Нуна

— Рюмку соджу, пожалуйста! — кричишь бармену. Вечер пятницы, у бедняги запара. А тут ты со своей рюмкой — нормальные люди бутылками берут, чтобы набухаться в драбадан, но у тебя другие планы. — Ладно. Давай бутылку. — Бармен смотрит на тебя как на умалишённую, но всё-таки достаёт соджу из холодильника и протягивает тебе. Возвращаешься обратно к подругам за столик и радуешь их новой порцией выпивки. — Ну что? Надумала, как соблазнить своего соседа-девственника? — спрашивает Хери, а ты давишься соком, который успела только пригубить. — Какого чёрта?! — уточняешь, вытирая остатки сока со своего подбородка, и ловишь капельку, что успела убежать в ложбинку между грудей. Это не остаётся незамеченным — парни за соседним столиком начинают нахально присвистывать. Ты на это лишь закатываешь глаза и показываешь зазывалам средний палец. — Я же просила не говорить про Наму! — А что такого? Вся наша компания девочек знает, как ты сохнешь по своему соседу по этажу. — Хери смотрит хитро на Лиен, и обе гаденько хихикают, а ты понимаешь: дошли девки до кондиции «До обеда не будить, при пожаре выносить первой». — Да, сохну. Иногда… Чаще теку как сука, но не суть. Ладно. Господа алкоголики, вам пора домой. — Опрокидываешь в себя рюмку соджу и собираешь ваши сумочки. Затем очередь подружек, которые пытаются разбрестись как голодные таракашки. — Пошли ловить такси, пьянчужки. — А сама-то… — хнычет Лиен, когда ты её тащишь в сторону выхода. — Да-да… Я тоже пьянь. — Прикрываешь рот подруги шарфом, потому что алкоголем тащит невыносимо. — Иди давай… Кое-как растолкав обеих по машинам и отправив по домам, идёшь в сторону своей квартирки, тихо напевая песенку себе под нос. Помнишь, что в это время твой сосед должен возвращаться с тренировки, поэтому максимально замедляешься и, заметив его выходящим из проулка следом за тобой, начинаешь шататься и терять путеводители в пространстве. — Нуна, ты в порядке? — тебя заботливо ловят в попытке прилечь на столь мягкую земельку. — Ой… Мой Наму… — тянешь ты лениво, вызывая на лице у юноши яркий румянец. Ну точно девственник. — Ты по какому поводу так налакалась? — отворачивает своё лицо, когда ты в него дышишь перегаром от соджу. — Просто… — спотыкаешься. — Так… Ик… — Просто так не бывает. Что-то случилось? — ты пытаешься вырваться, показывая свою самостоятельность. Он тебя отпускает, и ты сразу спотыкаешься, приземлившись на коленки. — Господи, нуна, ты как? — Всё нормально! — пытаешься встать с колен. — Просто решила обнять асфальт. А что, нельзя? — Можно. — Давит смешок и приподнимает тебя за талию, а у тебя мурашки бегут. Так… Шаг первый. — Наму, ты почему такой замечательный? — тянешь его за ворот кофты и утыкаешься в шею. Парень на это реагирует глубоким выдохом, а ты ухмыляешься. Он пытается направить тебя в сторону подъезда и тянет ускориться. Заваливаетесь в подъезд, и ты тормозишь. Шаг второй. — Я что, совсем тебе не нравлюсь? — проводишь своими ладошками по его широкой спине. Ноготками цепляешь края его футболки и царапаешь кожу. Намджун на это давится и смотрит на тебя ошалелым взглядом. — Нуна, ты чего? — пытается убрать твои руки со своей талии. Заводит тебя в лифт и нажимает кнопку вашего этажа. Шаг третий. — Джуни… Что? Совсем не в твоём вкусе? — притягиваешь за шею и целуешь — нежно, но смазано. Ты ведь пьяная. Тебе можно и промазать. — Нуна, ты слишком много выпила и не контролируешь себя, — тараторит между твоими поцелуями. — И что? — проговариваешь лениво, а сама гладишь его бёдра, пытаясь прижаться к нему теснее. Своей ногой отчётливо ощущаешь стояк юноши и хитро ухмыляешься. — Можно мне сегодня сделать, что я хочу? Мм? Наму? — Нуна… Пожалуйста… — выдыхает, стараясь оттолкнуть тебя. — Джун, пожалуйста… — повторяешь плаксиво и кладёшь его руки себе на талию, пытаясь стать ему такой же нужной. Он вытягивает тебя из лифта и тянет в сторону твоей квартиры. — Код? — спрашивает у тебя, а ты теряешься. Что? Это всё? Серьёзно? Не на ту напал… — Я не помню… — строишь максимально невинное и печальное лицо. Смотришь ему в глаза и видишь его неверие. Однако вопреки всему тебя берут за руку и ведут ко второй двери. — Переночуешь у меня. Завтра на трезвую голову вспомнишь пароль, и всё будет хорошо. — Тараторит, а ты мотаешь головой как самый настоящий болванчик. Главное — попасть в его квартиру, остальное придумаешь на ходу. Парень открывает дверь и толкает тебя вовнутрь. Планировка такая же, как у тебя, только больше тёмных тонов и меньше освещения. — Разувайся. Я пойду принесу тебе вещи. — Уходит, судя по всему, в спальню. Тебе остаётся только снять свои туфельки и пройти в зал, смежный с кухней. У юноши очень уютно. Ты ожидала увидеть тут кучу протухшей еды и гору грязных вещей, но всё, на удивление, чисто, а на полу, судя по всему, можно операцию проводить. Сразу ощущаешь себя той ещё свиньёй, вспоминая гору вещей, что ты каждое утро разбрасываешь, пока собираешься на работу. — Женских вещей у меня нет, вот… — Джун мнётся за твоей спиной и протягивает свою белую футболку и шорты. Ты глупо улыбаешься и принимаешь вещи. Он показывает на стеклянную дверь. — Ванная там. Уходишь в ванную, решив принять душ. Полотенце находишь в шкафчике. На полках множество баночек и тюбиков. Не сдержавшись, открываешь и нюхаешь каждый — в каждом отражается сам Намджун. Так интересно… Проводишь в душе не больше пятнадцати минут и выходишь к хозяину квартиры. — Я тут подумал… Поспишь в моей спальне, а я на диване в гост… — осекается, увидев тебя, а тебя это радует. Всё-таки он не чёрствый пряник, а ты не страшная бабуля. — Хорошо… Прости… — заламываешь пальчики в попытке показать, что тебе стыдно. — Всё нормально. — Он улыбается снисходительно, а тебя это подбешивает. Но ничего… И на твоей улице будет праздник. — Постельное бельё я поменял. Приятных сновидений, нуна. — Спокойной ночи, мой Наму. — Следишь за его реакцией на твои слова и не видишь отрицания. Ну что ж… Игра началась. --- Уходишь в спальню и прикрываешь за собой дверь. Достаёшь телефон из сумочки и принимаешься листать ленту инстаграма. Проверив все обновления, начинаешь играть во все игрушки, что были в твоём смартфоне. Наконец услышав, что хозяин квартиры выключил телевизор и отправился спать, начинаешь отсчитывать десять минут. Тихонько выскальзываешь из кровати и проходишь к двери. Прислушиваешься — кроме тишины, до твоего слуха ничего не доносится. Решаешься открыть дверь и смотришь на диван, что стоит напротив двери в спальню. На диване, свернувшись, лежит Намджун. Ему явно неудобно, потому что этот бугай больше маленького диванчика. И как только додумался уступить тебе кровать — непонятно. Подходишь к дивану и тихонько стягиваешь с юноши одеяло. Он не реагирует, а тебе открывается отличный вид на накачанные бёдра в коротких боксерах. Было бы шикарно созерцать пресс, но этот монах нацепил на себя майку и прикрыл всё прекрасное, что могло радовать женский взгляд. На носочках подкрадываешься к парню, перекидываешь левую ногу через его бедро и присаживаешься на него сверху. Он спит, а тебе дана возможность прикоснуться к нему. Гладишь его волосы, проходишься пальчиком по скулам и этим невинным ямочкам. Левую руку тянешь к его шее и спускаешь её по его плечам. Опускаешь голову и начинаешь нежно целовать его шею, спускаясь к ключицам, что не давали тебе спать по ночам. Набираешься смелости и прикасаешься к его губам — сначала мягко и нежно, затем углубляешь поцелуй и со временем замечаешь, что юноша отвечает, даже стонет в поцелуй. Он кладёт свои руки тебе на бёдра и прижимает ближе к себе. Чувствуешь его стояк своей промежностью и улыбаешься своей победе. Приподнимаешься на своих коленях и трёшься своими трусиками о его член — и Джун стонет в голос. Просыпается от своего громкого голоса и охает. — Нуна, ты чего делаешь? — смотрит ошарашенно, а тебе смеяться хочется. — Собираюсь переспать с тем, кого давно хочу. — Прикусываешь его мочку и стонешь сдавленно, когда он на твоё действие притягивает твоё тело ближе. — Нуна, я же просил… — скулит, а ты не понимаешь, что не так. В тебе проснулась женская обида за неудовлетворённость от нехватки его внимания. Хочется принадлежать этому мужчине. Именно мужчине, потому что ты не видишь в нём юношу даже после его бесячего «нуна» — в тебе мурашки бегают и требуют лечь под него. — Да что не так?! — твои руки трясутся, на глаза давят слёзки, а ты сама уже готова его придушить подушкой. — Я же нравлюсь тебе, я же вижу… — Нуна… — опять это обращение. Оно у тебя уже в печёнках сидит. — Иди к чёрту, Ким Намджун! — пытаешься встать, но твои ноги держат его крепкие руки. — Ну что теперь?! — Я… — лежит под тобой, такой огромный, и не может даже двух слов связать. — Я не знаю, что делать… — Что, прости? — до тебя туго доходит, а бугай под тобой краснеет. И тут в твоей голове происходит просветление. — О-о-о-о-о-о-оу-у-у-у-у-у-у-у… — Не вздумай смеяться. — Смотрит загнанно, а тебе умиляться хочется. Он будет твоим. Только твоим. — И не собиралась. Можно? — тянешь к нему свою ручку, а он заторможенно кивает. Прикасаешься к его груди, и так отчётливо ощущается его сердцебиение. Не врёт, засранец. Цепляешь его майку за края и тянешь наверх — он поднимает руки, позволяя себя раздеть. Рвано выдыхаешь, потому что быть девственником с таким шикарным телом — это просто кощунство. — Какой же ты красивый… — шепчешь ему в ухо и прижимаешься к его груди своими вставшими сосками, которые ощущаются даже через футболку. Он привстаёт и пересаживается поперёк дивана, облокачиваясь на спинку и открывая вид на шею и ключицы. — Нуна… — сжимает твои бёдра, а ты стонать готова, потому что приятно до бегущих по позвонкам мурашек. Плавно сползаешь с его бёдер на ковёр и тянешь ручки к его боксерам. Он смотрит напуганным кроликом, а тебе уже надоело ходить вокруг да около. Цепляешь пальчиками резинку трусов и стягиваешь их с него. Он дёргается от неожиданности, но ты гладишь его бёдра в успокоительном жесте. — Я хочу кое-что сделать. И сделаю… — смотришь на него из-под опущенных ресниц. — А ты просто расслабься. — Ты же понимаешь, что когда говорят «расслабься», тело наоборот принимает форму стального прута? — шепчет тебе в ответ. — Попробуем твой прут на вкус… — он не успевает уточнить, о чём речь идёт, как ты берёшь в рот его красивый член. — О господи!!! — задыхается от накрывших его чувств, а ты улыбаешься. Приятно сводить мужчину с ума. Вот… Упоминает имя господа всуе… Смешной какой… Ему минет делают, а он в набожника превратился. Облизываешь головку — она в меру крупная, блестит от твоих слюней и его соков. Ты стараешься взять в рот хотя бы до середины, но достоинство у твоего избранника слишком большое, нужно немного времени, чтобы привыкнуть. Интересно, а он в тебя вообще поместится? Ну типа… Не разорвёт к херам? Намджуну приятно — такое у него впервые. С тобой в принципе всё впервые. Ты была его первой соседкой после того, как он съехал из родительского дома. Была первой девушкой, которая проявила к нему внимание. Стала первой, из-за кого он кончал во сне прямо в трусы, как школьник. И сейчас ты первая, кто ему отсасывает. Качественно отсасывает, надо заметить. Он не знает, куда ему деть свои руки, мечется по постели и сжимает в ладонях простынь. Тебе надоело его мельтешение — просто берёшь его правую руку и кладёшь на свою голову, а левую — на своё плечо, давая ему полную власть над своими действиями. Он не теряется и сразу зарывается пальцами в твои распущенные волосы, тянет у корней и вызывает гортанный стон. Стонешь, и вибрация от твоего горла прошибает его током. Член берёшь до основания, расслабив своё горло и позволяя юноше натянуть себя до конца. В трусиках давно влажно, ткань липнет к твоему телу и хочется натянуть их посильнее, чтобы вызвать давление на клитор. Секса у тебя давно не было. Если быть откровенной, то со дня заселения этого засранца. Если мужчина на непонравившуюся девушку говорит «У меня на неё не встал», то в твоём случае на всех, кроме него, был лишь один ответ: «У меня на него не течёт». Подруги над тобой смеялись, а ты готова была прибить этого тормоза, который внаглую игнорировал все твои подкаты. Стягиваешь с себя шорты, затем трусики, стараясь не терять темпа и довести юношу до первого полноценного оргазма. Чувствуешь, как его бёдра под твоими руками напряглись, сам сжался, стонет громко и с хрипотцой, от которой кончить можно. Учащаешь движение головой. — Ну-у-у-у-на-а-а-а-а… — хрипит и изливается в твой ротик. Позволяешь ему спустить. Поднимаешь на него затуманенный похотью взгляд и встречаешься с глазами, полными любви и восхищения. Прикольно быть первой. Проглатываешь всё, что получила, и встаёшь с колен. Он следит за каждым твоим движением как заворожённый. Снимаешь плавно футболку и открываешь ему вид на свою упругую грудь и замечаешь, как он громко сглатывает. Подходишь ближе, присаживаешься на его бёдра и тянешь его руки на себя. Он как тряпичная кукла — позволяет собой руководить. — Не бойся… — чувствуешь, как он себя сдерживает, не позволяя своим сильным рукам оставлять на тебе следы. — Прикоснись ко мне… Шепчешь ему в ушко, и у паренька съезжают тормоза. Он накрывает твои губы в поцелуе, смешивая свою слюну с твоей с привкусом собственной спермы. Руки тянет к твоей груди и сжимает соски, вырывая из тебя сладкие стоны. Елозишь промежностью по слабо вставшему члену, но начало положено — второй раунд не за горами. — Я точно могу? — смотрит в твои глаза и действительно ждёт твоего ответа. Смешной… Но ты принимаешь его правильную сторону и даёшь согласие. Он проводит своей ладонью от груди вдоль живота, оглаживает пупок и спускается к твоему лону. Ты выдыхаешь ему в губы, когда его пальцы касаются клитора. Приподнимаешься и сама насаживаешься на его руку. Так давно не ощущала в себе мужчину, но этого всё равно мало. Опускаешь голову вниз и видишь, как его пальцы входят в тебя, — это слишком красиво и пошло. Замечаешь, что юноша опять готов. Елозишь немного, придвигаешься ближе и вытаскиваешь его пальцы. Он смотрит с опаской. — Я что-то сделал не так? — ну до чего сладкий малыш. Не отвечаешь — придерживаешь его член своей ручкой и направляешь в себя, пока сама плавно насаживаешься. Такой большой — приходится делать всё медленно, чтобы не было больно ни тебе, ни ему. Чувствуешь своими стеночками каждую венку на его члене. Так приятно… — Блять!!! — разносится на всю квартиру его не то крик, не то стон, когда ты опускаешься до основания. Приходится взять паузу: ты опускаешь свою голову на его плечо, грудью ощущаешь его частое сердцебиение. Поворачиваешь лицо и видишь, что он жмурится. — Всё так плохо? — скулишь ты, а самой не хочется слышать ответ. — Это… Это слишком… — ну вот, провалилась с треском твоя попытка соблазнить парня. — Слишком охуенно… Нуна… Почему так хорошо? — Мой Наму умеет ругаться? — спрашиваешь в его губы, медленно приподнимаясь и ловя его стон. — Твой Наму сейчас умрёт… Господи… — сжимает твои бёдра, и ты чувствуешь, как он начинает тобой управлять, самостоятельно насаживая на свою плоть. Приподнимаешься и тянешься к его губам. Руками держишься за плечи, иногда царапая ноготками его спину. Так хорошо никогда не было. Это что-то волшебное… Сродни чуду, когда находишь своего человека. С каждым толчком Намджун начинает порыкивать в поцелуе, и ты уже не чувствуешь себя хозяйкой положения. Наконец-то разбудила в нём зверя. Улыбаешься своим мыслям, и парень это замечает. — В такой момент можешь улыбаться? — смотрит серьёзно, а у тебя всё сжимается внутри. Это кто такой? Кто выпустил демона из шкатулки? — Значит, я не сильно стараюсь… Ну, мы это исправим. Не успеваешь спросить, как он это исправлять собирается, — тебя приподнимают на руках и кладут на диван. Член на мгновенье выскальзывает из тебя, и ты стонешь от потери чувства наполненности. — Прости, нуна… Ты сама этого захотела… — шепчет тебе в губы и резко входит на всю длину, вырывая крик. Целует страстно и с особым вкусом, повелевая твоим телом и душой. Не успеваешь вдыхать полной грудью — слишком хорошо. Его член входит под особым углом и дарит невообразимое удовольствие. Надо бы уточнить, а он правда девственник? Они вроде не такие инкубы в постели. Джун сжимает одной рукой твою талию, а второй придерживает бедро. Ты смотришь ему в глаза, и в них отражается затраханная, но такая счастливая версия тебя. Тянешься к его губам, и он не отказывает тебе в этом — целует долго и протяжно, не позволяя тебе прийти в себя. Вбивается в тебя в своём собственном темпе, а когда ты на грани оргазма — замедляется и смотрит в самую душу, улыбаясь как дьявол. Господи, ты создала чудовище. Но это даже интересно. — Джуниииии… — стонешь долго, потому что хочется кончить и не балансировать на грани удовольствия и боли. — Только попробуй. — Не поняла-а-а… — Только попробуй меня после такого кинуть! — сжимает в правой руке твою грудь, а тебе кажется, что за самое сердце держится. — Ты о чём вообще?! — сил нет, остаётся только хрипеть и скулить под властью этого альфача. — Будешь моей девушкой? — усиливает толчки, и ты получаешь самый охуенный оргазм за всю свою половую жизнь. — Да-а-а-а-а-а-а… Господи… — сжимаешься вокруг его члена. Он упирается лбом в твой и смотрит в глаза, так доверчиво и сильно. Сжимает твою талию, когда кончает, — наверняка останутся синяки. Но тебе всё равно… Пусть метит своё… Слишком долго ты на него слюни пускала. — А ты знала, что я влюбился в тебя? — выдыхает, когда валится сверху обессиленным бревном. — А я в тебя… — шепчешь ему в макушку, потому что голова этого бугая покоится на твоей груди. — С первого взгляда… — Нуна… — целует нежно. Вернулся тот самый Наму, который будет с тебя пылинки сдувать днём… И драть как последнюю суку ночью. И ты вправду создала чудовище… Только это чудовище принадлежит исключительно тебе. --- Flashback — Одна рюмка? Ты серьёзно? — Хери смотрит на тебя неверяще. — Ты собралась его соблазнить одной рюмкой алкоголя? — Да… Выпью и сделаю вид, что пьяная в дрова… Он у нас мальчик сердобольный… Мимо нуны не пройдёт, да в беде не оставит. — А ты хитра… Если не прокатит, то свалишь всё на свою пьяную невменяемость? — Агась… — улыбаешься подруге, понимая, что дошла до ручки. Только это уже неважно… Главное — заставить его принять чувства девушки из соседней квартиры. Конец flashback