Этиловый флирт

У меня сегодня много дела: Надо память до конца убить, Надо, чтоб душа окаменела, Надо снова научиться жить. А. Ахматова

Викторию Уокер, как и остальных 39 молодых людей выстроили в шеренгу. Все они были заворожены красотой зала, в котором находились. Поистине царские покои! Мраморный пол, начищенный до блеска, стены, увешанные картинами, фресками. Комната уставлена произведениями искусства - древнегреческие вазы, артефакты, скульптуры. Изобилие этой роскоши не могло не приковывать взгляды. Новоиспеченные ученики стояли в изумлении, покорно ожидая Господина. Накануне ночью Никки не сомкнула глаз, размышляя о своём положении. Она до конца не могла осознать того, что с ней приключилось. В голове немного наивной, немного взбалмошной 17-летней девчонки не укладывались такие высокие понятия, как Рай, Ад, Школа демонов, а главное, она никоим образом не могла соотнести эти понятия с собой. Ей казалось, что это страшный сон, и вот сейчас она распахнёт ресницы и окажется дома. В своей кровати, на краю которой сидит отец и заботливо протягивает кружку чая. Но этого не происходило, и лицо ее чернело от боли пережитого, от осознания, что жизни пришёл конец, и что она не найдёт облегчение в Рае, а что ей придётся бороться за место в Аду. Раскаивалась ли юная Уокер о своей смерти? О, это была отчаянная мольба, а не раскаяние! Она заламывала себе руки, извивалась, неестественно прогибая тело - в таких истериках она поднимала голову в поисках неба и шептала: «Господи, прости...». По всему было видно, что состояние ее походило на приближенное к психическому заболеванию. Возможно, Верховный совет допустил ошибку, избирая ее на это место? Никки не знала, что ей делать. Она знала лишь две вещи: первое - она очень хочет домой, и второе - она очень не хочет в Пустошь. Поэтому глубоко вдохнув и с дрожанием выдохнув, она расчесала волосы, надела то, что было ей подготовлено (а это чёрные брюки, блузка темно-синего цвета, и мантия) и отправилась на роковую встречу с самим Люцифером. Двери в комнату распахнулись и быстрыми шагами вошёл мужчина в чёрном костюме в окружении двух человек - молодой женщины и мужчины средних лет. Женщина громко представила: ⁃ Перед вами, новоприбывшие, Люцифер - хранитель и господин Ада, руководитель Школы демонов, глава Темного Совета, представитель тьмы Верховного совета, поверенный самого Сатаны. Преклоните головы. Все без исключения чуть опустили головы, роняя взгляд в пол. Никки же чувствовала трепет и волнение. Человек, стоявший напротив неё - сам Люцифер, вызывал неподдельный интерес в ее девичьем воображении. Это был мужчина 30-32 лет, высокого роста и крепкого мускулистого телосложения. Темноволосый, как сама ночь, с правильными аккуратными и в то же время мужественными чертами лица. Взгляд его заслуживал отдельного описания. Взгляд Люцифера... Он проникал в самую душу, бесцеремонно, надменно, быстро. Глубокие синие глаза леденили душу, глубокие синие глаза обжигали тело. Несмотря на всю свою силу и могущественность, кожа его казалось нежнее лепестков розы, пальцы на руках были благородно вытянутыми и аккуратными. Он был одет в классический чёрный костюм, чёрная атласная рубашка облегала его стан и расступалась воротом на шее. Весь его образ, начиная от мистического происхождения и заканчивая обворожительной внешностью не оставлял равнодушной ни одну девушку в зале, в том числе и нашу Никки. Сердце ее трепетало, как птица в клетке, вся гамма людских чувств бурлила в ней: ярость от потери жизни, огорчение, отчаяние, сожаление, любовь, вера, надежда... ⁃ Поднимите головы, - бархатный мужской голос звоном пронёсся по залу, и все устремили взгляд на руководителя Школы демонов. - Вам придётся через многое пройти, чтобы стать частью нашей жизни, не думайте, что будет легко, не думайте, что вы исключительные. С последними словами Люцифер приблизился к началу шеренги, всматриваясь в лицо каждому, и продолжил... ⁃ Так, так, так... Кто тут у нас собрался? - задал он вопрос самому себе - Мелкие мошенники, стукачи - взгляд его скользил по молодым лицам и заставлял сердце Никки выпрыгивать из грудной клетки... ⁃ ... начинающие сектанты, сибариты, блудницы, гедонисты и... - наконец настала очередь и юной Уокер. - и просто идиоты. Щеки Виктории вспыхнули огнём. Ну прекрасно. но не успела она и моргнуть, как Демон, уже смерив ее проницательными взглядом, направился изучать оставшихся. Девушка, как и в общем то все, стояла в оцепенении. Было обидно вот такой предстать перед властителем Ада. И вообще, как он посмел так прилюдно унижать ее? Ведь она не грешница, и пока ещё не школьница, чтобы ее так отчитывать! Мысли ее роились как пчёлы, пока не раздался шлепок: ⁃ О, святые угодники, каждый поток «лучше» прежнего. - хлопнув в ладоши, заключил Люцифер. - ну что ж... будем работать с тем, что есть. Далее следовала долгая речь руководителя, в которой говорилось о том, что всем ученикам Школы предстоит пройти задания на искушение, те, кто справятся с ними будут допущены к финальному испытанию, в котором решится дальнейшая участь учеников Школы. Закончив свою речь, Властелин Ада удалился, постукивая каблуками о мраморный пол, оставив с новоприбывшими своего подручного - Дагона. Как сказал глава Темного совета, демоны исполняют волю Сатаны и Шепфы, поддерживающих равновесие в мире. Они нужны для того, чтобы контролировать деяния людей, и если нужно, вмешиваться в их жизнь. Но демоны - не воплощение зла, как принято считать на земле, они не добрые и не злые, они те, кто есть, поэтому очень важно, чтобы сами демоны могли противостоять искушению, могли распознать истинные намерения людей и друг друга, не поддаться греху и не проявлять слабости. Первое, что нужно было сделать новоприбывшему, это выпить из кубка забвения. Питье предназначалось для того, чтобы молодые люди отстранились от прошлой земной жизни, не терзали себя воспоминаниями и постепенно забывали свою людскую жизнь. Данная процедура была не принуждающей, но отказ от неё расценивался как желание выйти из статуса ученика Школы, поэтому можно сказать, выбора у новоприбывших не было. Никки Уокер всегда была «тяжела на подъем», перемены в жизни давались ей очень трудно. Дожив до почти 18 лет, она ни разу в своей жизни не экспериментировала со внешностью, хотя ее сверстницы уже перепробовали все, что было можно и нельзя. Переняв от отца размеренное чувство жизни и любовь к комфорту, она также ценила постоянство. Случись что-то из ряда вон выходящее, и Никки впадала в ступор. Она боялась. Она очень боялась перемен. Поняв, что ей придётся навсегда попрощаться с прошлой жизнью, ею овладела дичайшая паника, то было последней каплей в ее переполненном эмоциями стакане. Когда очередь дошла до неё, и нужно было испить из бокала, она замялась, как первоклашка при виде шприца в руках медсестры. Она понимала, что сделать это нужно, что выхода нет, но страх был так велик, а эмоциональная нагрузка так сильна, что руки задрожали - кубок с грохотом упал на пол, жидкость расползлась по полу под удивленные взгляды учеников и Дагона. Виктория Закрыла руками рот, сдерживая крик, затем резко развернулась и стремглав выбежала из зала.