Sorry

song: SYML — Where's my love (acoustic version)

Подушечки пальцев проходятся по шершавой бумаге, но сейчас организм воспринимает все неправильно. Каждое касание, словно она гладит кактус, а иголки больно впиваются в нежную кожу рук Агаты. Пальцы дрожат, хотя, что скрывать, всё её тело пробивает мелкая дрожь от каждого вдоха. Она все никак не хочет воспринимать тот факт, что буквально через пару часов её прошлая жизнь останется лишь еле слышным отголоском. В сумке лежит билет на самолёт, который девушка покупала, буквально пересиливая себя и стирая соленые капли с щёк. Ручкой она медленно выводит каждое слово, каждую буковку, вкладывая в эти закорючки все свои чувства. Признание гладко и быстро скользит из-под её руки, казалось, что Агата заучила этот текст наизусть и писала его не впервые. Но только слезы, что капали на бумагу, размывая черные чернила, портили всю красивую картинку прощального письма. Она опустила уже правила грамматики и оставляла без внимания ошибки, что проскальзывали в некоторых словах из-за того, что сейчас мозг отказывался нормально функционировать. Последняя точка. Буквально точка на всем, что хлипко держалось последнюю неделю. Сейчас Агата чувствовала себя тем самым человеком, кто стоял на противоположной стороне обрыва, который соединялся тонким шатким навесным мостом. Увесистый топор, один взмах и обрубает все тросы, а сырые доски целым рядом летят вниз, ударяясь и ломаясь о другую сторону обрыва. Она опять пробегается глазами по строчкам, закрывая рот ладошкой, сдерживая отчаянный вопль, потому что сил уже нет. Хочется закричать, и плевать, что кто-то может услышать, хочется выть воплем от той боли, что уже въелась в каждую крупицу её души. Словно она эпицентр всей печали. Агата хотела спасти этот тонущий корабль, спасти всех и всё, но сама пошла ко дну, позабыв про себя. Слезы уже не помогают, просто катятся и капают на лист бумаги, в который она намертво вцепилась. Аккуратно сложив бумажку, прижимает её к губам. Нет, девушка не оставляет красивый след от красной помады, как бы это было в кино. Она прощается с тем непосильным грузом, что свалился ей на плечи, прощается с пережитыми эмоциями и чувствами, которые раздирали её изнутри, рвали в клочья, сжигали последнее время. Те самые чувства, что опустошили её без остатка. Агата кладет письмо на кухонный стол и отходит в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок. Холодная вода становится спасением для разгоревшегося лица. На ней нет макияжа, и сейчас она может видеть каждую родинку, веснушки, что рассыпались на её лице. Бегает взглядом по чистому лицу и промокает его полотенцем, стирая стекающие капли. В зеркале она. Теперь девушка понимает это. Это Агата. Да, возможно, исхудавшая. Возможно, с огромными синяками под глазами и полупрозрачной тонкой кожей, под которой виднеется сплетение вен. Возможно, с усталым, замученным и пропитанным её болью взглядом. Возможно, полуживая. Опустошенная. Но это она. Она не виновата и сейчас признается себе в этом, шепча своему отражению, словно чужому человеку. — Ты не виновата, что так сильно его любила, — она опять плачет. Но, скорее, это слезы маленького непроглядного счастья, смешанного с отчаянием. Улыбка расползается на её лице горькая и фальшивая. Но Агата улыбается себе назло. Сквозь стиснутые зубы. Она уедет. Начнет новую жизнь. Полюбит кого-то так же сильно и начнет все сначала. Потеряется в делах, заботах. Склеит суперклеем осколки от разбитого сердца и скроет их золотой краской. Вычеркнет его и все, что было между ними. Сожжёт все мосты. Так будет правильнее. Так будет лучше для неё и для него. Она агрессивно стирает слезы рукавом теплой кофты и напоследок бросает взгляд в зеркало.

Flashback

— Алекс, мы опоздаем на день рождения, — смеется Агата, когда чувствует щекочущее дыхание Александра на голой шее. — Ничего страшного, — мурлычет он, проводя кончиком носа по бархатной коже, что пахла его гелем для душа. — Прекрати, мне щекотно, —смеется она, — всё. Всё! Александр останавливается, прислушиваясь к её словам и заключая в кольцо своих рук, крепче обнимает, прижимая к себе. Агата кладёт свои руки на его, что по-собственнически покоились на её талии, и смотрит на их отражение в зеркале. Она счастлива. Как лучик яркого солнца, источает своей улыбкой и взглядом тепло, что греет его душу. Зеленые глаза, цвета свежескошенной травы, дарят ему успокоение и невиданный восторг, когда те радостно щурятся. Агата ласково поглаживает его сильные руки с переплетением вен, которые перекатывались под кожей, когда он что-то ими делал. Любовалась его голубыми глазами, что при первой встрече показались ей настолько холодными, от чего табун мурашек пробежался по всему телу. Но сейчас она смотрит в них и видит любовь. Настоящую любовь. Они какое-то время смотрят на их совместное отражение в зеркале. Красивая картинка, которая навсегда запомнится Агате и Александру. — Я люблю тебя, — говорит она, улыбаясь. — Я тоже люблю тебя.

***

Девушка отмахивается, прогоняя призрачное воспоминание из своей головы. Забудь. Она медленно подходит к приготовленному чемодану с вещами и тихо выносит его в коридор. Останавливается возле шкафа, аккуратно открывает его и накидывает на свои плечи кашемировое пальто.

Flashback

— Агата, на улице слишком холодно, надень пальто, — строго говорит Нильсен, стоя в проходе и сложив руки на груди. Он критичным взглядом проходится по легкому шифоновому платью девушки и снова смотрит ей в глаза. — Алекс, мы все равно на машине, — непринужденно отвечает Агата, поправляя прическу и захватывая маленький клатч, подходящий к платью. — Что? — Удивленно спрашивает она, когда Александр преграждает ей дорогу к полке с обувью. — Ты никуда не пойдешь, пока не наденешь пальто, — спокойно выговаривает он. — Какая же ты бука, Нильсен, отойди, — недовольно фыркает она, отпихивая Александра с пути. Он довольно улыбается проделанной работой, когда видит, как возмущенная Агата подходит к шкафу, доставая оттуда пальто. — На улице холодно. Надень пальто, Агата, — бубнит себе девушка, пытаясь скопировать его голос, — тоже мне, мамочка нашлась. — Предпочитаю, когда меня называют папочкой, моя девочка, — хрипло шепчет он прямо над её ухом, пока Агата стоит, оцепенев от внезапно нахлынувшего возбуждения от одного только его шепота. Как он так незаметно подкрался? — Ой, да пошел ты, — она пихает его от себя, слыша, как мужчина заливается смехом, её любимым, который может слушать часами, — извращюга, — бубнит девушка, пытаясь подавить улыбку и скрыть каштановыми локонами порозовевшие щеки. — Пошли, — он кладет руку ей на плечо и выводит из дома, — извращюга, — повторяет Александр, снова улыбаясь, — кто бы говорил, Харрис. Она опять пихает его локтем и сама уже еле сдерживает смех. Ну как можно быть таким невыносимым и до невозможности любимым?

***

Забудь. Агата оглядывает коридор и тихим шагом движется в гостиную, в которой сейчас горит только торшер, что освещает спящего на диване Александра.

Flashback

— Извини, котёнок, но я не смогу провести с тобой выходные, — говорит Александр, сканируя взглядом экран ноутбука. — В смысле? — Агата хмурится, отвлекаясь от книги и поднимая голову с его плеча. — Мне нужно на пару дней отправиться в командировку по работе, — он поворачивается и смотрит на недовольную девушку. — А почему ты не мог сказать об этом раньше? — Выпаливает она. — Может, я купила нам билеты в кино или в музей, на концерт? Заказала столик в дорогом ресторане? Неважно! — Я забыл, вылетело из головы из-за всей суеты, — громче говорит Александр. — Забыл он. Конечно. — Она встаёт, гневно захлопывая книгу. — Ты серьезно сейчас обидишься из-за того, что у нас не получилось сходить в какой-то ресторан или кино? — С претензией в голосе говорит Александр вслед уходящей девушке. — Агата Элизабет-Харрис, я не договорил! Он откладывает ноутбук в сторону и встаёт, быстрым шагом догоняя девушку в коридоре. Она сама останавливается и резко поворачивается, смотря своими потемневшими от гнева глазами. — Это уже не первый раз. Не первый раз ты обламываешь все планы на выходные с тобой неожиданными встречами и командировками. Когда мы последний раз просто один день проводили вместе? Весь день, а не только три часа после работы! — Она кричит и возмущенно размахивает руками, прожигая взглядом Александра, который, кажется, стоит как каменное изваяние и не выражает ни одной эмоции. Только глазами стреляет злобные молнии. — Не кричи на меня, — со сталью в голосе говорит он, сжимая зубы, чтобы самому не вспылить и не подлить масла в полыхающий огонь. — А что, я не права? — Игнорирует его просьбу Агата, подходя ближе. — Скажи! Разве я говорю неправ… Она не успевает договорить, как губы Александра впиваются в её, увлекая в страстный поцелуй. Он с силой впечатывает её в свой торс, не давая выбраться из сладостного плена. Агата недовольно мычит, пихается, упирается ладошками в стальную мужскую грудь и пытается оттолкнуться, понимая, что все равно не получится вырваться. Хотя хотела ли она уже так яро отпрянуть от него? Сдалась, поддаваясь манящим губам, что властно овладели ею. Девушка виснет на его руках, как тряпичная кукла, марионетка, не в силах бороться с дрожащими коленками и теми эмоциями, что он пробуждал в ней. Она сама с ярым желанием поддается ему, давая возможность их языкам сплестись. Страсть, гнев и неистовое желание слились в один опьяняющий коктейль, которым они упивались. — Успокоилась? — Спрашивает Александр, оторвавшись и разглядывая припухлые от поцелуев губы, помутневший и растерянный взгляд, которым она смотрела на него. — В этот раз тебе не удастся так легко отвертеться, — с долькой недовольства шепчет Агата. — Ну это мы посмотрим. Он припадает к её шее, осыпая её быстрыми поцелуями и проходясь кончиком языка по прохладной коже, что мгновенно покрывается мурашками. Агата прикрывает глаза, выпуская стон наслаждения вместе со всем воздухом, что наполнял её лёгкие, и поддаваясь секундному блаженству от манипуляций, которые мужчина проделывает с ней. Она буквально тает в его руках, как льдинка на палящем солнце. Но такой расклад хоть и был желанным её телом, сама она уже устала от этого. Агата попыталась оттолкнуть Александра от себя, шепча, чтобы тот остановился, но он словно не слышал её или не хотел слышать. — Алекс…— выдыхает она, все ещё безуспешно пытаясь скинуть с себя тяжелое тело. — Алекс, прекрати… послушай меня… — опять попытка летит вникуда, и тут девушка, уже не находя выхода получше, кричит: — Александр, мне больно! Он отпрянул от неё и пробежался изучающим и возбужденным взглядом по её лицу. — Я сделал тебе больно? Где? — Поспешно спрашивает он, крутя голову девушки, чтобы рассмотреть шею на наличие багровых отметин. — Нигде. Мне нужно было привлечь твое внимание, ты меня не слышал! — В уголках глаз скапливаются слезы обиды, которые она старалась сдержать, смотря на него. — Я скучаю по тебе, Алекс. Понимаешь? Он уже ласково и бережно целует её щёку, подхватывая губами покатившуюся слезинку, и бережно обнимает её. — Понимаю. — Я хочу просто весь день лежать с тобой, смотреть фильмы, готовить всякие вкусности, что делают все парочки, — говорит Агата, шмыгая носом, крепче прижимаясь к его груди и, слушая учащённое сердцебиение. Он слушал её, успокаивающе поглаживая по макушке и иногда оставляя поцелуи. Крепче обнимал, когда слышал, как опять ломается её голос в этом признании. Словно маленькая девочка, обиженная злобным мальчиком, Агата говорила все, что накопилось, срываясь иногда на всхлипы. Только этим мальчиком был он, и успокоением её был тоже он. — Я устала. Правда. Сексом все проблемы не решить, — она поднимает голову и смотрит на него, — понимаешь? Иногда нужно просто поговорить. Я прошу о малом, просто слушай меня и всё. Слушай и не отпускай. — Не отпущу. Обещаю, не отпущу. Слышишь? — Александр берет её лицо в свои руки и поглаживает раскрасневшуюся кожу. Агата смотрит на него щенячьим взглядом и, шмыгая носиком, кивает. Улыбнувшись самой теплой улыбкой в своем арсенале, которая принадлежит только ей, он снова обнимает её. — Хочешь, поедешь со мной? — говорит он, закрыв глаза и умещая свою голову на её макушку. — Чтобы видеть, как ты приходишь вечером с работы уставший, только не домой, а в номер отеля? Звучит паршиво. — Переговоры будут заканчиваться до обеда и весь оставшийся день я буду в твоём распоряжении. — Правда? — Заворожённо говорит она, а он удовлетворительно кивает. — А как же билеты? — Не переживай, я всё улажу, — мужчина отодвигается, но все ещё не отпускает её из кольца своих рук, заглядывая в счастливые и светящиеся от такой новости глаза. — Ну, так, что, согласна? — Ну, — потянула девушка, отводя глаза и делая задумчивое выражение лица. — Ой, начинается, — рассмеялся Александр, заражая своим смехом Агату.

***

Тихими шагами, словно кошечка, она крадется к мирно посапывающему Александру, что, завернувшись в теплый плед, устроился на диване. Взглядом Агата пробегается по умиротворённому лицу, задерживая взгляд на приоткрытых губах. Глаза опять предательски защипало, и девушка прикусила губу, чтобы огорченно не всхлипнуть. Оставляя между ними считанные миллиметры, она касается его щеки тыльной стороной ладони и горько улыбается. Агата мечется внутри себя, словно зверёк, загнанный в клетку, борясь с неистовым желанием бросить эту затею и лечь рядом, лишь бы чувствовать его аромат, ощущать тепло его тела, быть прижатой к крепкой груди и быть самой счастливой на планете. Но реальность такова, что если она это сделает, то опять оставит себе кровавую полосу на душе, которая будет заживать мучительно долго и мучительно больно. Кажется, что её бросает то в жар, то в холод. Пальцы дрожат, а губы искусаны до крови. В голове проносятся все самые яркие моменты, проведенные с ним, хотя она могла поклясться, что каждое мгновение с ним особенное. Пора заканчивать со всем этим. Возможно, было пора это сделать ещё неделю назад, а не умирать и восставать из мертвых каждый день, открывая глаза. Агата наклоняется и оставляет почти невесомый, но самый нежный поцелуй на лбу Александра. Она прижимается губами и крепче жмурится от скребущих её нутро чувств. — Прощай. Последнее слово, сказанное ей для него. Последнее. Она быстро встает и стремительно уходит, чтобы цепкий соблазн повернуться и посмотреть на него не успел её настигнуть. Закрывает рот ладошкой, подавляя рвущийся плач. Агата быстро надевает обувь, берет свои ключи, зная, что у него есть второй экземпляр и вылетает на улицу, где её сразу пронзает холодный ветер, подхватывая распущенные каштановые прядки волос. Она подходит к заранее заказанной машине и садится в неё. Последний раз она кидает прощальный взгляд на окно, в котором все так же горит слабый желтоватый свет торшера. Машина проезжает по мосту мимо широкой реки, в водной глади которой отражаются огоньки вечернего города на другой стороне берега. Красные глаза с опустошенным взглядом впиваются в вид, проносящийся в её окне. — Извините, — вежливо девушка обращается к таксисту, стараясь сказать это так громко, насколько ей позволяло состояние, — можете, пожалуйста, остановить машину, я быстро. Водитель любезно улыбается грустной пассажирке и останавливает машину на обочине. Агата вышла и вдохнула полной грудью, прикрыв глаза, подставляя нежную кожу колючему ветру. Засунув руки в карманы пальто, она немного приспустилась к краю, где песчаный берег сливается с черной в ночных сумерках водой. Агата достает из кармана связку ключей. Последний шаг. Замахнувшись, она бросает кусочек своего прошлого в реку, разнося по гладкому отражению круги. Не замедляясь, она обратно направляется к машине, садится и они снова двигаются. — Это конец, — тихо шепчет она себе, прикрывая глаза и прислонясь к холодному стеклу окна.

***

Александр просыпается от противного звона будильника, что бил по черепной коробке своим бешенным трезвоном. Лениво приоткрыв глаза, он нащупывает на полу возле дивана телефон и выключает его. Проклиная самого себя в невнятном бормотании за привычку поздно ложиться спать, медленно встает и идёт в ванную, чтобы взбодриться под ледяным душем. Но сухость, раздирающая глотку, неприятно колит, и мужчина отправляется на кухню, чтобы выпить стакан воды. Вроде, все как обычно. Но что-то на душе Александра с самого пробуждения неспокойно. Он свалил бы свою тревожность на четыре часа сна, но раньше мог и вовсе не спать по двое суток, разгребая отчеты. Причина этого колкого чувства была в другом. Он проходит на кухню, наливает себе стакан воды и залпом выпивает его, утоляя жажду. Стакан обратно возвращается на стол, а Александр разворачивается, потирая сонное лицо. Медленно проводя ладонью по коже, его взгляд припадает к белой аккуратно сложенной бумажке посередине стола. Недоуменный взгляд и мерзкий холодок, сразу проносится по его телу. Он подходит к столу, не желая открывать, словно знает, что там написано, и пазл в голове начинает складываться в печальную картину. Поледеневшими пальцами Александр тянется к листку и нехотя разворачивает его, тяжело дыша. Привет. Хотя, будет ли уместно здороваться в данном контексте? Не знаю. Честно, я без понятия, что писать. Обычно это кажется так легко, когда главные герои фильмов пишут прощальные письма. Их мысли озвучиваются, сопровождая красивую картинку. Но в реале это сложно. Чертовски сложно. Сейчас я не могу объяснить, какие чувства испытываю. Все кажется каким-то кошмаром. Все, что происходило со мной эти дни, переворачивало внутри всё. Сейчас, наверное, ты читаешь и не можешь понять, что происходит. Хотя, возможно, уже заметил пустые полки в шкафу и ванной комнате. Не старайся дозвониться до меня. Не старайся отыскать. Прошу. Иначе я не писала бы это письмо. Ты подарил мне счастье. Неимоверное счастье. Даже не можешь представить какое. Впервые в жизни я была влюблена настолько сильно. Каждый день с тобой был самым лучшим. Да, мы ссорились. Не понимали друг друга. Обижались. У нас не было той самой ванильной идиллии, как в сопливых мелодрамах, но мне это было не нужно. Я была рада таким, живым отношениям. С тобой, Алекс. Внутри меня взрывались фейерверки, когда ты был рядом и улыбался своей самой искренней улыбкой. Казалось, что это нереально. Что я сплю, а это самый прекрасный сон, из которого мне не хотелось уходить. Я не могу сдержать слезы, и ты видишь это по размытым в некоторых местах чернилам ручки. Я старалась. Честно. Ты всегда говорил мне, что я справлюсь с любой неприятностью, проблемой. Ведь я твой сильный котенок. Но я не смогла. Не смогла в этот раз. Сказать, что я не люблю тебя, будет наглой ложью. Люблю. И через полчаса, и через сутки, и через день. Буду любить. Но эта любовь причиняет мне боль. Ту, которая постоянно точит свои ножи об мое сердце. Мне стоило уйти ещё тогда...Но я думала, что сильнее, и справлюсь. Забуду. Но опять не смогла. Знаю, тебе было очень трудно. Было трудно наблюдать за тем, как твой любимый человек буквально увядает у тебя на глазах. Но когда дело доходит до причины этого процесса, то все не так красиво и поэтично, да? Я сказала уже, что простила тебя. Но я не смогла простить это самой себе. Спасибо тебе за всё. За все счастливые моменты, что мы вместе пережили. За те эмоции, что ты мне подарил. За ту поддержку. За все признания. За все откровения. За всё. Мы оба выросли в этих отношениях. Стали теми, кем сейчас являемся. Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Пообещай мне. Пообещай, что забудешь меня, так же как и я постараюсь забыть тебя. Ты обещал мне, что никогда не отпустишь меня. Пора нарушить данное слово и начать все с чистого листа. Чем дольше я сижу и пишу это, тем больше хочу остаться здесь. Подойти к тебе, лечь рядом, укутаться в теплый плед, отбирая у тебя добрую половину и заснуть, уткнувшись в твою шею и вдыхая аромат твоего геля для душа. Кажется, я готова писать это письмо вечно, лишь бы оттянуть момент прощания. Но всему хорошему приходит конец. К сожалению, не все сказки имеют счастливый финал. Но я думаю, это не конец. Это начало нового. Нового этапа в твоей жизни и моей. Наши дороги разошлись и, наверное, это к лучшему. Ещё раз спасибо тебе. За всё. С любовью, твоя Агата Харрис. Он уже не помнит, какой это бокал(?) по счету. Он забил и жадно пьёт опьяняющую жидкость из горла бутылки. В квартире творится полный хаос. Разбросанные книги, перевернутый журнальный столик. На кухне разбито примерно чашки две точно. Телефон разрывается от звонков, но он игнорирует все входящие. Плевать. Для него уже ничего не имеет значения. Самое ценное, что могло быть у него, ускользнуло из его рук. Александр перечитывал это письмо около десяти раз, останавливаясь на каждом пятнышке от соленых слёз. Он буквально выучил каждую строчку выведенной её рукой. Сказать, что душа болела? Это будет слишком мягко сказано. Её не осталось. Тело заполонил алкоголь, что первым попалось под руку убитому и злому на самого себя Александру. Глоток за глотком и злость с агрессией перерастали в сильнейшую печаль и апатию, что стали пакостными гостьями его разума. Она попросила забыть её. Черт. Забыть. Как? Как? — Как?! — Громко вскрикнул Александр, швыряя пустую вазу, что стояла на столе. Он опять уселся на стул, подперев голову руками и качая её из стороны в сторону. Не может поверить. Не может поверить, что не увидит её больше. Не увидит эти любимые изумрудные глаза, в которых искрились фейерверки. Не услышит её прекрасный голос. Всё это теперь в прошлом. Он рвёт волосы на голове, осознавая то, что его сильная девочка сдалась. Сломалась. Не выдержала. И все это по его вине. Что ему теперь делать? Он не хочет её отпускать. Не может представить свою жизнь с кем-либо ещё кроме неё. Как бороться с этим чувством, будто у тебя отняли жизненно необходимый орган, без которого ты просто мгновенно гибнешь. Очередной звонок раздается на всю пустую и разгромленную квартиру. Александр со злобой берет трубку и отвечает. — Нильсен! Черт бы тебя драл, скотина! — Кричит в трубку Линд. — Что случилось? Где Агата? Почему ни ты, ни она не отвечаете на звонки? Алё! — Да пошли вы все к чертовой матери, — горько кричит Александр, не сдерживая накатившие слезы. Он сбрасывает вызов и выключает телефон, чтобы больше не слышать звонков. Медленно скатывается со стула и прижимается спиной к шкафчику кухонного гарнитура. — Боже, — срывается он, скрывая лицо руками, — как я мог?! Сука, не так все должно было быть, — орёт Александр, но крики его летят в пустоту, как и он сам. Ничего уже не вернуть, и вряд ли вообще был шанс. Он понимал, но не хотел верить в то, что такой крепкий союз двух сердец распадётся по его же глупости. Теперь он один. В пустой квартире. Орёт в пьяном припадке и корчится от боли, что разрывает грудную клетку. — Прости, — охрипшим голосом говорит он, — прости. Холодный ветер развевал тонкие шторки и впускал свежий воздух. Александр уснул прямо на кухне с пустой бутылкой от дорогого виски на особые случаи и среди осколков разбитой посуды, которые сам же оставил.

***

song: Tom Odell — Another love(slowed version)

Пять лет спустя

— Поздравляю, — доброжелательно говорит Александр, крепко пожимая руку молодому мужчине, с которым его фирма только что заключила выгодную сделку. — Взаимно, — отвечает рыжеволосый мужчина с зелеными глазами и белоснежной улыбкой. — Поздравляю и вас с выгодной сделкой. Уверен, сотрудничество с вашей компанией пойдет на пользу и принесет много прибыли. — Благодарю вас, мистер Кадоган. Не хотите ли сегодня отметить это событие в ресторане? — Любезно спрашивает Александр. — Большое спасибо за предложение, мистер Нильсен, но сегодня вечером я улетаю с женой обратно. Дела не ждут! — Разумеется, — улыбается Нильсен. — Вы счастливый человек, Эдвард, раз ваша жена сопровождает вас в рабочие командировки, — подмечает он, складывая бумаги в аккуратную стопку. — Я знаю, — отвечает Кадоган, и оба заливаются смехом. Они пару минут обсуждают вопросы, не касающиеся работы, и прощаются. Александр уваливается в свое кресло, устало потирая переносицу. Очередной успешный контракт, очередная гора с плеч спала, теперь можно позволить себе отдохнуть. Он отстёгивает пуговицы синего пиджака и оставляет его на кресле, подходя к окну. За пять лет все очень сильно изменилось. Жизнь разделилась на до и после. Дни пролетали быстро и незаметно в компании ноутбука и различных договоров и отчетов. Так он и проводил сутки напролёт в своем кабинете, порой засыпая на кожаном диване. С того момента, он так и не нашел ту, с которой смог бы забыться. Нет, у него были, конечно, какие-то отношения, но они длились меньше полугода. Это было не то. Внешне Александр не особо изменился. Все тот же пронзительный и леденящий взгляд, от которого мурашки пробегали по коже. Все те же острые скулы, на которых играли желваки, когда дело выходило из-под контроля. Время ни капли не изменило его внешне, но полностью перестроило его внутри. Он о чем-то задумался, разглядывая вид городского ландшафта, что виднелся из панорамных окон офиса. Взглядом он прошелся по высоким и, не очень, зданиям, маленьким улочкам, мчащимся куда-то машинам. Медленно он перевел взгляд на выходящего из здания Кадогана. Он направлялся к черной машине, из которой вышла женщина, вероятно, его жена, судя по тому, как он радостно ей улыбнулся и ускорил шаг. Только вот стоило Александру внимательнее разглядеть избранницу своего коллеги, как сердце его упало, разбиваясь с громким звуком. Это кажется абсурдом. Какой-то шуткой. Но нет. Это она. Стоит и счастливо улыбается, прижимаясь ближе к нему в крепких объятиях. Зеленые глаза, кажется, сверкают также ярко, как и раньше. Её улыбка заставляет Александра горько улыбнуться. Такая же красивая. Так же светится, словно лучик ясного солнца среди пасмурного неба. Ты точно самый счастливый человек, Эдвард. Он не может оторвать изумленного взгляда от неё. От той, которая заставила бешено биться его сердце буквально за пару секунд. Эдвард оставляет нежный поцелуй на розоватых щеках девушки, а та закрывает глаза, отдаваясь нежности в руках любимого. — Мы не виделись пару часов, — довольно улыбается Эдвард, кладя руки на её талию и заглядывая в зеленые глаза. — И что? — Спрашивает девушка, бегая глазами по его лицу. — Лучше расскажи, как прошла твоя встреча? — Отлично, — он приподнимает папку в которой лежат договоры, — заключили контракт. Теперь можно со спокойной душой лететь домой. — Я рада за тебя, — проговаривает Агата. — Раз ты уже свободен, поехали. Проведу тебя экскурсию по Лондону. — Радостно щебечет девушка, вырываясь вперед и кружась раскинув руки. — Да у меня лучший экскурсовод и жена в одном флаконе! — смеется Эдвард, придерживая Агату, что остановилась и переменялась с ноги на ногу. Они приближаются к черной машине, что припарковалась недалеко у входа. Эдвард, как настоящий джентльмен и любящий муж, открыл дверцу в салон, но что-то заставило Агату остановиться. Все время она чувствовала, что что-то не так, что кто-то наблюдает за ними. Забытое чувство охватывает все тело. Она поворачивается, пытаясь найти, что могло бы смутить её, но ничего. — Милая, все в порядке? — обеспокоенно спрашивает её Эдвард, положив одну руку на её плечо. — Да, да, — отмахивается девушка, — просто… просто показалось. Ему удалось увидеть её, и с души стремительно спал тяжелый камень, который тянул его ко дну. Каждое утро он просыпался с сотнями вопросов, где она, как она, жива ли она вообще. А сегодня одно её появление ответило на все вопросы. Они садятся в машину и уезжают. Александр провожает взглядом удаляющийся автомобиль и грустно улыбается. Да, он скучает. Да, не смог отпустить. Но он рад понимать, что она счастлива. Что она улыбается, смеется. Что с ней все в порядке. Возможно, он проснётся завтра утром, и груз вины не будет тянуть его ко дну, но это произойдет завтра. — Береги её. Сделай её самой счастливой. Он сдержит обещание и отпустит её. Так же, как и она смогла забыть его и сказать когда-то заветное «прощаю» .