Сборник зарисовок

      Я захлопнул дверь и привалился к ней спиной. 2 дня бешеных съемок, отравление плюс привычный миллион дел и забот. Но все это чепуха по сравнению с тем, что произошло полчаса назад.       Всполохи неонового света. Запах до боли знакомых духов. Ноготки, царапающие его руку. Ярко-красные губы…       За стеной что-то громыхнуло, и я вполголоса ругнулся. Позволяя мыслям скользнуть подальше от опасной темы, я начал размышлять, что разбилось на этот раз. Тарелка? Ваза? Мое терпение? Любая сходка в этом доме от 10 человек заканчивалась полной разрухой. А отвечать за все приходилось мне.       Все еще бурча под нос, я подошел к раковине и взглянул в свое отражение. Идеально уложенные волосы, пугающий грим, линзы, из-за которых не было видно зрачков. Ухмыльнувшись, я выбросил из головы сумму возможного ущерба и начал перебирать в голове оба дня съемок, вспоминать крутейшие декорации и офигенные образы ребят. И вспышку розового цвета…       Я потряс головой, но перед глазами все равно та картина…       Я прижимаю ее к себе, то приближаясь к ней, то отстраняясь. С легкой полуулыбкой она тоже дразнит меня, щекоча своим дыханием мои губы. Никаких касаний. Вот и все правила этой игры. Но разве можно им следовать, когда она так маняще близко? Провожу пальцами по подбородку, а она кладет на меня свою руку. Наши губы почти соприкасаются, а в животе что-то предательски ёкает. Пытаюсь поймать ее ладонь, но она ускользает. Не могу оторвать взгляд от ее губ, она улыбается еще шире, не позволяя мне схватить себя. Играешь? Кладу руку ей на талию, продвигаясь все выше, пытаясь заставить ее потерять самообладание хоть на минуту. Притягиваю к себе ближе, давя второй ладонью ей на спину. Она перехватывает мою руку, отталкивает, не разрешает. Что ж, тогда по-другому… Рука опускается ей ногу, и теперь она уже пытается тянуть мою руку наверх…       Терпение почти на исходе, когда моя голова дважды едва уловимо дергается, пытаясь поцеловать ее. Но тут она резко отстраняется и начинает ерошить мои волосы.       За линзами вряд ли кто-то увидит мое замешательство, и я привычно корчу рожицу на камеру, завершая видео. Видео! Мы же просто снимали тик-ток!       Надо ли объяснять, что уже через секунду, пролепетав что-то, я уже ретировался из комнаты? И вот сейчас набираю полные ладони прохладной воды и выплескиваю себе на лицо, сильно тру щеки, безнадежно порчу грим. Краска не смылась, но растеклась грязными разводами по всему лицу. Плевать.       – Гер? – неуверенный стук в дверь и тихий голос, но я все равно вздрагиваю.       – Дай мне минутку? – Я торопливо вытираюсь салфетками и распахиваю дверь. Ева уже без грима, в широких пижамных штанах и с пучком на голове казалась такой родной и по-домашнему уютной. На душе стало еще гаже. Не моя. Теперь не моя.       – Я тут принесла... – Ева дернула плечами и протянула мне пару тюбиков. – В общем, вот.       Все это так не похоже на привычно прилюдно-колкое общение, что складывалось между нами в последнее время. Наверное, мы просто оба устали. Во всех смыслах.       – Спасибо! – я забрал у девушки ее ношу, не глядя, и подошел обратно к зеркалу. Достал ватный диск, выдавил что-то из первого попавшегося мне бутылька и поднес к глазу. Мысли были далеко.       – Стой! – Блондинка резко схватила мою руку и почти тут же опустила. – Стой, – уже спокойнее произнесла она. – Я помогу.       Я послушно стоял и наблюдал, как она поднимает электрические свечи (да-да, в доме до сих пор нет света) и расставляет их на полках зеркального шкафчика. Как тщательно моет руки. Я позволил ей подвести себя ближе к неверному свету. Ева подошла максимально близко ко мне.       – Надо вытащить линзы сначала, помнишь, что нужно делать? – Девушка слабо улыбнулась, а я снова окунулся в череду воспоминаний. Я ненавидел линзы и совершенно не умел с ними обращаться. Сама мысль о том, что нужно лезть себе в глаз, вызывала ужас. Но Ева, маленькая Ева, всегда брала это на себя.       – Мне следует быть внимательней. – Я покачал головой после не самой приятной процедуры. – Я ведь чуть не растер глаз с этой штукой внутри.       Глаза жутко слезились, но я распахнул их шире. Смотрел, как она кивнула, соглашаясь с моими словами, как захлопнула крышку контейнера с линзами. Я зажмурился только тогда, когда она потянулась через меня, чтобы поставить контейнер на полку. Не терять контроль! Табу!       Почувствовав что-то мокрое на щеке, я распахнул глаза. Ева, аккуратно касаясь моего лица, стирала пропитанной детским кремом ватой мой грим.       – Видео получилось неплохим. Правда, под конец ты даже не пытался попасть в слова. - Девушка первой нарушила молчание.       – Ага, – ответил я, просто чтобы что-то сказать. Не говорить же ей, что текст меня тогда не интересовал совсем.       – Ты меня облапал. – Она шутливо стукнула меня в лоб.       – Я не удержался, - с улыбкой признал я. Ева нахмурилась. – Что? Ты красивая.       – Гер…, – начала Ева.       – Я знаю, – перебил ее я, поднимая руки в знак капитуляции. Ее пальцы легко потянули мое лицо вверх, заставляя меня перевести взгляд с ее губ на глаза.       – Готово, – чуть хриплым голосом произнесла девушка.       Так близко. Мы смотрели друг на друга, и напряжение в комнатке нарастало. Если чуть толкнуть ее на себя, мы соприкоснемся носами. Еще одно легкое движение, и я могу ее поцеловать. Интересно, какие мысли таятся в ее хорошенькой головке?       Мы не отрывали друг от друга взгляда, казалось, целую вечность, но я сдался первым и позволил глазам снова скользнуть на губы. Дразняще близко. Пугающе рядом.       Ева выдохнула, но я, скорее, это ощутил, чем услышал. Горячий воздух коснулся моих губ, и я сглотнул. Черт, почему так сложно? Накинуться сейчас на нее было бы самым легким вариантом, и я не думаю, что встретил бы сильное сопротивление сейчас. Но потом…       Еще немного, прошу!       Заставляю себя считать.       Раз. Я чувствую, как дернулись ее пальцы на моем подбородке. Два. Удерживаю свои руки, готовые вспорхнуть к ее талии. Три. Я отвожу взгляд и разрушаю всю магию момента. Всё.       – Спасибо, – так же хрипло произношу я.       – Что? А, да… Умойся вот этим и приходи за тканевой маской. – Ева чуть замешкалась, но потом быстро коснулась рукой моей щеки и выскользнула из ванной.       А я сидел и улыбался, как идиот. Кто-то подумает, что я проиграл, но все гораздо сложнее. После всего, что я натворил, мне хочется сделать все правильно. Я ещё не расплатился до конца за свои ошибки, а она только учится заново мне доверять.       Но когда-нибудь я смогу ее поцеловать. И я готов ждать.