Личный телохранитель

Леонид шел сквозь высокую стену огня, чувствуя, как хрустят под ногами кости павших солдат. Он слышал их зловещий шепот, ощущал, как острые когти хватают его за руки и ноги, видел, как горят синевой их мертвые глаза и скрежещут зубы. Над головой хрипло кричали стервятники, ожидая, когда у него кончатся силы и он упадет замертво, чтобы затем выклевать глаза из его мертвого тела. Идти становилось все тяжелее, жар огня разъедал внутренности, шепот мертвецов делался все громче: — Иди к нам, — слышал Леонид голоса, от которых кровь стыла в жилах. — Обернись! Мы ждем тебя. Вот он почувствовал, как что-то обхватило его ноги, разрывая ткань штанов и царапая кожу. Он споткнулся, закричал и рухнул куда-то вниз, в бездну. — Лёня! Лёня! — слышал он смутно знакомый голос где-то над головой. — Лёня! Проснись, Лёнь! Ты меня слышишь? Резко распахнув глаза, Леонид понял, что весь дрожит. Сильные руки крепко обнимали его за плечи, но он, не сразу сообразив, кто это делает, в ужасе шарахнулся в сторону. — Все хорошо, старлей. Я с тобой, я рядом. Это всего лишь сон, — убаюкивал голос, и до Леонида наконец-то дошло, кому принадлежит этот голос. С лица струйками стекали капли пота, руки мелко дрожали, сердце в груди глухо стучало. Воздуха не хватало. «Сон. Всего лишь сон», — с облегчением подумал Леонид, шумно хватая ртом спертый воздух. Кошмар понемногу отступал. Степан сидел рядом, нежно поглаживая по спине, и от этих прикосновений Леониду делалось спокойнее. Внутри шевельнулось непонятное чувство, нечто похожее на вину: перестал пить таблетки, и вот результат — кошмары вернулись. До чертиков перепугал любимого человека. — Извини, я тебя, наверное, напугал? — прохрипел Лёня, повернув голову к Степану. Робко улыбнулся и рассеянно провел рукой по волосам. На лице Данилова читалась целая гамма чувств: страх, волнение, сострадание и безграничная любовь. — Давненько ничего подобного не снилось. — За что ты извиняешься, Лёнька? — тихо ответил Степан и крепко прижал Лёню к себе, нежно целуя в мокрую макушку. Чуть отстранился, ласково потерся носом о щетинистую щеку старлея. — Ты прошел через настоящий ад. Видимо, мне нужно самому почаще являться к тебе во снах и прогонять все плохое.       Леонид улыбнулся и сильнее прижался к теплому и такому родному человеку. — Да, ты уж постарайся. Ты же сам заделался моим личным телохранителем. Степан усмехнулся и припал губами к шее Леонида чуть ниже уха. Туда, где еле ощутимо бился пульс старлея. Лёня расслабился и довольно засопел. Обрывки жуткого сновидения испарились, как роса от солнечных лучей. Тишину этого нелегкого, но все же доброго утра прервала громкая трель телефона. Леонид, услыхав мелодия звонка, немного напрягся. — Лёнь, у нас выходной, — недовольно пробурчал Степан, не желая выпускать из объятий любимого старлея. — Идут все к чертям. — Прости, Стёп, но я должен ответить. Это мама. А она звонит очень редко, ты же знаешь. Тем более в мой выходной. Степан тяжело вздохнул, признавая правоту старлея, и нехотя перекатился на спину, выпуская Лёню из своих объятий. — Да, — ответил Леонид, придав голосу немного сыновьей теплоты. На том конце мобильной связи ему что-то ответили, и старлей переменился в лице. В его голубых глазах промелькнуло сначала удивление, затем растерянность, а потом гнев. Плотно сжатые губы и вздувшиеся венки на шее говорили о том, что он с трудом сдерживается, чтобы не закричать. — Мам, стой! — громче, чем хотелось бы, произнес он в итоге. — Ты что такое говоришь? Я понятия не имею, где она может быть! Почему ты звонишь по этому поводу мне? Как ты вообще могла до этого додуматься?! Степан, поднявшись с постели, вперил напряженный взгляд в разъяренного Леонида. По лицу старлея можно было подумать, что еще мгновение - и он со всей силы запустит телефон в стену. — Мама, я не с ней. — Яростно прошипел Леонид. — Я сейчас приеду и сам ему все скажу. — Что стряслось? — озабоченно спросил Степан после того, как Леонид нажал на «отбой». — Катя пропала, — нахмурившись, ответил Леонид. Мало ему было ночного кошмара, так теперь еще и это. — Оставила детей у своей матери и сбежала. Написала мужу записку, что хочет быть со мной, и исчезла. Ее со вчерашнего вечера не могут найти. К моим родителям притащился её муженек и требует, чтобы они сказали ему, где я нахожусь. — Чёртова девица! — рявкнул Степан, с досадой ударив кулаком по постели. — Она точно не в своем уме. — Ее муж уверен, что она сейчас со мной, — возмущался Субботин. Он подошел к стулу, на котором висела его одежда, и принялся одеваться. — Думаю, пришло время познакомить тебя с моими родителями. А заодно и расставить все точки над i. А то этот цирк уже порядком насточертел. — Ты уверен в этом, Лёнь? — склонив голову на бок, взволнованно спросил Степан. Внезапно он ощутил легкий мандраж. Предстоящая встреча с лёниными родными немного пугала его, но одновременно с этим Степа понимал, что больше им не придётся скрываться и Леонид спокойно сможет перебраться к нему. Насовсем. На душе стало трепетно-волнительно. — Да, — уверенно кивнул Лёня. — Давно нужно было это сделать.

***

В доме у родителей было очень тихо. Было слышно лишь, как часы отмеряют минуты и как бормочет на кухне радиоприемник. Мама любила слушать музыку, пока возилась с ужином или когда вязала. Едва Леонид вошел в светлую гостиную, как его глаза тут же уткнулись на ненавидящий взор высокого мужчины средних лет. Завидев Леонида, тот вскочил с дивана, в два шага оказался возле него и, схватив за ворот рубашки, с силой дернул на себя. Верхняя пуговица с треском оторвалась и покатилась по полу. Мама Леонида вскрикнула, отец поднялся со стула. Кошка Анфиска, громко мяукнув, рванула под шкаф. — Где она? — прорычал мужчина. Он намеревался сказать что-то еще, но в этот самый момент его с силой оторвали от Леонида. — Руки убери, — прошипел Степан, отшвырнув мужчину в сторону. — Следить надо лучше за своей женой, а не кидаться на всех подряд. — Лёнечка, сынок! — подойдя к сыну, запричитала Надежда Степановна. — Ты правда не знаешь, где Катенька? — Понятия не имею! — рявкнул Леонид. — С чего вы вообще решили, что она со мной? — Она оставила записку! Написала, что любит тебя и собирается жить с тобой. — Злобно прошипел катин муж, поправляя серого цвета пиджак. Слава Ершов, вспомнил Леонид. У него в Малиновске сеть продуктовых магазинов и несколько автосервисов. Лёня с ним пересекался пару раз по делам еще до армии, но близко не общался — разница в возрасте была слишком большой. Тогда Слава Ершов только-только начинал коммерческую деятельность и неплохо ремонтировал автомобили и мотоциклы. Леонид таскал ему в ремонт свой старенький мопед, который держался на одном лишь честном слове. — А с чего вы решили, что я намереваюсь жить с ней? — спросил Леонид, удивленно вскинув брови. — Да из-за тебя, гнида, я все эти годы чувствовал себя идиотом! — рычал Слава, снова приближаясь к Леониду, но ему немедленно перегородил дорогу Степан. Ершов окатил Данилова презрительным взглядом, но все же рисковать не стал. — Она все эти годы плакала по ночам, вспоминая о тебе. Зачем ты вообще вернулся? Рано или поздно она бы забыла о тебе! — Слава, — устало вздохнул Лёня, усаживаясь на диван. — Я никогда не любил твою жену. И жить с ней не собирался ни раньше, ни тем более сейчас. — Твоя мать сказала, что ты живешь с какой-то девицей, — сощурив глаза, сказал Ершов. По его лицу было понятно, что он не верит ни единому слову Леонида. — И это случилось именно в тот момент, когда Катя начала куда-то уходить по вечерам. Тебе не кажется это странным? — Мне вообще кажется странной вся эта история, — едва не закричал Леонид. — Ты мне лучше ответь — почему же ты в таком случае не проследил за своей женой? Не запер дома? Не показал психиатру? Почему ты допустил, чтобы твоя жена по вечерам шаталась неизвестно где? А? Давай, скажи, что ты весь такой трудяга, деньги зарабатываешь. У тебя жена родила недавно, мог бы и побольше уделять ей внимания! Ершов ничего не ответил. Он весь покраснел, как зрелый помидор, и отвернулся к окну. При этом Леонид удовлетворенно отметил, что у мужчины дрожат руки, хоть он и пытается это скрыть. Степан, сев рядом с Леонидом, положил ему руку на плечо и успокаивающе сжал. Лёня, ощутив прикосновение любимого человека, сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями, которые лихорадочно метались в его голове. Его родители молчали, глядя то на сына, то на Славу. Внезапно до Лёни дошло, что он до сих пор не представил им Степана. До этого дня они его вообще ни разу не видели. Набрав в грудь больше воздуха, он перехватил обеспокоенный материнский взгляд и произнес: — Мам, я никогда не говорил, что встречаюсь с девушкой. — Но как же, сынок?! — Надежда Степановна, сидя в кресле, недоуменно округлила глаза. — Ты же ночевал все эти дни у кого-то. И ходил весь счастливый. Я и решила… — Мам, — перебил ее Леонид. — Я сказал, что встречаюсь кое с кем. И вы с отцом прекрасно знаете, что я всегда относился к Кате как к младшей сестре. Так с чего вы вообще предположили такую нелепость? Неужели вы, мои самые близкие люди, решили, что я способен увести из семьи женщину? Отец и мать переглянулись, и Лёня заметил, что мама виновато ссутулила плечи. — Слышь, брат! — рявкнул Слава, снова начиная злиться. Он совершенно не верил Леониду и намеревался выбить из него правду любой ценой. — Ты нам тут зубы не заговаривай. Где моя жена? — Так с кем же ты встречаешься, сынок? — спросила Надежда Сергеевна, проигнорировав выпад Ершова. — Со мной, — разрезал воздух голос Степана. — Я — парень Леонида.