Класс D-1: Отстающие

В небольшой квартире в центре маленького городка было прохладно: окна были распахнуты, сквозняк гулял по обшарпанной кухне и гостиной. Высокое кресло в викторианском стиле стояло в центре комнаты, перед маленьким, треснувшим стеклянным столиком, где лежали папки с личными делами. В кресле напротив восседала, изящно закинув ногу на ногу, стройная красивая женщина лет тридцати пяти с длинными кудрявыми волосами шоколадного оттенка, струящимися по ровной спине. Холодный ветер с улицы трогал подол шелкового красного платья. На лице с тонкими, притягательными чертами не было ни одной эмоции, светлые глаза медленно переводились с одной статьи в газете на другую. Она всегда начинала читать подобную литературу с конца, считая, что именно там спрятано все самое интересное и таинственное. Перелистав одну, вторую и третью газету, она взяла в руки последнюю и усмехнулась, взглянув на первую страницу. И вновь вся та же песня… Статьи в газетах от пятнадцатого марта были практически одинаковыми, даже фотографии ничем не отличались друг от друга. Слова складывались в идентичные предложения, имеющие одну и ту же смысловую нагрузку. И на кой черт писать об одном и том же по двадцать раз?

«Трагичный несчастный случай или запланированный уход из жизни? Тело семнадцатилетней девушки было найдено недалеко от ее школы».

Во всех газетах и на всех форумах города были ужасающие статьи о мертвой девушке. Люди гадали, что же произошло, но верного ответа не было ни у кого. Свидетелей ее убийства или самоличного прощания с жизнью не было. Родственники в один голос утверждали, что их хорошая и примерная девочка никогда не совершила бы такого греха и обвиняли во всем невидимого убийцу, остальные же разделились на два лагеря. Кто-то поддерживал семью погибшей девушки, кто-то обвинял ее в ужасном поступке. Женщина усмехнулась, обнажив на секунду ровные белоснежные зубы. Она никогда не поймет этого. В чем смысл этих бесполезных гаданий? Если девочка уже мертва. Она бы поняла, если бы были улики, хоть какие-то доказательства того, что это было убийство, а не ничто иное. Это дело — тупик, так что говорить о нем нет смысла. Если только сама жертва не расскажет об этом… Женщина сжала накрашенные яркой красной помадой губы, взглянула на фотографию в газете, после чуть опустила бумагу и задумчиво вгляделась в лицо молодой девушки на маленькой картинке, прикрепленной к папке, лежащей поверх всех остальных. Те же черные прямые волосы, милая улыбка на пухлых губах и бесконечное счастье в глубоких карих глазах. — Значит, я не ошиблась, — пробормотала женщина медленно, и на ее губах промелькнула торжествующая ухмылка. Много лет назад, когда только обрела свою способность, она считала, что это настоящее проклятие. Знание того, что в эту самую секунду кто-то в муках умирает, было невыносимо. Каждый раз, видя чью-то смерть, ее хрупкое сердце трескалось и разбивалось, вновь собиралось и опять раскалывалось на кусочки. За несколько лет на нем не осталось живого места, везде были швы и шрамы, которые постоянно напоминали ей о том, кто она на самом деле такая. Но и оно успело зачерстветь. Проводя через себя всю их боль, ее сердце окаменело, и она почти перестала что-либо ощущать. Казалось бы, чем она заслужила такое проклятие после всех перенесенных с огромным трудом мук? Но вскоре пришло понимание: страшный дар на самом деле благословение. В конце концов, те, кто умер, те, чью смерть она предсказала, обретали новую, невероятную жизнь. И оно того явно стоило. Старая деревянная дверь с противным скрипом распахнулась, и в квартиру спокойно зашел высокий молодой человек. Впустив внутрь следующих за ним четырех черных змей, он закрыл дверь, улыбнулся и прошел по квартире, после чего присел на кресло. Опустив газету, женщина с интересом взглянула на гостя — тот продолжал улыбаться и весело смотреть на нее. С громким шипением змеи проползли до кресла, обвили ноги мужчины, поднялись к рукам, обняли шею и спрятались в длинных черных волосах. Лишь присмотревшись можно было увидеть маленькие красные глаза, мелькающие среди густых прядей. — Ты уже вернулся? — В ее приятном, чуть высоковатом голосе он различил удивленные нотки. — Как все прошло? — Лучше, чем я предполагал, — ответил он тихим, рычащим тоном. Тонкие губы изогнулись в приятной, хищной ухмылке. — Девушка оказалась очень податливой. Видимо, родственники говорили правду о ее скромности. Мне не пришлось использовать способность. — Ты рассказал ей все? — Лишь упомянул о том, что видел, как несколько девушек и юношей сбрасывали ее тело с крыши. То ли убили, а потом скинули, то ли испугались, когда она потеряла сознание, и решили все обставить, как несчастный случай, — он говорил так, словно это было что-то незначительное, то, что не стоит брать во внимание. — Она сразу же поняла, кого я имел в виду. Не думаю, что после всего случившегося она пойдет на поводу у Посвященных. — В этом ты прав, — ответила женщина, изящным движением руки откинув сложенную вдвое газету на треснувший стеклянный столик. — У тебя прекрасно получается обращать невинные души во тьму. Мужчина довольно улыбнулся, его черные глаза на миг просветлели, приобретая оттенок горного хрусталя, и черные змеи довольно зашипели, наполняя этим звуком всю холодную комнату. — Это моя работа, госпожа. — Раз уж здесь мы закончили, — она поднялась на ноги, вытягиваясь во весь свой рост, и кинула взгляд на него сверху вниз. — Пора возвращаться. — Вы не желаете увидеть результат нашей работы? — Вопросил он почти обиженно. Госпожа снисходительно ухмыльнулась, прикрыв глаза, и едва заметно провела тонкими пальцами по своей изящной шее. — Мы оба знаем, что через пару часов место ее смерти окрасится кровью ее убийц. А дальше об этом начнут говорить все, кому не лень. В конце концов, она знает, где нас найти. Мы не будем ее ждать. У нас много работы. *** На следующее утро в почтовый ящик уже пустой квартиры положили свежую газету с громким заголовком.

«Вслед за подругой? Пятеро подростков были найдены там же, где умерла их одноклассница. Совпадение или настоящий убийца?»

«Сегодня ночью рядом с первой образовательной школой стражами порядка было найдено пять тел. Три девушки и двое юношей лет семнадцати. Признаков насильственной смерти не обнаружено, стражи порядка предположили, что подростки намеренно шагнули с крыши вслед за погибшей там же сутками ранее девушкой. Однако пока не было найдено особой близкой связи между подростками…» Высокая черноволосая девушка прикрыла глаза капюшоном, сжимая в руке свежую газету, стиснула зубы, поправляя дорожную сумку, висящую на плече, и развернулась. Ее больше ничего не волновало. Прошлая жизнь закончилась там — у дальней стены когда-то родной школы. Она не чувствует сожаления. Она не чувствует потери и пустоты в сердце. Она не чувствует вины за свой поступок. Они это заслужили. «Вы отправитесь в ад за свой поступок. А я обрету жизнь, которой достойна». На улице с самого утра шел дождь, смывая с асфальта кровь виновных в ее смерти. Кровь, приправленная самым страшным грехом. Она пахнет приятно, как блюдо с восточными специями. Ароматно и непонятно. Вызывая самые противоречивые чувства. От отвращения до необычного обожания. И ей не жаль, что теперь ее кровь пахнет точно также. Усмехнувшись, она растворилась в воздухе, оставляя после себя лишь едва заметную рябь пространства.