Sorry

«Женщина священна; женщина, которую любишь — священна вдвойне» Александр Дюма

Утро. Холодные струйки воды стекают по лицу и смывают дремоту, а вместе с ней всю грязь, которую он собрал на себе за одну ночь. Глаза еле открываются, а мозг плохо воспроизводит события вчерашнего вечера. Деловая встреча Вроде договор Потом такси Бокал Бурбона Постель… Прокручивает смеситель и останавливает поток воды. Подходит к зеркалу, которое запотело. Отлично. Не увидит своего лица. Тошно от самого себя. Капли воды капают с каштановых волос, разбиваясь о мраморную поверхность белой раковины. Бокал Бурбона. Один? Два? Постель… Черт. Руки с силой сжимают края раковины, что, казалось, твердый камень не выдержит такой ярости, отчаяния. От такой ненависти к себе дыхание учащается, парень теряет контроль над собой, над своими эмоциями. Мир меркнет, перед глазами только его лицо. Лицо, по которому он сам себе хочет врезать. Разбить и увидеть, как струйка крови стекает вниз. Эмоции кипят, как в самом жерле вулкана, и вот-вот зеркало напротив превратится в тысячу осколков. Но женский голос за дверью ванны заставляет его насторожится и вынырнуть из глубин своих мыслей. Они дома вдвоем. Никого нет. С кем она может разговаривать? Он берет полотенце, обматывает вокруг бедер и покидает ванну. Заходит в спальню, где на кровати лежит брюнетка и блаженно потягивается. Рядом с ней валяется его телефон, который лежал на прикроватной тумбочке. Это заставило немного насторожиться.       — Доброе утро, Алекс, — сонно мурлычет девушка, бегая глазами по оголённому торсу мужчины. Капли воды соблазнительно стекали вниз и пропадали под полотенцем. От увиденного она игриво закусила нижнюю губу.       — С кем ты разговаривала? — проигнорировав ласковое обращение девушки, он строго обратился к ней, кидая взгляд на свой телефон. Ухмыльнувшись, она встала с кровати, не стесняясь своей наготы. Проигнорировав заданный ей вопрос, девушка свободно прошагала мимо, словно его тут и не было. Резко взяв за руку, он остановил её и заставил взглянуть на него, встречаясь с холодными айсбергами его глаз.       — Я задал вопрос, — сквозь зубы проговорил Александр, — отвечай.       — А вчера ты был более ласковый, — она лукаво улыбнулась, обводя взглядом его лицо, — может еще бурбона?       — Отвечай!       — Так возьми телефон и проверь, — резко ответила девушка, вырывая свою руку из его хватки. Перед выходом из комнаты она остановилась, повернулась и выкинула лишь одну фразу:       — Только уже сомневаюсь, что Агата захочет тебе отвечать. Быстро он подбирает свои вещи, попутно надевая их и, словно пуля, вылетает из квартиры. Мокрые волосы всё ещё капают на сухую рубашку, а руки судорожно набирают номер девушки. Сев за руль, мужчина с силой давит на газ, и с громким рыком мотора машина рванулась с места. Летя по улицам города, он не переставал звонить ей, но каждый раз вызов заканчивался бьющими по ушам гудками. Которая это уже попытка дозвониться до неё? Двадцатая? Двадцать пятая? Принимая то, что она не ответит, парень откинул голову на спинку сиденья, устало закрывая глаза. Руки крепче вжались в кожаный руль, а на скулах заиграли желваки. Злился ли он на себя? О, Александр себя возненавидел и возненавидит ещё больше.

***

Дом встретил его глухим молчанием.       — Агата? Тишина. Пройдя в зал, он увидел оставленную на столе открытую книгу и чашку с недопитым кофе. Время в доме словно застыло. Угнетающая и пугающая тишина с каждой секундой всё больше вгоняла в панику. Мужчина поднялся на второй этаж и ворвался в их спальню, но и она была пустой. Никого. Пусто… Как и у него на душе.       — Агата! — Громче крикнул Александр, надеясь, что девушка где-то дома. Но в ответ опять тишина. С кучей мыслей и вопросов, что разрывали его изнутри, плюхнулся на диван в зале и подпер голову руками. Он сидит один в пустом холодном доме. Она ушла. Решив проверить свои догадки, Александр опять направился в спальню. Открыл шкаф, в голове всё перемешалось в кашу. Все вещи аккуратно были сложены на полочках. Прикрыв дверцы, снова обвёл взглядом спальню и остановился на полке с фотографиями. В руках оказалась рамка с фотографией, на которой они стоят вместе. Это было в Стокгольме, на главной площади города. Счастливая улыбка, искрящиеся глаза. Она ласково обнимает его двумя руками и прижимается к груди, а он улыбается в камеру, обнажая ряд ровных белоснежных зубов. Грустная улыбка появляется у него на лице, пальцами проводит по холодному стеклу, обводя лицо девушки. Вернувшись в зал, он снова принял попытки дозвонится, но, увы, безрезультатно. Поэтому решает просто сидеть и ждать. Неизвестно чего, неизвестного кого. Просто ждать. Надеется, что она перезвонит, что её незапланированно вызвали на работу, что просто не слышала его пятьдесят пропущенных. Самые долгие и мучительные часы его жизни начали свой ход. На город уже опустился вечер, а вместе с ним ещё пару тонн беспокойства. Агата так и не перезвонила, не вернулась. Ничего. Словно испарилась в воздухе, провалилась сквозь землю. Александр сидел в зале, устало откинувшись на спинку дивана, и держал в руках телефон, надеясь, что в какой-то миг он завибрирует и издаст громкий звук входящего звонка. Он примет вызов, услышит её мелодичный и родной голос, но, увы, это уже было что-то из ряда фантастики. Какие только мысли не крутились в голове парня. Они бились о черепную коробку, словно доставляя физическую боль. Ненависть на себя с каждой секундой начинала давить тяжёлым грузом, что вот-вот его расплющит на сотни мелких кусочков. Он всегда держал себя и свои эмоции под контролем. Всегда. Что пошло не так вчера? Неужели мужчина стал так падок на короткие облегающие юбки, милые невинные взгляды и предложения выпить чашечку кофе? Кофе, которое опьяняет? Эмоции внутри не бурлили. Нет. Они разрывали, сжигали дотла каждую клеточку его тела. Ты идиот Нильсен, самый большой в мире идиот. Тишину в квартире нарушает звук открывающегося замка. Подрываясь с места, он мимолетно оказывается возле неё. Вернулась. Но… Агата стоит, опустив голову вниз, даже не смотрит на него. Ничего не говорит. Александр замечает на раскрасневшемся лице любимой слезы, что безостановочно бежали по её щекам и падали на пол. Тело редко и мелко вздрагивает от всхлипов, что она держала в себе. Дрожащими руками девушка снимает с себя пальто и вешает на вешалку, но не поворачивается, чтобы не встретится с его взглядом. Чтобы не слышать его голос. Чтобы не чувствовать его аромат. Он стоит. Внутри все ноет и болит от одного лишь такого вида его Агаты. Не знает, что сказать, что сделать, ведь, как можно оправдать измену? Она навсегда останется предательством в глазах того, с кем ты так подло поступил. Ведь это Александр виноват в том, что сердце девушки сейчас разрывается от боли и отрицания всего происходящего. Ведь это он разбил его, а сейчас стоит и неосознанно своим присутствием топчет оставшиеся осколки. Руки сами тянутся к ней, но стоило им только коснутся её плеча, Агата резко вздрагивает, словно от электрического заряда, что прошелся по её телу. Медленно развернувшись, не поднимая своего взора, она прошла мимо, словно его тут нет. По крайней мере, девушка пыталась это себе представить. Александр наблюдал за уходящей на кухню девушкой. Глаза защипало, а дыхание участилось. Тяжелый ком встал поперек горла, не давая возможности сделать такой нужный глоток воздуха. Теперь и его сердце начинало медленно трескаться и крошиться. Агата бы никогда не стала причиной этого, она бы ласково и бережно подобрала бы осколки и собрала бы обратно. Они бы царапали её ладони, резали кожу, но она всегда бы улыбалась и, говоря, что всё в порядке, продолжала бы их собирать. Пройдя вслед за девушкой на кухню, он остановился в дверном проёме, удивленно наблюдая как она накрывает на стол, кладя две тарелки и столовые приборы. Руки все так же дрожат, а плечи подрагивают. Мужчина прикрывает глаза и тяжело вздыхает. Это будет сложно, но другого выбора у него нет, и он не хочет его искать. День первый: Я изменил ей один раз в жизни. До сих пор не знаю, зачем я это сделал, ведь, мы любили друг друга больше жизни.