Сборник зарисовок

      Да, я мудак!       Только ленивый не сказал мне об этом. Нет, ну серьезно.       Тим, Рома и другие парни поглядывали на меня с неодобрительным удивлением все лето. Не говорили ничего напрямую, но явно подразумевали это между слов.       Ри высказывала все в лицо, но ее этот факт, скорее заводил, чем возмущал.       После того, как Ева все узнала и опубликовала ту сторис, каждый подписчик счел своим долгом донести до меня эту мысль. Вчерашние поклонники начали нехило хейтить.       Но если от фанатов можно было скрыться, просто не заходя в соцсети, то от живущих со мной ребят и родителей бежать было некуда. Неловкие улыбки и смолкающие разговоры от первых, недоумение от мамы. Она, кстати, не укоряла меня, но я больше чем уверена, что она ругала себя за то, что "недоглядела". Погано, да?       Я чувствовал себя прокаженным. Работа не шла, расслабиться и отвлечься тоже не получалось. Так что все условно свободное время я проводил в самобичевании и просмотре сотни комментариев на уже заезженную тему.       Контрпродуктивно? Да. Но у меня не было сил пытаться что-то изменить, пусть речь шла и об отмене дурацкой привычки читать гадости про себя. Иногда мне удавалось заставить себя взять в руки гитару и перебирать струны, просто позволяя мыслям скользить от одной темы к другой и ни на чем не задерживаться. Но все в итоге сводилось к одному: я мудак. И я снова брал телефон, чтобы убедить себя в этом окончательно. Я сломался. В книжках бы написали, что я лишился крыльев. Или ума.       В один день Ева пришла просто так, как будто ничего и не случилось. Зашла в комнату, бедром толкнула дверь, закрывая. Подошла ко мне, сидящему на краешке кровати с опущенной головой, и забрала телефон. На мои вялые протесты она только махнула рукой, сунула мне кружку с кофе в руки и убрала мой айфон подальше на книжную полку. Подошла к столику, включила ноутбук, по памяти набрала пароль. Задумчиво оглянулась на меня, быстро напечатала что-то в поисковике и, взяв свою кружку с какао, с ногами забралась на кровать.       - Что будем смотреть? - Мой голос охрип от долгого молчания.       - "Ход королевы", - ответила Ева. - Говорят, крутой сериал.       Я уселся по-турецки рядом с ней и сделал глоток кофе. По всему телу вместе с живительным теплом горячего напитка разливалась облегчение.       Я дичился всех. Все избегали меня. А она пришла, хотя была единственной из всех, кто имел полное право меня ненавидеть. И, быть может, действительно ненавидела. Но была рядом.       Так я сначала научился ждать вечера, заставляя себя переделывать все дела утром. Сначала буквально пинал себя, но со временем стало легче работать, ведь я знал, что через пару часов меня ждет награда.       И Ева приходила. Каждый день. Снова и снова.       Я убирался в комнате перед ее приходом и заказывал ее любимые роллы - так ее улыбка начинала сиять ярче. Мы досмотрели "Ход королевы" и, поддавшись атмосфере, решили сыграть пару партий. Но поскольку никто из нас понятия не имел о шахматных дебютах и прочем, а также вся наша стратегия синхронно сводилась к "Эх, как бы не про.бать короля", энтузиазм быстро угас.       Зато мы посмотрели "Темные начала и "Ведьмака". И даже (тут я поддался Евиному влиянию) - "Эмили в Париже". Перебрали всю ее косметику и выбросили просроченную, предварительно оттестировав на мне и превратив меня в типичную ПТУшницу. Перемыли мою коллекцию игрушек, чтобы укутать их всех гирляндами. И, наконец, добрались до давно отложенных дел.       Тем временем мои отношения со всеми налаживались. А были ли они испорчены? Не надумал ли я себе чего лишнего, пока совесть жрала меня живьем?       Мы начали выбираться в город, и другие ребята с удовольствием к нам присоединялись. Но больше всего я любил те моменты, когда мы были вдвоем с Евой. Как сейчас.       Моя голова лежала на ее коленях, а она лениво перебирала мои волосы, пока по ноуту шел "Тариф "Новогодний" - как я мог отказать Еве в выборе фильма? В комнате пахло специями для глинтвейна. Все было хорошо.       Я ее не целовал. Она меня не обнимала. Мы не говорили о любви.       Мы просто наслаждались тем, что было здесь и сейчас.       Но когда-нибудь мы поговорим.       Ведь у меня снова выросли крылья.