Другим путем

— Вы точно уверены, что сможете помочь? Об этом маге в городе ходят дурные слухи… — Любой маг — такой же человек, как и мы с вами, госпожа. Мне доводилось их убивать, и я готова повторить это снова. Не тревожьтесь. Сами говорите, он обещал только беседу, — сдержанно сказала Крисания, свысока поглядывая на идущую рядом девушку. Жрица храма Паладайна была слишком молода и до ужаса боялась встречи с неким магом, на которую сама же и согласилась. С одной стороны, глупо, конечно, не будет же он ее убивать прямо в библиотеке, с другой… С другой стороны, из кармана жрицы в карман Крисании перекочевала пара увесистых монеток, а работа на первый взгляд была плевой. С возможностью подзаработать в Палантасе вообще оказалось туго, поэтому приходилось браться за любой заказ, кроме, разве что, совсем бессмысленных убийств. Ладно бы еще за дело… — Говорят, он один из величайших волшебников нашего времени, — шепотом сказала жрица, в робости останавливаясь у тяжелой двери. — И способен почти на все. А его дело ко мне грозит гибелью всему миру… — Теона, — Крисания попыталась припомнить ее имя и, судя по реакции, угадала. — Человек не может быть абсолютным злом, а значит, он смертен, главное, найти способ. Но опыт героев, заточивших Такхизис в Бездну, подсказывает, что даже абсолютное зло можно одолеть. Не бойтесь. Она решительно толкнула дверь, пропуская Теону вперед себя, и вошла следом. Огляделась. Небольшой холл, за которым начинается сама библиотека; потолки высокие, второго этажа нет, но вдоль стен — широкий балкон, опоясывающий весь зал. Две лестницы расположились по обеим сторонам от парадной двери, но наверняка есть еще одна с другой стороны. Вниз не спрыгнешь — высоко. — Идите в зал, а я подожду на балконе, — предложила Крисания, поднимаясь на первую ступеньку. — Вряд ли ваш собеседник обрадуется присутствию посторонних. Теона передернула плечами, скинула ей на руки свой плащ и пошла вперед, гордо выпрямив спину, но ее плечи все равно заметно подрагивали. Крисания цокнула языком и поднялась наверх. Бедная девочка, угораздило же ее связаться на свою голову… и зачем? Можно было бы понять, если бы она не боялась и искала какой-то выгоды для себя, но ведь трясется, как лист на ветру, и руководствуется исключительно любопытством. Такую сожрут и не заметят. Она устроилась в одном из кресел и позволила мыслям течь в произвольном направлении, краем глаза поглядывая за происходящем внизу через прутья балконных перил. В ее жизни встречались разные маги: и опасные, и те, с кем можно было договориться. Вторые, к счастью, чаще — они и работу подкидывали (поохотиться за бегающими по лесу редкими ингредиентами зелий), и снабжали зельями и амулетами. Многие из них просто были хорошими людьми, с которыми приятно провести вечер в трактире, а кто-то даже бескорыстно помогал. — Куда ты дальше? Уйдешь со своими на новые подвиги? — Да, — помявшись, ответил Рейстлин, глядя куда-то в сторону леса. — Мы же нашли заказчика. Оставаться здесь… — Ты как будто пытаешься мне тонко намекнуть, что нам пора расстаться, — фыркнула Крисания, подошла совсем близко и вкрадчиво спросила, потянув за шнуровку его рубашки. — Будто я наивная девица, между нами за этот месяц что-то было, и ты мне теперь по гроб жизни должен. Рейстлин отчетливо сжал зубы, упорно продолжая глядеть в лес. Упрямый какой! — Жаль, кстати, что не было, — улыбнулась Крисания и шутливо дернула его за шнуровку, заставляя немного наклониться вперед. — Ты хочешь это исправить? — он наконец-то посмотрел на нее, и в его взгляде плескалось нескрываемое любопытство. — Совершенно не возражаю, — улыбка стала еще шире, но со стороны главного входа в трактир донеслись громкие голоса, и Крисания замерла. Нет, нет, нет, только не они, пожалуйста! Под прикрытием спины Рейстлина она выглянула за угол и едва не застонала от досады. Принесли же демоны именно сейчас, именно сюда ищеек от заботливого родителя! И ведь расспрашивают владельца трактира именно о ней. Проклятье, еще чуть-чуть — и окажется в их загребущих лапах, из которых поди вырвись! А там посадят дома под замок, и прощай, вольная жизнь! По крайней мере, на ближайшее время. Не ради этого она сбегала из Палантаса. — Прости, — Крисания приподнялась на носках и коротко чмокнула опешившего Рейстлина в губы. — Но, кажется, я должна бежать… за мной должок, мы просто обязаны будем встретиться снова! В следующий раз их дороги пересеклись спустя год или чуть больше, во время крупной заварушки у одной из крепостей. Крисании тогда достался первый серьезный контракт по поиску в крепости одной безделушки. Пробраться внутрь и найди вещичку оказалось не сложно, но на обратном пути ее обнаружил кто-то из стражи, и пришлось ввязаться в бой, прорываясь через битву у ворот. Там же по счастливой случайности оказались и Рейстлин в компании брата, бродившие по миру в поисках приключений. Рейстлин тогда уже поднаторел в магическом искусстве, что пришлось кстати; по крайней мере, они смогли вырваться к ближайшей рощице, и только там Крисания заметила то, чего не ощущала в пылу сражения. Грубо говоря, больше всего она напоминала не живого человека, а решето. Очень крупное решето. Она точно не знала, сколько провалялась в беспамятстве, а спрашивать измученного Рейстлина стало неловко. Это же благодаря ему Крисания вообще пришла в себя, а не истекла кровью — да-да, к своему стыду, она помнила и его голос, и прикосновения, и как в горячке хватала его за руки. — Сделал все, что мог, — совершенно бесцветным голосом сказал он, отпивая из какой-то склянки. — Мы проводим тебя до ближайшего постоялого двора, тебе нужно будет отлежаться хотя бы неделю. — Какой-то я бесполезный союзник, — через силу улыбнулась Крисания. — Снова должна. — Ты мне ничего не должна, — покачал головой Рейстлин, и в его голосе прорезалась грусть. — Ты себя-то обмануть не можешь, так не пытайся обманывать меня. — Не думай об этом сейчас, — посоветовал он. — Рано или поздно дороги нас снова сведут. Но знаешь… буду рад тебя видеть не из-за… долгов, а просто живой. Не своди на нет мои сегодняшние усилия, постарайся не погибнуть до следующей встречи, и мы в расчете. Прощаться сразу, впрочем, Рейстлин не стал и, не спрашивая брата, остался в трактире до тех пор, пока не убедился, что ей больше не нужна будет помощь, и раны смогут затянуться сами. А потом все же ушел — и пропал на долгие годы. Крисания пробовала расспрашивать, но те, кому имя было знакомо, говорили уклончиво, и все их слова сводились к исключительно настойчивой просьбе не связываться. Внизу тихо переговаривались. Крисания не слышала слов, но судя по интонациям, все шло хорошо, и никто никого не пытался съесть или убить. Правда, было что-то, что в этом разговоре настораживало, но что, если она даже не улавливала суть? Просто шелест голосов, женский чуть громче и выразительней, мужской тише и глуше… Голос! Неужели… Крисания подскочила с кресла и кинулась к лестнице, ведущей в холл, успев застать мага выходящим из зала. Одет он был в черную мантию, капюшон которой почти полностью скрывал лицо, но она все-таки рискнула окликнуть, мысленно десять раз себя прокляв, что не спросила имя у Теоны: — Рейстлин? Рейстлин Маджере? Он остановился, поднял голову, и капюшон сполз на спину. Нездоровый цвет лица, отпечатавшаяся на нем усталость, еще больше, чем раньше, впавшие щеки, абсолютно седые волосы — но это был он, совершенно точно он! — Говорят, ты стал величайшим магом нашего времени. — Я полагал, что беседа наедине предполагает отсутствие зрителей, — не ответив, холодно сказал он, окидывая ее презрительным взглядом, и Крисания остановилась на середине лестницы. — Тем более дешевых наемников. — Величайший маг одним своим видом пугает юных девушек. Возможно, для разговора о делах стоило позаботиться о более привлекательном образе, чтобы у собеседнице не было желания привлечь дешевого наемника. Ответить ему — если он вообще собирался отвечать — не дала Теона, в задумчивости замершая в проходе. — Рейстлин, — позвала она срывающимся голосом и с неубедительной твердостью сказала: — Я буду согласна отправиться с вами, если меня будет сопровождать госпожа Крисания. — Нет-нет-нет, Теона, послушайте: я не работаю из чистого альтруизма, — Крисания вскинула руки. — Оплатить же целое путешествие у вас не хватит, простите, средств. — Я найду. Любым способом найду! — Знаю я, что обычно девушки понимают под любым способом, — вздохнула Крисания. — Только этого мне не хватало. Опять же я предпочитаю предоплату, а то так задолжала однажды одному красавцу как минимум свою жизнь, до сих пор расплатиться не могу. Она спустилась вниз, едва не скрипя зубами от досады, и толкнула дверь, но в последний момент обернулась. Рейстлин с совершенно отсутствующим видом смотрел на стену и только посох сжимал так, что побелели пальцы. Любимая поза, в ней отлично можно спрятаться от мира! — Найдете, чем заплатить — приходите, я буду в том же трактире. Только умоляю, совсем уж до любого способа не опускайтесь, — бросила она через плечо и вышла на улицу. В Палантасе она не была уже несколько лет и не смогла удержаться от того, чтобы навестить родительский дом. Как навестить, конечно… Пройтись по улице мимо, посмотреть, стоит ли, есть ли кто-то внутри. Бояться преследования от семьи она давно перестала, а семья перестала искать — возможно, свою роль сыграл пропавшая банда, среди которых даже был один маг. Но домой иногда все же тянуло хотя бы за тем, чтобы убедиться, что нового придумал отец. Может, у них появился новый ребенок, который больше оправдает надежды? Или усыновили какую-нибудь сиротку, которую теперь выдают за родную дочь. С них станется. Смотреть оказалось не на что. Былой лоск пооблетел как с фасада, так и с людей, снующих вокруг. Дела явно шли не слишком успешно, но по крайней мере прислуга все еще была, а наряд вышедшей из ворот девушки выглядел не особо дорого, зато изящно. Ну точно, нашли сиротку. Зачем эти заморочки с детьми, если можно заменить сбежавшую дочь двойником, чтобы не ронять статус в глазах окружения. Забавно, она даже чем-то похожа. Крисания усмехнулась и решительно прошла мимо, демонстративно задев девушку ножнами с мечом. Мелочно, конечно, но иногда можно позволить себе быть дурочкой. Возвращаться в трактир она не спешила, пошла через рынок: жрица вряд ли так быстро найдет деньги, есть хотелось, а имеющихся денег хватало или на комнату, или на поесть в трактире. То есть можно было и совместить, но тогда пришлось бы придумывать что-то с работой уже через пару дней, а так получится растянуть. На рынке же можно перехватить чего-нибудь подешевле, ну хотя бы и хлеба с сыром. У трактира ее, как ни странно, ждали. Как ни странно, это была не жрица. Посетители усердно обходили стороной темную фигуру, прислонившуюся к стене, из окна на нее же поглядывал хозяин, но выходить не отваживался. — Что, понадобились услуги дешевого наемника, или решил за жрицу заплатить? — насмешливо поинтересовалась Крисания, подходя ближе. — Что бы ты там не думал, за медяки я не работаю. Это к слову. — Прости. Ты изменилась, а имя на лбу не написано. Сложно узнать, — Рейстлин дернул уголком рта, и это, видимо, должно было означать улыбку. — Тебя обижать я не хотел. Но большинство наемников заслуживают того, что о них говорят. — Ладно, принимается. Ты вообще-то тоже не похож на того мальчишку, выглядишь нездорово, — проворчала Крисания. — И люди шарахаются. — Оно и к лучшему, вероятно. По крайней мере, относятся всерьез, и если цена за это — любовь в обществе, то она не слишком высока, — он выпрямился и сделал приглашающий жест. — Пройдемся? Крисания пожала плечами. Торопиться ей было некуда. — О чем ты говорил со жрицей? Рейстлин вздохнул и с ответом медлил. — Если это тайна, мы можем поговорить о другом. — Не тайна. Но я не уверен, что ты поймешь. Жрица, кажется, даже не пыталась, — горько усмехнулся он. — Я вообще сообразительная. Попробуй рассказать. — Мы и впрямь давно не виделись, и за это время изменилось многое. Я выучился, прошел испытание, чтобы стать полноценным магом, — Рейстлин приподнял руку, демонстративно взмахнув черным рукавом. — Чем пришлось заплатить — отдельный разговор, это сейчас не важно. Насолил Такхизис. Ты слышала про войну с ней? Я к этому приложил руку. Крисания присвистнула. Да кто не слышал про войну! И про тех, кто спас мир от разошедшейся богини. Только вот у нее и в мыслях не было, что один из героев — ее давний приятель, даже жутко от этого становится. Вероятно, он и впрямь могущественный маг, раз оказался на такое способен. — На этом все закончилось для людей, но не для меня. Между нами возникла крепкая связь, которой она не стесняется пользоваться, изматывая меня, — Рейстлин прижал ладонь к груди и сжал в кулак, собирая ткань мантии. — Я хочу просто спокойно спать. Жить. Заниматься магией. Не бороться ночами с кошмаром. Крисания неловко кашлянула. На фоне таких откровений ее жизнь казалась счастливой, веселой и легкой, только единорогов вокруг не хватает. — Но можно же что-то предпринять? Всегда можно! Ваш же пример доказывает, что безвыходных ситуаций не бывает. — Ее можно убить. — Но? Судя по твоему голосу, здесь обязано быть но. — Но для этого я должен проникнуть в Бездну. Чтобы снять наложенное на нее заклятие, мне нужна светлая жрица. Они, как ты видела, не горят желанием помогать. — Жаль, что я не жрица, — сказала Крисания. — Я бы не отказывалась. Может, и правда могу чем-то помочь? — Что, тебя не пугает перспектива лезть в Бездну? — Рейстлин остановился и так недоуменно на нее посмотрел, что живо напомнил прежнего мальчишку. — А люди сумасшедшим называют меня. — Слушай, во-первых, я тебе должна за спасение своей шкурки. Во-вторых, я просто знаю, — она сделала упор на последнем слове, — что ты хороший человек, и хочу верить, что говорил ты искренне. Я пол жизни бегала от настырного внимания родственничков, которые немногим меньше меня донимали. Твой случай, думаю, еще хуже. Моя семейка, как бы это ни казалось со стороны, все-таки не выбиралась из преисподней. Крисания немного подумала и удивила его еще больше, обняв и уткнувшись лбом в плечо. Рейстлин замер, но все-таки положил ей свободную руку на спину. — Слушай, а давай я соглашусь на просьбу Теоны, — предложила она. — И она будет участвовать в этом твоем замысле. Опять же если вы собираетесь куда-то идти, умелый воин лишним не будет. Только есть одна, гм, проблемка. — Какая? — У меня и вправду совсем нет денег, — Крисания подняла голову и виновато улыбнулась. — Так что кормить меня придется вам. А дальше все было, как в дурацких историях про бравых героев-неумех, которые куда бы ни сунулись, везде натворят дел. И вроде хороши собой, довольно разумны, в меру добродетельны, но очень уж недотяписты. Такие истории нравились Крисании в детстве — захватывающе звучали, но с возрастом и опытом она перестала в них верить. Расскажи кто сейчас подобную байку, рассмеялась бы в лицо. Но в жизни все оказалось куда веселее, кто бы сомневался! Нужные ему Врата Рейстлин собирался искать в Истаре — далеком городе, в который из Палантаса были не одни сутки пути. Отправился он туда заранее, чтобы подготовить почву, Крисанию же оставил в Палантасе, чтобы месяц спустя она проводила Теону до других магов, который открыли бы для них портал. Была в этой задержке и другая, неочевидная цель: Рейстлин боялся, что жрица все-таки передумает, испугавшись в последний момент, и попросил Крисанию присмотреть за ней, где надо подтолкнув к нужной мысли. Этого не потребовалось: чем больше проходило времени в разлуке с магом, тем романтичнее становился созданный им образ в сознании юной девчонки. Крисания наблюдала за ней с опаской, прекрасно зная, что влюбленные дурочки готовы на многое, а головой думают редко. Зато наворотить всякого — легче легкого… Главным достижением путешествия до Истара она искренне полагала то, что не сошла с ума, а Теона выжила. По пути, правда, умудрились подцепить, как болезнь, Карамона, брата Рейстлина, болезнью он и был. Еще тогда, при первой с ним встрече, она смотрела на этих двоих, связанных одной фанатичной, неправильной любовью в Рейстлину, и не могла понять, чем они должны были ему помочь. За месяц Теона разожгла в себе великую цель спасения заблудшей души, которая теперь горела для нее как огонь в маяке, к ней она и прокладывала курс, не забывая влюбленно вздыхать. Карамон оказался не лучше, для него существовало только две вещи: брат и вино. Крисания даже посочувствовала его жене — святая, должно быть, женщина. — Они оба эгоисты, — прямо сказала Крисания, когда им с Рейстлином наконец-то удалось остаться наедине. В Истаре это было непросто: за отведенное ему время маг сумел стать советником Короля-Жреца, что накладывало некоторые обязательства. — Ты права, — Рейстлин тяжело оперся на стол, опустив голову. В белой одежде его лицо казалось вовсе серым, и если бы не внутренняя сила, которую Крисания видела в глазах, в каждом жесте, слышала в голосе, его можно было бы счесть смертельно больным. — Дни этого города сочтены. Мы должны с Теоной дойти до Врат, Карамон мне не нужен. — Но ты его не бросишь. Он ударил кулаком по столу вместо ответа. Вышло красноречиво. — Мы должны вытащить его. Потом забирай его, и уходите. — А я не брошу тебя. Рейстлин выпрямился, с силой сжал ей плечи ладонями и легонько тряханул, словно пытался привести в чувство. — Это опасно. Я не смогу защитить всех. — Так и не надо. Я не маленькая, я справлюсь! — Ты единственный человек, кому я могу здесь доверять, — тихо сказал он и прижал к себе. — Я ценю твой порыв, но не надо героизма. Ответить она не успела: Рейстлин отстранился и, закашлявшись, ухватился руками за спинку стула, чтобы не упасть, уже знакомым жестом прижав руку к груди. — Рейстлин… — растерянно пробормотала Крисания, не зная, куда бежать и что делать. — Мне позвать Теону? — Стой, — он вскинул вторую руку, прося остановиться. — Ерунда. Сейчас пройдет. — Ерунда? Да ты задыхаешься! — Не первый раз. Как видишь, все еще жив, — он ухмыльнулся и выпрямился. И хотя движения его снова стали уверенными, по лицу можно было видеть, насколько нелегко ему это дается. — Последствия испытания, о котором я тебе говорил, и еще одна причина расправиться с Такхизис. То, что я обрету, поможет избавиться от этих оков. Это был последний раз, когда им удалось поговорить без посторонних. Гибель Истара, спасение почти чудом, холодная степь недалеко от города и все еще видневшиеся на горизонте руины. Настроения в их команде были самые упадочные; Теона и Карамон не смотрели ни на кого, по Рейстлину же нельзя было сказать, что он переживает, но Крисания видела, как он пытается на ходу перекроить свой план. — Я говорил с Теоной. Она слишком… наивна и доверчива, чтобы легко справиться с этим, — Рейстлин сидел на земле, прислонившись к дереву и запрокинув голову. — Она увлеклась мной и игрой в великую миссию, и я не знаю, что с этим делать. Если мы дойдем до других врат, она может сломаться. — Жаль ее, — Крисания села рядом и посмотрела на костер в десятке шагов от них, у которого Карамон неловко пытался развлекать жрицу какой-то байкой. — Я… не думала, что все может закончиться так. Совсем девчонка, для которой и так слишком много испытаний. Не хочу, чтобы она погибла, лучше я. — Для кого лучше? — Для тебя же. Без нее ты не сможешь сделать то, что собирался. Я бесполезна. — Ты уверена, что знаешь, что для меня лучше? — фыркнул Рейстлин и, помолчав, сказал. — В храме им рассказывали, где есть другие Врата. Не всем, но я в ней не ошибся… Нам нужно попасть в Заман. — В Заман? Да ты шутишь? — удивленно хохотнула Крисания. — Эта крепость неприступна, чужаков туда не пустят! — Я знаю. — Только не говори, что ты собрался брать ее штурмом. Не поверю. — Именно. Посмотри на Карамона, — Рейстлин кивком головы указал на брата. — Он не великий мыслитель, но достаточно умен, по крайней мере в том, что касается его стихии. Темницы Истара выбили из его головы хмель, к тому же он прославленный герой, которого любят люди. Нам не составит труда его именем собрать армию для штурма. — Погоди, — Крисания развернулась и недоверчиво уставилась на него. — Ты серьезно? Армию? Что в слово «неприступная» тебе не понятно? — А для этого мне понадобишься ты, — хитро посмотрел на нее Рейстлин. — Помнишь ту историю с битвой у другой крепости? Ты еще так рвалась отдать за нее долг. — Такое забудешь, — буркнула она, догадываясь уже, к чему все идет. Впрочем, если не ошиблась, идея и вправду должна была быть неплоха.