Тепло

К заявленному времени Джеффри немного опоздал, непредвиденные обстоятельства и все такое. К счастью, рабочая прогулка не заняла всю ночь. С последнего его визита в квартиру Рида в ней почти ничего не изменилось. О том, что хозяин изредка бывает здесь, свидетельствовали разве что отсутствие пыли, да довольные жизнью зеленые жители горшочков. — Ты и Лизу забрал с приятелем? — спросил МакКаллум, мельком заглянув в комнату и на ходу разматывая шарф, — Неужели наконец-то решил обжиться? — Ну, теперь, по крайней мере, у меня есть причина изредка возвращаться сюда, — ответил ему Джон, стоящий неподалеку и подпирающий собой дверной косяк. Ирландец мельком бросил на него короткий взгляд. Тот самый уродливый свитер в клеточку, что так любил док и что так манил снять его, рубашка, мягкие брюки. Рид выглядел очень по-домашнему, немного непривычно при его обычном стиле. — Знаю, знаю, я уже давно пользуюсь твоим гостеприимством, но у тебя просто… уютнее, — потупил взгляд Джон. — Я ничего подобного не имел в виду, — отозвался охотник, — Я раньше и сам там бывал раз в неделю, а с тобой стало уютно. Цыц, никаких возражений. — Что ж, ладно. — А теперь, — мягко проговорил Джеффри, подойдя к нему почти вплотную, — Давай-ка снимем с тебя эту отвратительную вещь. — Не наговаривай на мой любимый свитер, — улыбнулся Джонатан, — Но я тебя понял. Ненавистный предмет гардероба был оперативно снят и брошен на спинку кресла, следом отправилась и прочая одежда. Раздевали друг друга медленно, обмениваясь легкими поцелуями и прикосновениями, привыкая к необычному контрасту температур. — Прости, — Джон одернул руку, когда от его прикосновения охотник вздрогнул. Руки у вампира ведь ледяные, — Иногда я забываю, что холоден как… — Шшш, — Джеффри взял его руки и переложил себе на поясницу, — Ничего, согреются. Я тебя согрею. Почти забытое тепло живого тела под ладонями, горячее дыхание на шее, руки охотника, касающиеся его кожи — от обилия ощущений голова шла кругом. Отстранившись, Джеффри легким кивком указал на постель, и пока Рид устраивался, он воспользовался возможностью хорошо рассмотреть обнаженное тело вампира. Бледная безволосая грудь, что немного не сходилось с такой густой растительностью на лице, подтянутый живот, не лишенные мышц, но очень стройные руки и ноги, может быть, немного более длинные, чем нужно, из-за чего Рид кажется несколько нескладным и долговязым, но все равно остается очень привлекательным. Джефф подумал о том, как, интересно, Джонатан оценил бы его самого. Ну, хотя бы противен он ему точно не был, учитывая реакцию тела экона. Охотник покосился на небольшую тумбу у кровати и слегка поднял уголок губ. Подхватив с нее небольшую баночку, он перекинул ее на подушки. После некоторых ласк и пары поцелуев МакКаллум чуть подался назад, мягко поглаживая бедра вампира. — Джон? — уточнять ему не пришлось, получив кивок и тихое согласие в ответ, Джеффри потянулся к подушкам. Рид, раскрасневшийся и немного растрепанный, покусывал в волнении губы. Пока МакКаллум возился с крышечкой, у Джонатана было немного времени на то, чтобы хорошо рассмотреть его, и полутьма в комнате совсем не мешала его глазам. Мускулистый, хорошо сложенный, с широкой грудью и мощными, усыпанными шрамами, руками. Со строгим, всегда немного хмурым лицом. Красивый. Джеффри красивый. Джон зарывается в его волосы пальцами и обнимает за плечо, когда тот осыпает поцелуями его шею и грудь. Дыхание сбивается и он жмурится, чувствуя в себе влажные пальцы охотника. Джефф исподлобья наблюдает за его реакцией, про себя отмечая, что он либо привык к холоду тела экона, либо тот и правда отогрелся в его руках. За завешенным тяжелыми серыми шторами окном выл холодный ночной ветер, в комнате было зябко, но им обоим не было до этого никакого дела. Джеффри казался Джонатану обжигающе горячим, но этого жара было приятно касаться. Экон тяжело дышал и едва слышно постанывал, пока охотник размеренно двигался в нем, позволяя его телу привыкнуть к ощущениям. Рид комкает пальцами простыни, толком не зная, куда деть руки. Джеффри наклоняется вперед и перекладывает его руки себе на плечи, получая в ответ легкую улыбку. Джонатан гладит его плечи и руки пока они целуются, нежно проводит пальцами по груди охотника, слегка касаясь разгоряченной кожи когтями, затем притягивает его к себе, обнимая за спину. Охотник постепенно наращивает темп и Джонатан стонет, уткнувшись ему в плечо. И для Джеффри сладкая мука в его голосе лучше любой музыки. Редкие стоны самого охотника похожи скорее на рычание и Рид солгал бы, сказав, что они его не заводят. Потерявшись в ощущениях, Джонатан впивается когтями в спину любовника, не настолько сильно, чтобы серьезно повредить кожу, но царапины у охотника останутся. Джеффри шипит и стискивает зубы, но терпит, он совсем не против получить пару отметин на память об этой ночи. Почувствовав близкую разрядку, МакКаллум отстраняется и, схватив Джонатана за бока, резкими движениями толкается в него, под аккомпанемент из их стонов и шлепков кожи о кожу. Рид лежит с закрытыми глазами и пытается отдышаться, во рту давно пересохло, а дрожащие ноги ощущаются будто ватными. Тело кажется тяжелым, будто налитым свинцом, но это очень приятное чувство. Джеффри, склонившись над ним на руках, дышит тяжелее, его волосы взлохмачены стараниями Джона, он сильно вспотел, с подбородка вот-вот скатится капелька. Джонатан облизывает пересохшие губы и притягивает охотника к себе, они трутся лбами как довольные кошки.

***

— Еще немного и он бы выцарапал мне глаз, — смеется охотник, — Но я оказался шустрее. — А этот? — Рид проводит пальцами по шраму вверху живота. Час спустя, после горячей ванны и небольшой уборки, они лежат под теплым одеялом. Стрелки часов ползут к отметке в шесть утра, но немного времени для разговоров у них еще есть. — Увы, ничего интересного, просто какой-то экон резанул, — зевает Джеффри, — Хотя рана была скверной, плохо заживала, да еще и швы тогда как попало наложили… До сих пор иногда ноет. Лучше расскажи, откуда эта красота, — переводит он тему, видя как доктор хмурится и проводит пальцем по его носу. — Ох, это буйный пациент и скальпель, мне не одному тогда досталось, — отвечает он, потерев шрам, — Благо скрутили быстро. — Ничего себе. А этот? — Джеффри провел большим пальцем по шраму под глазом. — А этот с войны, — вздохнул Джон, — Пуля, прошла совсем близко, чуть в сторону и было бы худо. Мне повезло. — Хм… — Что? — Тебе идет. Так, если что. — Ох. Спасибо. — Даже не могу представить тебя без них. Или безбородым. Или с прямым носом. — Эй, — толкает его Джонатан, смеясь, — А вообще, у меня где-то было несколько фотографий времен моей молодости. Покажу, если хочешь. Остался небольшой альбом, я забрал при переезде, но так и не открывал… — С удовольствием, Джон, — чуть улыбается Джефф, понимая его чувства, — Хочу это видеть. — Поищу вечером, — отвечает ему Рид, поддвигаясь ближе, — Надо же, уже шесть, — говорит он, взглянув на часы. — Что-то мы заболтались, — хмыкнул охотник, — По-хорошему, тебе еще час тому назад нужно было ложиться. — Ничего страшного. — Нет-нет, всем хорошим вампирам пора спать, — улыбается Джеффри, укутывая Рида в одеяло. — Тогда, полагаю, спокойной ночи? — смеется экон. — Ага, спокойной ночи, — улыбается в ответ охотник.