Школы всякие нужны, школы всякие важны

БЭМС!!! - Уоооо, - почти по-человечески охнул бладжер и понесся в Мэгги Капер. Та в последний момент заметила приближающийся мяч, совершила замысловатый пируэт, уходя в сторону, и не уследила за квоффлом, зажатым под мышкой. Джейсли, Охотник из моей команды, метнулся к шестам… - Счет 50:20 в пользу «Серых ястребов»! Квоффл перешел в руки вратаря команды противников. Наши Охотники тут же принялись перестраиваться. Джейсли, промчавшись мимо, успел обменяться со мной довольной улыбкой и дать «пять». Я покрепче сжала рукоятку биты и хищно ощерилась, оценивая построение своей команды и траектории бладжеров, прикидывая, как и куда лучше всего будет направить сумасшедший мяч. Охотники снова сцепились, а я выловила момент, наклонила метлу и помчалась вслед за бладжером, идущим по очень удачной траектории… Вот только мой блестящий план провалился: Бентор, Загонщик «Химер», взмахнул битой, направляя мяч в сторону моего товарища по команде. Я чертыхнулась и бросилась мячу-убийце наперерез. Успела, но спланировать ответную траекторию не смогла и просто отбила железного демона в сторону. Болельщики взвыли, и зрительские трибуны ощетинились градом заклинаний, атакующих и защитных, и гневными воплями. Парни-старшекурсники на первых рядах покрыли меня слоем ругани, размахивая кто волшебной палочкой, кто просто кулаками. Тьфу, ну я же сказала, что не скорректировала траекторию! - Счет 50:30 в пользу «Серых ястребов»! – пока ведем… Ухо привычно вылавливало из комментаторской речи только нужную информацию. Слушать все – отвлекаться от своей задачи. - … После покушения на болельщиков «Химер» Загонщик «Серых ястребов», Кара, ищет следующую жертву… Ой, нарвешься, Кинллек, паразит. После игры найду – даже палочку доставать не буду, благо бита в руках… БЭМС!!! Бладжер настиг метлу и вмазался ей в хвост – она встала на дыбы, как пришпоренная лошадь и, не определившись, нестись вверх или падать вниз, зависла в вертикальном положении. Гринджерс заорал благим матом и вцепился в метлу с пылкостью дорвавшегося до уборки домового эльфа. Квоффл выпал – с ним была плутовка… Был Брэйн таков. Правда, недолго был. Капер ловко отобрала мяч снова. - Счет 50:40 в пользу!.. Тьфу-ты! А все так хорошо начиналось! Внезапная тишина сменилась согласованным ревом «ооо-о-ооо-ууу-ууу-аа-ааа». Неужели снитч, наконец, увидали? Так оно или нет, а игра идет, и я, крутанувшись в воздухе, без скромности потрясающе отправила в полет очередной мяч… - Победа!!! Снитч пойман! Виктор Крам, Ловец «Серых ястребов», поймал снитч! Счет 50:40!! Эх, а я было подумала, что восхищенный рев болельщиков относился к моему пируэту… Команды опустились на землю, игроки пожимали друг другу руки. - Победа, Кара! – Брэйн, по очереди поздравлявший всех из нашей команды, добрался до меня, оглядел и, поскольку в одной руке я держала метлу, а в другой биту, попросту стиснул меня в медвежьих объятьях. - Хпрс… Уфгдс… - ответила я. Интересно, этот подозрительный хруст издает моя метла или позвоночник? Парень отошел к следующей жертве, а я, все еще покачиваясь, протянула руку кому-то из соперников. Гринджерс посмотрел на мою ладонь так, будто я только что собирала гной бубонтюберов и не помыла руки. Сплюнул и отошел. Пфе, не очень-то и хотелось. В раздевалке я, на правах единственной девушки в команде, первая пошла в душевую, а на ехидное замечание Джейсли о том, что места в ней минимум на двоих хватит, ответила пинком по его стулу. Ножка у предмета мебели сломалась чисто случайно, клянусь! Сполоснувшись, переодевшись и убрав инвентарь, всей семеркой двинулись к Замку: болельщики уже успели уйти, а топать по сгущающимся сумеркам в одиночку от стадиона до Школы себе дороже – у нас тут поблизости много всякого водится. Ученики, например. Голодные. Уставшие, как собаки, уже успевшие замерзнуть под ледяным ветром, мы, тем не менее, были в приподнятом настроении: команда победила, завтра выходной, учеба только началась и до экзаменов прорва времени. Да и шуточки Брэйна, умудряющегося сочетать медвежью грацию с поразительным добродушием, заставляли улыбаться даже вечно хмурого Крама. В Общем зале почти никого не было, камины (по три на стенах справа и слева) горели едва-едва. Пришлось понадеяться на то, что сокурсники прихватили для нас ужин, и наперегонки нестись в нашу гостиную, где всегда было теплее и уютнее. Выиграл Джейсли. Гостиная встретила нас радостными воплями и похлопываниями. Строго говоря, в победе почти никто не сомневался, но отчего же лишний раз не порадоваться? Ужины нам и впрямь взяли, а кроме этого сокурсники добыли где-то «Кровь Дракона», и напиток пенился в бокалах, бросая багровые отблески на довольные лица. Даже я рискнула взять бокал (изрядно промерзла), мне одобрительно кивнули, а вот кто-то из младшекурсников получил затрещину, попытавшись стащить бутылку с «Кровью». - За «Серых ястребов»! – гаркнули в толпе. От одного глотка в теле началось приятное покалывание, а от двух внутри разлилось потрясающее тепло. После третьего меня начало тянуть в блаженный сон, а шум и суматоха гостиной только убаюкивали. - Эрик, ты после двадцатки битой так махал, будто на тебя стая ос напала! – Ах, Виктор, твой финальный финт был просто потрясающим… - Плесни мне еще «Дракоши»!.. – Завтра выходноо-о-оой… - Что это ты выделывал с квоффлом, Найджел, когда?.. – А как знатно Кара вмазала по болельщикам! Чьи-то стальные руки подхватили меня под мышки, и я тихо завыла, пытаясь понять, почему комната вдруг закружилась вокруг меня, да еще и гогочет на разные голоса. - Брэйн, отпусти, - безошибочно прохрипела я и оказалась на земле. Правда, на ногах не устояла и шлепнулась на кресло. И ладно бы, если пустое. - Прости, - шепнула я слабо вякнувшему что-то телу, поднялась и поспешила к лестнице в спальни девочек. Хватит с меня жертв на сегодня. Ох, кроватка моя. Жизнь моя, любовь моя, теплая, нежная… - … потрясающе летает! А как он увернулся от того бладжера!? И после этого сразу погнался за снитчем! И поймал! Ох, подушка моя. Мечта моя, желание мое, мягкая, приветливая… - Да я почти на все их тренировки хожу! А знаешь, какого это, сидеть на трибунах? Вот и оно, что холодно. А я прихожу, лишь бы посмотреть, как он летает… - Девчонки, - взвыла я и чуть раздвинула полог кровати. – Обсуждайте парней где-нибудь не здесь, а? - Тебе легко говорить! – вспыхнула Хелена, которой и принадлежали последние десять восхваляющих Крама речей. – Ты-то с ним в одной команде играешь! А счастья своего даже не ценишь! - Ууу-уу-у, - обреченно протянула я и скрылась за пологом. О том, что Хелена безответно влюблена в нашего Ловца уже года три, знали, наверное, все в Замке. Хмм, не она одна, конечно… Но, Мордред, какое же счастье, что мы не в Хогвартсе, где за парнем бегала каждая вторая, строя глазки и подсовывая перо и клочок бумаги «под автограф»! В прошлом году, на Кубке Трех Волшебников, мы вдоволь насмотрелись на таких «фанаток квиддича». И в голос ржали над Виктором каждый раз, стоило завидеть приближающуюся к нему толпу девиц. Да и лицо самого парня, когда он избавлялся, наконец, от их внимания и возвращался к нам, доставляло неземное удовольствие. Даром что приходилось тогда постоянно мерзнуть и делать всю работу на корабле, тихо рыча в ответ на вопли и ругань Каркарова. Ну хоть сейчас у нас другой директор. Несмотря на то, что неприятности, связанные с поведением Каркарова и заколдованного Крама доставили кучу волнений, все вздохнули свободнее, когда старого директора и след простыл. Так что можно сказать, что после посещения Хогвартса нам и впрямь стало жить лучше, а Крам вообще с новой силой оценил всю прелесть Замка. Потому как здесь его знали все, многие – с первого курса и лично, рядом было много ребят, что играли в квиддич и колдовали не хуже, а девушек было не в пример меньше… Например сейчас на моем девятом курсе было лишь пять девчонок и девятнадцать парней. Рай, блин. Именно из-за такого разнообразия выбора девушки Дурмстранга на одном Краме не зацикливались. Но Хелена – история отдельная. - УУУУУУУ!! – вой вышел проникновенный, оборотень бы наутек пустился. Хелена показала мне язык (я даже не глядя почувствовала), но продолжила уже шепотом. Этого изменения мне хватило, чтобы я тут же отключилась, успев только подумать: какая же Орона героиня, что раз за разом выслушивает Хелену с таким внимательным сочувствием, способная оставаться при своем мнении и – самообладании.