозу от них величайшим испытанием для человечества, которое станет самым важным для нас сразу после войны — Он подмигнул мне, будто я был его союзником в этом, не зная что я был монстром, то есть… Не союзником. — Однако у нас есть свои проблемы, много проблем. И мы всегда стоим на грани очередного внутреннего раскола Бремени, когда даже демократического централизма будет не хватать. И хоть все говорят об идеологии, самая чувствительная тема это кадры. И если бы я назначил сюда хоть кого-то, это приписали бы как подачка одной из фракций. — Мне определенно не интересны детали фракций Бремени. — Я бы хотел так же. Короче, назначив нейтральную сторону я избежал головной боли и сделал жест доверия монстрам. Больше всего Тамамо, этой лисе. Как я понял, она знает цену этой позиции и все поняла. — Разве это не сделает тебя выглядящим как монстропоклонника? Или соблазненного монстром? — Звучит двулично с моей стороны, о чем он не знает. Наличие нескольких форм у тела монстра воистину круто и практично. — Это было бы так, если бы не личность Эрубети. Даже самые упертые монстрофобы среди «монстрофилов», так зовут нас Южные, между делом, быстро поняли что Эрубети предвзята лишь к Слизи, коих достаточно мало, чтобы это не было поводом переживать. — Если бы Алиса могла бы доносить свои мысли лишь внешним видом и поведением так легко, то ей не пришлось бы убиваться об Луку. Справедливости ради, мысль о том что она хочет есть у нее получалась весьма хорошо, так что это отнюдь не фантастический сюжет. — А соблазнение? — Эрубети не смогла бы соблазнить даже жителей деревни Суккубов, привыкших к постоянной дойке как… — Ты к табаку. — Или как Михаэлла к чаю. Или Тамамо к тофу. Короче, нет, это наименьшее из наших опасений. Из чьих либо опасений. — Редкий момент, когда я видел на лице Лазаря искреннюю, светлую улыбку. Уверен, не повторится сегодня. Это бывает как восход, лишь раз в сутки. Потом обычно приходит… Тук-тук. Некий безумец постучал в открытую дверь, которую я не закрыл за собой, и лишь получив от меня кивок, зашел. — Вот доклады. Если кратко, десять случаев одинакового порядка. — Лицо Лазаря омрачилось, хоть он еще ничего конкретного не услышал — Преступления совершены среди дня известными нашими сторонниками. При задержании не оказывали сопротивления. — Неведомо как оказавшаяся тут Некомата из экипажа Ночного Клинка, который сейчас должен быть вообще в рейсе снабжения на Остров Кицуне, ради побочных материалов и лисьих магов, чтобы поддерживать постоянный портал между Золотым Портом и Островом Кицуне, занесла пачку бумаг. — Сами они утверждают, что ничего не совершали. — Вы провели допрос с помощью монстра? — Задал логичный вопрос я. Безумец негативно, иначе это описать не могу, посмотрел на Некомату, после чего оторвал неприязненный взгляд от ее кошачих ушек и сказал — Да. Они говорят правду, по крайней мере верят в это. — А свидетели? — Задал Лазарь свой логичный вопрос. — Это заняло чуть больше времени, но они в этом уверены. И, прежде чем вы спросите, очная ставка показала, что все уверены в своей правоте. Лазарь откинулся в кресле, точнее попытался. Кресло, рассчитанное на объем Слизи, имело спинку так далеко, что ускорение Лазаря стало быстрым и удар был слышен отсюда. Оказалось, оно еще и не было мягким, Эрубети видимо имело свое представление о тактильных ощущениях, так что специально затвердила бывшее вельветовое покрытие. Лазарь вернулся в вертикальное положение, чеша затылок и игнорируя смеющуюся кошкодевушку. — Значит мы имеем дело с магией монстров. Иллюзии, стирание памяти, все это сделать несколько раз, надежно… Я продолжил его мысль, поддержав понимание старого борца с монстрами знаниями молодого монстра — Это могущественный монстр, или средний по силе, но специализированный в этих сферах. Нужно усилить патрули чувствительными к магии… — Дай-ка угадаю, монстрами? — Безумец поддерживал свое имя (данное мне ему случайно), идя на агрессию против нас. — Я знаю, что вы сейчас будете скидывать все на «плохих монстров» снаружи — Мы с Лазарем переглянулись. Безумец И Пророк? Нужно не дать ему начать религию — Подразумевая что есть «хорошие», но разве не очевидно, что это с наибольшей вероятностью один из наших! Шеф, — обратился он к Лазарю уважительно, такова была его бременская кличка — Я понимаю, что Илиас предала человечество, но вы ведете нас не в том направлении. — Во вторых, — решил он начать с конца, чуть ли не прожевав трубку от негодования. Надеюсь табак не найдет путь в его легкие в твердом виде, искусственное дыхание я ему делать не буду, но по затылку ударю — Это было решение съезда. Я не Король и не Бог, с этим согласилось большинство организации. Во первых, Илиас не просто предала человечество. Большой угрозой для нас была проблема замещения, предопределяющая биологическую вражду между монстрами и людьми, или, как я скромно зову ее, Теория Замещения Лазаря© — О нет, можно я пойду искать Эрубети? А хотя меня и никто не держит… Я начал медленно идти в сторону выхода, но кошка постоянно вставала передо мной, тряся попкой, отчего мы вступили в какой-то танец… И худшее часть была там, где лекция не прекращалась. То есть везде. — Более сильные монстры размножаются с людьми, что ведет только к появлению монстров, из-за чего численность монстров могла бы вырасти. Сейчас их в десять раз меньше, но если бы демография сравнялась, то мы были бы обречены стать рабами. Илиас поддерживала баланс, неся ненависть, да и мы постарались, но этот риск всегда есть. Однако мы можем идти на небольшие уступки пока соотношение остается адекватным. Ведь не будучи человеком, Илиас очевидно не была связана с нами ничем. Она решила уничтожить нас, предать и начать все заново. — Голос его был четок, слово Илиас он произносил как палач произносит имя «клиента». — Запомни, дорогой мой друг. Мы, люди, можем доверять только себе. — В его глазах светилась не ненависть, но печаль. — Так что убери свои подорзения что я из «сосущих»… — Я посмотрел на него в непонятках, отвернувшись от попыток кошки меня соблазнить — Пусть меня простят, я имел ввиду от сосуществованцев типо тебя, Стар Риз. Безумец задумался, а кошка, пропустившая всю речь, обратилась ко мне с округлившимися глазами — Ох, так ты знаменитый Стар Риз! Такой вкусный… Жаль, запах не печатают в газетах! Может, мы познакомися поближе? — Монстры из экипажа обычно себя так не вели. — Ты не помогаешь. — Сказал я тихо, в контексте речи Лазаря, которую та, очевидно, не слышала. Или сознательно игнорировала. Кошки. — Ты с Клинка, разве нет? Что ты вообще тут делаешь? — И как она может меня не знать? Мы же были на одном корабле, пусть и очень большом. Еще обиднее, что она узнала меня не по моим подвигам в бою, а по работе плановщиком, в которой я так-то ничего еще и не сделал. То есть, даже не обидно, а как-то глупо. — Я ранена! Глубоко в сердце! Поможешь закрыть рану своим густым бинтом! Я Кошка Мурмелия! — Я женат. — Человеческие обычаи… — Пятихвостая Кицуне. — Полезная информация. А какого размера у неё гарем? — Я, еще я, в целом я объемнее, чем кажусь. А теперь кыш. — Вызвал поток Ветра, который вежливо, но уверенно выпроводил их из помещения на своих ногах. К сожалению, он так же распотрошил папку, но все ее содержимое оказалось вне кабинета к моменту захлопывания двери, так что это были не наши проблемы, а проблемы подчиненных. Если задуматься, сцена была ироничная в том отношении, что важный человек, Лазарь, отругал подчиненного ему человека, а я, важный монстр… Ну и далее по тексту. «Ого, ты так быстро справился со своей грандиозной травмой?» «О чем ты?» — Короче, удачи тебе, Стар Риз. — Я хотел высказаться, но понял, что на самом деле это имя не вызывает у меня ненависти. На самом деле, в отличие от тупого Максима, я хотя бы его заслужил. — Отдельную медаль дам, если такому человеку как ты удастся соблазнить Эрубети и добавить её в гарем своей жены или как там у лисиц принято? — Я блять нихуя не понимаю. — Кстати, помнишь ли ты вопрос о процедуре монстрификации? — А-эээ, да, что-то припоминаю. — Кажется? Я уже был на пороге, но он продолжал держать меня важными разговорами. Я мог бы уйти, но был бы не лучше Альмы. В конце концов, для меня победа в войне реально что-то значила. — Теперь вы совместно с Михаэллой отвечаете за Бюро Преобразований. — Почему я узнаю об этом последним? Разве решения в Совете не должны приниматься вместе, всеобщим согласием? — Это так, но тебя не было, вместе с Тамамо… Мы договорились, что для принятия решений достаточно кворума, иначе бы за отсутствием члена нельзя было бы ничего решить. Где вы были? — Убивали мою немертвую потенциальную мать. — Что? — Сложности сиротства. — интересно, искала ли Алиса когда-нибудь своего отца? Просто мысль. — Ты сам обеспечил себе этот статус? — Спросил Лазарь с подозрением. Это была хорошая шутка. Похлопаем Лазарю. — Нет, скорее могущественные монстры со странными намерениями. — Он попытался что-то сказать, но я махнул рукой — Не пытайся понять, обычно они сами не знают. Говорю на опыте. — Тебе правда стоит послушать такого доброго лиса, как я. Главный бывший террорист аккуратно опустился в кресло, помня предыдущий опыт и держа руку на затылке — Знаешь, для кого-то у кого мать была монстром, жена монстр и так далее ты удивительно человечен. Я удивлен, почему Тамамо текстом настаивала, чтобы этот орган, отвечающий за превращение людей в монстров, возглавил могущественнейший ангел, которого можно вообразить и человек. Даже такой адекватный как ты, парень. Не сочти мои подколки за обиду, ты правда хорош, в магии и политике — Мне стало неприятно. Он не был мне близким, но врать ему после искренних извинений было бы противно. Ну и опасно в целом. Я никогда не спрашивал Тамамо, как долго мне нужно скрывать свою сущность монстра, так что об этом никто не знал, кроме Ордена, ограничиваясь его женской частью, которая хранила секрет удивительно хорошо без всяких причин. Надеюсь, причиной была не Альма. «Она говорила, что тебе нужно это делать?» Уточнила Ундина «Кто придумал, что тебе нужно лгать всем?» «Ну… Это был я. Сразу после превращения, пятая или шестая моя фраза.» «Ну, с ложью себе ты сегодня уже покончил.» Я не стал уточнять — Ну, Михаэлла во главе тех, кто превращает людей в монстров превратит это… Легитимизирует. — Табакозависимый Триумвир кивнул — Люди не отринули веру полностью, а с Михаэллой иконы стоят в домах и фигурки. Если подумать, самим участием на нашей стороне она в целом дает нам много последователей, в целом, а не лишь этом вопросе. — Я думал об этом, но удивлен, почему она сама на это согласилась. — У них с Тамамо есть история… Не смотри на меня так, я сам не знаю многого. Но им за тысячу, и они участвовали в Войнах Монстров против друг друга, как прямые подчиненные своих богинь. Он поперхнулся. — Чего не знал, чего не знал… Ладно, а ты? — Я? — Решил увернуться от стрелы. Мне правда не хочется врать ему, да и политические последствия этого в решающий момент могут быть грандиозны. — Да, ты. Почему Тамамо настаивала, чтобы этот пост занял ты, а не кто-то из рядов её лисиц? «Ундина, помощь?» «Ты сегодня без задней мысли называл себя монстром несколько раз. Я тут провожу инспекцию обратного — ты не называл себя человеком с тех пор, как лишил энергии ту бедную Жрицу. Думаю, единственным кто нуждался в той лжи был человек по имени Максимильян. Нужна ли она тебе теперь? Кицуне должен знать, когда она начинает играть против него.» Справедливо. — Дело в том, что я определенно из рядов ее лисиц. Не совсем верное слово, но идею ты понял. — Сказал я знатоку в убийстве монстров несколько иносказательно. У него не должно быть причин доверять мне. Четыре свечи на канделябре потухли, добавляя драмы моменту. Или это Ундина их потушила. Мужчина произнес, освещаемый лишь отражениями из-за стекла. — Дело в твоей жене? Я не заметил, что ты привязан к ней настолько сильно, чтобы Тамамо могла тебе доверять. Ты связан и с другими монстрами, например с этой сучкой Альмой, пахнущей трупами Курому. Монстрофоб попроще сказал бы, что связи с любым монстром достаточно, чтобы людям не доверять тебе, а монстрам доверять, но я знаю, что они, монстры, подобно нам разделены, а Тамамо доверяет лисам, не суккубам или кому либо еще кто являются твоими любовницами. Твоя верность конкретно кицуне под вопросом, и раз уж это я понимаю, то она точно должна знать. — С Курому у нас не было ничего такого, не считая того случая за который Йоко "наказала" меня, так что и его тоже не было. "Что насчет Альмы?" Альма была занозой в заднице. Она была, к моему ужасу, моим другом. Ну еще, она была учительницей Йоко и источником ее ревности. И еще моей учительницей. Это было немного сложно объяснить человеку... "Или монстру, ангелу, духу... Тебе правда стоит прояснить этот момент с Йоко, поскольку то, что я вижу нетипично для семейных структур лисиц." Лазарь мирно ждал, пока я закончу внутренний диалог. Очень благородно с его стороны. Он даже подождал дополнительное время, чтобы я вспомнил о чем была речь и придумал красивый ответ. — Я рад, что встретил опытного монстрофоба. — В моем голосе начали отдаваться иные нотки. — Знай своего врага. — Знай. — Посмотрим, какой он, лидер Северного Бремени. В крайнем случае попробуем имитировать инсульт, хоть хочется этого избежать. — Тамамо доверяет лисам. — С этими словами я классической вспышкой сменил форму человека на форму монстра. Лазарь был первым мужчиной, нет, первым человеком, которой увидел меня таким. Сквозь серый плащ с красными элементами снизу появились восемь белых хвостов, мои волосы сменили цвет, ощущение магии… Не собираюсь перечислить все, что он должно быть обрабатывал сейчас в своей голове. Минута молчания. Даже две. Может, мне пора идти? — Зная о практиках плоти монстров, я брал в расчет эту возможность. — Лазарь бросился на меня. Ну, вот и все. Я укрепил свое тело от пяток ног до кончиков ушек магией земли, уверенный, что он даже теоретически не способен принести мне вред физически, да и магией от него на пахнет, магический взор тоже не раскрыл ничего. Хотя мне реально интересно, куда он собирается нанести мне удар. Надеюсь не в пах. Это все же будет больновато. «Готова?» «Да, я готова, но не нужна.» Лазарь обнимал меня, по какой-то причине. Блять, блять, блять! Я помнил объяснения Альмы, как специалиста в сексе, монстрах и их сочетаниях, АТАКИ ОБОЛЬЩЕНИЯ НЕ ДОЛЖНЫ РАБОТАТЬ НА ТОГО, КОГО НЕ СЧИТАЕШЬ СЕКСУАЛЬНЫМ! В моем случае на детях и мужчинах! Какого черта, я не выделяю феромоны, верно же! Я боялся бить этого… Так, он может быть не виноват, но куда-то надо его деть. Мои глубочайшие желания сыграли мне на руку, и вместо девания его куда-то, я сделал то, что на самом деле хотел. Дел себя подальше от него. Я телепортировался под стол кабинета. Это знаменательно, учитывая что у меня никак не получалось научится этому навыку, которому мне, претендующему на уровень Небесных Рыцарей стоит знать. — Я не девушка-монстр, похотливое ты создание! — Это катастрофа. Не только моя личная, но еще и политическая. Что со мной будет после того, как я соблазнил... Вот его! Ненавистники будут бить окна. И я боюсь, что сделают навистники. — Я знаю, и очень этому рад. — Я без шуток зашипел на него, распушил хвосты, спрятался глубже в стол, словом сделал все, что было в моих силах. — Не заставляй меня думать странное. — Что подумает Йоко? Ладно, настоящий ад в другом: Что подумает Альма? Что сделает Альма... Да хотя одних её слов мне было бы достаточно, чтобы умереть от того самого кровоизлияния в мозг. Альма, не узнавай... "Ты уверен, что она не твоя любовница? У тебя еще есть возможность спастись. От Альмы, то есть." "Спасибо?.. Ты кстати тоже не помогаешь" "Я все же очень советую тебе Эрубети. Неиспользованный потенциал." "Разве любовница не должна быть, ну, хороша в сексе? И в целом интимна. Насколько я знаю Королеву Слизи, то она плавит все чего касается в нехорошем настроении." "Глупости, она умеет все, что требуется. Она умеет заваривать чай, писать письма, телепортироваться, заваривать кофе... Она умеет слушать." "?..." "Работать с документами?" "Принята" — Но я действительно рано обрадовался… — сказал этот сомнительный персонаж, после чего покрутился на месте и уточнил. — Ты же можешь размножаться? — Я довольно быстро перешел от бытия человеком к идее уничтожения человечества, но любой на моем месте поступил бы так же? — Пожалуйста, сгинь… — У меня кончились идеи. В глубине своей паники я не думал о других возможностях. Задница Иллиас, наверное я правильно делал, что скрывал свою сущность. Если бы люди бросались на меня на улицах после превращения, я бы реально сошел с ума. — Я имею ввиду с девушками. — А? — С девушками монстрами. Именно с ними. — Ты… Ты же знаешь, что у меня есть жена, ты сам это подтвердил. — Это не ответ. — Хорошо, это то, над чем мы работаем. Монстры менее фертильны, знаешь ли. Но Тамамо сказала, что у меня может быть как сын, так дочь. Объяснишь причину своего странного поведения? — Ох, я просто рад… — Я увидел искреннюю улыбку Лазаря второй раз за день, чего не ожидал. Не бывает двойного восхода, вот и все тут. — Я понял, что у человечества есть шанс. Я рад, что ты был монстром с самого начала. — Это имеет ноль положительного смысла. Более того, весь смысл отрицательный, то есть мы буквально имеем дело с воронкой анти-смысла, пожирающей осмысленное существование вокруг себя. «О чем думает этот сумасшедший.» «В глубине своей пизды, я не представляю.» «У тебя крутые фирменные маты.» «Спасибо, как дух Воды я польщена. А еще я отзываю свою мысль о том, чтобы не идти к Эрубети. Мы срочно идем к ней. В её случае такое обычно объясняется что один из тысячи разумов нагадил ей в мозг. Просто и понятно, насколько это может быть. Но тут мы имеем дело с одним, совершенно чуждым сознанием.» «Или созданием. Ужас, за пределами нашего воображения.»