Злодейский дар героя

       Ветер безжалостно дул прямо в лицо, путая волосы и от которого замерзали руки до покраснения, где после появлялись разрывы кожи и выступала кровь. Два мёртвых тела лежали в холодной хижине, в которой воцарилась гробовая тишина. Этот дом и был их гробом. — Взрывай, — произнесла девушка, отходя чуть подальше от ветхой избы, тащя по земле сумку из-за нехватки сил.        Парень не мог поверить, что он убил одного из героев, того, кто даже не угрожал его жизни и не покушался на него. Вытянув руки, которые то и дело тряслись от адреналина и прохлады, из них вырвались взрывы в несколько раз больше, чем обычно, что спалили дом до тла и все, что в нем было. — Ты правильно сделал, — прошептала Айзава, дотронувшись до плеча Бакуго, но тот нервно вывернулся. Из его больших глаз стекали слезы, что обжигали щеки. — Нахуя? Зачем? Ты… — слова так и вертелись на языке, но Кацуки не мог их сказать от волнения и шока. Эмоции были на пределе— будущий герой номер один только что стал убийцей. — Пойдём, пока нас не потеряли, — спокойно сказала Мия, лёгкой походкой направляясь в лес. Видимо, силы восстановливаются очень быстро. — Мы в крови… Грязные, как… Сука! Да, чтоб ты сгорела в аду. Почему я пошёл за тобой…? — Послушай меня!!! — резко прервала парня девушка, закрывая кровяной ладонью рот блондину, который продолжал что-то мычать. — Эти охранники — не люди. Сто процентов. — Откуда ты знаешь? — уже спокойно спросил блондин, убрав руку девушки со рта. — Помнишь день, когда я проникла в кабинет директрисы? — Ну? И? — голос парня стал тише и ниже, как-будто сработал некий рефлекс при разговорах на секретные темы. Айзава последовала его же примеру и тоже начала говорить в пол голоса, в перерывах украдкой осматриваясь по сторонам. — Я нашла на её столе под стеклом фотографию и, как я помню там была она с какими-то людьми в лаборатории, а на заднем плане были огромные сосуды со странной жидкостью, а в них находились люди. Хотя скорее не люди, а их клоны. — Что? Она клонирует людей в огромных пробирках? — Сама ещё до конца не понимаю. Но эти охранники — выращенные клоны. — Бред какой-то! — Смотри.        Девушка начала швыряться в своей сумке и вытащила старую картонную папку, пропахнувшую сыростью. Открыв её, Айзава начала перебирать старые документы и фотографии, пока не достала нужную бумагу. Узревшее повергло парня в шок. — Ч-что? — Да.        Эти бумаги были свидетельствами о смерти. — Видишь, здесь фотография точно именно этого охранника. Но заметь, у него на бейдже было написано «Эрик», хотя по документу его имя «Найджел». И она умер целых 28 лет назад. И прежде, чем ты скажешь, что это мог быть его близнец, скажу тебе что нет. Здесь написано: «родственников не осталось в живых» и «нет братьев/сестёр». — Ладно убедила, хотя у меня до сих пор в голове не укладывается, как это всё могла провернуть наша директриса, зачем ей выращивать клонов умерших людей, если можно нанять нормальных работников? — Знаешь, мне кажется, что ни один из местных работников здесь не является настоящим человеком.        На документах были напечатаны свидетельства о смерти абсолютно всех работников и сотрудников замка. Библиотекарь, медсестра, секретарь, и даже кондукторы Жан и Наж тоже умерли и все примерно в одно и тоже время. — Мия… — Что? — Откуда у тебя эта папка? Такая личная информация хранится ну минимум в сейфах. — О, а это я нашла в потайной комнате в библиотеке, когда в последний раз прогуливала первый урок. — Блять, в голове не уложится, что наша ёбнутая директриса скрывает дохуя всего! А может быть, она вообще что-то замышляет? — Ты выражения подбирай! Она же моя тётя! Но… Глупо скрывать тот факт, что я тоже думаю, что Морико со своими тараканами в голове. На самом деле я с самого приезда начала ощущать что-то неладное в этом месте. Но мы не можем полагаться лишь на наши предположения, нам нужны доказательства. Но из-за скорого отъезда мы не сможем добыть необходимую информацию… — девушка резко схватилась за виски и её челюсть начала трястись. Всё, она на приделе. У неё слишком много вопросов и слишком мало ответов. Кажется, она щас лопнет от давления в груди. Девушка начала медленно падать вперёд, но парень успел схватить её за холодные плечи. — Ладно, Мия, успокойся. Мы обязательно всё решим, обещаю! Я буду стараться изо всех сил помочь тебе. А теперь нам нужно как-нибудь, не привлекая внимания, пробраться в общежитие и делать вид, что ничего этого не было. Поняла меня? — Да. — Отлично! А теперь мы подойдём к берегу этого озера и смоем с себя всю грязь и кровь. — Хорошо.        Пара спустилась к берегу, и убедившись, что никто их не видит, начали стягивать с себя грязную одежду. Оставшись лишь в нижнем белье, Бакуго намочил футболку и начал стирать ею кровь. Мия последовала его совету. Поняв, что эта одежда может стать зацепкой или уликой, они решили сжечь её. Бакуго резко посмотрел на Мию. Её тело было полностью покрыто мурашками, на руках и ногах были царапины. Лохматые волосы переплетались сквозь холодный ветер, а глаза казались ещё холоднее из-за лунного света. «Блядь, как же она сводит меня сума! Нельзя быть настолько дикой и сумасшедшей. И… притягивающей?». Тут Бакуго понял, насколько стал зависим от этой особы. Скажи ему год назад, что он пойдёт с бешеной девушкой ночью в лес, нарушая правила и убивая людей. А ещё и раздеваясь до белья в холодную погоду. Да и в принципе раздеваясь. — Мия… — Что? — Помнишь, именно в этом месте мы с тобой стали друзьями? — Да. — Пообещай мне 2 вещи. Во-первых, ты больше никогда не будешь так рисковать и всегда брать меня на вылазки. С этого момента я стану помогать тебе в расследовании. — Обещаю. — И во-вторых, мы больше не друзья. — Не друзья? — Да, но это мы обсудим в общежитие, а сейчас ты замёрзла, впрочем как и я, поэтому нам нужно быстро возвращаться. — Поняла.        Подняв в воздухе себя, Бакуго и сумку, девушка за секунды пронесла обоих в воздухе, и они оказались в тех самых кустах под окнами общежития. Оглядевшись и убедившись, что рядом никого нет, они тем же способом залетели в окно. В комнате всё осталось также и на своих местах, дверь была закрыта. Проверив, что бумажка так и торчит в проёме, оба сделали вывод, что никто их не искал и не заходил сюда. Мия закрыла окно, а Бакуго тихо вышел из комнаты, сказав что придёт через десять минут, как сходит в душ и переоденется.        Мия глубоко вдохнула воздух и тут же выдохнула, собираясь с мыслями. Теперь всё хорошо: они с Бакуго дома, забрали вещи из хижины и успешно замели все улики. Осталось только забыть про этот случай и сходить в горячий душ, чтобы не заболеть. А клонирование людей директрисой они обсудят позже, уж точно не сегодня.        Заварив горячий чай с имбирём, Мия лишь в одном полотенце уселась на кровать. Вдруг в дверь резко постучали. Девушка открыла щёлку и сказала: — Подожди пять минут, я ещё не оделась. — Нет. — Что? — Я не собираюсь стоять тут гребенные пять минут и ждать, когда ты наконец оденешься. Я хочу говорить с тобой прямо сейчас. — Ну я же в полотенце! — Пусти меня! — Нет! — До чего же ты всё-таки бесячая! — парень снял с себя футболку и протянул её Мие, резко входя в комнату.        Поначалу Мия не поняла действий парня и потупила взгляд на его прессе. Вспомнив наконец, что у Бакуго странная логика, она сказала: —Отвернись! Нам повезло, что ребята заснули в гостиной, а не в комнатах…        Парень послушал и выполнил просьбу девушки. Она и сама отвернулась от него, снимая полотенце. Напротив Бакуго стоял комод, который приковал его внимание. Фарфоровая музыкальная шкатулка, кружевная салфетка, кованный подсвечник. Всё такое винтажное и станинное — то, что любит Мия. Но тут взгляд парня резко остановился на серебряном зеркале, а точнее на его отражении — голая спина Мии. Он просто не мог оторвать глаз от её слегка выпирающих позвонков и лопаток, на которые спадали сырые волосы. Не успев налюбоваться, Бакуго начал проклинать свою любимую футболку, закрывшую только что ему такой прекрасный вид. Тут он уже почувствовал, как Мия повернулась к нему, поэтому было глупо продолжать стоять к ней спиной.        Повернувшись к Айзаве, он впился ей в глаза. Такие бездонно-голубые, будто совсем не имеющие пигмента сейчас были наполовину чёрными из-за расширенных зрачков. Это хороший знак. — Ты хотел поговорить со мной. — Да. Ещё сегодня утром. Но ты кинула меня. — Я…Эй, что-то произошло? Будучи пьяной я натворила что-то и наговорила глупостей тебе? —Я не думаю, что это были просто глупости. Посмотри на мою шею…        Бакуго сделал шаг вперёд и показал Мие то место, где красовалась багровая отметина. Мия тут же залилась краской и неловко спросила: — Это я сделала? — Да. — Почему ты не остановил меня? — Не знаю… — парень и вправду не мог ответь на этот вопрос. Ведь если бы это была какая нибудь другая девушка, он бы закопал её к чертям на том же месте, а действия Мии его ни капельки не смутили.        Девушка потупила взгляд на своих ногах. Она даже не знала, как ей на это реагировать. Но тут её напарник вывел её из экстаза. — Мия… — Что?        Бакуго делает шаг ближе, заставляя сердце биться чаще. Он проводит рукой по талии, а другой приподнимает её лицо за подбородок. Мия думала, а вдруг именно сейчас с ней происходит то, что в будущем она будет воспроизводить в собственной голове?        Да, она была права.        Потому что в следующую секунду он целует её. Так горячо, что она выдыхает в его рот, не в силах сдержаться. Она и не знала, сколько страсти и эмоций таятся внутри неё. Девушка неуверенно обвивает руками его шею, не веря, что это всё происходит с ней. Что это всё реально.        И это её первый настоящий поцелуй.        Айзава зарылась тонкими пальцами в пушистые непослушные волосы, прижимаясь ещё сильнее. Хотя казалось, ближе некуда. Бакуго переплетает их языки. Её близость дурманит. И они оба задыхаются, не в силах нормализовать собственное дыхание.        Им уже давно сложно притворяться «просто друзьями», когда каждый случайно брошенный взгляд заставляет тело напрягаться и жаждать друг друга.        Они с трудом отодвигаются, и парень утыкается своим лбом в её, не переставая тяжело дышать. Мия мягко гладит его скулы большими пальцами со всё ещё закрытыми глазами.        Девушка перестала чувствовать ту бодрость и страсть, что раньше. Возбуждение, что отдавалось приятной тяжестью в низу живота, растворилось в усталости, от которой ноги не могли удерживать тело Мии, и в итоге она резко рухнула на пол, садясь на колени. Бакуго даже не успел удержать Айзаву. — Кажется я исчерпала слишком много энергии… — шёпотом произнесла Мия, не в силах нормализовать собственное дыхание. Кацуки ласково улыбнулся и взял бледное, немного мокрое тело на руки. Айзава, уткнувшись лицом в плечо парня, почувствовала, как в глазах начало мутнеть, а горячие слезы начали капать прямо на руку блондина. Ею овладел страх. — Эй, ты чего плачешь? — Хоть бы это был не сон. — Это не сон, глупая.        Вряд-ли девушка услышала, что сказал блондин, ведь как только она закрыла глаза, сразу же провалилась в сон. Парень аккуратно положил Мию на кровать, укрывая толстым одеялом. — Ты оказалась тоньше хрупкого стекла, — шептал Кацуки рядом с ухом Айзавы, убирая мокрые пряди волос с лица. — А мне казалось, ты из стали…        Девушка вскочила после сна, как только распахнула испуганные глаза, словно выскочила из воды, жадно глотая воздух. Мия взглянула в окно, которое открывало вид на белеющее небо. «Значит, сейчас около семи», — подумала Айзава, оглядывая комнату.        В спальне была она одна. Кровати её подруг были заправленны, на краю кровати висело белое полотенце, развернув голову в другую сторону, девушка наткнулась на Бакуго, который сидел на полу рядом с её кроватью, ехидно улыбался и, не стесняясь, откровенно рассматривал или даже оценивал Мию, отчего она чуть не вскрикнула, но успела закрыть рукой рот. — Ты что тут делаешь? — медленно спросила она, замечая, что он без футболки. Его рельефный торс был раем для глаз Айзавы, но её нагнетало молчание парня и несходительная улыбка. Девушка почувствовала, что вместо своей открытой пижамы, её тело было закрыто чем-то длинным. Это оказалась футболка Кацуки. В голове начал постепенно всплывать вчерашний вечер. — Это был не сон.        Парень произнес эту фразу с таким удовольствием, будто этого он ждал целую вечность. Блондин спокойно встал и навис над Мией. Её щеки буквально горели и были красными, как перец чили. Кацуки не спеша, как можно дольше, дразнил Айзаву тем, что их губы почти соприкасались. — В какую сегодня задницу мы попадем? — поинтересовался Бакуго, с чеширский улыбкой. Фантазия девушки перешла за рамки приличного. — Ну… Ты имеешь, ч-чем сегодня займемся? — заикаясь уточнила Мия. Она не могла понять, чего так сильно смущается. Набравшись моментально смелости, румянец с щек Айзавы пропал, а сама она уверенно притянула парня к себе, заставляя сесть на кровать и лечь на девушку так, чтобы не потерять зрительный контакт. — Сегодня я иду к Шота. Нужно посмотреть одну кассету. — Не забыла, какое обещание мне давала? — усмехнулся Кацуки. Его рука по-хозяйски залезла под футболку девушки, рисуя различные узоры и проводя по позвонкам. Мия невзначай выгнулась в пояснице, вызвав бурную реакцию у блондина. — Нет, — выдохнула девушка, — Ты идешь со мной. Но сначала…        Мия потянулась к губам парня, но когда расстояние между их лицами было пару миллиметров, сказала: — Я… Хочу… Есть… — Хах, — усмехнулся Бакуго и грубо поцеловал, прижимая к кровати своим теплым телом, которое пылало ярким огнем желания. Айзава вдруг начала чувствовать, как что-то твердое упирается ей в живот. Её глаза округлились и она поспешила закончить все это, думая, что еще рановато для этого, да и тем более в комнате, в которую могут зайти одноклассницы. — Пошли…        Выходя из комнаты уже в своей пижаме, девушка отдала футболку обратно парню и, дождавшись, когда он положит её в шкаф, оба направились в гостиную, где сидели ребята. Пройдя мимо кухни, Мия краем глаза заметила, как мило беседовали Акане и Тодороки. Первый раз Мия заметила тёплую улыбку на лице парня, но не придала этому особого значения. — Ребят, — протянула Очако, глядя на письмо, что подсунули им под дверь, по видимому, совсем недавно. — Нам письмо. — Читай скорей, — обрадовалась Момо, думая, что содержание на бумаге их осчастливит. — Мия… — протянул Изуку, стоя на расстоянии от девушки. Его изумрудные глаза были опущены вниз, а голос дрожал. — Даже не подходи, тупой Деку! — Бакуго начал звереть от одного вида парня, но его горячий пыл погасила девушка, заслоняя его собой: — Каччан, подожди. — Я хотел извиниться. Не знаю, что на меня нашло вчера, просто… Я беспокоюсь о тебе. Мне было страшно подумать, что ты переживаешь… Прости меня, — Мидория опустил виноватый взгляд на пол, весь съежился, словно от холода или от излишнего внимания. — Все в порядке, — ответила Мия и уже была готова обнять парня, отчего у блондина заметно стали волосы дымом, но Яойрозу привлекла внимания, крикнув: — Подойдите все сюда! — Что такое? — спросил Тодороки, выходя вместе с Акане из кухни. — Пропали двое смотрителей. Охраняли наш район. Директриса приказала студентам покинуть академию и уйти в лагерь сегодня, — проинформировала Урарака, раскрыв письмо, она положила его на журнальный столик, где любой мог взять и удостовериться в сказанном. — Эм… — рыжеволосая девушка незаметно сунула руку в карман джинс, сжав маленький чип в кулаке. «Так скоро? Надеюсь, Морико их предупредила» — с этими мыслями Акане громко спросила, переводя все внимание на себя. —Во сколько уходим? — Примерно в три часа дня, — ответила Момо.        В коридоре раздался легкий стук входной двери. Мия ощутила знакомую боль в груди, которую не чувствовала уже давно. Шота Айзава не спеша зашел в комнату, где сидели все жители этого дома. — Доброе утро, дети, — устало выдохнул мужчина, садясь на диван к Момо, его взгляд остановился на письме. — Вы уже знаете о случившемся из письма. Мне велели обойти общежития класса 1-А и удостовериться, что все в целости и сохранности. И еще. Собирайте вещи, через пару часов мы отправляемся в лес. — Шота… — Айзава поманила учителя рукой. Мужчина тяжело вздохнул, но по-доброму усмехнулся девушке и подошел. — В главном здании академии можно где-нибудь посмотреть видеокассету? — Хм… — Шота задумался, переведя взгляд от Мии к спокойному на удивление Бакуго, а потом на остальных ребят, что услышали их разговор и с непониманием глядели на Айзаву. — Какая ещё кассета? — спросил Мидория и хотел было подойти, но его за руку схватила Очако, глядя на него с тревогой. Она указала на раздраженного Кацуки, что смотрел в их сторону. — Я… Нашла ее в библиотеке, — неуверенно ответила Мия, на что Шота нахмурился.        Ничего не говоря, мужчина направился к сторону выхода, бормоча себе что-то под нос. Мия, наверное, успела просверлить спину брата множеством дырок, сделанных ею изучающим взглядом, но учитель Айзава развернулся и строго сказал: — Не начинайте собираться. Нам нужно пойти в библиотеку. Теперь я не могу вас делить, поэтому придётся взять всех присутствующих.        Девушка застыла. Неужели, ей так просто удастся посмотреть то, из-за чего рисковала собой и будущем Изуку.        «Как же я сразу не догадалась просто попросить помощи у Шота?». В ушах появился неприятный звон, голова плохо соображала. Она, невзначай, начала медленно поднимать руку, не зная, зачем, но тут же опомнилась и воткнула свои ногти в тонкую кожу, продолжая смотреть сквозь брата. Девушка не чувствовала боли, пока ее кто-то не вернул в реальность: — Эй! — Бакуго?! — удивилась Айзава, словно увидела блондина в первые. Она перевела взгляд вновь на брата, который уже смотрел прямо в ее глаза. Шота произнес своим холодным твердым голосом: — Бери свою кассету, мы идём в библиотеку.        Несколько ребят из 1-А класса и их классный руководитель шли в полупустом дворце. Была такая тишина, что было слышно, как кто-то тяжело дышит, или дергает рукой, отчего слышится шум ткани. Айзава, ничем неозобоченный, вел детей в библиотеку, вспоминая, где находится проигрыватель кассет и экран, а вот Мия чувствовала беспокойство в душе. Вновь появилось нечто плохое в голове, что-то затуманенное, но чем больше она пыталась это понять, тем туман вокруг этого нечто клубился еще больше, словно на нем поставили защиту. К тому же, девушка уже не могла не замечать пристальный взгляд Акане. Не выдержав такого напора от безобидного, но уже надоедливого выражения лица, на котором красовались ехидная улыбка и изучающие глаза цвета смолы, которые буквально притягивали к себе внимание, Айзава отошла от брата к рыжеволосой девушке и шепотом сказала: — Извини за грубость, но перестань меня рассматривать. Мне не очень комфортно, когда ты на меня так смотришь, будто что-то со мной не так. — Прости, зависла… — легкая ложь, которая скрывала за собой ту правду, от которой у Мии пробежали тобун мурашек по всему телу. — Мы не много с тобой общались, — начала девушка, теребя кончики своих пепельно-голубых волос и подбирая подходящие слова, чтобы выразить свои мысли в точности в той краске, что в голове, — но я хочу сказать, что ты необычный человек. Ты разносторонняя, слабо выражаешь эмоции, общаешься с парой человек… как...я? Хах, я даже начала думать из-за ребят, что говорят нам, что мы похожи, будто мы действительно... связанные красной нитью? Кажется, будто я чувствую некие положительные эмоции, которые трудно описать просто словами. Может это прозвучит безумно, но ты мне нравишься. — Да? — Акане внимательно слушала речь с наигранным интересом, и такое признание вызвало у нее некое удивление. Вроде обычные слова, но что-то в сердцах у девушек одновременно ёкнуло и разлилось теплом по каждой частичке тела.        Студенты вошли в библиотеку, где их окружали только лишь стеллажи толстых и пыльных книг. Мия, пока все разглядывали помещение, а учитель настраивал проигрыватель, делала вид, что рассматривает книгу, которую успела взять со стола библиотекаря и, проходя мимо, «невзначай» опустила глаза вниз, под стол. Нескрывая удивления, Айзава заметила, что на полу больше нет двери и даже ее следов существования. — Мия? Ты чему так удивилась? — спросила Момо, заглядывая в книгу, читая первые строки страницы. — Хах, просто, слово какое-то непонятное попалось, вот и все, — нервно смеясь, произнесла девушка, после чего направилась к Шота, забыв о брюнетке. — Давай кассету, — попросил мужчина, протягивая руку девушке. Вскоре на его руке лежала небольшая коробочка, покрытая множеством потертостей и царапин. — Хоть бы она еще показывала что-то. На вид ей больше пяти лет. — Включай скорее! — воскликнула Мия, смотря на недоверчивый взгляд брата, который был устремлен на кассету. — Зачем тебе только тратить время на просмотр этой старой кассеты? — Просто так, — отмахнулась Айзава, вспоминая, как из-за нее превратила кабинет директрисы в помойку, устранив ее потом за пару минут.        От нетерпения Мия начала топтаться на месте, нервно смотреть из стороны в сторону на ребят, которые совсем не понимали, зачем они пришли в библиотеку. Девушка встретилась с задумчивым взглядом Бакуго, который был устремлен в пол. Парень не забыл о странности Айзавы. Черная мгла, поглощающая глаза девушки постепенно, начиная с уголков, застряла в голове блондина надолго, наверное, пока он не узнает в чем причина такого необычного явления. Блондин взглянул в окно, где солнце закутывали темные громовые тучи, и в далеке уже был слышан раскат грома и яркий свет молний.        В библиотеке раздался неприятный звон. На экране, который висел на одном из стеллажей, показался обратный отсчет. Все присутствующие в помещение столпились возле серой контрастной картины. Мия с детским любопытством облокотилась о стол обеими руками и уставилась на экран.

***

       В темном коридоре шли около десяти людей. Их лица было сложно разглядеть, но некоторые черты, движения и походка были уже знакомы героям. Перед группой незнакомцев открылась массивная железная дверь, скрип которой резал слух до невыносимости.        Камера начала снимать комнату, которую освещали длинные белые лампы, какие бывают в больницах или в химических лабораториях, но помещение было полностью изолированно, то есть без окон и других дверей, кроме входной. У стены стояли три огромных сосуда с голубой прозрачной жидкостью, и в каждой из них было по идентичному ребёнку, различавшихся лишь цветом волос.

***

       Акане вонзила ногти в тонкую кожу ладоней, а жёлтые глаза не отрываясь прожигали изображение проектора.

***

       По середине кабинета на операционном столе лежала девочка лет пяти с белокурыми волосами, но ее тело было закрыто белой тканью, и видно было лишь красное пятно на уровне груди, которое давало предположить, что маленькая девочка все-таки мертва. Неестественный бледный цвет кожи, фиолетовые ногти, словно от холода, венки, что выступали на каждой части ее тела. Она не была подключена к каким-либо аппаратом, но почти неведомое поднимание груди от вздохов виднелось не четко, и кажется, будто она еще жива. — Как она себя чувствует? — спросила красивая женщина, только что появившаяся в объективе камеры. Ее красота была чем-то невообразимым, она походила на ангела: былокурые кудрявые волосы, что переливались на свету в серебристый, или даже в белоснежный. Прекрасные янтарные глаза и милая улыбка — она была прекрасна.        Женщина подошла к столу медленно, без всякого противного чувства, стянула ткань на пол, открывая тело девочки и огромную дыру в левой части груди. — К сожалению, мы не сумели перенести причуду в тело вашей дочери. Ей сейчас срочно необходимо донорские органы и кровь, чтобы она смогла вновь жить. Ее состояние ухудшается, но благо медленно. Что Вы прикажете делать? — Пытайте ее еще! Сделайте все возможное, чтобы моя дочь унаследовала мою силу! — этот грубый голос, с яркой ноткой могущества и зла, послышался рядом с камерой, и вскоре показался мужчина с закрученными рогами. Но самое интересное красовалось у него на лбу — третий глаз. — Простите, но мы сделали все возможное. Других вариантов и быть не может… Если только...—юноша, что стоял в белом халате с очками и в маске, явно жалел о незаконченном сию секунду предложении. — О чём ты говоришь, отвечай сейчас же!        Обстановка явно накалялась. Мужчина повысил голос до крика, но нежная рука женщины успокоила его нрав. Учёный, поняв что молчать бессмысленно, начал шептать: — Есть один способ, но… Это слишком опасно. Нужна роковая молния. Если ее заметят герои, то будет слишком много шума. Ведь эта молния не природного явления, а искусственная, но она очень хорошо видна на несколько миль. Что еще опасно, вряд ли детское тельце сможет выдержать такую мощную причуду, как вашу, да ещё и вероятность, что новая причуда с врождённой совместятся кране мала. — Чем нам это грозит? — спросила новая женщина, только что подошедшая к операционному столу. Она была похожа на первую, и было не сложно догадаться, что это их нынешняя директриса — Морико Такаге. — В лучшем случае, у нас всё получится без проблем, две причуды совместятся и девочке ничего не грозит. А в худшем...        Обстановка накалилась до предела. Все присутствующие в библиотеке нервно ждали слов врача. —В худшем случае она может умереть. — Что нужно делать? — спросила та красивая женщина, что походила на ангела. — Юрико, ты в своём уме? Ты так долго не могла родить ребёнка, Мия досталась тебе великим трудом! И даже после этого ты готова пожертвовать жизнью дочери ради какой-то глупой цели? — Морико, успокойся.        Та красивая женщина выглядела совершенно спокойно, глаза смотрели на младшую сестру с лёгким прищуром, а на лице была милая улыбка. Юрико выражала полное спокойствие и умиротворённость, в отличии от своей сестры. — Морико, мы делаем это ради неё самой! Если не она, то кто другой унаследует мою силу и исполнит пророчество? Она единственный выживший потомок нашего злодейского клана, и после моей смерти сила исчезнет! Больше детей Юрико родить не сможет, она ели осталась жива после родов Мии. Поэтому это единственная надежда. К тому же, с моей силой её регенерация возрастёт, и она сможет выжить после первой операции. Сама видишь, она в плачевном состоянии. А с твоими клонами она станет непобедимой! К тому же, мы уже нашли прекрасных носителей остальных трёх стихий.        Мужчина с рогами говорил убедительно и чётко. На его слова Такаге ничего не оставалось сделать, кроме как смириться. — Хорошо, Тэкеши. Я всем сердцем люблю сестру, тебя, Мию и Шота, поэтому хочу лишь счастья для Вашей семьи. И ради бедующего племянницы готова пойти на этот безумный риск. — Отлично! — уже радостным голосом сказал мужчина и приобнял жену за плечи. В его глазах горел огонь — он не мог устоять перед минуемой славой. Жаль, что он тогда не знал, что эта слава приведёт его к гибели любимой всем сердцем жены и себя самого.        Врач стоял как вкопанный, по его глазам было видно, что он слишком сильно опасался этой затеи. Но по безумному взгляду мужчины он решил, что назад пути нет, поэтому быстро выбежал из помещения, чуть не сбив рядом стоящего подростка. Мальчик тихо вошёл в помещение и внимательно, с тревогой в глазах начал оглядывать полумёртвую сестрёнку, которая с трудом дышала. — Мам, пап, а Мия будет жить?        Мужчина и женщина резко обернулись. Они не заметили подростка. Переглянувшись с мужем, Юрико пристально посмотрела на сестру, и та, прочитав её мысли, подошла к мальчику и милым голосом сказала: — Шота, можешь пока уйти в мой кабинет и посидеть в телефоне. Мы скоро закончим и придем вместе с твоей сестренкой, — сказала женщина, поцеловав подростка в лоб. —Обещаю, с ней всё будет в порядке. — Хорошо, тётя Морико…        Люди приняли решение сделать ритуал по переносу причуды. Все начали метаться по комнате в поиске нужных препаратов и аппаратуры.        Из коридора двое молодых парней принесли койки, на которые легли одна из женщин и мужчина с рогами. — Вы точно уверены? — спросила директриса, беря в руки укол с крепким наркозом. — Да. Мия должна прославить наши имена в сфере злодеев. Морико, возьми ее под опеку, воспитай ее так, как велит моя воля, — мужчина взял за руку свою супругу, поглаживая пальцами ее белые костяжки. — Все ради дочери. — Все ради дочери, — повторила женщина, после чего уснула, так как ей поставили наркоз.        Всю дальнейшую операцию снимали на камеру. Было слишком много крови и ужасных картин, но в конце произошло то, чего никто не представлял.        Девочка смогла очнуться от наркоза. Ее глубокие раны были еще не зашиты, но она смогла встать и осмотреться. Словно робот, она сидела на столе и смотрела в одну точку. У Мии начали вырастать голубые рожки, глаза были закрыты, но пробудился третий глаз отца, что недавно пришили. К ней начали тянуть руки, но, схватив их одним движением руки, она оторвала конечности незнакомцев. Прошло минут пять. Девочка сидела на полу возле стены. Вся ее одежда, как и она сама, была в крови. Вокруг нее лежало несколько мертвых тел, а за железной дверью, смотря в маленькое окошечко, стояла Морико, прикрывая рот от удивления, не сдерживая слезы. Женщина боялась эту девочку, которая убила хрупкими руками двух взрослых врачей.        Лаборатория находилась внизу на нулевом этаже. Наверху послышались громкие шаги и крики людей, которые становились громче с каждой секундой. Морико скрылась за одной потайной дверью и на всей скорости направилась в свой кабинет. В нем все еще сидел мальчик брюнет на диване возле окна. Все-таки роковая молния привлекла героев по близости. Женщина грубо взяла мальчика за руку и стерла ему недавние события в памяти. — Шота, мне придется тебя оставить с чужими людьми. Присмотри за Мией. Мы скоро встретимся, обещаю.        Морико подошла человеку, что держал камеру, после чего съемка закончилась.

***

       Во время просмотра видео Мия не выражала никаких эмоций внешне, одно лишь легкое удивление и неосознанность на лице застыло. Но в душе, кажется, была война невыносимой боли и отчаяния. Возникло столько вопросов, что на некоторые трудно представить оправдание. Сильно подшатнулось доверие к брату, к тете Морико. Можно сказать, что она полумертвая и ненастоящая из увиденного. Айзава перевела застывший взгляд на Шота, который был настолько шокирован, что на его лице читался испуг и сожаление. Видимо, он не знал об этом. Ему ведь стерли память. Значит, не нужно держать на него зла. Но что же делать с огнем ярости, пробудившемся в девушке. Кости ломило, появилась слабость в теле и единственная здоровая нервная клетка умерла вместе с нормальным миром в душе Мии.        Не обращая внимание на испуганных одноклассников и на блондина, что внимательно наблюдал за девушкой, Айзава быстро, переходя на бег, выбежала из библиотеки. Единственная, кто тогда побежала за Мией, стала Акане. Выходя из библиотеки, она пробубнила неуместное: «я сама её успокою», что сильно взбесило Бакуго. Но в этот момент у него не было желания сил взрывать все к чёртовой матери и орать на всех подряд. Парень не мог прийти в себя примерно десять секунд. Его волновал лишь один вопрос: «какого чёрта здесь творится?!». Прийдя в себя, Кацуки быстро направился к выходу, как вдруг чья та большая рука легла ему на плечо. — Я же учил тебя сдерживать эмоции. Прекрати живо этот концерт! — Ч-что?        Голос Бакуго был подавленным. Он никогда ещё так не переживал. — Вы хоть понимаете, что над вашей же родной сестрой проводили опыты! И проводили их настоящие злодеи!...        Парень продолжал выливать гнев, немедля перейдя на крик. Присутствующая здесь треть класса лишь смотрела испуганными глазами и закрывала рукой рот, в попытке успокоиться, а кто то даже и проронил слезу. Учитель был совершенно спокоен и сдержан, впрочем как и всегда. Сотриголова резко с помощью своих лент замотал будущему герою рот и обезвредил. Тихо приказав заплаканной Урараке закрыть дверь на замок, учитель начал свою речь. — Конечно, я не знал об этом. Сам видел, что директриса стёрла мне память. На тот момент мне не было и четырнадцати лет, и меня было не сложно обмануть. Мне говорили, что сестрёнка была тяжело больна, и чтобы спасти её жизнь, нужно было много крови. Группа у Мии редкая — четвёртая отрицательная. Такая была лишь у отца, и он решил перелить ей свою. Но во время операции возникли осложнения, из за чего у Мии начали отказывать органы. Тогда наша мать — та женщина с белыми кудрявыми волосами, решила пересадить ей свои органы. К огромному счастью, Мия спаслась, но из за обильного количества очень сильной и могущественной причуды моего отца, что передалась Мие путём переливания крови, смешались с собственной причудой ветра, которую сестра унаследовала от матери, не смогли правильно совместиться в хрупком и больном тебе ребёнка, что привело Мию в бешенство, и она без сознания и самообладания убила четырёх человек, что были в тот момент рядом: два хирурга, мать и отец. —К-как?        Промямлил Кацуки, сумев избавится от кляпа. Ему было уже всё равно на то, что он связан и в каком положении сидит: его сейчас интересовала лишь Мия, а точнее её прошлое. Айзава спокойно продолжил: — Причуда нашего отца: демонический дар. При его контроле у человека обостряются до придела все органы чувств, и появляется некое шестое — третий глаз. Я точно не знаю, за что он отвечает, но могу сказать точно: он делает человека невероятно сильным. Можно сказать, непобедимым и неостановимым. Этой силой очень сложно управлять и держать под контролем. Говорят, что человек начинает подчиняться лишь внутренним инстинктам. Поэтому нужно посвятить годы тренировок и работы над собой, чтобы овладеть ею и правильно контролировать. А тут маленькая девочка, к тому же, без сознания, да ещё и с осложнениями в ДНК. Конечно, сила и инстинкты взяли вверх над разумом, и чувствуя опасность, Мия, точнее её демон, умертвили присутствующих. — А что было дальше?        В разговор влез Мидория, нервно записывающий всё в своей тетради. — Я был заперт в кабинете, но всё прекрасно видел по монитору компьютера. На тот момент директриса стёрла мою память, так что я не понимал, где я и что происходит. Камера передавала, как Мия крушила всё подряд и билась о стены. Естественно, как брат, я решил спасти её. Кое как взломал замок и побежал в лабораторию. На моё удивление там не было ни одного учёного или врача. С верху доносились звуки сирен и голоса, но я не звал на помощь, а лишь бежал к сестре. Двери и стены были бронированные, поэтому Мия не могла их побить. Через стекло я заметил, что одна из огромных пробирок была пустой: стёкла выбиты, а субстанция растеклась по полу. Я повернул замок и не успел вбежать в палату, как сестра повалила меня на спину и вцепилась клыками в шею.        На этих словах учитель убрал с шеи прядь лохматых длинных волос, оголяя шрам. «Так вот, почему учитель не стрижётся даже в жаркую погоду»— пронеслось у ребят. — Я начал плакать, но она лишь продолжала меня душить. Единственное, что мне тогда пришло на ум — я начал петь колыбельную, которой укладывал её спать. Она резко успокоилась, отодвинулась и открыла глаза. Ни радужки, ни зрачков видно не было — лишь былая сосудистая оболочка. Третий глаз начал медленно исчезать, а рога, клыки и ногти осыпались и превратились в пепел. Волосы обрели привычный вид, а тело резко ослабло и Мия упала мне на руки. В тот момент в палату пришли про-герои и вытащили нас с сестрой оттуда. Это всё, что я помню с того дня. — Поэтому она помнит лишь, как проводила всё детство под строгим наблюдением героев и учёных? — догадался Мидория, любопытство которого было на пределе. —Именно так. — И эти её рожки и голубые волосы — всего лишь пробуждение демонического дара? — уже вмешалась Яойрозу. — Именно. И поступила она сюда лишь по моей просьбе, чтобы хоть как то социализироваться. После того как нас забрали герои из лаборатории, Мия вернула себе обычный вид и никогда не теряла контроль. Учёные же считали, что глаз пробуждается под действием сильным влиянием эмоций, поэтому не сводили с сестры глаз и не давали ей покидать лабораторию. Очень часто она плакала из-за смерти родителей — ребёнок всё-таки, поэтому приходилось всё время поить её снотворным, мало ли на эмоциях опять потеряет контроль. — А что было с Вами? — всхлипывая, спросила Очако. — Я провёл тогда всю ночь с ней рядом, в больнице. Меня расспрашивали полицейские и герои, а я отвечал на все их вопросы, естественно, лишь на те, на которые знал ответы. Затем в палату вошла тётя, у неё был взволнованный вид. Она быстро обняла меня, и сказала врачам, что сестра матери и теперь будет нашем опекуном. Затем меня вывели двое работников опеки и отвезли в офис моей тёти. С ней я прожил два года до поступления в Юэй, а потом она уехала опять в Канаду, возложив на меня ответственность за сестру. Я учился на героя, в параллели воспитывая сестру. К сожалению, мне не разрешали часто видеть её. Когда я выпустился из академии, в параллели с геройством я решил тренировать сестру, и однажды, на её пятнадцатилетие, решил тайно вывести её в музей, посвящённый девятнадцатому веку. Мия обожала винтажные вещи, и решил сделать ей сюрприз. Когда я привёл её туда, она была вне себя от счасться. Мы обошли всё здание вдоль и поперёк, купили всё что только можно в сувенирной лавке... А потом напали злодеи, какие то два неизвестных решили похитить дорогущие экспонаты. Мия решила использовать причуду, чтобы задержать злодеев. По началу всё шло отлично: она идеально управлялась воздухом, пока я эвакуировал людей. Годы тренировок не прошли даром. Мия успешно обезвредила злодеев до прихода про героев. Они были в ярости, говорили, что ещё бы секунда, и Мия потеряла бы контроль, хотя с ней всё было хорошо. Они собирались лишить меня прав на опекунство сестры, однако люди, находившиеся в тот момент в музее, начали благодарить Мию и не давали ей шага. И тогда нам помогла Морико. Она, до становления директрисой, была величайшем героем. Так же она входила в совет по безопасности жизни детей, поэтому её «одобрение» на геройскую деятельность Мии сыграло решающее слово. Однако было одно условие: Мия должна была пройти краткий геройский курс и сдать выпускной экзамен, чтобы получить удостоверение героя. Я тренировал её весь год ко вступительным экзаменам в Юэй. Я считал, что сестре нужен хоть какой то контакт со сверстниками, поэтому был безумно рад этой возможности. Днём у меня были уроки с вами, а по ночам тренировки с Мией. Я часто брал её на ночные вылазки с вандалами, иногда даже и со злодеями. Чтобы её не узнали злодеи, Мия работала лишь в чёрной маске. — Поэтому на уроках Вы были сонным, и при любой возможности залазили в спальный мешок? —Именно. — А что было потом? — воскликнула Момо, будучи заворожённой рассказом учителя. — Мия сдала экзамен. Точнее сказать, я убедил директора, что она очень способная ученица. Но из-за возраста ей разрешили заниматься с вами. И теперь вы видите, к чему в итоге это привело. — И что мы теперь будем делать? Как мы можем доверять директрисе, если она была в сговоре со злодеями? И получается, что Ваш с Мией отец был злодеем?        Бакуго слушал весь рассказ на эмоциях. Он даже не предполагал, что у Мии может быть с такое загадочное прошлое. — Бакуго, я как и ты вижу этот документальный фильм впервые в жизни! Моя мать была выдающимся героем, это я знаю точно. Думаешь в детстве родители бы сказали мне, что отец злодей? Что касается Морико, так я ей всегда не особо доверял, теперь тем более. Но разобраться со всем должен я сам! — на последних словах мужчина пристально посмотрел на Бакуго и Изуку. — Поэтому прошу вас дать мне клятву, что вы никогда не разгласите эту информацию и забудьте об этом. Ни в коем случае не говорить об этом другим ученикам, учителям, и тем более директрисе. И Мию прошу не трогать и не обсуждать с ней эту тему, ей должно быть сейчас нелегко. К тому же сейчас она на грани эмоций, и мало ли что может случится. Поэтому я разберусь с ней сам. И да, Мидория, мне придётся забрать эту тетрадь. Твои записи являются большой уликой. А теперь вы натягиваете улыбки, Урарака вытирает свои сопли, и делаем вид, что всё в порядке. Когда мы выйдем, будем вести себя непринуждённо и не привлекая внимания. Если кто спросит, что мы делали в библиотеке, говорим, что некоторым понадобились книги в дорогу. Всё, до сборов осталось примерно два с половиной часа, поэтому советую по приходу в общежитие немного поторопиться. А сейчас все идём за мной.