Просто Мария

      На дворе стояла глубокая ночь. Я достаточно крепко спала и вдруг услышала шаги возле входа в мои покои.       «Кто там?» — подумала я и привстала на кровати.       Двери распахнулись.       «Надо будет отругать служанок, чтобы не впускали сюда посреди ночи кого ни попадя», — подумала я.       В комнате стало куда более прохладно, нежели было минуту назад, а практически через секунду в мои покои вошел Селим с перекошенным лицом, а за ним — Нурбану, держащая Мурада на руках. На шее мальчика был явно выраженный след от шнурка.       Лица всей троицы были синими, а ухмылки Селима и Нурбану вогнали меня в ужас.       — Ты умер, — сказала я Селиму. — Умер от пьянства.       — Меня убила ты, — ответил Селим. — А теперь уже я убью тебя.       Селим сделал еще несколько шагов ко мне и я почувствовала необычайный холод, а спустя секунду — чьи-то руки на моей шее.       Я проснулась в холодном поту. Сердце стучало, будто бешеное.       «Это был сон, — подумала я. — Обычный сон. Шехзаде должны приехать к своему отцу, поэтому мне такое приснилось. Будто Селим приехал тоже».       Однако беспокойство никак не проходило и я так и не решилась сомкнуть глаза до утра. В каждом шорохе за дверью я слышала шаги Селима.       Наутро, пользуясь тем, что в Топкапы все занимались приготовлениями к приезду шехзаде, я сказала Нине:       — Организуй мне поездку в церковь, но так, чтобы ни одна живая душа об этом не узнала.       Подумав, я добавила на всякий случай:       — В православную.       Еще немного подумав, я добавила:       — В храм Марии Монгольской, он, вроде, ближе всего.       Я достала мешочек с золотом и сказала:       — Это — на дорогу, если все пройдет хорошо и ни одна живая душа об этом не узнает — получишь столько же в виде бакшиша.       — Госпожа, да вы что, — изумленно ответила Нина. — Если вы позволите мне съездить с вами тоже, это будет лучшей благодарностью.       — Позволю, — сказала я и начала сборы.       Чтобы не привлекать лишнего внимания, я оделась в простую черную абайю и чадру и села в карету, которая привезла меня к церкви.       Увидев храм, который мне казался чем-то милым и знакомым, будто гость из прошлого, я сказала сопровождающему нас евнуху:       — Надеюсь, тебе уже объяснили, что об этой поездке нужно будет молчать.       Я вошла в храм и, подойдя к Распятию, упала на колени.       — Господи, прости меня за все, — прошептала я. — Вообще за все, что было. А особенно за убийство двух людей.       Краем глаза я заметила священника. Я подошла к нему и сказала:       — Батюшка, если это возможно, позвольте мне исповедоваться. Мой муж-мусумальнин нечасто разрешает мне выходить из дома и, особенно, посещать церковь, поэтому я даже не знаю, смогу ли я еще раз побывать здесь.       Где-то через полчаса я была донельзя счастливым человеком, впервые в жизни исповедовавшимся в грехах. Выслушав от священника краткую проповедь о том, что нужно чаще бывать в церкви, чаще молиться и, по возможности, убеждать своим примером и мужа, я коротко кивнула и подумала:       «Совет, конечно, хороший, но воплощать его в жизнь я, разумеется не буду».       После того, как исповедовалась Нина, которая была вся в слезах счастья, я подошла к священнику и пожертвовала на храм чуть ли ни полугодовой запас жалования — все равно во дворце я жила практически на полном обеспечении и мне было не на что тратить деньги.       Едва мы вышли из церкви и сели в карету, Нина упала мне в ноги и начала от всей души благодарить за эту поездку.       — Ты что устроила? — искренне изумилась я. — Вставай, я просто взяла тебя с собой, что в этом такого?       — Госпожа, вы сделали меня настолько счастливой, что мне даже умирать теперь не страшно, — ответила Нина. — Я буду день и ночь молиться за вас!       «Ну вот, а я думала, ехать или нет, — подумала я. — Как минимум, сделала человеку приятно».       Мы поехали обратно во дворец, однако наша карета вдруг остановилась.       — В чем дело? — спросила я.       — Шехзаде Мустафа в сопровождении янычар едет во дворец, — услышала я.       «Опять на те же грабли?» — подумала я, вспоминая, что в сериале что-то подобное уже было несколько лет назад.       К счастью, наша карета повернула в сторону и мы смогли добраться в Топкапы, объехав импровизированную пробку.       Во дворце я поблагодарила Нину за организацию поездки, несмотря на ее возражения, отдала мешочек с золотом и, удовлетворенная, осталась в своих покоях.       «Вот только попробуй мне еще раз явиться, — подумала я. — Я исповедовалась, помолилась об упокоении твоей души, да и вообще, грешно на сны обращать внимание».