Лишь бы видеть блеск в твоих глазах...

      В это свежее весеннее утро Изуку был ужасно взволнован. За всю ночь он почти не сомкнул глаз, придумывая всевозможные стратегии, которые могли бы пригодиться Кацуки на грядущих соревнованиях, из-за чего его конечности немного подрагивали от перевозбуждения и отсутствия отдыха. Встав в шесть утра, Изуку твёрдо решил внести свой вклад в поддержание боевого духа у своего брата и сделать всё возможное, чтобы у старшего не возникло никаких проблем со сборами. План был предельно прост: быстренько привести себя в порядок, не разбудив родных, и пулей лететь на кухню, дабы приготовить любимые блинчики Кацуки. Белоснежное кимоно, заботливо подготовленное мамой, без единой складочки, уже давно покоилось на вешалке в комнате старшего Мидории, ожидая его пробуждения. Это сильно упрощало задачу, которую поставил себе Изуку, поэтому, вдохнув поглубже, мелкий понёсся с вещами в ванную с самым серьёзными выражением лица на какое только был способен человек его возраста — девять лет ведь вам не шутка. Быстро залетев в душ и помыв голову (нет никаких сомнений в необходимости данной процедуры, Изуку должен выглядеть на все сто, ведь они с мамой тоже пойдут на соревнования, а это значит, что все увидят младшего брата будущего победителя). Прокрутив последнюю мысль в голове ещё раз десять, Изуку с особой старательностью стал чистить зубы и вертеться перед зеркалом. Он до сих пор не смог убедить семью разрешить проколоть ему ухо. Не зря ведь он помнил момент, когда Кацуки поделился с ним изображением любимого героя из комикса, у которого прямо из серьги появлялся чудесный красный свет, наделяющий обладателя сверхспособностями и неуязвимостью к любого типа повреждениям. Смирившись со своим положением, веснушка бодро хлопнул в ладоши и решительно направился на кухню. Иногда ему хотелось приготовить что-то для себя, несмотря на довольно маленький возраст, поэтому он был знаком со многими приборами, которые требовались для приготовления «кулинарных шедевров», как он их любил называть в своей голове после просмотра нескольких сезонов кулинарного шоу, а может и не только в голове, однако, этого он сам никогда не узнает, пока ему не скажет кто-нибудь со стороны. Вооружившись венчиком, лопаткой, посудой и продуктами младший стал с завидным старанием хозяйничать в обители сладких булочек. Спустя каких-то полчаса на чистом столике, оформленном с учётом данных ранее маминых советов и наставлений, появилась целая композиция, от которой исходил умопомрачительный аромат.       Уловив обонятельными рецепторами запах обожаемых блинов, Кацуки в своём воображении успел нарисовать неописуемой вкусноты просторы с карамельными морями и фруктовыми полями. Увы, счастье было не долгим, так как ему суждено было проснуться. Но это ничуть не ослабило его любопытства относительно источника чарующего аромата. Сладко потянувшись в своей постели, он уловил краем глаза светлую одежду, приготовленную к его официальному дебюту в профессиональном спорте. Она находилась в великолепном состоянии и являлась доказательством того, как Кацуки любят и поддерживают родные люди. Юноша неосознанно просветлел от обилия тёплых чувств и потихоньку начал собираться.       Какого же было удивление матушки Инко, когда, зайдя на кухню, она обнаружила своего младшего сына в розовом фартучке с кроликами, моющим гору посуды.       — Доброе утро. Охх, дорогой, неужели ты сам всё это приготовил? — с нескрываемым восхищением спросила она мальчика, не спеша заходя в помещение.       — Доброе утро, мама. Да, это так заметно? — улыбнувшись, тихонько произнёс Изуку.       — Вовсе нет! Мне подумалось вначале, будто вы с братом решили сегодня меня удивить.       От упоминания о брате младшенький покрылся румянцем. Ему было немного страшно, а вдруг он сделал что-то не так?       — Сегодня у Каччана важный день, и я захотел приготовить всё самостоятельно... Ты не будешь на меня сердиться, если завтрак окажется не очень вкусным?       В ответ на это мама лишь по-доброму рассмеялась и погладила сына по пушистым зелёным волосам.       — Я убеждена в том, что сегодня нам выпала уникальная возможность опробовать блюда, которые ты приготовил с любовью для всей семьи. Поэтому даже не думай сомневаться в собственном успехе. Ты уже преуспел и поднял всем настроение. — С этими словами она немного обернулась и показала головой на зевающего Кацуки, который сейчас чуть не забыл на полу свою челюсть от удивления.       — Ого! К нам что, кто-то в гости на завтрак собирался?       Смущённый Изуку, который к этому моменту уже успел домыть посуду, сейчас стоял как в воду опущенный.       — Кацуки, это же брат для тебя постарался! Он хотел порадовать тебя в столь важный день.       Не веря своим ушам, старший перевёл взгляд на веснушчатое чудо и только сейчас обратил внимание на розовый фартук с кроликами, который делал Изуку красным ещё больше.       — Деку... — негромко позвал Кацуки. — Я не знаю как тебя отблагодарить. Для меня ещё никто так не старался. Кроме мамы, — добавив чуть задорно, он с улыбкой подошёл к братишке и сжал того в крепких объятиях, прижавшись щекой к его голове и втягивая носом родной запах с примесью любимых блинчиков.       Изуку казалось, будто он умрёт прямо сейчас от удушения или задохнётся сам, настолько сильно и приятно его сжимал Кацуки. Мама же умилялась от вида этих мальчуганов, но вскоре осторожно позвала всех садиться за стол.       — Я бы хотел прогуляться с тобой перед соревнованиями. Ты пойдёшь со мной? — прошептал он на ушко веснушки, обжигая горячим дыханием.       — К-конечно, Каччан. Сегодня тебе потребуется наша поддержка, и мы обязательно тебе поможем. Надо только сказать маме, чтобы...       — Я не говорил, что мама пойдёт с нами, — в это мгновение показалось, будто руки старшего немного задрожали, и Мидории в голову пришла мысль, что Кацуки просто–напросто устал стоять с ним в обнимку.       — Давай мы поговорим об этом после завтрака, а то ты сейчас устанешь так стоять, — невинно хлопая ресничками, произнёс Изу, когда старший отступил на шаг назад и выпустил брата из объятий.       Да... Не учёл наш взрывной парень того факта, что в этом возрасте разница между ними будет весьма ощутимо проявляться не только в физическом плане. Часто находясь в компании друзей, он уже привык к разговорам о девчонках и даже становился свидетелем чужих «побед» и «поражений», но совсем не задумывался о мыслях в детской голове, что живёт с ним под одной крышей. Да и повода, в принципе-то, и не было...       — Ловлю на слове, — ответил старший и двинулся к столу, облизываясь от предвкушения незабываемой трапезы.       Семье Мидория потребовалось не так уж много времени, чтобы оценить кулинарное мастерство маленького Изу. Все блины были съедены в течение 15 минут, и семья наслаждалась свежезаваренным горячим чаем с лимоном.       Когда настала пора всем расходиться, мама заверила, что сама займётся уборкой оставшейся посуды, не забыв поблагодарить младшего сына за чистую посуду после готовки.              Стоило Кацуки услышать слова о том, что Изуку свободен, он тут же обратил свой взор на мелкого. Веснушка затрясся непонятно от чего, но заглянул в рубиновые глаза.       — Мам, ты не будешь против, если я возьму Деку с собой? Когда ты подойдёшь, позвони мне, и я отведу его на трибуну, — не отрывая глаз от малахитовых напротив, задал вопрос юноша.       — Да, конечно. Подышите свежим воздухом. На улице сейчас самая чудесная пора, — с этими словами Инко принялась переносить посуду, а Кацуки заговорщически потащил малого в свою комнату.       — Подожди, пока я соберу вещи, и пойдём. Ты будешь с собой что-нибудь брать?       — Да нет, я уже готов.       Исчерпывающий ответ позволил старшему спокойно закидывать мелкие вещи в рюкзак в процессе поиска и сбора всего необходимого. Не известно, то ли это было стечением обстоятельств, то ли провидение, но так случилось, что оба брата обратили внимание на кимоно в один и тот же момент. И всё было бы нормально, если бы Кацуки закрыл дверцу шкафа, на которой висела вешалка. Изуку же стоял со стороны выхода и просто хотел её обойти, пока брат собирал вещи у кровати. В момент, когда младший хотел выйти из-за дверцы, Кацуки подошёл вплотную к кимоно, дабы прикоснуться к мягкой ткани на удачу. Их плечи соприкоснулись, а головы синхронно обернулись друг на друга. В тишине комнаты это невинное касание всколыхнуло в старшем такую бурю эмоций, что тот просто впал в ступор, вспоминая уроки биологии и рассказы о пестиках и тычинках. С какого перепугу эта дичь сейчас полезла в голову? А младший так и стоял, уже наблюдая как старший прикасается мускулистой, как ему казалось, рукой к спортивной одежде. Это зрелище так его очаровало, что он не обратил внимания на взгляд брата.       Не придумав ничего лучше, Кацуки спросил:       — Хочешь потрогать? На удачу, это у меня такой ритуал перед спаррингами. До этого не придавал столько значения, но сейчас надо отнестись со всей серьёзностью.       Не дождавшись ответа, старший взял маленькую ручку Деку в свою и приложил её к мягкой ткани, чуть сжимая. Как же он любил прикасаться к Деку. Эти нежные ладони и хрупкие кисти всегда поражали его своей мягкостью. Пожалуй, их можно было даже сравнить с мамиными. Отличие было только во внутренних ощущениях. Закусив губу, Кацуки позволил себе погладить чужую руку большим пальцем. Прикосновение претендовало быть трепетным и невесомым, но от напряжения внутри блондина что-то пошло не по сценарию. Сначала у него ускорился пульс, затем закружилась голова, потом вспотели ладони. Всё происходило за гранью самоконтроля и понимания. Гормоны ударили в голову от тактильных ощущений и Кацуки начал глубоко вдыхать запах Изуку, стремясь заполнить лёгкие до отказа. Веснушка был в трансе всё это время. Последнее, что он мог вспомнить, это сильные руки брата, что держали его руку рядом с кимоно. Что было дальше, он просто не осознавал. Свежий ветер подул из приоткрытого окна и лепестки сакуры закружились в полёте, опускаясь на пол комнаты. Весна, тепло, любовь и голуби (простите xD). Душно. Жарко. Даже слишком. И вот Кацуки тянет руку, опираясь спиной на соседнюю закрытую дверцу шкафа, и роняет брата на себя. Старший был значительно выше, поэтому с лёгкостью смягчает небольшой удар по всей площади тела Изуку. Одной рукой он придерживает Деку за плечо, а вторую кладёт ему на щёчку.       — Интересно, а ты когда-нибудь пытался сосчитать свои веснушки, м? — обведя взглядом родное лицо, Каччан приблизился к виску Изуку и слегка коснулся его губами. Не наблюдая отторжения со стороны младшего, он осторожно стал перемещаться по всему лбу, затем щекам и подбородку. Это казалось ему проявлением братской любви, не более. Ведь так он хотел поделиться своими чувствами с этим кудрявым чудом и поблагодарить за все его старания.       Когда время на электронных часах, как в волшебной сказке, нещадно пробило ровно восемь, старший начал постепенно приходить в себя. Они стояли, прижавшись друг к другу, и тяжело дышали от перенасыщения эмоциями.       — Спускайся потихоньку, я тебя догоню, — нежно произнёс Каччан и мягко опустил свои руки.       Изуку как робот отошёл чуть назад, затем вбок и, после, вышел из комнаты. А Кацуки так и остался стоять рядом со шкафом и белоснежным кимоно.

Теперь удача точно будет

на его стороне.