О бедном злодее замолвите слово

      Лойто испуганно сжал магическое копье. Небесный дрожал… Он понимал, что Золотым небесам не выстоять – скоро все будут мертвы. И драгоценный Юми, и Атна с Цуном и все лотосы… Последнее, что остается – принять последний бой. Их запомнят, как героев, остановивших демонический прорыв.       А ведь как неплохо все было десять минут назад – их отряд уничтожил жемчужину. Все радовались и ликовали. Даже сам Лойто, принявший лишь самое минимальное участие в общем действе, ощущал себя немного сопричастным – он повышал боеспособность отряда самим фактом своего присутствия – и все благодаря особому заклинанию Эль-Мин-Пэй. Удалось остановить демонический прорыв – путь из глубин Бездны в мир смертных так и не открылся…       А вот теперь… конец!       Последние фрагменты защитного барьера вокруг Академии истаяли золотыми искрами и порождения Тьмы бросились в атаку. Первый же удар главы демонов сокрушил часть стены. Поток Тьмы обрушился на фланги.       Задержавшийся Атна-Мари появился на стене позже остальных лотосов – вместе с Цуном и Раном.              Цун смотрел на подступающую орду Тьмы и неожиданно осознал, что в душе его нет отчаяния или страха. Словно нечто большее, чем он сам заполнило его от края до края бесконечным пламенем. Именно сюда и только ради этого момента судьба вела его и хранила все это время, ради этого он боролся и воскрес. Все идет так, как должно и… сейчас все решится.       Атна хотел сказать любимому нечто ободряющее на прощание. Но увидел, что прежнего Цуна нет. На стене расправлял крылья огромный черный феникс. Он взмыл в воздух и сравнялся размером с драконом. Крылья черного пламени закрыли защитников Академии от демонических атак. Этот феникс был полностью материальным – не морок или иллюзия, а подлинный дух – живое воплощение изначальной могущественной стихии.       Ученики и наставники не верили своим глазам, крича от восторга. Демоны негодующе взвыли.       — Дух?! Откуда здесь дух? – с паникой думал Синь-Фао. – Они все давно ушли…       Но живое доказательство обратного с громогласным клекотом парило в ночном небе, то и дело обрушиваясь на огромные рогатые фигуры внизу. Потоки Тьмы скользили по отливающим сталью оперенью, не причиняя вреда.       Атна с трудом восстановил дыхание. Он был настолько восхищен увиденным, что едва мог сосредоточиться на том, чтобы бить по подступающим Темным святой ци.       — Идем со мной! – отчетливо позвал Цун по каналу ментальной связи. – Мне не справиться одному.       Определенно, это был голос феникса. И вместе с тем – не его. Нечто больше, сильнее, грандиознее.       — Я… Но я не… — начал было юноша. Но прежнего Атны уже не было. Лишь сияющая фигура, обрамленная золотыми лепестками чистого света. На стене раскрывался навстречу лунному свету огромный белоснежный лотос, затмевающий сиянием звезды. Он начал подниматься в небеса, навстречу любимому, но замер…       — Ему не хватает энергии. – первым сообразил Джань. Неожиданная уверенность в правильности действий переполняла болотника. Сам не до конца осознавая, что именно он делает, юноша направил поток своей ци Атне. Его примеру последовал Ран, затем Лойто, прочие лотосы и болотники. А затем и все, кто был в тот момент на стенах. Все чувствовали, что спасение Академии сейчас зависит от двух духов, что парили в ночном небе…       Мир словно замер, бархатную черноту раскололи потоки энергии самых разных кланов, забывших былые распри и в едином дружном порыве вливающих энергию в истинного Белого лотоса, дарующих силу истинному Черному фениксу. Удар сердца, еще один… Заклинания и стрелы, замершие в полете. Застывшие фигуры и лишь потоки ци в движении, лишь выше и выше взмывает озаренный золотым сиянием юноша. Глаза его полыхают – золотом и черным огнем, как и у того, кто ждет его наверху.       Черные перья встречается с золотыми лепестками, образовав подобие монады.       Атна не понимал, где находится, есть ли у него тело, где заканчивается он сам и начинается Цун. Это было совершенно не важно. В тот момент они были одним целым – вечным, неделимым и бесконечно могущественным. Сейчас они обладали мощью уничтожить демонов.       Монада начала вращаться. То, что было черным через миг становилось белым и наоборот. Все быстрее и быстрее. Замерший мир наблюдал за этим вращением – Небесные с надеждой, демоны – с ужасом.       — Это конец! – мрачно, с досадой подумал Синь-Фао. – Гениальный план провалился… Кто бы мог подумать?       Советник хотел начать снимать барьер, отделяющий поле боя от внешнего пространства, чтобы успеть отступить, но… Время существовало лишь для мыслей и завораживающего черно-белого символа в небе.       А потом все накрыл поток ослепительного света. После чего в мир вернулось время. Только демонов, демонический тварей и демонического барьера уже не было. Пространство вокруг и внутри Академии полностью очистилось от Тьмы. Золотые небеса уцелели…        А еще в этот самый момент с неба на огромной скорости падали двое юношей.       Братья-наставники вовремя подставили фениксу и лотосу магические сети, поймав их – весьма аккуратно и безопасно. Героев отправили в лазарет – приходить в себя после всего случившегося. Они пока что пребывали без сознания – слишком много ци прошло через их тела за несколько минут.       Отряды Большого совета, все это время пытавшиеся пробить барьер демонов снаружи, наконец-то смогли войти в учебное заведение. Увидев сияюще-чистую ауру места и полное отсутствие даже демонических трупов, они пожелали узнать, что произошло…       Им поведали о явлении духа и столь внезапной победе.       — Поверить не могу! – удивленно покачал головой глава военного подразделения.       — По счастью, потери минимальны. Бой толком не успел начаться. Но потребуется ремонт стены и пары зданий. – сообщил заместитель главы Академии.       — Вы можете рассчитывать на помощь Большого совета. – заверил воин.              Юми испуганно жался к ветке и пытался понять, как он умудрился забраться так высоко.       — Помогите! – тихо пропищал вишоэ.       — Кто-нибудь поможет мне снять котика с дерева? – поинтересовался Сиин у проходящих мимо боевых. – Он, между прочим, принял участие в спасении мира.       Совместными усилиями юношу спустили на землю. Артефайзер связался по вновь заработавшей раковине с Лойто, дабы тот явился забрать свое пушистое перепуганное сокровище.              — Цун! – Атна вломился в палату к фениксу, едва только пришел в себя и ощутил, что птичка тут – за тканевой перегородкой. Цун как раз сел в кровати и потянулся, приходя в себя.       — Атна! – сонно улыбнулся он.       Лотос заключил птичку в объятия. Плевать на приличия, на легенду, на всех, кто это увидит – все неважно. В конце концов – они спасли мир и вообще стали единым целым на глазах всей Академии.       Феникс не сопротивлялся объятиям – напротив – прильнул плотнее: — Атна, мы живы! Золотые небеса уцелели!       — Мы – самые настоящие герои! – кивнул лотос. – А еще герои все те, кто участвовал в уничтожении жемчужин.       Феникс кивнул: — Поверить не могу.       — Что вообще произошло? – прищурившись уточнил Атна-Мари. – Я про все эти перевоплощения, сияние, замершее время.       Цун пожал плечами: — Понятия не имею. Оно как-то само.       Лотос рассмеялся: — Птичка… Кстати, очень БОЛЬШАЯ птичка.       Он вытащил из волос Цуна блестящее черное перо.       — Атна… — голос феникса дрогнул.       — Да, птичка? – лотос положил горячую ладонь поверх руки любимого.       Цун неожиданно для себя самого коснулся губами губ Атна-Мари.       Лотос даже через одежду чувствовал, как быстро бьется сердце птички.       — Я – дух. Мы победили демонов и спасли мир – нам не страшно никакое проклятье. – мысленно произнес феникс. Теперь он верил в это, как и в их с Атной будущее.       Спустя пару минут Цун смущенно отстранился: — Надо узнать, как там остальные.       Остальные не заставили себя долго ждать, явившись навестить героев прямо в лазарет.              — Наконец-то от нас отстали. – мысленно выдохнул Цун. Ему и Атне пришлось несколько часов к ряду отвечать на вопросы представителей Большого совета. Но теперь это все осталось позади. Главный зал расчистили, активно готовя к праздничному пиру. Фениксы оказались на месте одними из первых.       — Как быстро справились. – оценил Ран. – И не скажешь, что недавно тут было сражение.       — Думаю, раз недостатка в средствах и энергии нет – и отремонтируют быстро. – заверил Цун. – Золотые небеса теперь в центре внимания – деньги будут поступать отовсюду.       Феникс обратил внимание, что столы в зале по-прежнему стоят отдельно – строго по кланам. Даже их привычный тройной стол разъединили – большую часть мебели пришлось заменить и про этот нюанс, конечно, забыли.       Цун коварно усмехнулся. Он помахал появившемуся Атне, подошел и что-то прошептал тому на ухо. Лотос рассмеялся, явно одобряя затею.       Пять минут спустя стараниями лотоса и феникса все столы в зале были объединены в один — огромный и длинный. Придвинули даже стол наставников.       — Мы вместе сражались с демонами и праздновать тоже можем вместе! – радостно заявил феникс, когда подоспели прочие ученики. – Пора забыть о вражде и различиях.       Спорить никто не стал. Все принялись осторожно рассаживаться – впервые за всю историю Академии без деления по семействам – наставники, ученики, представители всех кланов.       Ким-Джун улыбался – ему нравилось то, что устроил этот невероятный бойкий юноша.       Вопреки ожиданиям, неловкость скоро прошла. Общая радость объединила тех, кто стоял на пороге смерти и выжил.       Яо-Джань с удивлением смотрел на друга, до сих пор лишь с трудом веря в то, что тот сумел сделать. Сэ мягко улыбалась. Этот день был непростым для целителей. Только недавно покинувший лазарет Дарр был несколько растерян – слишком много всего успело произойти. Ран привычно ворчал на Хэ, который увлеченно уписывал угощение. Лотосы пока что с сомнением косились на болотников, но куда спокойнее, нежели раньше. Волки что-то бурно обсуждали с журавлями. Ван-Сиин держал за руку Мин и с обожанием смотрел на нее. Пэй ворчала, что из-за энергобарьеров все пропустила. Гуан-Чин как мог успокаивал раздосадованную пагоду. Их с Эль-Мин-Пэй лже-помолвка уже давно должна была быть официально расторгнута, но обе стороны по молчаливому взаимному согласию "забыли" об этом обстоятельстве. Их и так все устраивало.       — Хорошо! – сообщил Цун, наблюдая всю эту идиллическую картинку. Он от души наслаждался происходящим.              — Все обители Темной воды захвачены. – сообщил Атна, первым получивший известия. – Демонологи слишком много вложили в атаку на нашу Академию и ресурсов противостоять Большому совету у них просто не было.       — Они рассчитывали на подкрепление и огромное количество Темной ци из Бездны. – понимающе кивнул Лойто.       — Есть еще одна новость… — Атна закусил губу и отвел взгляд.       Лойто нахмурился, предчувствуя недоброе: — В чем дело?       — В подвале главной обители нашли много тел… Среди них – Шин. – признался глава лотосов.       — Ох… — Лойто испуганно выдохнул.       Атна ободряюще потрепал его по плечу. Он не стал говорить, насколько истерзанным, покрытым кровью и синяками было тело их общего друга детства. Смерть есть смерть. Ни к чему знать подробности.       — Бедная тетушка Этну. – вздохнул Лойто.              — Так что мы требуем отныне признать незаконным любое разжигание межклановой вражды – от слов до действий, настаиваем на мирном – судебном – решение межклановых конфликтов и полном прощении для представителей всех кланов, объявленных ранее вне закона. – уверенно вещал Цун.       — На этот раз нам удалось остановить демонов. Но стоит помнить, что их подпитываеют злость, ненависть, нетерпимость. Демоны спровоцировали нас на войны, но они воспользовались для этого теми конфликтами, которые сформировали сами Небесные. – продолжил Атна-Мари. Их совместное выступление перед Большим советом было весьма эмоциональным. Юных учеников Золотых небес согласились выслушать из уважения к их невероятным заслугам. А также потому, что как минимум одного из них считали воплощенным духом.              — Ваши слова произвели впечатление на Совет. – заметил Ким-Джун, в числе прочих сопровождавший юношей во время визита в столицу. – Думаю, политика Золотой пятерки теперь значительно изменится. Стычки между кланами начнут сурово пресекаться, в Академиях запретят жестокие межклановые соревнования среди учеников.       — Отлично. – воодушевленно кивнул Цун. Феникс помнил, что Золотые небеса – одна из немногих Академий, где подобное не практиковалось и ранее.       — Теперь осталось как-то урезонить зловредных стари… уважаемых советников Клана Белого лотоса. – вздохнул Атна-Мари. – И настроить их на осознание того, что мир меняется.       — Ты справился с демонами! Советники тебе не страшны. – заверил феникс.              — Ты думаешь, у меня все получится? – встревоженно уточнил Цун. Чем ближе лотос и феникс подъезжали к бывшей главной обители черно-красного клана, тем больше волновался юноша.       — Если ты и правда дух, а я в этом не сомневаюсь, то ты сможешь стать основателем клана. – уверенно сообщил Атна-Мари.       — Я ношу знак Академии… — осторожно напомнил Цун.       — Не сомневаюсь, что братья-наставники поймут. Не каждый день их ученики основывают новые кланы. – рассмеялся лотос.       Их сопровождающие держались немного позади, давая юношам возможность побеседовать наедине.       Хэ и Ран болтали меж собой и лишь изредка поглядывали на господина.       У главных ворот все спешились. Цун отворил запечатанные врата и вошел в пустующий дворик, поднялся по ступеням, ступил в главный зал. Лишь Атна, Хэ и Ран проследовал за ним, прочие остались снаружи.       Цун закусил губу от волнения и опустился на колени перед погасшей чашей Кланового знака – символа жизни семейства Черных фениксов.       Юноша сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, после чего положил руки на край чаши. Он сосредоточился на силе пламени, что бушевала внутри, а потом мысленно зачерпнул черный огонь, наполнив им металлический сосуд. Секунда, другая. Казалось, что все бесполезно. На лбу Цуна выступила испарина. Пламя отозвалось внезапно и бурно, вмиг озарив зал. Вспыхнула цветными отблесками мозаика с изображением Черного феникса на стене.       — Мой знак феникса! Он снова активен! – первым возопил Хэ, любуясь изменениями в собственной ауре. – Простите…       Толстячок смутился, осознав, что нарушил торжественность момента.       — И мой знак в порядке! – осторожно отчитался Ран. Он догадывался, что аналогичное открытие сейчас постигло тысячи фениксов.       — Клан возрожден. Как и положено фениксу – восстал из пепла. – улыбнулся Атна. Он понимал, как странен тот факт, что в столь важный момент кроме фениксов в зале находится он – глава лотосов, уничтоживших этот клан и погасивших знак… Но, похоже, Цуна это мало заботило.       С криком «Получилось!» он бросился на шею лотосу. С минуту они стояли обнявшись. Хэ и Ран деликатно смотрели в сторону.       Цун немного пришел в себя и осмотрелся по сторонам. Вокруг царило запустение… Он сам настоял на том, что сначала попробует совершить почти невозможное и только в случае успеха предаст дело огласке. Было бы неловко давать ложную надежду, организовать торжественную церемонию… и не преуспеть. Но все получилось. Клан будет жить.              Выпущенные из неволи или пустившиеся ранее в бега фениксы возвращались на родину. Кроме того, к черно-красным изъявили желание присоединиться многие обретшие свободу представители иных уничтоженных кланов, чей Знак погас – появление основателя давало им возможность снова обрести аристократические титулы в новом доме. Цун, кроме того, сделал аристократами наиболее достойных из лодари, включая своего бывшего слугу – Хуан-Мина.       — Вот уж не думал на старости лет. – добродушно ворчал пожилой Небесный.       Обители постепенно оживали и приводились в порядок – энергии ци у свежезажженного Знака было много, так что работа спорилась.       — Теперь нас почти столько же, сколько до войны. А по числу лодари и побольше будет. – заметил Хэ, просматривая свитки с отчетами. Цун прочил его и Рана на должности советников по окончании учебы и толстячок активно вникал в клановые дела.       — Хорошо. – кивнул воодушевленный основатель. – Мне нравится обновленный Клан Черного феникса. Ты заметил, аура главной обители совсем иная?       — Как иначе, господин? Все руководство сменилось. Да и говорят новые кланы всегда чище и сильнее. – деловито согласился Джи-Хэ.              — Академия восстановлена. Через пять дней возобновится учеба! – Джи-Ран вбежал в кабинет, размахивая свитком с печатью Золотых небес.       — Главное, чтобы нам, наконец, дали нормально доучиться. Никаких демонических прорывов, войн, эпидемий и стихийных бедствий. А самое суровое испытание – экзамен в середине года. – Цун закатил глаза. – Дорогие духи, к числу которых меня почему-то относят, можно мы все наконец станем обычными учениками с обычной учебной жизнью? Очень прошу!       — Обычный ученик-основатель клана. Что же в этом такого, господин? – насмешливо хмыкнул Джи-Ран.       — Хорошо, что есть временный Совет, на который можно оставить дела. – выдохнул Цун, поднимаясь из-за стола. – Учебные свитки и боевые вылазки намного приятнее отчетов.              — Так. А где твой торжественный выезд и свита? – ошарашенно уточнил Атна-Мари, поприветствовав Джи-Цуна во дворе Академии. Сам он прибыл в сопровождении маленькой армии, а вот с Цуном были лишь Хэ и Ран.       — Мне и так хорошо. – безмятежно отмахнулся феникс. – Как хочу, так и езжу. Кто может что-то запретить основателю?       Лотос насупился. Его борьба с Советниками шла не столь успешно, как хотелось бы.       Лойто, тем временем, заметил в толпе учеников со знаками отделения Рун и лингвистики и, махнув друзьям на прощание, отправился заводить знакомства с новыми одногруппниками.       — Новый учебный год по усиленной программе! Предстоит наверстывать пропущенное в прошлом полугодии. Ты готов? – поинтересовался феникс у Атны.       — Готов как никогда. – улыбнулся лотос.       — Спорим, в этот раз я стану лучшим учеником? – рассмеялся Джи-Цун.       — Охотно верю. Тем более, что я перехожу на Средний курс. И вообще – ты дух. Какая может быть конкуренция?       Феникс слегка приуныл: — Да, как-то неловко. И совместных заданий не предвидится, раз мы на разных курсах.       — Это не значит, что мы не сможем видеться. И даже пользоваться лазом не обязательно. – Атна-Мари ободряюще коснулся его плеча.       Феникс приободрился: — Да! Прошел всего год. Но так много всего переменилось.       В главное здание Академии они вошли рядом – не таясь, болтая и беззаботно улыбаясь. Впереди юношей ждало еще много захватывающего. Но это уже совсем другая история.