Reverse

— Судьба всегда даёт два шанса, первый — основной, а второй — запасной.

Драко медленно приходил в сознание. Еле открыв глаза, попытался сориентироваться.

Темно.

Всё тело ломило от тупой боли. Словно каждую кость перемололи в пыль, а потом дали глотнуть костероста, чтобы они выросли заново. Парень с трудом перевернулся на левый бок, надеясь уменьшить боль в теле. Драко уловил до ужаса знакомый запах. Сырость, кровь и затхлый воздух. Так пахло только одно место. Любимое место Люциуса — пыточная камера, находившаяся в подвале особняка. И самое страшное место в его детстве. Так и было, но… Он точно помнил, как потерял сознание там, в тайной комнате Северуса, выпив зелье. Было очень больно. Если зелье ошибочно, почему он ещё дышит? Почему ощущает эту сырость и холод? Почему чувствует сильную боль в спине? Такое возможно, только если зелье…

Сработало?

Неужели ему действительно так повезло? Драко, не веря своей удаче, стал искать подвох. Хоть что-то. Забыв про странную боль в спине, он резко поднялся на ноги и сразу же рухнул обратно. Сильная боль в спине и неожиданно слабое тело. А вот это было уже странно. Во-первых, он не получал никаких ран на спину последние несколько лет. Он это точно помнил. Да, и вообще, единственная рана на ней была нанесена его биологическим отцом. А что если… Он переместился во времени?! Да, не-е…

Не-воз-мож-но.

А во-вторых, его тело было натренированным постоянными боями и пытками Люциуса. А тут он свалился на пол из-за слабости… Малфой прикрыл глаза и сложил руки в замок. Своеобразный способ заставить мозг анализировать ситуацию. Его пальцы мягкие и маленькие… Стоп. Он уставился на свои руки. Сжал их. Разжал. Повторил ещё раз. И ещё. Он моргнул. Руки были всё такими же. Детскими.

Да, вы издеваетесь?!

Серьёзно?! Он вернулся в своё детское тело?! Что ему, чёрт возьми, делать?! Что он сделает, будучи ребёнком? Внутри ехидным голосом сознание пропело: «Браво, Драко! Ты, как всегда, молодец!». Чёрт! Он даже без понятия куда он попал! Сколько ему лет? Знаком ли он с отцом или ещё нет? Ни-че-го. Сейчас Драко был полностью дезориентированным. Он не знал ни какой год, ни сколько ему самому лет. Пустой лист вместо информации. Его размышления и самокритику нагло прервали. Дверь темницы слегка приоткрылась, впуская в сырую комнату странное существо. Сморщенная серовато-розовая кожа, острые свисающие уши и тонкое тельце, одетое в наволочку. Домовой эльф. Он робко смотрел на маленького хозяина, молчаливо ожидая разрешения войти или иного приказа. Драко даже обрадовался появлению такой привычной прислуги. В чём эльфам не было равных — это сбор слухов и всяческой информации. Их даже часто, как шпионов, используют. — Входи. Как твоё имя? — высокомерный тон и надменный взгляд. Не стоит проявлять милосердия. Не в стенах этого поместья. — П-пим, маленький Господин. — Он смотрел прямо в пол, не смея поднимать глаза. — Зачем пришёл? — Эльф затрясся от страха и ответил, всё ещё подрагивая. — П-пим должен о-обслуживать ю-ного г-господина всю ж-жизнь. П-пим заменяет Х-хоуп. — по сморщенной щеке прокатилась слеза скорби. Драко вздрогнул. Хоуп. Его преданный эльф. Пим его заменяет, значит… Он мертв. Значит ему около четырёх лет. Стоит поспрашивать Пима. — Что происходит в мэноре? Что нового? — Эльф выпрямился, и всё смотря в пол, отчеканил. — Госпожа проводит время на светских вечерах. А… — Его мать себе не изменяет. Блондин кинул раздражённый взгляд на маленького слугу — Лорд Малфой занят странным делом. — Парень вопросительно выгнул бровь. Странным? Это чем? — Поясни. Что за странность? — Пим прекратил трястись, но не смотрел в глаза своему господину. — Лорд Малфой постоянно пропадает в мастерской. Что-то шепчет в пустоту. Очень страшное… — он замолчал от ужаса. Желая узнать больше, Драко положил руку ему на плечо, успокаивая существо. — Пим, всё нормально. Что ещё? — Н-ну, Пим видел, как господин Малфой изучал книги про крестражи. — Драко распахнул глаза в шоке. Отец изучал крестражи? Почему он этого не заметил в прошлом? Эльф, увидя замешательство на лице юного хозяина, пролепетал: — Господин Драко! Не надо! Крестражи — самое страшное зло. Раскалывание души является преступлением против самой магии! — Он задрожал от страха. Ребёнок смотрел на своего слугу. Так крестражи — преступление против самой магии?! Но… Какое наказание получил Волдеморт за его крестражи? Что-то не очень вспоминается… Хотя… Стоп. Вот оно!

Его смерть в ту самую ночь.

Это не Гарри убил его, а магия. Она покарала преступника, совершившего множество ужасных поступков. Мало того, что он разбил свою душу, так он ещё и хотел убить выбранного магией ребёнка. Поттер был благословлён самой магией. Если так думать, то всё встаёт на свои места, обретает смысл. И Гарри с его огромным магическим потенциалом, и смерть Волдеморта, но… Что заставило сработать откат? Почему только после убийства родителей Поттера магия свершила кару? Драко не знал. Стоит поискать ответ на это вопрос. И вообще разобраться с этими всеми вещами. Почему Люциус так увлечён крестражами? Эльф тем временем тревожно смотрел на своего хозяина. — Х-хозяин? — Всё нормально. Скажи, Пим, сколько я здесь? — В глазах служки появилось сочувствие. — Х-хозяин Драко заперт здесь уже третий день. Сегодня последний день. Пим не может даже еды принести — приказ Лорда. — он виновато смотрел в пол. — Хорошо. Можешь идти. — Домовик кивнул головой и исчез с характерным хлопком. Значит он три дня не ел… Живот недовольно подтвердил этот факт громким звуком. Драко скривился. Боль в спине дала о себе знать. Вдруг лёгкое осознание проскочила в голове. Три дня, голод, боль в спине… Как тогда, до встречи с отцом. До его знакомства с Северусом.

Прошло пять часов.

Спина болела всё сильнее. Он был уверен, что, будь он действительно ребёнком, уже бы плакал и скулил от таких ощущений. Тело разрывалось на части. Любое движение, да даже вздох, причиняло сильную боль, но для Драко, прошедшего этот ужас в прошлом детстве, было терпимо. Сейчас ему было не до этого. Его волновало другое: что делать и как. Малфой понимал, что бежать и вершить великие подвиги точно не стоит. Он в своём четырёхлетнем теле. Слаб и немощен. Если он хочет что-то изменить, то стоит начать тренировать слабое детское тельце. Единственная сила — знания и информация из будущего. Он не получил сверхсилы и супер-магию после перемещения. Ему просто дали шанс Судьба даровала ему возможность изменить, избежать то будущее, где и Северус, и Гермиона мертвы… Боль не била по сердцу только потому что он понимал, что сейчас они оба живы. При мысли о девушке сердце тепло застучало, разгоняя по телу кровь. Так хотелось её увидеть. Хоть мельком. Когда она умерла у него на руках, признавшись в любви к нему, он ненавидел её за это. Вырвала его сердце, но… Теперь есть шанс на хороший конец для всех. Для них. Он чувствовал, как сердце затопляет бесконечная нежность при воспоминании о ведьме. Как она там? Что делает? Он сможет увидеть её только через семь лет. Семь долгих лет… Тряхнул головой, охлаждая разум. Не стоит отвлекаться сейчас. Ради хорошего конца, надо для начала найти выход. Понять причину. Почему Волдеморт был так силён, лишившись семи частей души? Директор Дамблдор утверждал, что Волдеморт сильно ослабнет из-за потери всех крестражей, но этого не произошло. Почему он так ухмылялся, когда Невил кричал, что семь частей души уничтожены? Только если…

Не все крестражи были уничтожены?!

Но… Разве можно создать больше семи якорей души? А если такое и правда возможно? Тогда появляется ещё больше вопросов. И почему он не знал, как Люциус увлечён идеей крестражей? Драко не помнил, чтобы Лорд Малфой интересовался ими. Что-то тут не так…

Скрип.

Солнце уже зашло. Пыточная погрузилась в сумрак. Неожиданно дверь темницы отворилась с противным скрипом, освещая тёмную комнату. В проёме он увидел Нарциссу Малфой. Величественная, элегантная женщина с белокурыми волосами и холодными глазами. Она равнодушно взирала на своего сына. Вдруг её губы стянулись в улыбке, но глаза остались прежними. — Драко, твой отец разрешил тебе выйти отсюда. Поднимись к себе в комнату. — и тут же ушла, даже не погладив собственного ребёнка. Совсем не изменилась. Мальчик хмыкнул и позвал домовика. У него не было желания видеть мать. Всё-таки, это странно. Он убил её, а сейчас она стоит перед ним. Пим появился через секунду после зова Драко. Он перенёс его в спальню, помог снять одежду, в особенности рубашку, прилипший к ране на спине, принять душ и переодеться в ночную одежду. Обычно он сам это делал, но тело было слишком слабым, да и рана… В общем, так было намного легче и быстрей. Только его голова коснулась накрахмаленной подушки, как его глаза закрылись. Ему необходим сон, чтобы быть в состоянии что-то изменить.

Утро следующего дня.

Солнце освещало большую комнату в серебристо-чёрных тонах. На большой кровати спал беловолосый мальчишка. Дверь открылась и в комнату вошла Нарцисса. Она пренебрежительно-холодно посмотрела на спящего сына и громко сказала: — Драко, проснись и спустись в зал. У тебя не больше пяти минут. Не заставляй нас ждать, сын. — Даже не дождавшись ответа, она вышла из комнаты. У Драко сразу упало настроение. Вот обязательно было приходить с утра? Всё хорошо же было… Тяжело вздохнув, он попытался подавить раздражение на мать. Плюнув на это дело, он позвал Пима, чтобы тот помог ему одеться. Рана на спине ещё не прошла до конца. Одевшись в подготовленную домовиком одежду, он спустился в главный зал. Всё было, как в том самом воспоминании: чёрный длинный стол, хладнокровная мать, раздражённый лорд Малфой и он.

Северус Снейп.

Драко чуть не расплакался прямо там от того, что увидел его. Он понимал, что не маленький, но, увидев Северуса, он растеряно шмыгнул носом. Отец разозлено прошипел: — Драко, поздоровайся со своим крёстным отцом. Где твои манеры? — Очень хотелось фыркнуть и послать куда подальше его, но Малфой не мог. Пока не мог. — Прошу прощения, отец. — последнее слово было сказано слегка насмешливо, что чуть удивило Северуса. Было видно, что мальчика избивают, но… Самым странным был взгляд мальчика. Вместо того, чтобы быть запуганным и трусливым, он был другим. Перед Северусом стоял мальчишка с волей и собственным мнением. Его глаза буквально бросали вызов всем, горели огнём. Это восхитило зельевара. Он сам, в возрасте мальчишки, был запуганным и слабым. Драко посмотрел на него и представился: — Драко Люциус Малфой. Рад встрече с вами. — его голос звучал тепло и светло. В отличии от предыдущей фразы Лорду Малфою, говоря с Северусом мальчик ласково смотрел на него, чем сильно удивил мрачного зельевара. — Северус Снейп, молодой человек. — Он отстранённо посмотрел на мальчика. Однако в глазах был свет и теплота. Именно то, что Драко помнил ещё с самого детства. В груди потеплело. Появилось то самое необыкновенное чувство тепла и семьи.

* * *

Дальше Драко не лез в беседу взрослых. Они говорили о каких-то словах, глазах и будущем. Всё было рассказано так мутно и туманным, что он просто не мог понять, о чём они говорят. Приём закончился и Люциус начал прощаться с зельеваром. — До встречи, Северус. — Да, до встречи, Люциус. На этом Снейп аппарировал из поместья, напоследок бросив взгляд на белокурого мальчишку. Люциус зло посмотрел на своего сына. Он направил свою палочку на ребёнка: — Щенок! Как смеешь портить репутацию моего славного рода?! Круцио! — он бросил в мальчика заклинание. Драко согнулся пополам и упал на мраморный пол. По всему телу прошлась жуткая боль. Он кое-что понял. Его выносливость, выработанная годами, помогает терпеть боль в сознании, но он всё равно её ощущает. Его детское тело очень чувствительно к боли. Он ощущал каждую песчинку агонии от заклятья. Лорд Малфой бросил на него злой взгляд и вышел из помещения. Содрогаюсь в приступах, он услышал слова матери. «Зачем разочаровывать отца, Драко? Будь достоин своего отца.» Он еле сдержался, чтобы не выругаться. Эта женщина… у неё мозги есть? Драко, конечно, знал, что нет, но… надежда-то была… В голове промелькнула мысль послать их всех на три весёлых буквы.

* * *

Через несколько дней их снова навестил Северус. Он передал какие-то зелья Люциусу. Малфой пригласил его к себе в кабинет на приватный разговор. Они пробыли там больше двух часов. Драко слышал лишь часть диалога. — Опасно вот так… — некоторые слова Малфой-младший не слышал. — Северус, наша цель…- потом голоса пропали насовсем. Видимо, на комнату были наложены заглушающие чары. Ему расхотелось подслушивать и он ушёл в гостиный зал. Через пару часов взрослые вышли, перебрасываясь подозрительными взглядами. Северус был довольным, а вот Люциус излучал раздражение. — Драко, ты аппарируешь с Северусом. Он проверит: есть ли у тебя талант к зельеварению. Веди себя достойно. — Лорд Малфой разве что ядом не плевался в сына. Северус совершенно не по-взрослому фыркнул и похлопал мужчину по плечу. Драко хотелось смеяться. Выражение лица его биологического отца было фантастическим. Покраснел, как помидор, и светлые брови дёргались, показывая всю степень раздражения их хозяина. — Да, отец. Я буду серьёзно стараться. — Он не удержался и хрюкнул от смеха. Глаза Малфоя сузились в ярости на отпрыска, но того спас Снейп. — Кхм-кхм — Зельевар замаскировал смех под кашель и перестал ухмыляться, но вот в глазах до сих пор черти танцевали. — Люциус, думаю, стоит отправляться. Не стоит терять времени. — Тот махнул рукой на них, решив не тратить на них своё драгоценное время, и высокомерно прошествовал мимо сына и зельевара, попутно демонстрируя великолепие своих волос. Северус, не обращая внимания на этот фарс «Я-королева! Посмотрите на мои прекрасные волосы!», взмахнул палочкой, предварительно схватив Драко за руку, и скрылся в щелчке аппарации.

Паучий тупик

Оказавшись снова в этом доме, волшебник ощутил прилив сил. Нет не волшебных, а моральных. Находясь здесь, его душа впитывала то спокойствие и равновесие, царившие в этом месте. Стало так хорошо. Северус слегка дёрнул его за руку. Драко скривился. Зельевар сжал руки от злости на Люциуса. Рана на спине вновь запульсировала. Согнувшись от таких ощущений пополам, он не заметил, что его подняли в воздух и отлевитировали на диван. Сам хозяин дома скрылся в другой комнате, которая, как помнил Малфой, была мастерской. Оттуда зельевар вышел с двумя зельями и склянкой с синей мазью. Он аккуратно обработал рану на его спине. Вдруг волшебник спросил у него: — Почему ты так спокоен со мной? Может я злой? — для слизеринца этот вопрос был таким глупым. Он знал, что едва ли найдётся человек, который будет для него добрее, чем отец. — Ты не злой. У тебя глаза другие.Твои глаза светятся светом и теплом. Это самые светлые глаза, которые я видел. — Глаза Северуса раскрылись в неверии. Где-то в глубине чёрных глаз мелькнула боль вперемешку с тоской. Мужчина вздрогнул и быстро ушёл на кухню. Драко слышал его шёпот. Он обращался к какой-то Лили. Поставив себе в голове цель — узнать об этой Лили, он принялся ждать Снейпа. Сейчас он не мог заснуть, всё ещё опасаясь того, что проснётся в том будущем. Будущем, где его отец мёртв. Спустя полчаса его отец вернулся в комнату. Драко ощутил, как на него накатила волна бессильного отчаяния. С детских глаз скатывались взрослые слёзы отчаяния. Зельевар растерянно посмотрел на него. — Послушай, я не трону тебя. Обещаю. Не плачь. — он осторожно коснулся левого плеча мальчишки. Драко ощутил поддержку от полукровного волшебника. Стало так тепло. Отчаяние стало отступать. Слёзы высохли. Драко подвинулся, молча приглашая мужчину сесть рядом. Северус удивлённо смотрел в глаза своему крестнику. Мальчик уже начинал зевать, но он не боялся его. Диван рядом с Малфоем прогнулся под тяжестью взрослого. Драко, нисколько не волнуясь, положил голову на колени крёстного, устраивать поудобнее. Северус шокирована таращился на мальчишку. Ребёнок так доверял ему. Не было того яда или сарказма, как там, в поместье Малфоев. Его и самого начало клонить в сон. Белобрысый ребёнок сквозь дрёму прошептал умоляющим голоском «Спаси…». Неприятно кольнуло где-то под рёбрами. Столько отчаяния, боли и одиночества в одном слове. Северус не сможет бросить этого необычного ребёнка. Всё для себя решив, он тихо ответил спавшему ребёнку:

— Обязательно.

А Драко, словно услышал его ответ, тепло улыбнулся во сне. Он больше не один в этом прошлом. С ним снова его самый близкий человек.

Его отец снова рядом.