Дар или проклятие?

      — Входи, — прогремел глухой голос за дверью, отдаваясь тревожным эхом внутри Фэша.       Прохлада тёмного коридора давила на плечи, но остаться здесь хотелось куда больше, чем последовать приглашению. Но с глубоким вдохом Драгоций всё же наваливается на тяжёлую деревянную дверь и делает шаг в ещё более холодное помещение, хотя, вроде, тут даже камин был.       — Фэшиар, — нарочно растягивает его имя худощавый старик, даже не поворачиваясь к парню, и тот только рад этому, ведь, честно говоря, совсем не хочется встречаться с прожигающим насквозь взглядом напротив.       Мальчишка — а он чувствовал себя сейчас именно мальчишкой — посмотрел перед собой на чёрное стекло в резной раме, и Астрагор заметил его взгляд в отражении. В блеснувшем в тёмной глубине отчаянии было видно всё. Мужчина сразу же понял, какая цель привела Фэша сюда, и… на что готов пойти ради неё парень.       Понял и не смог не улыбнуться.       — Догадываюсь, зачем ты здесь, — стараясь скрыть удовлетворение, протянул мужчина, всё же поворачиваясь к племяннику. — И ты знаешь, что помощь не будет дешёвой.       Фэш сжал кулаки, перебарывая робость, и заставил себя посмотреть в чёрные омуты чужих глаз. Он не видел, да и не мог видеть там ничего, кроме превосходства, жажды крови, жестокости. И самолюбия.       Именно этим парень и собирался воспользоваться, хотя был уверен, что потеряет от этого куда больше.       — Мне нужен ответ от гадательного зеркала.       В тёмных колодцах мимолётно блеснули искры. Радости? Они исчезли так же быстро, как и возникли, будто просто привиделись.       — Почему я должен позволить тебе это?       Астрагор снова отвернулся, и Фэш позволил себе короткую язвительную мысль: решил поиграть в дурачка? С него станется. Хотя скорее решил поглумиться над ним. Над ним и его готовностью отступиться от своих принципов и пожертвовать всем ради чего-то, о чём вскоре мог бы и забыть.       Для этого старика не было ничего важнее собственного благополучия и власти, несмотря на его редкие ленивые попытки скрыть это.       — Я вернусь к тебе. Насовсем, — не позволяя голосу дрогнуть, сухо и твёрдо заявил он, подражая манере собеседника.       — А ты уверен, что я приму тебя обратно? Ты показал, что тебе нельзя доверять.       Он, конечно же, ждал этого вопроса и уже знал, что ответит. Нужно было только собраться с силами.       Драгоций незаметно сжал пальцы, полностью сосредотачиваясь на неторопливом, куда медленнее обычного, движении шестерёнок, растворился в нём и порождаемом им страхом, тоской, этой тупой болью, прожигающей изнутри, и слабым проблеском надежды.       — Я подпишу договор. На любых твоих условиях. — Нет, он не позволит голосу дрогнуть. Не тогда, когда жизнь человека, который только вернулся с того света, снова висит на волоске. И полностью зависит от него.       Не тогда, когда она уже опустила руки и перестала бороться, а он… просто не может.       — Удивительно, как прихотлива судьба.       Астрагор подошёл к окну и стал смотреть на серую пелену, создаваемую дождём на расстоянии вытянутой руки. Фэш тоже обернулся туда, невидящим взором устремляясь в глубину, и будто в прострации стал думать, как же странно на него действует дождь, который сейчас лишь усиливал чувство безысходности, мрачной решимости и обречённости.       — Хорошо, я согласен. — Мужчина снова повернулся к нему, на иссохших губах расцвела улыбка. Это выглядело ужасно, должно было пугать, но Фэш не боялся, хотя и старался придать лицу хоть тень несуществующего чувства. Драгоцию уже приходилось сталкиваться с лицом истинного страха, но оно принадлежало не его старому учителю.       — Ты. Будешь. Служить. Мне. Вечно. — Астрагор отчеканивал каждое слово, и они эхом разносились по всей комнате, едва ли не заставляя Фэша пожалеть о своём выборе. Но это бы не принесло ничего, кроме садистского удовольствия Астрагору, поэтому и смысла в этом не было.       Мужчина говорил ещё что-то, но Драгоций слушал вполуха, понимая, что не позволит себе отступить.       — Согласен, — просто сказал он, когда был произнесён такой вопрос.       Будто из ниоткуда возникла бумага и стило. Внимательно прочитав, парень подписал её, на мгновение прикрыв глаза.       Дядя снова приблизился к нему, и Фэш смиренно выполнил молчаливое указание: встал на колени и поцеловал перстень на чужом пальце. Опустил голову, позволяя вернуть метке на своей шее былые возможности — буквально вернуть полный контроль над собой, и только после этого поднялся.       — Что же, ты можешь пройти к гадательному зеркалу и получить ответ на свой вопрос у будущего.       Он приблизился к чёрному стеклу в золотой раме, вблизи стала видна сеть серебристых ниточек, покрывавших его, будто трещины. Они исчезли, повинуясь одному взмаху руки, и на поверхности выступило золотое чернильное пятно.       Не теряя времени, Драгоций обмакнул в нём кончик своей часовой стрелы и начал выводить свой вопрос. Вскоре, когда тот уже был полностью написан, буквы вспыхнули, будто объятые огнём, и исчезли, но парень терпеливо ждал.       Спустя время ответ всё же появился, вспыхнув новым предсказанием прямо на глазах Фэша. Драгоцию не составило особого труда его выучить наизусть, но покинуть зал он не спешил. Здесь были слова, которые могли выдать их с Василисой тайну. Фэш прикоснулся стрелой к стеклянной глади, моля об уступке, и, на его искреннее удивление, зеркало отозвалось: слова, хранившие в себе тайну жизни, растворились во мгле, будто их и не было.       Позволив себе лёгкую улыбку, Драгоций покинул зал. Скоро должно было начаться путешествие к Расколотому замку, и, судя по всему, оно должно было быть очень насыщено событиями.       Оставшись в одиночестве, Астрагор приблизился к гадательному зеркалу и тихо и раздражённо вздохнул. Этот мальчик был действительно похож на него больше, чем готов был признать старик. Но иногда всё же это раздражало и самого духа.       Радовало лишь то, что Фэш теперь в его власти, и мужчина догадывался, почему племянник позволил себе такую слабость и пришёл к нему.       Сфера на столе Астрагора призывно блеснула, и Драгоций размышлял лишь мгновение, прежде чем взял её в руки и представил нужное лицо.       — Великий Дух? — подобострастно отозвалась женщина с другой стороны канала связи. — Чем могу быть полезна?       — Елена, мне нужно, чтобы ты занялась одним очень интересным человеком, — без предисловий заявил он.       — Я вся внимание.       — У меня есть основания полагать, что твоя дорогая подопечная не справилась со своим заданием, поэтому лучше тебе лично исправить её ошибку, — твёрдо и сухо заявил Астрагор, неотрывно, с превосходством смотря в глаза Мортиновой. — Убей Василису Огневу, пока она не принесла нам больше проблем. И теперь наверняка.

***

      Захарра была необычайно тихой для себя, стояла в гостиной Змиулана прямо перед зеркалом для переходов, то ли задумчивым, то ли пустым взглядом вперившись в серебристую гладь, по которой едва уловимо пробегала рябь.       Неподалёку всё ещё продолжались жаркие споры. «Они, наверное, не закончатся до самого момента, как все ключники шагнут в зеркало», — думалось девушке. Мнение взрослых о поиске Расколотого Замка разделилось, и идти на уступки никто явно не стремился. Зодчие всех домов в один голос твердили, что такой великолепный шанс представится нескоро, но многих волновало отсутствие нескольких ключников в отряде. Всё-таки была огромная вероятность и того, что такой команде великое сооружение не покажется, ну или, по крайней мере, не подпустит к себе.       Но из-за этого многие боялись даже пробовать, опасались последствий…       Захарра не понимала их, искренне не понимала. Всё-таки что они теряют? Риск был минимальным, а все приготовления уже проведены, только шагни в переход. Не поворачивать же назад перед самым финишем?       Возможно, она не видела того же, что эти вечные перестраховщики. Возможно, глаза ей застилало волнение не за миссию — за её участников. Девушку охватывала дрожь при одной мысли о Василисе, которой было настолько плохо, что её и узнать было тяжело. А ещё Драгоций реагировала на каждый хлопок двери, потому что ждала, пока из главной башни появится брат. Тот быстро скрылся на лестнице, будучи глубоко в своих мыслях, стараясь ступать дрожащими — она это сразу заметила — ногами твёрдо и резко, создавая характерный стук. Такого брата она честно не могла вспомнить, но понимала — в таком состоянии Фэш может натворить очень много всего. И из-за этого волновалась ещё больше.       В комнату вошла Диана, и по взгляду, которым она окинула помещение, по нервно перехватывающим дублёнку пальцам Захарра сразу поняла, что фея чувствует то же самое. Беспокоится. Не знает, что делать и куда себя деть.       Кивком Драгоций пригласила её встать рядом, и та сразу заметила. Диана прислонилась к стене в полуметре от неё, немного вздрогнула, когда лопатки обожгло прохладой каменной стены, полушёпотом спросила:       — Где остальные?       — Фэш наверху, — так же тихо ответила Захарра. — Вас… черноключница разговаривает с кем-то в коридоре. Насчёт остальных — не знаю.       — Марк у Яриса, навещает, — неожиданно для неё дополнила Фрезер. — Скоро должен прийти сюда, для него и открыто зеркало.       Драгоций дёрнула бровью и перевела взгляд на серебряную гладь. Она думала, переход настроен для них. Нет, судя по всему.       — Ясно, — коротко ответила, откидывая голову на стену позади и тихо выдыхая.       Прислушалась: взрослые всё так же громко переругиваются, похоже, так и не сойдя с мёртвой точки. Её, честно, уже раздражает всё это, но, известное дело, слушать в этом обществе девушку не станут, и остаётся только смириться с этим.       Она едва не пропустила мимо ушей тихий скрип массивной двери. Из главной башни появился Фэш, куда более спокойный, чем раньше, и внимательно осмотрел всё помещение. Захарра было подорвалась к нему, но была остановлена коротким движением руки. Он подошёл сам.       Так же, как и девушки, прислонился к холодной стене и откинулся на неё, прикрывая глаза.       — Как ты? — спросила сестра, но Драгоций только отмахнулся. Та не стала возражать, ведь неплохо читала его по поведению, хорошо понимала, что всё куда лучше, хоть всё равно тоскливо.       Её внимание привлекли часы, которые вечно можно было услышать в этом зале. Они размеренно отсчитывали время, и до долгожданного Нового года осталось не больше пяти минут. А это значило, что им уже следовало готовиться, несмотря на все волнения.       — Пойду поищу Василису, — бросила Диана, отрываясь от стены и делая шаг к выходу, но в тот момент дверь отворилась, впуская внутрь Огневу.       Почти сразу же из другой, ведущей уже в главную башню, показался Астрагор.       — Можем начинать? — поинтересовался он, не обращая внимания на споры.       На него обернулись члены Зодчего Круга. По лицам Белой королевы и Нортона-старшего было видно, что они готовы продолжить жаркий спор даже со своим бывшим учителем, лишь бы добиться отмены похода. Перед ними, властно вскидывая руку в попытке их остановить, выступила Чёрная королева, согласно кивая.       Удовлетворённый, Астрагор повернулся к ключникам, что стояли вдоль стены, молча наблюдая за перепалкой. С интересом оглядел собравшихся, особое внимание уделяя Черноключнице, пытаясь разглядеть в ней ту маленькую Огневу. Но она была совершенно непохожа на себя: белая, будто седая, коса, очень бледная кожа, чёрный кожаный костюм с вставками, в нём легко угадывался стиль лютов. Взгляд, обычно твёрдый даже в обращении к нему, сейчас был пустым и безжизненным.       Всё-таки что-то от той девчонки в Василисе было, но она увядала на глазах и вряд ли могла противостоять готовящемуся нападению, что не могло не радовать.       Драгоций уже начал свою речь, когда руку вскинула именно она, Огнева, явно выражая желание задать вопрос.       — Великий Дух, простите, где сейчас находится Маркус Ляхтич, золотой ключник? Он будет участвовать в нашем походе?       Кое-как подавив хищную улыбку, Астрагор прервался и ответил:       — Да, разумеется, будет. Он уже ознакомлен со структурой этого мероприятия, поэтому не обязан присутствовать прямо сейчас. Но Золотой ключник в замке и будет здесь вовремя, не следует беспокоиться.       Кивнув, явно не слишком удовлетворённая этим ответом, девушка прислонилась обратно к стене, будто снова готова была слушать.       — Итак, как вам известно, Расколотый замок открывается только всем ключникам, но в нынешних обстоятельствах мы… не можем себе этого позволить. Но очень надеемся, что, даже несмотря на это, вашей экспедиции удастся добиться определённых успехов. Главное — вернуть время в Часовую башню любыми средствами, и все здесь это понимают.       Он продолжил, обговаривая уже тонкости самого перехода во Временной разрыв и возвращения из него, но ребята уже не особо вслушивались. Без двоих ключников их поход был практически обречён на провал, всем это было понятно. А ведь ещё один прямо сейчас находился на грани…       По окончании Астрагор подозвал к зеркалу (и разве оно не было настроено для Марка?) Фэша, и тот на негнущихся ногах подошёл к нему, по дороге доставая ключ и застёгивая на груди плащ для переходов. С первым, оглушительным в мертвенной тишине ударом часов Драгоций было шагнул в переход, но обернулся назад, обеспокоенным взглядом окидывая остальных ключников и задерживаясь на Василисе. Она грустно улыбнулась ему и кивнула на зеркало. Парень послушался и всё же переступил через большую раму, седлая стеклянного дракона, который мгновенно понёс его вперёд.       Следом за ним прыгнула Диана, а потом и Захарра. Последней в переход вошла Василиса, осторожно и быстро, действительно опасаясь тех, кто может последовать за ней.       Девушка всё время оборачивалась и прислушивалась, стремительно мчась меж двух высоких елей. Наконец она почувствовала лёгкую вибрацию черного дракона под собой, означавшую, что следовало повернуть с зеркальной дороги в сторону, и быстро нырнула меж деревьев.       Три дракона кружились у купола, нависшего над Расколотым Замком, в попытках проникнуть внутрь. Огнева подлетела ближе, но затормозила, не уверенная в том, что дело именно в ней, а не в присутствии всех. Всё-таки именно после её появления всё получилось в её времени.       А может, дело вообще в синей искре? Но почему тогда…       Она остановилась, чтобы оценить ситуацию, и только сейчас поняла, что только двое на самом деле пытаются пробиться, а Фэш находится в отдалении. Девушка устремилась к нему, чтобы вместе попытаться преодолеть этот барьер, когда почувствовала острую боль в спине.       Перед глазами заплясал весь мир, опора исчезла. Василиса начала судорожно работать крыльями, но взять падение под контроль не вышло.       С не слишком болезненным, но сильным ударом она приземлилась на что-то твёрдое и не сразу осознала, что всё ещё находится в подвешенном состоянии. Под ней была твёрдая рельефная поверхность.       Потребовалось преступно много времени, чтобы понять, что это был её дракон. Огнева ухватилась за синий гребень и осторожно села, пока её продолжали поднимать.       Как только голова перестала кружиться, девушка увидела ещё три большие фигуры — ещё три дракона.       Бронзовый был без ключника, Золотого и Хрустального седлали Марк и Маришка, а ведь последняя ещё находилась в бегах! У неё за спиной лежало что-то большое, не меньше её самой, а в руках блестела часовая стрела.       — Думала, что сможешь провести нас, фейра? — Резникова нервно и зло усмехнулась, будто через силу, снова поднимая стрелу. — В этот раз не выйдет!