Черный роман

      Конец 50-х годов, тяжёлые времена для всего мира. Война закончена: победа, депрессия, принятие. На смену пришла холодная война, ядерная угроза. Для кого-то это мощный экономический рост, прогресс в науке, культуре, в Англии промышленность переживает застой, на мировом рынке позиции ослабли.       «Триумф и трагедия» — слова Уинстона Черчилля о послевоенной жизни страны. Людские потери, рост госдолга, народ устал, восстания, национально-освободительное движение.       Атмосфера недоверия, пессимизма и разочарования. Власть сильных, коррумпированная полиция, насилие, несправедливость.       В 15 милях на восток от центра Ливерпуля, в городе Сент-Хеленс произошло убийство. В этом мало удивительного, кого можно напугать смертью какой-то женщины? Но есть небольшая поправка: убийство произошло в состоятельной семье и убита глава семейства — Аннет Сильвер-Харрис.       И как же Аннет повезло сыграть в ящик? Сложно сказать, проще начать рассуждение о ее денежном состоянии. В такое непростое время разрухи, эта женщина отхватила жирный кусочек. Конечно же, с помощью хитрости, наглости и лжи. Как ещё выжить в этом мире?       Подумать можно на кого угодно: партнёры, «друзья», враги, семья. Тайн у неё было множество, и теперь все внимание приковано к ее смерти. Как она любила — очень много внимания. Вся грязь, вся ее жизнь и жизнь ее семьи выносится на всеобщее обсуждение и осуждение.       Семья Харрис является ей под стать. Младший брат Чарльз — малыш Чарли. 47 лет, самой обычной наружности, невысокого роста, легкая щетина констатирует стабильное алкогольное опьянение. Глупый, несостоявшийся ни в чем мужчина, от которого ушла жена и оставила его с сыном вдобавок с их приёмной дочуркой. Чарльз сидит на шее у Аннет, проигрывает деньги за картежным столом. Теперь надеется на ее деньги, в тоже время боится своей ничтожности, но жадность и власть затмевают разум, который уже пропит и прокурен. Чем не убийца?       Его сын Данте, парню 25 лет и ума у него не больше, чем у отца. Мальчик (мужчиной как-то не назовёшь), пошёл красотой в мать. Высокий блондин, с голубыми глазами. Пропадает в наркопритонах, любит алкоголь, шлюх и веселье. Со своей замечательной наружностью и скудной душевной организацией мечтает стать актером. Его самолюбие так легко ранить, крайне вспыльчивый мальчик. За набор таких выходок может рассчитывать на малое или ничего от своей тетушки, а покойная так любила ему об этом напомнить. Может и в тот вечер для него это стало мотивом? Очередное унижение от Аннет…       Слабость папочки и старшего братика — Элиза. Юная принцесса, приемная девочка. Чарльз думал, что это спасёт их брак с женой после очередного выкидыша, но нет. Полюбить чужого ребёнка жена не смогла, смотреть на собственного бестолкового сына и мужа пьяницу тоже стало невыносимым. Так Элиза стала папиной дочкой. Данте — простая скотина, конечно, решил попробовать на вкус эту фарфоровую куколку. Наивное создание, 21 год, белокурая, голубоглазая, маленького роста, как родная в этой семье. Только не глупая, хотя не показывает своих умственных способностей на всеобщее обозрение. Она же женщина, просто хлопает своими длинными ресницами и улыбается. А ещё с удовольствием раздвигает ножки перед братом, он же не родной. Горячий красавчик, такого родственника нужно держать к себе близко. Через него можно получить желаемое, просто направить этого слабоумного и он сделает всю работу. Ведь как Элизе рассчитывать хоть на что-то, если она им никто. Преступница? Легко.       Агата Харрис — любимица всей семьи, и в тоже время ненавистна ими всеми. Почему? Потому что слишком хороша, слишком умна. Даже Аннет было тяжело бороться с ее настойчивым нравом. Зеленоглазая блондинка, 23 года, красивая девушка, Данте с удовольствием бы с ней развлекся, да и Элиза тоже, может и Чарльз, только все ниже пояса плохо работает.       Агата — племянница Аннет, дочь ее младшей сестры. Родители девочки погибли во время войны, были честными и хорошими людьми, единственное, светлое в большой семье Харрис — ее родители. Агата воспитана родителями, а после тётушкой, в ней борются два человека: маленькая, милая, хорошая девочка и циничная, роковая женщина, которой она и становится. Она была слабостью Аннет, ставилась всем в пример и знала, что все достанется ей. Гордая, умная, красивая. Вероятность, что она отправила Аннет в могилу, равна… 90% точно. А может, и нет. Одна из подозреваемых.       Они жили вместе, в большом родовом поместье, но Агата вернулась недавно, обучалась в Лондоне и не собиралась тратить свою жизнь на этот город, помогать тетушке в ее делах, девушка способна на своё. Элиза училась в местном заведение, Данте мотался со своей карьерой актёра, Чарльз возвращался по ночам, и то не всегда, мог неделями пропадать в Богом забытых притонах.       Но в тот вечер семья была дома, в сборе, Аннет Сильвер — Харрис исполнилось 57 лет. Натянутые улыбки «семьи», светские беседы, якобы у всех все отлично. Большое празднование должно состояться завтра, но его не будет. Аннет Харрис лежит на полу с рассеченной головой, в своей комнате — мёртвая. Это, конечно, стало сенсацией. Пересуды, ставки на убийцу и наследство.       Кто из них расстроен ее смертью? Все. Только в глубине своего сознания. Эта женщина слишком много участвовала в жизни каждого самым негативным образом, обнажала их слабости, знала тайные пороки, ковыряла своими длинными руками каждую больную рану в душе. Собой же Аннет гордилась, ей было плевать, что думают другие. Власть у нее.       Громкое дело поручено начальнику полиции Гилберту Гудману. Хороший человек? Нет. Крупный мужчина, с усами, настоящий сыщик внешне, но на деле обычный коррумпированный коп. Вряд ли этот человек найдёт убийцу, уже ждет и предвкушает крупную сумму. К нему пристроили мальчишку в помощники. К великому Гудману! Да не кого-то, а японца. Как его занесло в такое время в другую страну? Просто жена важного графа с доброй душой решила усыновить японца во время разрухи мира, всего лишь.       Сэмюэль. Ему 24, красивый, молодой человек. Всегда хотел быть сыщиком. Мамочка устроила, он в паре с начальником полиции! Только умный Сэм знает, как тут все работает. Надеется ли победить систему? Нет. Сейчас никто и ни на что не надеется. Мамочка отправила на работу.       В старом здании на углу улицы находится потрепанный жизнью и войной офис, если его таковым можно назвать. Детективное агентство — пыльная комната, на окнах жалюзи, тусклый, ночной фонарь освещает лица присутствующих.       Александр Нильсен — 27 лет, детектив. Второсортные дела в паре с секретаршей Рэйчел Линд — 25 лет. Выживают на разводе глупых семейных, богатых пар. Жены обращаются к молодым людям за помощью, будучи уверенные, что их муж изменяет! И он всегда изменяет, а если нет, то Рэйчел спит с ними, поэтому деньги всегда имеются. Алекс и Рэй более десяти лет назад приехали в Англию из Швеции. Одним словом — война. Родители посчитали, что здесь будет безопаснее, на то были свои веские причины. Теперь у них никого нет, уже привыкли к серой Англии, дождям и нескончаемому скотству людей. Сами они только не лучше.       Александр красивый, голубоглазый, высокий шатен. Женщины, деньги и прогнивший мир в его распоряжение. Холодный ум помогает выжить. Рядом Рэйчел, которая обожает его всем сердцем и душой, готова даже спать с мужчинами, чтобы у них были дела. Странная любовь. Смазливое личико, прекрасная фигура, блондинка с голубыми глазами. Приятна всем, мыслить тоже в ее выдающихся способностях, коих она не стесняется.       Эти двое не просто так сидят в столь поздний час в своем офисе. Александр хочет осуществить гениальный план. Завтра они отправятся в поместье Харрис, предложить свою помощь в расследование дела. В таком случае всегда вызывают не только полицию, богачи ещё нанимают детектива. Он уверен, что уговорит их, они — лучшие. А если нет, то соблазнит Элизу или Агату, те попросят дядюшку, результат может закрепить Рэйчел, познакомиться ближе с Данте, а может и самим Чарльзом.       Завтра Александр и Рэйчел должны быть первыми в доме. Быстрее начальника полиции, густого тумана и мелкого дождя. Нужно обработать и покорить семью, кто-то из них обязан взять работать.       Сейчас они изучают информацию о каждом, кто был в доме, в ночь убийства. Под подозрением абсолютно все, да хоть сама Аннет. Садовник и одна из служанок тоже там находились, значит, плюс еще двое в списке. — Идея конечно отличная, раскроем это дело и будем зарабатывать больше на приличных расследованиях, — Линд морщится от приставшего фонаря в окне. — У нас и сейчас неплохие дела, просто появятся более серьезные. Гудман будет либо искать убийцу, либо покрывать за круглую сумму… — швед задумчиво уставился на фото и досье перед собой, невольно вытягивая красивое лицо Агаты Харрис. — А если к нам обратится убийца? Мы будем его покрывать? — оживилась Линд, вытягивая шею, пытаясь рассмотреть на кого пялится Нильсен. — Плевать. Кто больше заплатит, тот и будет нашим клиентом, — пренебрежительно откинул фото девушки, закуривая дешевую сигарету. Ещё одна вредная привычка в этом порочном мире. — Хм-м, отлично. Есть идеи, кто это мог быть? — Кто угодно, Рэйчел. Тебе ли не знать, — мужчина закидывает ноги на письменный стол, втягивает едкий дым и откидывается на спинку старого кресла. — Они все потенциальные преступники, убить тетку ради денег мог любой. Аннет сама была не святой, может, хотела подставить кого-то из них? Нужно пообщаться с прислугой, теми, кто был в ту ночь там. Любой из них Рэйчел… в паре, в группе, манипулируя другим… — нервно стучит пальцами по столу с делами на члена семьи каждого. — Ты прав. Я не буду спать со стариком Чарльзом, только если с Данте и в случае крайней необходимости! — девушка обиженно надула губки, встала из-за стола, медленно подошла к Нильсену и с силой скинула его ноги на пол, сев перед ним.       Мужчина даже не заметил ее появления в своем пространстве. Он уже был на месте преступления, полиция шарит сутки в доме, все газеты трубят. Ноги его летят вниз, а взору открывается миниатюрная блондинка. — Что, Рэй? — Я не хочу спать со стариком… — тянется к его сигарете, к его губам.       Александр хватает ее за затылок и целует, выдыхает горький дым в рот возбужденной девушки. Знает, чего она хочет, и когда у него было настроение для нее, а не очередной дамы из бара он брал Рэйчел. На этом столе, или ее столе, или дома, когда как. — Раньше тебя это не смущало. Ему всего 47, — разрывает поцелуй. Настроение сегодня не то. — Ты посмотри на него! — Тыкает в лицо Нильсена фото пропитого мужчины. — На вид ему все 60! — Не драматизируй, — строгий тон коллеги заставляет ее встать, — это не очередная игра. Спать с кем-либо не нужно. Если возникнет совсем крайний случай — просто соблазнить, войти в доверие. — Прекрасно! — девушка идёт к вешалке и кутается в пальто, — Проводишь меня? Или может, выпьем у тебя? — Не сегодня, Рэйчел, нужно выспаться, завтра трудный день. — До свидания, Александр.       Он не успел даже обернуться, дверь громко хлопнула. Линд расстроилась, что сегодня ее не хотят. Он вообще это редко делает с ней. Обычно, у него много дамочек, да и она утешается в объятиях других мужчин. Почему нет? Любить его так трудно, они вместе с детства. Нильсен нагуляется, а Рэйчел будет рядом. Вроде умная девушка, а успокаивает себя такой глупостью.       Александр кончено не спать собирается, но и развлекаться сегодня совсем некогда. План территории, план дома, подземные ходы, колодцы, часовня, сад. Что ещё там есть? Сколько улик у полиции? Психотип каждого в доме… Гудман…       Это дело его захватывает. Можете назвать спортивным интересом, кто умнее? Кто быстрее? Он, полиция или убийца?       На улице дождь. Ощущение, будто он никогда не закончится, будет лить вечно, утро не наступит, тучи не разойдутся. Говорят, что дождь приносит очищение. Нет же, он марает и топит. Это Англия — безлюдные улицы, сырость и грязь. Александр натягивает шляпу ниже, поправляет ворот плаща, надоедливые, холодные капли так и норовят коснуться его шеи.       Время достаточно позднее, перевозбуждение и ворох мыслей не дадут ему уснуть, поэтому мужчина торопится в самый ближайший и знакомый ему бар около его дома.       Народу немного, уже полночь, а сегодня понедельник. Тусклый свет, тихая музыка, слышно, как барабанит дождь. Темная, не богатая забегаловка для одиноких мужчин. Грубый деревянный пол скрипит совсем неприветливо, окна зашторены почти до конца, легкий свет фонаря льется по центру зала.       Нильсен неспешно подходит к бару, как всегда заказывает дорогой виски, на это не пожалеет деньги. Садится на высокий стул, чуть ссутуливаясь и вдыхая аромат алкоголя. — Александр! Только понедельник, а ты так поздно, тяжелый день? — мужчина в возрасте, бармен по совместительству хозяин заведения, знает своего постояльца в лицо. — Тяжёлый, Ник. Но ничего, скоро все наладится, — Нильсен чинно поднимает стакан и пьёт. О чем он говорит? Что может наладиться?       Ник что-то рассказывает о прошедших выходных, опять его очередные небылицы. Двое рядом заинтриговано пялятся и обсуждают девушку за крайним столиком в конце зала. Что она забыла в этой дыре? Нильсен прислушивается и невзначай оборачивается. Молодая, лицо видно плохо, сидит в тени с пустым столиком, только небольшой стакан алкоголя покоится перед ней. — Ник, что за леди у тебя в такой час? — спрашивает тихо, чтобы похотливые старикашки рядом не услышали его. — Не знаю, мистер Нильсен, сам удивился. Такая красивая, юная, зеленоглазая и очень вежливая. Попросила стакан виски и сидит уже 30 минут.       «Зеленоглазая…»       В голове всплыл образ фотографии Харрис.       «Не может быть… она не может покинуть дом».       Пока эти два надоедливых рядом спорили, кто из них первым к ней подойдёт, Нильсен сам решается, должен проверить. В свою спину слышит неприличные слова и шипение: «Черт, черт, черт, говорил же… смазливый уведёт…»       Александр только ухмыляется и натягивает шляпу на глаза, нужно рассмотреть ее.       Агата Харрис — это она. Сидит в бежевом плаще за столиком дешевого заведения, помешивает алкоголь зубочисткой. Хочет, чтобы льдинки растворились, слишком терпко для неё. В Лондоне было приятнее пить алкоголь, явно этот старик обманул, паленая выпивка, чего ещё ждать от этого места?       Ей просто стало скучно дома. И одиноко. Чарльз пьян, да и его общество не самое приятное для неё. Данте и Элиза… этот идиот, который вечно пялится на ее грудь, пытается запустить свои ручищи ниже талии, пусть остается с Элизой. Ну, а та, как и всегда, строит дурочку, будто Харрис слепая и глупая. Их слишком близкую связь она ещё заметила на прошлое Рождество. Гуляла по тоннелям и… и увидела порочную пару во всей красе. Мерзкое зрелище на ее лице вызвало лишь ухмылку, узнай об этом Чарльз и Аннет…       Вот и сейчас, наплевав на все запреты этих продажных полицейских, ускользнула по своим путям. Брела под дождем через весь город, когда уже вымокла и надоело, зашла сюда. Темно, сыро, плюсом извращенцы за баром.       Витая в закоулках своего разума Харрис не сразу заметила мужчину, которые сел напротив нее. — Добрый вечер, — бархатный тон нарушил ее пространство, завораживающий. У него явно талант интонирования.       Агата подняла глаза в надежде, что это не старый мужлан. Перед ней оказался молодой, лицо плохо видно, ворот натянут, шляпа, высокий и широкоплечий мужчина.       «Он следил за мной, потому что я сбежала? Кто-то нанял детектива? Или убийца отправил за мной из-за наследства?»       Девушка напрягается всем телом, руки убирает в пальто, сжимая ключи правой ладошкой. Если хорошо постараться, застать его врасплох, можно засадить прямо в глаз… — Не стоит волноваться, я вас не трону.       Нильсен узнал ее. Эти большие зелёные глаза въелись в его голову, пухлые губы, аккуратный нос, веснушки — Агата Харрис. — Что Вам нужно, мистер…?       Конечно, Харрис не поверит какому-то проходимцу. Но его тембр, ключик к постоянному, ей интересно, что скрывает эта шляпа, этот человек и его ледяное спокойствие. — Мистер Нильсен — частный детектив.       Мужчина снимает шляпу и смотрит в глаза. Прежде, ни одна девушка так стойко не держалась, красавицы всегда млеют перед ним. Его взгляд проницателен, он будто корректирует тебя, серо-голубой арктический лед узнает все твои тайны. Но Харрис не отворачивается, ее зеленые изумруды также просверлят в вас дыру. Тайны она не видит, конечно, но свои не выдаст.       «Наглая или умная?»       «Что за тип? Детектив? Как нашёл? Кто отправил?» — Полагаю, мне представляться не нужно. Вы в курсе кто я, раз сели за мой стол и представились детективом. Удостоверение у вас имеется? Обойдёмся без прелюдий. Кто и зачем Вас отправил за мной?       Нильсен только усмехнулся. Дамочка с коготками. Убийца или так боится кого-то из своей семейки? — Мисс Харрис, я сам Вас нашёл. Вы, мягко говоря, сейчас не в лучшем положении. Далеко от дома, а должны быть там. Расследование только началось. Заплатили копам?       Девушка хмурится.       «Да он ничего не понимает! Просто узнал меня… шантажирует… журналист!» — И сколько вы хотите денег, Мистер Нильсен, чтобы в свет не вышла статья о том, что я сбежала из дома?       Мужчина откровенно потешается, ровный ряд зубов, небольшие ямочки озарили это грязное место. — Мисс Харрис, вы весьма сообразительны. Мне это нравится. Интересно, но нет, я — детектив. Вот мое удостоверение, — Нильсен тянется во внутренний карман пальто, чтобы достать официальную бумагу, пока Агата гадает, достанет пистолет, чтобы убить ее или бумагу? — Расслабьтесь же, вытащите руки из карманов. Не нужно мне пробивать голову ключом.       Мужчина отправляет ей бумагу через маленький столик, Агата, наконец-то, достает руки из карманов. Звон ключей — в яблочко Нильсен. Оценив подлинность документа в тусклом свете, ждет его действий дальше. — Мне дико любопытно, как вы вышли и почему здесь? — А большое Вам ничего не любопытно? — Кто убил Аннет?       «Да он издевается!»       Девушка хотела было вскочить, но большая рука накрывает ее запястье. Сжимает и мотает головой, как бы говоря: «Не стоит». — Итак, попробуем ещё раз? Как джентльмен начну, Александр Нильсен — частный детектив. Узнал Вас, стало интересно, почему вы здесь. — Агата Харрис, давят четыре стены дома и смерть тетушки. Поэтому я здесь. — Как? — Подземные ходы. — Умно. — Вполне. Это все? — Нет. — Что ещё? — Хочу расследовать убийство вашей тетушки Аннет. — Нет, благодарю, Мистер Нильсен. Начальник полиции с этим отлично справится. — Вы мне не кажетесь такой наивной, Гудман и справедливость — противоположности. — А Вы мне не кажетесь хорошим детективом. — Мисс Харрис, — тон мужчины становится холодным, взгляд сосредотачивается на девушке, следит за каждой реакцией, эмоцией на свои слова. Это важно. — Мистер Нильсен? — Я повторюсь, Ваше положение сейчас незавидно. Я могу вызвать копов. — Вот так? Говорили, что не тронете меня? — Агата. — Наглец! — Ещё какой, наймите меня. — Ни за что! — Подумайте хорошенько.       «Не уйдёшь!»       «Что за индюк такой!»       Положение мисс Харрис и вправду печальное. Что ему стоит вызвать копов, как им объяснить про банальную усталость? Кто ей поверит? Дело с удовольствием и большим шумом закроют.       Пока Агата рассуждает о своей грустной доле, Нильсен следит за эмоциями, она думает, волнуется. Цепкий взгляд подмечает каждую перемену: глаза блестят, зрачки расширены в темноте, ресницы дрожат — сомневается. Рот приоткрылся, слегка прикусила губу, сейчас ответит.       А дальше невольно оценивает: красивая, волосы цвета пшеницы, этот цвет напоминал ему дом и детство, длинные, совсем мокрые локоны свисают на плечах, дорогое пальто завязано на талии, грудь медленно вздымается, дышит глубоко, но волнуется. — Хорошо, Мистер Нильсен. Как вы себе это представляете?       Мужчина очнулся от наваждения по имени Агата Харрис. Она может быть убийцей, хотя ему плевать. Заплатит много и сядет, например, ее дядя, только правильно сфабриковать дело. — Вы завтра утром пригласите меня и мою помощницу. Это обычная практика, громкое дело, копы, детективы. — Почему именно Вы? — Придумаете что-то убедительное, не сомневаюсь, сможете. Насколько мне известно, у Вас с Аннет были хорошие отношения, в сравнении с другими членами вашей семьи. Обо мне узнали от знакомой. Думаю, что такие найдутся, богатые леди ко мне часто обращаются.       Теперь Харрис наблюдает за ним: умный, строгий, красивый. Лицо с правильными чертами, четко очерченные скулы, глаза голубые. Не просто голубой, не яркий, не тусклый, немного серого. Выразительные губы змеятся в этой улыбке. — Сколько же Вам лет, мистер Нильсен, раз среди богатых леди Вы знамениты? — 27 лет от роду, мисс Харрис.       Его улыбка. Она не говорит о доброте душевной, и вроде не насмехается открыто. Харрис это кажется чертовски притягательным, всего лишь на пару секунд. Опасность. От него веет холодом. — А если я завтра не позвоню? Если я убийца? — Я сам приду, Агата.       Повисло молчание. Казалось, дождь закончился, тихая музыка выключилась, двое, пожирающих взглядом Харрис исчезли, Ник не поет себе под нос и не гремит посудой. — Я позвоню. — Моя визитка. Я Вас провожу, те мужчины — они ждут Вас. — Благодарю.       У Харрис не было шляпы. Холодные, тяжелые капли опять противно стучали по ее макушке. Нильсен вновь укутался поглубже в пальто. Больше они не обсуждали предстоящее дело, и ничего другого. Она позволила ему пройти с ней пару кварталов, а дальше одна, не хотела, чтобы знал путь к подземному убежищу.       Мистер Нильсен спешил домой. Завтра начнётся работа по громкому делу. Дело, которое само пришло ему в руки в виде Агаты Харрис. Нужно быть с ней осторожным. Красота и ум. Роковая женщина?       О том же думала и Агата. Нильсену нельзя доверять. Слишком умен. Герой, появившийся из ниоткуда?       Нет. Не бывает никаких героев и роковых женщин в сером, прогнившем мире.