Семь сорванных свиданий и восьмое, как знак бесконечности, прошедшее успешно

То, что это какой-то заговор, Рэймонд понимает не сразу. После той прекрасной ночи жизнь, вспомнившая о его существовании, накинулась на Смита голодным зверем, утаскивая едва пришедшего в себя Рэя в водоворот привычных событий ровно с обеда воскресенья. Майкл звал на совещание, фермы требовали внимания, а охрана - надзора за тренировками. Собственно, от Тренера-то в обед Рэй уехал лишь полить дома цветы и захватить кое-какие вещи. По дороге его настиг звонок Майкла, отвертеться от встречи с которым не вышло. Званый ужин ("Да ладно, Рэй. Посидим все свои. Пара бизнес-партнеров с женами, Розалинд и мы."). Рэймонду бы насторожиться на фразе про дресс-код, да только, когда все твои мысли заняты одним конкретным таким ирландцем и предвкушением встречи с ним – вроде как не до того. В итоге в поместье Пирсонов он застрял до раннего утра, потому что «ну уйти сейчас – это плохой тон, Рэймонд. Кто же, если не ты, будет спасать моего мужа от новой бутылки виски в обществе этих идиотов?». А ведь они с Тренером договорились поужинать вместе. Пришлось звонить и извиняться. Голос Тренера звучит спокойно и Рэй думает, что тот сам наверняка достаточно задолбался с залом. Рэй уточняет про занятость вечера четверга. Они вроде как оба смеются, что это свидание, и мирно прощаются. В понедельник Майкл объявляет, что раз Рэй так хорошо себя чувствует, то ему стоит слетать во Францию и договориться о новых точках сбыта. Контакты Майкл так любезно узнал вчера, и ждать нет ни единой причины. Рэй, который к тому моменту уже забронировал столик в прекрасном ресторане, нажав на связи, выглядит недовольным, но возразить ничего не может, надеясь, что поездка закончится еще в среду. Вечером Тренер завозит его в аэропорт, целует на прощание и просит не слишком активно развлекаться с француженками. Встречая предполагаемых партнеров в Париже, Рэй думает, что слова Тренера были в некотором роде пророческими. Потому что у контакта слишком расфуфыренная жена, которая бросает на Смита слишком незаинтересованные взгляды. Собственно, из-за этой мадемуазель и её слишком свободных отношений с мужем Рэймонд не успевает улететь ни вечером в среду, ни утром в четверг. Бронь приходится отменить, а звонить Тренеру стыдно. Джеймс все же оказывается очень проницательным. - Что-то определенно случилось. – Рэй слышит, как мужчина заканчивает мыть руки, закрывая кран ванной. – Беря во внимание номер, с которого ты звонишь, я так понимаю, что свидание отменяется. - Извини, - Рэй сам только закрыл дверь в снятые апартаменты. – Переговоры затянулись. Не удивлюсь, если завтра эта женщина потребует в качестве гарантий еще и трахнуть меня. - Женщина? - Жена мистера Поля. – Смит стягивает с себя пиджак и туфли, совершенно неаккуратно бросая все в коридоре, и проходит к кровати, со стоном падая на мягкую перину. - Мне стоит ревновать? – с усмешкой спрашивает Джеймс на том конце провода, и Рэю от одного его голоса становится легче дышать. - Не стоит. Её тонкие палки ни в какое сравнение не идут с твоими прекрасными ногами, а эта высушенная фигура, - Рэй фыркает, – не знаю, как это хоть кому-то может нравится. - То есть, во мне тебя привлекают только ноги и фигура? - в голосе Джеймса Рэй слышит нужные интонации для того, чтобы ослабить галстук, сбросить пиджак, достать рубашку из брюк и расстегнуть змейку. Тренер, кажется, все понимает по едва слышному шелесту одежды и звуку молнии. Рэй слышит, как мужчина щелкает выключателем ночника на тумбочке в спальне и как рядом опускаются на деревянную поверхность очки. Он так увлечен расшифровкой услышанных звуков, что упускает смысл фразы Тренера. – Рэй? - Мне очень жаль. - А-ха-ха-ха, - Тренер легко смеется. – Тебе жаль, что ты ценишь во мне только ноги и фигуру, или что-то еще? - Жаль, что мы не встретимся сегодня, - Рэй гулко сглатывает, но продолжает. – Жаль, что я не могу дотронуться до тебя сейчас. Не могу быть рядом. - Жажда ощутить живое тело, коснуться кожи сначала руками, а затем губами, вдохнуть запах любовника полной грудью и насладиться его присутствием вдруг накрывает его. - Но ты рядом, - в голосе Тренера полно тепла. – А дотронуться можно и так. Ты ведь уже расстегнул штаны? – Рэй кивает, но, вспоминая, что Тренер его не слышит, угукает. – И наверняка все еще в рубашке с галстуком. - Да, - срывается с губ на выдохе, и он в некотором предвкушении замирает, едва откинувшись на кровати. - Коснись себя, Рэй. Огладь член поверх белья, как если бы это делали мои руки, - голос Тренера звучит чуть приглушенно, а Смита ведет от своих же прикосновений. – Хороший мальчик, - Рэй слышит что-то новое в интонациях на другом конце провода. – Теперь расстегни свободной рукой еще несколько пуговиц и огладь грудь. Руку с члена не убирай, - дыхание постепенно сбивается у обоих. – Сожми ближайший сосок и можешь наконец стянуть трусы. – Рэй беспрекословно подчиняется, и руки действительно словно бы и не его. Словно это Тренер так близко и так рядом. – Открой глаза, дорогой, - голос Тренера слегка срывается, - посмотри, какой ты красивый. Ты ведь уже течешь? – Стон Рэя был лучшим ответом. – Я бы хотел тебя увидеть. Такого вспотевшего и разгоряченного, ласкающего себя и заводящегося от моего голоса, - мужчина громко сглотнул. – Я бы хотел вылизать тебя. Облизать твой сочащийся смазкой член, обсосать яйца, вылизать мошонку. – Рэй хрипло вздохнул, рука на члене сжалась сильнее, начиная надрачивать. – Я бы спустился языком ниже, по твоей промежности. Закинул твои ноги себе на плечи, чтобы было удобней. – Смит судорожно поскуливает. – Ты ведь хочешь этого? Уверен, твой рот переполнен слюной. – Рэй то-то невнятно угукает. – Оближи свои пальцы, Рэй. Той руки, что была на груди. Оближи, как если бы ты облизывал мои пальцы. Тщательно, каждую фалангу. Я помню, как ты можешь. – О, Рэй действительно старался. – А теперь растяни себя. Как если бы готовился для меня. Представь, что я вылизал тебя. Проникал сначала пальцами, медленно, едва ли по фалангу. По твоим мягким горячим стенкам, слегка уходя внутрь. Ты бы так правильно сжимался и стонал. Сначала от кончика языка и того, как я раскрываю тебя пальцами. Но я был бы очень настойчивым и терпеливым. Уверен, что даже если ты это не любишь, ты бы стонал от моего языка. Представь, как я опаляю горячим дыханием вход в твое тело, а затем проникаю своим скользким языком в твое горячее нутро, придерживаю края твоего ануса пальцами и помогаю себе. – Громкий стон огласил комнату и Тренер на мгновение взял паузу. Рэй был уверен, что мужчина на другом конце провода тоже дрочит. – Я бы специально побрился, чтобы не поранить твою нежную кожу, она ведь там нежная, Рэй?, когда бы вторгался в твое тело. А ты бы дрочил себе и стонал. – Смит насаживается уже на три пальца и судорожно дергает сочащийся смазкой член. – А потом я бы соединил свою руку с твоей на члене, протолкнул вместе с языком в тебя сразу два пальца и задел простату, чтобы ты кончил в голос. – И Рэй доводит себя до пика. Его стон действительно звучит достаточно громко и раскованно. На краю сознания Смит слышит из трубки похожий стон со стороны динамика, что говорит о том, что кончил он не один. Они оба просто глубоко дышат какое-то время. - Джеймс? – Рэю совершенно лениво даже двигаться, но он явно измял и испачкал костюм (единственный, потому что – "ты же едешь всего на пару дней, Рэй"). - Да. – Голос Тренера звучит не менее удовлетворенно и лениво. -Я из-за тебя испачкал костюм. - А я не пошел на свидание. - Я постараюсь вернуться в субботу. *** - Здравствуй. - Рэй искренне обнимает замершего в его руках Тренера и ему откровенно похуй на то, что они в аэропорту и на них пялятся люди. Смит буквально метафорическими зубами выгрыз себя из лап французов, умудрившись их не обидеть, и первым же ранним утренним самолетом отправился в родную Британию. А Тренер был такой родной и невыспавшийся, что удержаться от физического контакта было просто невозможно. - И я рад тебя видеть, - Тренер несмело обнимает в ответ и касается сухими губами щеки. Они едут в Лондон в уютной тишине, потому что каждый из них еще недостаточно проснулся, чтобы начать фонтанировать эмоциями, и впереди еще долгий день. Уже вечером за ужином (в этот раз в доме Рэймонда) они неспешно делятся тем, что не успели рассказать по телефону и планами на будущую неделю. Рэй что-то смотрит в телефоне, после чего спрашивает: - Как насчет среды? - Свидание? – глаза Тренера наполнены теплом. Рэй кивает. - Можно, только, - Тренер хмурится. – Суд. В среду первое собрание сторон. - Во сколько? – Рэй что-то прикидывает в голове. - В четыре. - Обычно это проходит быстро. Давай, например, на восемь? Заеду за тобой в зал. - Будешь за рулем? - Оставлю машину у тебя, прогуляюсь, возьмем такси. - Так уверен в себе, что закончим у меня? – голос Тренера становится тягучим, а в глазах смешинки. - Уверен в том, что мой спутник сразит меня наповал, и я сделаю все возможное для продолжения вечера в более тесном кругу. Разумеется, все срывается. Когда Рэй приходит в зал, то становится свидетелем сцены «не прессуй, да не прессуем будешь». Какая-то гопота, явно не понимая куда пришла, пыталась качать права на пороге зала перед стоящим и преграждающим путь в зал Эрни. Рэй как раз остановился докурить сигарету (и был уверен, что не успел спрятать окурок от взгляда Эрни – значит, его точно сдадут Тренеру), когда ситуация практически достигла кульминации. Чего требовала странная компания (а двое шкафов в костюмах белых воротничков и семеро гопников с арматурами были очень странной компанией), было не совсем понятно, так как Рэй пришёл, когда стадия уговоров перешла в стадию угроз. Судя по взгляду Эрни, в зале кроме него никого не было, иначе б карапузы уже начали решать проблему не словом, а делом, и Рэймонду парень был очень рад. "Дети" Тренера уже давно усвоили, что Смит мог в одиночку и с целой бандой справиться. Вообще, по дороге к залу голова гангстера была занята совсем другой, несколько этической, дилеммой. Мужчина забыл оставить дома свой автомат. После тщательных сборов, отмечая у себя некое легкое волнение от предстоящего ужина, Рэй, вместо вполне себе уместной куртки, не глядя надел плащ с перевязью автомата. А вспомнил он об этом лишь тогда, когда уже на подходе к залу осознал привычную тяжесть оружия. И вот, приближаясь к знакомому входу, он раздумывал: готовить ли речь для Тренера с просьбой оставить оружие в зале (и реакцию Джеймса тут было предугадать сложно), либо же вернуться к машине и оставить его там. Теперь же мужчина думал, что сама судьба своими руками вела его (не то чтобы он верил в судьбу), позволив всему сложиться как, как вышло. - Господа! - Рэй, чей голос мог быть достаточно громким, если мужчина этого хотел, быстро обратил на себя внимание компании. - А те чё надо, хлыщ? Шел бы отсюда, - судя по тому, что даже Эрни практически сделал жест "рукалицо", шансов у парня оставалось мало. - Я, как ты выразился, тот хлыщ, что способен подвесить тебя за яйца на шпиль Тауэрского моста по щелчку пальцев, - голос Рэймонда враз наполнился сухой силой и от былой расслабленности не осталось ни следа. Парни, явно не понимающие, с кем имеют дело, двинулись на Смита, но тот ловким движением выхватил из-под плаща свой автомат, любовно снимая его с предохранителя и взводя курок. Толпа замерла, как кролики перед удавом. Пары мгновений им хватило, чтобы оценить ситуацию и начать пятиться. – Стоять. – властный голос Рэймонда заставил их замереть. – Эрни, позволь поинтересоваться, здесь ли Тренер? - Нет, мистер Смит. Он, как и парни, еще не вернулся со слушания. - А эти молодые люди? - Пришли сюда, стоило всем уйти. – Эрни бросил полный презрения взгляд на замерших людей. – Хотели как раз обсудить судебный процесс. - Замечательно. - Никакой радости и воодушевления в голосе Рэя вопреки сказанным словам не наблюдалось и картина ему совсем не нравилась. – Господа, прошу принять вас мое приглашение на чай. Думаю, нам стоит обсудить сложившуюся ситуацию… *** Тренер, увидев в телефоне три пропущенных от Смита и полсотни таких же от Эрни, даже не знал, кому звонить первому, когда ближе к десяти вечера с выжатыми, как лимон, парнями он наконец покинул здание суда. То, что свидание накрылось, стало понятно еще в семь, когда их не отпустили на перерыв, а Тайрон нахмурил брови. Нет, вышли они, конечно, все еще потерпевшей стороной, но линия защиты была слишком сильной, явно не собираясь признавать свою вину в нанесенном ущербе. Тем не менее, отстоять свои права удалось и суд назначил очередное слушание. - Рэй? – Тренер осторожно задает вопрос, пуская за руль Мэла и устраиваясь рядом. - Вас наконец выпустили? – голос Смита звучит нормально, как если бы не у них сорвалось второе свидание, а Тренер не пропал без звонка. - Да. А ты..? - В зале. Приезжайте сюда. Здесь есть господа, желающие рассказать пару занимательных историй. Тайрона я уже предупредил. – и Смит просто отключился. История оказалась прозаичной. Налетчики хотели перехватить Тренера и его парней и не пустить на предварительное слушание суда, но слегка промахнулись по времени. Затем, осознав ошибку, решили в отместку и в качестве угрозы разгромить зал, но, видимо, оценив количество машин перед зданием и опасаясь ребят из охраны Пирсона (все же две группы, тренировавшиеся в тот момент, создавали значительное численное превосходство), выжидали. Но парни закончили тренировку и быстро разъехались, да и не увидели странную компанию, благоразумно тусующуюся за углом, перекрывающим обзор. А то, что кто-то до этого приходил и спрашивал Тренера, так и что? Район не самый спокойный, всякое бывает. Да и к наставнику их всегда очень разный контингент заглядывает. И вот, когда Эрни остался один, налетчики решили, что пришло время действовать, и все, что парню оставалось, это заговаривать им зубы и надеяться на скорое возвращение хоть кого-нибудь. Тогда-то и появился Рэй. К моменту возвращения Тренера и парней в зал Смит смог отвести свою воспитанную джентльменскую душу, а также внушить Эрни еще больше уважения, так как до рукоприкладства они не дошли, а непутевые налетчики уже все честно рассказывали. - Оставить вас? – Рэй поправил на себе восхитительного синего оттенка пиджак, что прекрасно гармонировал с белой рубашкой и серебристой, в тон глаз, жилеткой. Галстука не было, отчего две верхние неформально расстегнутые пуговицы позволяли воображению разгуляться. По Смиту было трудно судить, но он вроде как не выглядел слишком разозленным или раздосадованным. - Но, мистер Смит... - подал голос один из налетчиков, и Тренер уже готов был что-то ответить, когда в руках у Рэя хрустнула спинка стула, который он до этого отодвигал. Планка буквально распалась на несколько длинных щепок, но Тренер был уверен, что стул был не слишком древний, чтобы так легко поддаться. Разумеется, дальше продолжать фразу мужчина не посмел. - Если ты никуда не спешишь, - Джеймсу приходилось очень осторожно подбирать слова, глядя на словно бы с обидой смотрящего на стул Смита. – Я был бы рад твоей компании еще какое-то время. Рэй, какое-то время смотревший на остатки спинки, перевел взгляд на Тренера, и столько различных эмоций бушевало у него в глазах, что в первую очередь мужчину очень захотелось обнять. Однако напуганные налетчики и с любопытством перешептывающиеся карапузы не давали такой возможности. Да и Тренер не был уверен в реакции гангстера на подобное проявление чувств. - Пойду подышу воздухом. - Рэй положил бывшую спинку на стол, глубоко вздохнул, потерев рукой глаза и, ни на кого не глядя, спокойным шагом вышел из зала. Тренер проводил его укоряющим взглядом, но ничего сказать не решился. Стоило Рэю скрыться, как Тренер покачал головой и обернулся к смирно сидящим притихшим мужчинам. - Ну что ж, - тяжелый вздох, казалось, морально придавил горе-налетчиков сильнее, чем вся предыдущая ситуация. – А теперь рассказывайте с начала и по существу. *** - Ты совсем замерз. – Тренер появляется за спиной Рэя бесшумно. Тот снова курит, но Джеймс не собирается говорить ни слова по этому поводу. - Трудный день, дерьмовый вечер. – мужчина пожимает плечами, всматриваясь в затянутое тучами небо. - Думаю, у меня есть план, как все исправить, - Тренер касается чужой холодной ладони, и Рэй поднимает взгляд, неуверенно улыбаясь в ответ.