Suum cuique

Рутгер не стал долго читать записи из судового журнала, уже было далеко за полночь и он от злобы на тупость и дилетантство своих подручных просто отшвырнул журнал за спину. Память сегодня изменила ему и в левом кармане табака не оказалось, эта паскудная мелочь добила его, он откинул голову немного назад и закатил глаза. Как это не странно, но он всё же нашёл пачку в правом кармане хотя и был левшой, достав сигарету он взял спички со стола и спокойно закурил, просидев так ещё около минуты. — Уолтер? — Да кэп! — Скажи твои родители ничего не употребляли?.. — В смысле? — Они у тебя ни на чём тяжёлом не сидели, оба, когда тебя зачинали? Нет? Может когда воспитывали? — Да неее кэп, они у меня за ЗОЖ всегда были, а чё? — Да так, навеяло что-то, что такой мудак как ты в нормальной природе родиться не может! Рутгер всё так же спокойно сидел на стуле откинув голову назад и уже почти закрыв глаза, Уолтер Патерсон — енот, чистокровный буканьер и рецидивист родом из Егерьтона, увы обделённый интеллектом, которым в свою очередь был весьма не беден на общем фоне его патрон — Рутгер Блэкбёрд, более известный под псевдонимом «Ворон» — лис, капитан всех контрабандистов Фоксвуда и его окрестных лесов, сейчас он уже выглядел достаточно паршиво и откровенно говоря жалко, не то что раньше. Когда то он был очень плечистым, с грудью плавца и взглядом медиума. Ныне же Рутгер был сражён чахоткой, уже седьмой год подряд курил и не брезговал веществами, плечи ослабли, грудные мышцы так же так как их хозяин перенёс две операции на сердце, а взгляд медиума превратился во взгляд каменной горгульи — он мало шевелил глазами и очень пугал этим всех своих протеже. Неприятная беседа состоявшаяся между ними сегодня была из-за партии белого вина из Молекирсии — вино находилось под запретом на восьмидесяти процентах земель из-за крайне тяжёлого состава ингредиентов запрещённых к сбору и обороту, у Патерсона была задача легче обычной, которую он всё же умудрился провалить! — Сколько? Тихо, глядя в потолок спросил Рутгер. — Сто пятьдесят. — Сколько, сколько?! Сучий ты потрох… Рутгера как током ударило и он впился в енота своим гневным взглядом. — Ну как, ты же сам говорил — всё скинуть… — Я говорил всё скинуть парням с севера! Тут вновь надо пояснить что под «парнями с севера» Рутгер имел в виду знаменитую банду мистера Ностро с которой он сотрудничал уже не первый год, помимо того на северном континенте — в Фирдфьорде были самые высокие проценты прибыли на контрафактный алкоголь. Уолтер перепутал адрес встречи и наткнулся на каких то вольников из ближних предгорий, вольники — это торговцы не платившие никому пошлины с купли-продажи, но сами обустраивающие себе место, безопасность и т.д. Им то Уолтер и продал весь груз добытый не малой кровью. — Таааак… Рутгер тяжело дышал — долгая жизнь в море давалась тяжело. — И по сколько? — Чего по сколько? — По сколько ты отдал за центнер, умничка?! — По пятьдесят… — По пятьдесят чего? В чём ты с них поимел? — По пятьдесят золотых за центнер. Лис медленно поднялся из-за стола со сверкающими от злобы глазами, но спокойным пока ещё выражением лица, последовала лирика — — То есть ты получил с них за товар, невероятно ценный практически везде, в валюте Империи?! — Ну золото ж не пахнет Рут, чего ты заводишься? — Да всё бы ничего Уолтер, но за мою голову дают без малого двести пятьдесят тысяч франков, причём заметь только голову, ничего лишнего! Я бы с радостью, но я не смогу ни обменять валюту в банке ни потратить так как гвардейцы схватят меня как только увидят ели не убьют на месте, я не пошлю на такое посредника и не всучу их под процент даже самому контуженному ростовщику, а так уж получилось, что эти твари, меня тоже неплохо знают! Медленно переставляя ноги он подошёл вплотную к собеседнику, ухватив его лапой за ворот медленно прошептал — — Постарайся больше меня так не расстраивать… И слегка оттолкнул в сторону, в этот момент в его резиденцию постучались. — По мозгам себе постучи! Рявкнул Лис и кинул в дверь первый, несчастный предмет попавшийся под руку — то была лупа, разделившаяся на множество осколков у самого носа Уолтера. В кабинет вошла прелестная, молодая кошка — её все знали здесь как Румбу, на самом же деле её звали Кортни и она была знаменитой лихачкой которой не было ещё и двадцати лет, без определённого направления в своих навыках, перебиваясь иногда разбойными рейдами, мошенничеством, проституцией и посредничеством контрабандистам в особо крупных сделках которые приносили больше всего денег. Она знала что на этом тихом и болотистом затоне есть группа строений, сделанная под большой, заброшенный посёлок — на самом деле это был один из рабочих «офисов» Рутгера в который она приходила получать промежуточную работу самых разных видов. — Ты опоздала мелкая, Уолтер уже всё завалил к чертям. Кошка не торопясь подошла ближе. — Я этого не знала, прости Рут я тогда наверное не буду тратить вашего времени в пустую… — Стой! Кортни остановилась и с некой раздражённостью ждала что будет дальше. — Какие ниточки у тебя есть в Империи, если вообще есть?! — Да кое-какие подвязки там у меня имеются но… Рутгер не долго думая понял в чём заминка и резко показал Патерсону на дверь. — Ворон я зуб даю, я же никому… Рутгер повернул голову в его сторону и енот надев шляпу поспешил удалиться, зная что это может закончиться его линчеванием. Рутгер повернулся к Румбе и нежно прислонил руку к её скуле. — Что ты знаешь милая? Говори, мне аж интересно стало. — Я смогу напрячь тамошних фарцовщиков, они узнают всё про груз, нужно будет только наведаться туда и снести пару голов, ради собственного спокойствия я думаю. — За этим дело не станет! Хило смеясь сказал Рутгер. — Мне нужен будет перевозчик или хотя бы проводник, дело серьёзней всех что я делала до этого — это же не ювелира обчистить или кошель подрезать во время вальсирования. — А ты танцуешь? — Когда надо — то да. Разве ты не знал что я могу многое когда профессия требует? — Профессия!.. — Взахлёб с сиплым смехом сказал лис, он был не молод, но и далеко не стар однако всё же смех это единственное что показывало его слабость, единственную пока что слабость Рутгера — туберкулёз. Он брызнул кровью и закашлялся — смех сдавило и он превратился в хрип. — Да, чёрт побери профессия — я мошенница экстра класса, между прочим, вот — Сказала Румба моментально вытащив из-за подвязки платок как раз на этот случай, прижала его ко рту Ворона. — Как ты? — Всё хуже, дерёт… — Тебе бы бросить милый, я не могу когда вижу как ты засыхаешь на глазах! — Успею ещё. Лечение — вопрос денег, а это не проблема. — Если бы за твою мордочку не давали целое состояние! — Так, мы ушли от темы, тебя возьмёт к себе на борт, как бы транзитом, Рогатый, или под видом каботажной перевозки… — Ты имеешь ввиду что я возможно поеду в ящике? — Посмотрим как пойдёт, возможно разрешат провезти как пассажира, а если нет то да — поедешь в ящиках под видом шёлка, а может и в бочке. Под зычным словом «Рогатый» Рутгер имел ввиду одного из своих доверенных капитанов — Германа Кессаля, благородный олень уже не первый год проворачивал для Ворона много хороших и выгодных дел заслужив тем самым признание как смелого, преданного и не задающего лишних вопросов капитана. Иногда именно это его и подводило — он вообще не задавал их, а просто слушал указания, был груб от природы, но спокоен и уравновешен. — Да ну, сухарь этот… — Этот сухарь много знает в морском деле, служил в королевской морской пехоте Нетланда и вполне подойдёт такому делу, да только одного доставщика будет маловато — нам нужно прикрытие, дабы на нас не обратили слишком много лишего внимания. — Как это — прикрытие? Это же не война! — Почти, нам нужно будет напрячь кого-нибудь из знакомых или же просто возьмём наёмников, лампортов, убийц, не важно, а если что — то я могу связаться с Сульджаком и это будет лучший вариант, ну если без затрат я имею ввиду. Сульджак — он же Себастьян д’Жолье был вараном управлявшим группой налётчиков более всего известных как «Путы» — от того что они сперва вязали жертв, а лишь потом начинали творить свои грязные дела, в основном грабежи и угон в рабство. Больше всего в мире Сульджак не любил попадать в долги, что и произошло между Вороном и ним за партией в холсдем, во время которой потерялся счёт времени, теперь Рутгер не боялся вспоминать при случае о нём как о «перспективном должнике» который может в какой то момент сыграть на руку и причём совершенно бесплатно. — Ты что хочешь на этом сэкономить? Ты же не считаешь себя бедным?! — Ну как сказать, я по документам вообще нищий и безработный. — А в реальности ты чуть ли не миллионер Рут, или ты боишься что об этом узнают? Или может если до кого из твоих дойдёт, ты этого боишься? — И не безосновательно поверь мне! Если о моих капиталах узнают — награду за мою голову удвоят! — Да… Это правда… Ворон отправил гонца к Герману и сел заполнять журнал — надо было подсчитать расходы за день, которые были сегодня особо велики из-за провала Уолтера, подсчитать прибыль которая была неизменно выше затрат всегда, не считая сегодняшнего коллапса, записать пометки о делах на будущее, сроки и места новых сделок, процентное соотношение выгоды — которое он мог сделать хотя бы на глаз. — Может я пойду уже милый, что бы тебя не отвлекать? — Нет. Рутгер отрезал дальнейший разговор, вопреки тому что обычно он молча кивал на дверь, сейчас это было неожиданностью! — Что ты? Мне пора… — Прекрати! Ты думаешь я не знаю где ты живёшь? Не знаю что ты бездомная? У тебя хватает денег родная, да, только я боюсь что так скоро себе триппер заработаешь если не прекратишь! Что ты — сирота я тоже в курсе! А вот ты то в курсе что твоя голова теперь тоже имеет цену?! — Да… Пять тысяч за живую… И две с половиной, за… — Тогда почему не сказала? — Я не… Я думала что это тебе не… — Мы бы заплатили, утрясли бы все проблемы, ведь у меня многие «в кармане»! Это тоже нельзя было отрицать — Рутгер пришёл к контрабандистам когда ему едва стукнуло двадцать три, своё место среди них, да и не только них, он заслужил потом и кровью, ну и конечно же, хитростью! Прошлого главу он лично убил свернув ему шею, после чего он не побоялся взять всех под свою опеку, мотивируя тем что сильнее его мыслью и духом среди них нет. Он обустроил огромные пристанища для всех дельцов, расширил нити своего грязного бизнеса намного глубже чем когда-либо и кто-либо, кроме пиратов. Он по праву назывался «лидером контрабанды этого континента. — Я не думала что тебя это так волнует милый. — Ну как видишь, дурёха ты моя, волнует! — Немного отдышавшись что бы снова не закашляться он продолжил более мягко — — Давай сделаем так родная — ты сегодня останешься здесь, со мной, и больше никуда отсюда не уйдёшь!.. Эти места станут твоим домом, мои парни будут твоей верной охраной, везде и всюду наше Общество будет принимать тебя за свою… Если уже не принимает. Будь со мной и я перестану наконец то бояться за тебя ведь мы знакомы больше трёх лет, а я помню что ты вечно рвёшься в капкан! — Я не знала что ты ко мне тоже не равнодушен! — Так ты согласна? -… Да милый, я согласна — я буду с тобой и не оставлю тебя. Она кинулась к Ворону в объятья и чуть не задушила лиса в них. Спустя около получаса она решила с прищуром вбросить свою мысль — — Есть идея. — Излагай. — Можно привлечь к этому делу Натаниэля! — Что? Невозможно! Он ни за что не станет тратить на наши авантюры время и тем паче людей. — Да, скорее всего так и будет, но рискнуть стоит. — И ты не побоишься, если он пришлёт за нами? Встать перед ним в Городе Потерянных Кораблей?! Сама сказать всё в глаза ему? — Ну во первых не в глаза, а в глаз… — Чего? — Катаракта у него там, была то есть, а слепота вот осталась на память хорошо хоть на одном глазу. -…Оооо! — Я понимаю что такая фигура как он и вправду может не заинтересоваться, но его контроль за ситуацией был бы бесценен, он конечно попросит долю, но мне будет в чём его заинтересовать — я слышала, власть Империи дрогнула и есть шанс захвата огромных территорий! — Ты уверена? — Ну всё-таки твой родственник. И тут с прекрасной девой не поспорить — Серый кот по имени Натаниэль Хок был великим из великих, пиратом дошедшим до вершин власти — его называли морским дьяволом всего Кошачьего моря и Хищного залива, долгое время он шёл к этому и наконец то осел в Городе Потерянных Кораблей, его знали, им пугали детишек на ночь, а за его головой так же усердно охотились, но кроме всего прочего он и вправду был сводным братом Рутгера, на что последний и мог сделать основной расчёт — на то что главарь пиратов вспомнит о родне, и поможет ему в его грандиозных планах, которые стали немного больше возврата крупной партии хорошего вина.