Таня Гроттер и секреты прошлого

Баб-Ягун, всеми любимый и обожаемый играющий комментатор, сидел на лавочке, поедая сочный, готовый лопнуть от количества начинки, хот-дог. Он сидел и думал о том, как бывает несправедлива жизнь. Когда кто-то, кого вы ,может, и не слишком хорошо, но долго знали, умирает, понимание этого обычно приходит не сразу. Вы привязываетесь к этому человеку, даже если никогда близко не общались. Его присутствие становится аксиомой, и когда такой человек уходит, вам кажется, что это не так, и что он по-прежнему стоит где-то там, рядом, за вашей спиной, готовый положить руку на плечо и в нужный момент помочь советом или просто сказать, сделать что-то такое, от чего вы улыбнётесь и забудете о своих проблемах или неудачах. И ведь это далеко не всегда ваш близкий друг. Такое довольно значимое место в вашей жизни может занимать даже... Учитель? Великая Зуби была из "тёмных", но это обстоятельство вовсе не было поводом для того, чтобы сказать, что в ней нет положительных качеств. Наоборот, это добавляло ей некого шарма. Её романтическая натура удивительно гармонировала с чёрным юмором, присущим тёмным магам. Сама по себе Зуби была и жутко обидчивой, и ранимой, и чуткой. Это ежедневно проверял на себе её супруг Готфрид Бульонский. Также преподавательница сглазоведения была очень ревнивой: она могла приревновать своего муженька и к своей лучшей подруге Медузии, и к цветочному горшку, и даже к Ягге, когда та, например, как казалось Зуби, слишком осторожно перебинтовывала бывшему Спящему Красавцу руку. "Сейчас я ему так неосторожно перебинтую, что придётся делать это заново, если от руки вообще что-нибудь останется" - сказала тогда она. Что касается Горгоновой, тут повод для ревности вроде как и был : Зубодериха была давно уже не молода, а её талия была так же широка, как и её душа. Зуби была как две с половиной Медузии в ширину (давайте не будем представлять, как из целой Медузии получилась половина), да и морщины, начинающие седеть волосы и старые, с толстыми стёклами, очки , в которых она была была больше похожа на лупоглазую сову, чем на любимую женщину, тоже её никак не украшали. Медузия была полной противоположностью своей подруги: выглядела она на лет на двадцать пять, не больше. Строгие костюмы и яркий макияж делали её визуально значительно старше, но, увы, ей этого по понятным причинам никто никогда не говорил. Она была очень стройной и этим, как считала Зуби, притягивала мужчин как холодильник магнитики. "На это Готфрид, изменник, и клюёт!" - думала Зубодёриха, поедая очередной пончик. Но правда была в том, что это ей не являлось : все эти доводы не имели ничего общего с реальностью, и они только перегружали её мозг, заставляли комплексовать по поводу своей внешности. У Бульонского никогда даже в мыслях не было изменить своей жене с кем бы то ни было. И не потому, что он был прост как табуретка или не искал разнообразия в жизни, нет. Потому что он искренне любил Зуби, а Медузия была для него просто другом и даже иногда соперником в борьбе за внимание его супруги. Саму же Горгонову настолько раздражала неспособность доверять ей и своему мужу, что она иногда всерьёз подумывала о том, чтобы притвориться, будто он и правда изменяет Зуби с ней, с Медузией. Может, тогда она успокоится? Однажды Меди не выдержала и на очередной такой выпад ответила, не промолчала, высказав всё, что она думает о преподавательнице снятия и наложения сглазов и её Ромео. Правда, она тотчас же об этом пожалела : Зуби обиделась. - Да сдался мне твой Готфрид! Если не доверяешь ему - разводись! И вообще, он у тебя... - Какой?! - Зубодёриха начинала сердиться. "Стрёмный сухофрукт!" - хотела было сказать Меди. - Он не в моём вкусе! - О, а это становится всё более интересным! А кто тогда в твоём вкусе, Сарданапал? Знаешь, у меня хоть какой-то муж есть, а у тебя даже и такого нет! - парировала Зуби. - Ну, знаешь, лучше уж Сарданапал, чем твой хрен французский! - И чем же мой хрен хуже твоего? - Он не мой! И не хрен! А лучше тем, что не похож на Кощеева! - Он хотя бы не похож на жирного кота, как твой академик! - Это он жирный? Ты сама-то давно в зеркало смотрелась? - Так я, по-твоему, жирная жена Хрена? Обычно эти ссоры не заканчивались ничем хорошим. Оскорблённая Зубодёриха демонстративно делала вид, что не замечает присутствия подруги, а той подойти и попросить прощения первой не давала гордость. Однако, уже через пару дней обе каким-то чудесным образом забывали о ссоре, и вновь становились неразлучными подругами, как Айседора Котлеткина и тётя Нинель, как Верка Попугаева и Дуся Пупсикова... Однако, вернёмся к нашим баранам... Пардон, играющим комментаторам. Ягун не понимал, почему умирает не Поклёп, не Бессмертник Кощеев, не кто-нибудь злой и явно заслуживающий этого. Думал он долго. Настолько долго, что, когда начал жевать целлофановый пакетик от хот-дога, не сразу это заметил. Но, выбросив его в мусорное ведро, стоящее прямо рядом с лавочкой, Ягун решительно отряхнул джинсы от крошек и встал. "Может, Медузия знает какого-нибудь некромага, который может помочь ей" - подумал он. Карта говорила, что надо идти прямо, никуда не сворачивая, и парень, сунув её в карман, быстро зашагал по направлению к нужному, помеченному красным кружком, дому.

*** Таня, едва проснувшись и одевшись, выбежала в коридор. Было ещё рано, и она не опасалась пропустить завтрак. Добежав до нужной комнаты, она постучала в дверь, но ей никто не открыл. Она постучала ещё раз, и ещё... Забарабанив в дверь ногой, Гроттерша поняла, что скорее у двери случится сотрясение несуществующего мозга, чем этот спящий красавец ей откроет. У неё и в мыслях даже не было, что его может просто не быть в комнате. Пнув многострадальную дверь напоследок (для профилактики, чтобы не скрипела), Таня отправилась в комнату, досыпать оставшееся до завтрака время. Когда все уже расселись в ожидании еды, в зал, почему-то странно прихрамывая, вошёл Сарданапал. Он произнёс заклинание, делающее его голос немного громче, и начал свою речь. - К сожалению, привычных нам скатертей сегодня не будет. Дело в том, что всеми нами уважаемая профессор Зубодёриха получила серьёзное магическое отравление, и поэтому все наши скатерти проходят магспертизу. Вернее, почти все. Академик хлопнул в ладоши р на столах появились скатерти, на которых, в свою очередь, материализовалась тёртая редька. - Сегодня мы будем есть вкусную, полезную... - И тухлую, - вставил какой-то первокурсник. Сарданапал укоризненно посмотрел на него. - И богатую витаминами... - Гадость, - на этот раз перебил академика Ягун. - Тёртую редьку! - провозгласил он. Ученики, увидев на своих столах горы этой гадости, стали возмущаться. Кто-то даже запульнул в директора горстью редьки. Однако, академик показательно очистил свою бороду от неё, и отряхнув растительность, закинул редьку в рот. Весь зал пристально следил за его меняющимся выражением лица. Приложив титанические усилия, он улыбнулся и сказал : " Какой чудесный вкус здоровья! Я только что прочувствовал его!" Таня, не видевшая его позеленевшего лица, едва сдерживалась, чтобы не покрутить пальцем у виска. "Если это - вкус здоровья, то какой же, интересно, вкус у нездоровья?" - подумала она. Воображение услужливо нарисовало салат из редьки, тухлого осьминога и манной каши с комками. Гроттерше пришлось зажать рот рукой, чтобы здоровье, не дай Бог, не полезло наружу.

*** - Здравствуйте, что бы вы хотели заказать? - судя по голосу, это был молодой парень лет двадцать. - Пиццу Хуаниту! - перегнувшись через стол, сказала Эви. - Может, Маргариту? - уточнили на том конце провода. - Я её и имела ввиду, - сказала Эвриала. - Тогда ожидайте ваш заказ в течение двух часов, - сказал парень и положил трубку. - Два часа? - Меди была, мягко говоря, в шоке. - Ну, другой еды у нас нет, у нас Афина вчера была в гостях, и, естественно, после её визита полный холодильник стал пустым, - сказала Сфено, покосившись на блины или то, что хотели за них выдавать.

*** Два часа спустя Ягун уже бодро шагал по району, где все дома представляли собой шикарные коттеджи с террасами, бассейнами, садами и даже маленькими парками. Ну, или со всем сразу. Найдя наконец нужный ему тридцать шестой дом, он поднял голову от карты и посмотрел на строение с белым колоннами, огромным балконом и шикарным садом, где росли оливковые деревья. "Ничего себе домик у Медузии" - удивился он, "Магам же запрещено светиться и ТАК шикарно жить" - внук Ягге вспомнил неприятную историю с Семь-Пень-Дыром. Доцент Горгонова обычно не нарушала запреты, поэтому Ягун заподозрил неладное. Но, вспомнив о своём обещании, он подошёл к калитке, обвитой плющом, и открыл её. Через мгновение магспирант понял, что она реально была открыта, и это было действительно странным : такой дом должен был быть максимально защищён. Пройдя по дорожке, ведущей к дому, он поднялся по ступенькам на крыльцо и, собравшись с духом, позвонил в звонок...

*** - О, Гарольд! Поверь, я не хотела изменять тебе! Но сладость грешная так манит, И чувства эти претерпеть так сложно, трудно, что же я...? Сдалась, увы, мой милый, пусть же ад Врата свои мне распахнёт, и я, Любя по-настоящему тебя, Приму это, войду в обитель зла и лжи, И человеческих пороков... Афина раздражённо нажала на кнопку пульта, выключая телевизор. - Бесит! Вместо нормального сериала показывают всякую дрянь! Вдруг раздался звонок, и ей пришлось пойти открывать. Попутно она заскочила в гардеробную и сменила свой довольно откровенный шёлковый пеньюар на светло-голубые джинсы и белую футболку с надписью " pizza woman"*. Звонок раздался снова. - Да иду я, иду! - она распустила волосы и пошла открывать.

*** Дверь Ягуну открыла полная, но привлекательная молодая женщина, одетая в джинсы и футболку. У неё были длинные прямые волосы цвета молочного шоколада и карие глаза с золотой искрой. Внук Ягге вспомнил, что точно такого же цвета глаза у Медузии. "Возможно, они родственники, хотя, судя по её фигуре, очень дальние" - подумал он. Однако, лишний вес её ничуть не портил, даже наоборот. - Ποιός είσαι?*- спросила она на греческом, с опаской глядя на него. - Чего? - не понял Ягун. Решившись всё же представиться, он сказал : "Я Баб-Ягун!" Незнакомку это заявление почему-то рассмешило. " I'm Bab-Yagun"* - произнёс он. - I'm Athena and I don't understand you* - сказала Афина. "И не хочу понимать" - мысленно продолжила она, "Там, наверное, уже сериал начался". - I want to talk something to... - он запнулся, не зная, как объяснить ей про Медузию, - To your sister, - Ягун не знал, что он угадал, но это, тем не менее, было так. - To Medy?* - уточнила она. - Yes*, - он облегчённо выдохнул : угадал. Видя её недоверие, Ягун поспешил заверить женщину, что он не маньяк и не наёмный убийца. - I am from Tibidohs, I am a student.* Парень показал ей магический перстень, надеясь, что ему не придётся доказывать свою причастность к миру магов посредством волшебства : всё-таки, не факт, что она не лопухоидка, да и Поклёп будет в ярости, если узнает, что он используовал заклинание вблизи обычных людей. Но Афине не потребовалась ничего доказывать : она была богиней, и интуиция её практически никогда не подводила. Сейчас шестое чувство подсказывало ей, что неизвестно откуда взявшийся парень, разговаривающий на непонятном ей языке, действительно должен сказать её сводной сестре нечто важное. Поэтому она спокойно вызвала такси и, когда через пару минут оно приехало, сказала знакомому водителю : "Отвези этого парня к моим сёстрам, да побыстрее, у него явно что-то срочное". Таксист кивнул, сказав, что ради постоянного клиента готов его даже на Олимп отвести. Вспомнив про Олимп, Афина на мгновение как будто посерела. Но она даже виду не подала, что что-то не так, и, махнув на прощание рукой незнакомцу, который уже садился в автомобиль, удалилась. Когда дверь за ней захлопнулась, водитель красной Мазды нажал на газ, и машина понеслась вдоль шикарных коттеджей, унося Ягуна в такую одновременно пугающую и манящую неизвестность...

*** Меди, Эвриала и Сфено ждали свою пиццу три часа, когда парень из службы доставки сообщил им, что все курьеры заболели, и им придётся самим забрать свою еду. К счастью, кафе, где эту пиццу готовили, находилось неподалёку, и Меди, накинув джинсовку, быстро пошла туда, так ей хотелось поскорее поесть. - Не нравится мне сегодняшний день, ой, как не нравится... - проговорила Эвриала, посмотрев на сестру, - Чувствую я, скоро произойдёт что-то неприятное... Эви не была провидицей, но, забегая вперёд, она оказалась права. Однако Сфено лишь отмахнулась от неё и сказала, что она, как всегда, преувеличивает. - Подумаешь, пицца не приехала, блины сгорели... Через полчаса Меди вернулась, но она увидела такое, что коробка с пиццей выпала у неё из рук, глухо ударившись о пол...