Луз Носеда и Пожиратель Душ

Эмити мало разговаривала с Луз. На все вопросы она отвечала расплывчато и отстранённо. — Мы близко, но всё ещё недостаточно, — говорила она. — Просто дай мне немного времени. Луз тревожилась. Отстранённость Эмити после того разговора вызывала мурашки по коже. Её бледность, обкусанные до мяса ногти, поникший взгляд, вечный уход в свои мысли — это выглядело страшно. — Эмити, что с тобой? Поговори со мной, — вечно твердила Луз. — Не сейчас, — отвечала она, словно выстраивая непроходимую стену вокруг себя, через которую Луз не могла пробиться, как бы не пыталась. Эмити нужно подумать, нужно собрать в себе силы. Что секретного было в тех бумагах? Или отец просто не любил, когда трогают его вещи и заходят в кабинет? В любом случае, Эмити хотела узнать. Она пыталась вспомнить, но в тот момент окинула бумаги слишком беглым взглядом, да и прошли много лет. Эмити не помнила ничего, лишь расплывчатые буквы и несколько чертежей. Отца не было дома уже пару ночей. Кабинет никогда не запирался и всегда был открыт. От вторжения других его оберегал лишь праведный гнев владельца. И это манило Эмити: запретный плод так сладок, да и таит в себе много загадок, ответы к которым возможно найти лишь перешагнув порог кабинета. Эмити смотрела на дверь впереди; мысли словно змеи-искусители кружили в голове и тихо-тихо шептали, шипя: «Зайди». Дверь скрипнула. Тени окутывали каменные стены, холод обдавал кожу, вызывая мурашки по спине, — хотя, мурашки появлялись не только от холода, но и от наполнявших тело адреналина и страха. Эмити вошла внутрь, на ощупь нашла выключатель на стене и включила свет. Мрачный кабинет обрёл цвета. Не то, чтобы это радовало. Увидя все документы, аккуратно расставленные по полочкам, её начало мутить от осознания количества информации, которое ей нужно просмотреть за то небольшое количество времени, имеющееся у неё в запасе. Эмити не знала с чего начать. Не то чтобы кабинет был большим — в нём стоял лишь письменный стол и книжный шкаф, наполненный папками для документов. Но вот документов действительно много. Неизвестно сколько точно времени есть в запасе на безопасное исследование чужой территории. Действовать нужно быстро. Эмити подошла к столу. Ровная стопка бумаг лежала на его краю, и она взяла её. Бумага нежно шелестела в руках. Ничего серьёзного: отчёты, заключение мелких сделок, договор купли-продажи. Ничего, что могло бы быть подозрительным, хоть она действительно внимательно изучила каждый из документов, пытаясь зацепиться за каждую строчку. Эмити сложила их обратно в том же порядке, внимательно смотря, чтобы всё выглядело так, как до её вторжения в рабочую зону отца, и подошла к книжному шкафу. Стопки документов, разложенных по подставкам для бумаг, смотрели на неё, будто посмеиваясь над угрюмым выражением лица Эмити, мол, «ты всё ещё хочешь найти ответы?». Эмити тяжело вздохнула, возможно слишком драматично, но тем не менее, достаточно искренне. Она потратила около часа, чтобы просмотреть их и аккуратно сложить обратно. Эмити, стоит признать, из-за небольшой усталости и боязни появления отца на пороге, просматривала их не слишком тщательно, но ей хватило этого, чтобы понять, что там, вроде как, ничего нужного ей нет. Эмити устало вздохнула. Глупо было полагать, что она сможет найти что-нибудь важное в открытом доступе. Она оперлась о письменный стол, бедро вжалось в ручку выдвижного ящика. Остался только он. Эмити развернулась и дёрнула ручку на себя. Он был заперт. Но замок слабенький. Эмити не была хороша во взломе замков, но иногда ей приходилось взламывать школьные шкафчики (не спрашивайте с какой целью она это делала, прошлое школьной стервы имеет свои… детали), замок в которых был таким же хлипким, как и в этом ящике. Но, очевидно, всё было не так просто — какой дурак вообще станет хранить что-то важное в столь легкодоступном месте? Главной преградой был не этот хлипкий замок, взломать который сможет даже ребёнок, а заклинания. И снять заклинания было уже гораздо сложнее. Сначала нужно хотя бы понять, какие конкретно чары на него наложены. Эмити просидела десять минут, сверля взглядом этот несчастный замок. Над ним мерцала еле заметная голубая дымка, которая свидетельствовала о наличии защитных заклинаний. Какие или какое из них мог использовать отец? Эмити предполагала, что возможно это одно из тех, которое Аладор использовал раньше, когда Эмити была маленькой, для того чтобы запирать её в комнате в качестве наказания. И хорошо, если бы было именно так, ведь в таком случае Эмити не составит труда его снять. Конечно, раньше в этом плане ей было тяжко — защитные заклинания для неё словно тёмный мрачный лес, в котором она бродила как брошенный котёнок; но со временем всё стало куда лучше. Эмити тренировалась часами, изучая практику и теорию, чтобы научится снимать их, дабы выбираться ночью, в час когда все спят, из комнаты. В детстве собственная комната казалась ей тюремной камерой, в которой она отбывала каждый свой мелкий проступок. Шанс того, что Аладор использовал именно эти заклинания был на самом деле велик, так как сам Аладор довольно никудышен в любой части магии, кроме создания Мерзостей. В Мерзостях он воистину мастер своего дела, и даже Император Белос является его постоянным клиентом. Эмити взмахнула рукой в воздухе, проецируя голубой круг. Мерцание на замке чуть ослабилось. Сработало. Но это даже не половина работы — на замок наложено несколько заклинаний. Она попробовала ещё несколько. С каждым новым мерцание ослаблялось, пока вовсе не исчезло. Это было… слишком легко. Остался последний штрих во всех её сложных махинациях. Она вынула невидимку из волос, согнула и вставила в щель между корпусом замка и дужкой. Несколько ловких движений, Эмити потянула дужку на себя и открыла замок. Бумаги в ящике были не сильно важнее, чем на столе. Но Эмити и не ожидала другого. Важные документы никогда не хранятся в легкодоступном месте. Но в кипе документов был чертёж. Эмити замерла. План строения школы. Это было странно. Её отец не был связан со школой никаким образом. Её взгляд внимательно исследовал чертёж: каждый коридор, кабинет, комнату. Эмити думала найти что-то необычное. Коридор, поворот, кабинет, комната персонала, и… что это за место? Она попыталась запомнить чертёж, его ровно вычерченные линии и углы. Судя по всему, это было что-то на подобии подземелья, скрытого где-то в восточной части школы. Эмити осознавала, что, возможно, это ничего не значит или по крайне мере не слишком значимо, чтобы волноваться по этому поводу, но проверить всё же хотела. Просто чтобы удостовериться. Просто убедиться. Задержав взгляд на последние три секунды на линиях, она достала из кармана домашних штанов маленький телефон в виде котёнка. Что ж, она явно не запомнит весь чертёж в подробностях, поэтому сделала фотографию. Её отец ублюдок, но не настолько. Ох, она почти уверенна, что её отец кто угодно, но точно не убийца. Ей просто нужно знать это точно. Удостовериться. Что ж, сейчас, кажется, (только кажется, потому что она не уверенна в том, сколько точно провела времени в кабинете отца) Эмити пора было к Луз. Эмити не совсем помнила, как успела дойти до Совиного дома. Мысли кружили в голове, оставляя лишь обрывочные воспоминания. Хруст снега под ногами, холодный ветер, мурашки по телу, и вот она уже стоит на пороге дома. Уставшая и потерянная. Луз окинула её встревоженным взглядом. Луз не стала задавать вопросы, лишь сняла пальто с Эмити, повесила на вешалку, провела девушку в гостиную, усаживая на диван, и встала напротив неё. — Э, — начала Эмити. Горло сдавливало от неловкости и потерянности. — Я нашла план строения нашей школы в кабинете у отца, и там было помечено одно место, которое я раньше не видела, думаю, нам стоит посмотреть, что там. На всякий случай, — она постукивала пальцами по коленям, опустив взгляд на них, чтобы не видеть лица Луз. — Хорошо, — Луз тяжело вздохнула и шагнула немного вперёд. — Хорошо, — тихо отозвалась Эмити. Тишина. Она длилась не так долго, но была угнетающий, повисшей в воздухе и тяжело давящей на всё тело. Казалось, Эмити чувствовала, как тишина сдавила её лёгкие, оседала на коже неприятным налётом. — Я, — начала Луз и сжала пальцами свою переносицу. — Послушай, ты не обязана мне рассказывать, что с тобой происходит, тем более, если чувствуешь, что сейчас не готова, но я не слепая, я же вижу, что с тобой что-то не так. Я не прошу, чтобы ты мне открылась, но просто, пожалуйста, позаботься о себе. Эмити закусила губу. — Ты прекрасная и замечательная, и если ты будешь чувствовать, что уже с чем-нибудь не справляешься, то просто обратись за помощью, не обязательно ко мне. — Мне просто нужно время, — Эмити сжала руки на коленях в кулаки. — Хорошо, — кивнула Луз, подошла к Эмити, сидящей на диване, и прижала её голову к своему животу, сжимая в лёгких объятиях. Эмити всё ещё была напряжена, но, честно признаться, объятия Луз оказывали успокаивающий эффект. Но не это было причиной, по которой она всё-таки решила открыться ей. Эмити доверяла себя, свои тайны Луз до этого и не разу не жалела об этом. Луз умела успокаивать её, пусть иногда и… своими методами: неловко и немного странно. Но Эмити это определённо помогало. А самое главное — Луз действительно заботилась о ней. Да, она эмоциональна и всегда всё хочет узнать, но Эмити видела, что Луз пытается себя сдерживать, не давить на неё. — Что ж, — голос Блайт был напряжённым. Она громко втянула воздух, — Во время разговора с Лоуренс- — Ты не обязана мне рассказывать. — Я хочу, — единственная фраза, произнесённая ей за последние несколько минут, в которой звучала уверенность. — Во время разговора с Лоуренс я кое-что вспомнила о своём отце, что, — Эмити на секунду задумалась, — доставляет мне маленький дискомфорт. Возможно, из-за этого я выгляжу немного… — она вновь задумалась. — Подавлено? — Что-то очень ужасное? — Луз зарыла пальцы в волосы Эмити. — Он побил меня в детстве, — Эмити сжала пальцами край футболки Луз. — Довольно сильно. И он сделал это из-за того, что я и Лоуренс пробрались в его кабинет и немного поигрались, видимо, с какими-то важными бумагами, но мы были осторожны, все документы остались целыми. Просто, — она закусила губу на несколько секунд, когда почувствовала, как напряглось тело Луз, — он довольно груб и вспыльчив, но я не помню, чтобы он когда-нибудь нас бил. — Эмити, — Луз слегка отодвинулась и переместила руки на лицо Эмити, поднимая её голову так, чтобы они смотрели друг на друга, — это ужасно. Как сильно он тебя ударил? — Я не помню подробностей, лишь обрывки воспоминаний. Помню слёзы и кровь. Эмоции на лице Луз быстро сменялись и мешались между собой так, что было сложно понять, что конкретно она чувствует. Боль — ярость. Жалость — ненависть. Ей хотелось прижать свою девушку, которая сейчас казалась такой хрупкой, к себе и не отпускать никуда, спасти её от всего мира. Ей хотелось убивать, найти этого человека, и медленно мучать, пока он не познает всю боль этого мира. — Сколько тебе было лет? — ярость наполняла её голос, зубы стиснуты, но она нежно поглаживала большими пальцами щёки Эмити, пока смотрела ей в глаза. — Семь. Луз замерла. Семь. В детстве на Луз часто ругались, в моменты когда она была особенно активна, но не били. Мало того, это был не лёгкий шлепок по попе — Эмити сказала, что было много крови. Собственный отец избивал её, пока она не начала истекать кровью, когда ей было семь. Он причинил боль Эмити, этой маленькой принцессе. — Я убью его, — Луз прижалась лбом к Эмити, нежно держа, будто та, как хрустальная ваза, может разбиться при любом неверном движении. — Звучит грозно, — Эмити попыталась выдавить из себя улыбку, чтобы показать Луз, что с ней всё в порядке, но это выглядело слишком вымученно и устало. — Я убью всех, кто причинит тебе боль. — Что ж, тогда тебя, вероятно, в итоге посадят, и меня больше некому будет защищать. — Хм, — Луз слегка прищурилась. — Я сбежала однажды из вашей тюрьмы и сбегу ещё раз.

***

Сейчас Эмити выглядела немного лучше, всё также подавлено, но чуть-чуть лучше. Стоит полагать, что это уже значительный прогресс. — Так, — Луз шептала, потому что… ну потому что они вроде как крались в какое-то секретное место. Они, как бы, ещё не уверены, что это действительно что-то супер секретное, но имели все основания предполагать это. — Ты уверена, что нам стоит сейчас идти сюда? Эмити резко остановилась так, что Луз чуть не врезалась в неё. — Мы не пойдём, если ты не хочешь, — сказала она. — Нет… я хочу, просто ты уверена, что готова? — Конечно, — Эмити продолжила путь. Эмити уверенно шла по петляющему школьному коридору, сворачивая на нужных поворота и спускаясь по лестницам, изредка сверяясь с фотографией. Последний поворот. Стоп. Перед ними оказалась совершенно обычная деревянная дверь. Ни тебе всяких кодовых замков или охранных чар, даже никакого волшебного стража, который мог бы попытать твой ум, загадывая абсолютно сюрреалистичные загадки, правильный ответ на которые едва ли можно найти. Скучно. Эмити и Луз сейчас, конечно, были далеки от чувства скуки — они были в недоумении. То есть, вся простота реальности настораживала. Варианта два: либо ищи подвох, либо подвоха то и вовсе никакого нет и перед ними самая обычная комната. Но нахождение комнаты обслуживающего персонала так далеко от основного блока школы, да ещё запрятанного среди лабиринта коридоров, вызывает насторожённость. — Ты уверенна, что мы там, где надо? — Луз подошла к двери и провела пальцами по её деревянному лакированному покрытию. Что ж, Эмити сомневалась. Сейчас ей сложно быть уверенной хоть в чём-то. Но… всё было так похоже на правду, да и она несколько раз сверялась с чертежом. — Не совсем, — честно призналась она, переводя взгляд с таблички на двери на Луз. — Думаю, нам стоит проверить. Луз обхватила ручку двери и дёрнула её на себя. Эмити инстинктивно сжалась, но ничего опасного на них не выскочило. Луз прошла внутрь медленной, настороженной походкой, а Эмити вслед за ней. И… тут тоже ничего. Обычная кладовая в стиле Гарри Поттера: на полках стоят разные склянки с зельями и заготовками для них, по углам вёдра, швабры и тряпки, много высоких и массивных шкафов. Трудно описать чувства, которые в тот момент испытывала Эмити, но можно утверждать, что это было некое блюдо эмоций. Облегчение, разочарование, насторожённость, недоумение. Они отдавались быстрым биением сердца, комом в горле и слегка горьковатым привкусом. Вот как можно это описать. — Похоже, здесь ничего нет, — выдохнула Эмити. — Не-а, ещё рано, — губы Луз растянулись в улыбке, а сама она резко повернулась к Эмити. — Не говори мне, что книги не развили в тебе жажду приключений, — Луз скрестила руки. — По всем канонам фентези потаённый ход находиться за одним из этих шкафов. Эмити обвела взглядом комнату. Пять, твою мать, огромных шкафа, которые выше их в два раза. — Ты предлагаешь нам двигать их все? — Эмити отказывалась воспринимать слова Луз всерьёз. — Именно, — Луз подошла к одному из них, который стоял по левую от неё рук, и ухватилась за его край, прижатый к стенке. — А если кто-то из учителей… — Мы его обездвижем заклинанием, — голос Луз был напряжён, а лицо покраснело от усилий. — Ты же не серьёзно. — Я абсолютно, — Луз временно прекратила попытку передвижения шкафа и тяжело выдохнула, — серьёзно. А теперь помоги мне отодвинуть эту бандуру, мои руки-макорошки не справляются, — она демонстративно сгорбилась, грустно опустив руки вниз. Совместными усилиями им удалось чуть отодвинуть шкаф от стены, так что появилась небольшая щель; изучив открывшуюся взору каменную стену, стало ясно: за ней нет никакой скрытой двери, лишь стена. — Да блин, — Луз разочарованно выдохнула. — Полагаю, нам нужно продолжить поиски. — Да, — Эмити чуть облокотилась о стенку шкафа, дабы передохнуть. Отодвинув ещё три шкафа, они действительно сильно выдохлись, так что устало спустились на пол, прислонившись спиной к стене. Третий шкаф был, слава всем богам и предкам, куда легче, чем два предыдущие, и им удалось его отодвинуть достаточно далеко, так что сейчас им была видна стена за ним достаточно хорошо. — Мне кажется, мы бьёмся впустую, — Эмити провела руками по волосам, зачёсывая их назад. — Вряд ли мы что-нибудь найдём. — Эй, — Луз повернула голову в её сторону, — не вешай нос, Эмити Блайт. Не попробуем — не узнаем. Эмити промолчала. Она смотрела на стену перед собой. Просто грёбанный камень. Её это раздражало. Они так близки, но так невероятно далеки от разгадки. Может, они что-то упускают. Может, Эмити что-то не заметила, не обратила внимание, не уловила. Луз смотрела на Эмити. Сосредоточенно. За каждым её движением. Как пряди спадали ей на лицо, как она поджимала губы, как хмурились её брови, когда она активно над чем-то думала. Эмити была прекрасна, подобна Богини. Ей хотелось говорить о её красоте и любви к ней, будто это было чем-то необходимым. Эмити резко дёрнулась. — Ты видела это? — Видела что? — Луз всё ещё не отводила взгляд от неё. — Стена. Она чуть шелохнулась, — Эмити продолжала внимательно смотреть на неё. — Вот опять. — Я не, — Луз всё-таки оторвала свой взгляд от Эмити и перевела в точку, в которую так внимательно смотрела Эмити. — Я не видела. — Сосредоточься на ней. Очень внимательно. Старайся моргать как можно меньше. Это могут быть иллюзионные чары. — И ты знаешь, как их снять? — Нет, — Эмити слегка помотала головой. — Я знаю лишь основу иллюзий. Мой профиль мерзости, а не иллюзии. — Понятно. — Нам понадобится помощь Гаса, если мои предположения не ошибочны. Луз качнула головой, выражая согласие.