ПРЕДСКАЗАНИЕ или КАК ОБМАНУТЬ СУДЬБУ

Переминаясь с ноги на ногу, Аня прижимала к груди книги и никак не могла переступить зыбкую границу. За спиной послышался издевательский смешок. Неужто, леди Язва припёрлась! Девушка проглотила тугой ком в горле. Зажмурила глаза. Сделала шаг. Втянув голову в плечи, сжалась. Ничего не произошло. Гул пропал, свечение и вибрация тоже. В полной тишине Анна положила учебники на пол, в центр полусферы подтянула пуф и, сев спиной к поисковикам, открыла первую попавшуюся книгу. Пусть дамочки делают, что хотят, лишь бы не отвлекали разговорами. Фолиант оттягивал руки, грел замшевым переплётом, синий цвет которого плавно переходил к уголкам в чёрный. Готический шрифт на пожелтевшем от времени титульном листе гласил: «Алхимия и зельеварение». Через сколько же рук прошло сие чудо английского книгопечатания? Шевеля губами, Анюта углубилась в чтение, пытаясь поначалу вникать в содержание текста, потом запрыгала глазами от строчки к строчке, разглядывая графические иллюстрации. Содержание трактатов откровенно раздражало. Кому же понравится чувствовать себя бестолковым бараном, смотрящим на новые ворота? «Проштудировав» несколько десятков страниц, Аня тоскливо вздохнула: конца-края нет заумному чтиву. Может, размяться немного? Да и пожевать чего-нибудь хорошо бы. Анюта встала, с удовольствием потянулась. Звук лопнувшего рукава гламурного безобразия, по недоразумению считавшегося коллекционным экземпляром нижнего белья, смутил. «Нехорошо, испортила новую вещь, переоделась бы сначала и зубри себе дальше», — начал воспитательный бубнёж внутренний голос. От всей души пожелав болтуну заткнуться, Аня оглянулась вокруг в поисках своей одежды. Натюрморт из одиноко стоящего пуфика с развалившейся на нём алхимией в окружении других разномастных учебников не радовал. — Сто лет бы вас не видеть, — буркнула Анюта, переводя хмурый взгляд с книг на призраков. — Э-э-э… дамы? Дамы молчали, не моргали, закаменев статуями. Не иначе, обиделись, близко к сердцу (или что там у привидений вместо него?) приняв недовольство ученицы. — Эй, есть кто живой? — съехидничала Аня, приближаясь к поисковикам, не нарушая, впрочем, еле видимой грани. И Анжи, и Эвилин стеклянно уставились на книжный развал, притворяясь музейными экспонатами. Анюта хмыкнула и показала брюнетке язык. Ребячество, конечно, но… так хотелось. Эвилин словно кол проглотила и, вообще, была возмутительно спокойна и безразлична. Потерев затылок, Аня озадаченно улыбнулась: — И чё, будем глазки строить? Ответом на хамский вопрос послужила гробовая тишина. Игра в гляделки надоела. Анна осторожно толкнула ладонью преграду, желая выйти. Полусфера спружинила, отталкивая затворницу, рассеивая оставшийся на поверхности мутный отпечаток человеческой ладони. — Замуровали, демоны! — насупилась Анюта, вспомнив слова из любимой комедии. — Походу, путь на волю лежит через изучение волшебной макулатуры… литературы то есть. Ла-а-а-дненько! Ну, не будут же меня тут голодом морить? Выпустят, наверное, на обед? Наверное… Молчание. Не дождавшись ответной реакции, Аня двинулась по кругу, вдоль прозрачной преграды, испытывая на прочность свою магическую тюрьму. Недоумение сменилось лёгким беспокойством. Чем дольше Анюта исследовала, тем сильнее раздражалась. Чего ради её заперли без возможности выйти? Если ей понадобится обьяснение по пройденной теме, к кому обращаться? Явно, не к истуканшам. Опять вопросы без ответов! Аня тихо чертыхалась, похлопывая ладошкой по пружинящей стене. В самых кончиках пальцев закололо, полыхнуло жаром. Купол делился с пленницей энергией, заложенной при его создании. — Во, фигня какая! — изумлённо покачала головой Аня. Голод отступил, тело наполнилось лёгкостью, настроение выровнялось, а ноги сами понесли к только что ругаемой «макулатуре». Испытывая непонятное волнение, девушка торопилась прочитать как можно больше. Страницы мерно шелестели, щедро делясь информацией. На ум приходили удивительные, будто чужие, мысли, возникали смутные образы и картины, словно некто мягко, но настойчиво выводил блуждающую путницу еле заметными тропками к наезженной дороге. Со зрением творилось нечто невероятное: буквы то выстраивались послушно в ряд, то разбегались неуловимыми мурашами, разбивая вдребезги только что оформившееся понимание изложенного. Когда послышалось стройное хоровое пение, Анюта подскочила, прижимая фолиант к груди: — Всё, до галюников доучилась. Анжелика, выпускайте меня, хватит издеваться! Хочу на перемену… Во всех учреждениях есть перерыв… Эй, аллё! Пение утихло, призраки продолжали играть в партизан. Аня скрипнула зубами, отложила почти дочитанный учебник и решительно двинулась к изваяниям. Фигуры в белом остались безучастны к митингующей Анюте, не шелохнувшись даже тогда, когда девушка толкнула мнимо-иллюзорную преграду плечом, затем пнула ногой. — Крепкий пузырь. Такой бы растянуть вместо фасадной сетки на стройке, — прорычала Анюта, с короткого разбега тараня стену своего узилища. — Я всё-равно выберусь из вашей палаты сумасшедших. Контактируя с упругой субстанцией, Аня удивлённо отметила изменения в своём настроении. Удар плечом — гнев проходит, пинок ногой — раздражение рассеивается. «Бодание» с магической полусферой закончилось хохотом Анюты. Отсмеявшись, девушка села в изнеможении на пол, поднимая глаза на призраков: — И что это было? И почему мне ничего не хочется, только зарыться по самую маковку в эти чёртовы книжки? Ах да, купол же особенный… Молчите? Ну, хорошо, иду. Учиться, учиться и учиться. Вам, конечно, пофиг, что у вас под носом человек с катушек съезжает, сам с собой разговаривает… Эй! Ку-ку! Анюта разочарованно вздохнула, подняла синий фолиант, повертела в руках и захлопнула со словами: «Потом дочитаю, может быть». Учебник занял достойное место по левую руку, а точнее ногу ученицы. — Первый готов, — угрюмо отрапортовала Анна неизвестно кому и потянулась за очередной порцией знаний. — Начало есть… уже хорошо. А дальше, видать, ещё интереснее. Вот «Магия и начала анализа». А это что? «Магиметрия», «Прикладная магифизика». Хм… Откуда-то пришло понимание, что изучение данных дисциплин поможет разрешить проблему. Главное, прочитать. Хлопнув в ладоши и яростно их потерев, Анюта поймала себя на мысли, что повторяет действия задаваки Эвилин. И пусть! Неприятен только пристальный взгляд поисковиков… до озноба по спине. — Прр-родолжим! — воскликнула Анюта, раскрывая «Физику» иного мира. Учебник оставил впечатление жуткой нудятины. Чертежи, графики, таблицы доводили девушку до исступления, вызывая приступы мигрени и необьяснимой меланхолии. Однако, выбирать не приходилось. И всё же, просмотренные книги, медленно, но верно пополняли кипу, которую Аня в сердцах обозвала едрёно-мудрёной. Мощь волшебного купола затянула девушку в водоворот обучающего процесса, выбраться из которого не было ни сил, ни желания. Несколько раз Аня отвлекалась от научных трактатов, разминая затёкшие плечи, удивлённо поглядывая на свет, падающий из окна. Солнечное пятно на паркете оставалось неподвижным вот уже целую вечность. У кого бы спросить про застопорившуюся землю?