fib

lana del rey - born to die

Джонин пять дней подряд вздыхает в подушку и от нечего делать гуляет со школьными приятелями и действительно забирает у одного из них видео с выступлением Чанеля. Но не спешит отправлять его Сехуну. В принципе, просто потому, что лень. Кенсу пять дней подряд торчит почти безвылазно в своей комнате и старается вообще притворяться невидимкой. Мама неожиданно нашла в себе силы бесконечно ругаться с парнем и никуда не выпускать из дома. Кенсу радуется, что хоть телефон не отобрали с компьютером. По крайней мере, так он может увидеть тонну недовольных смайлов, присланных Джонином. Джонин думает, что ему чудится, когда он просыпается в полдень и видит сообщение от Кенсу. Он сможет сегодня? Джонин тут же сваливается с кровати, запутываясь правой ногой в пододеяльнике, и тихо матерится. Точнее, громко, ибо задницу, все же, больно. Через полчаса он уже изучает дверь Кенсу, но давить на кнопку звонка не спешит, так как вспоминает, что было в сообщении. «просто жди меня около дома через полчаса, ладно?» Джонин задумчиво жует губу и думает, что не такая уж и глупая была идея. Если подумать, давно они с Кенсу не гуляли просто вдвоем. Без смеха и безумств Чанеля с Бэкхеном и постоянно прикладывающего ко лбу ладонь Сехуна. Кстати, Сехун что-то скрывает, видимо. И это раздражает. По крайней мере, за все эти пять дней они перекинулись всего лишь парочкой сообщений. Джонин вздрагивает и едва не кусает себя за губу, когда дверь распахивается и с оглушительным хлопком закрывается, а на пороге, сжимая кулаки, стоит Кенсу. - Хен? Кенсу тут же поворачивается и хватает Джонина за руку: - Пойдем. - Что-то случилось? - Неважно, – Кенсу улыбается, но губы у него немного дрожат. - Просто расскажи мне. - Нет. Это все фигня. Просто надо отвлечься. Просто отвлеки меня от всего, ладно? – тараторит Кенсу, крепче сжимая ладонь младшего в своей и ускоряя шаг. - А говорил, что не будешь держать меня за руку. - Черт, – смеется Кенсу. – Хочешь, могу отпустить. - Нет, не стоит. - Тогда не ухмыляйся. И не придирайся. - Дышать можно? - Дышать – да. Джонин улыбается и думает, что рано или поздно выведает все у Кенсу относительно его отношений с матерью. Вдруг тому нужна помощь? Уж выслушать-то Джонин точно может. - Так как у нас типа свидание, то я должен провести с тобой пару часов, а потом сослаться на головную боль и пойти домой, – размышляет вслух Кенсу, замедляя шаг у остановки. - Почему? - А вдруг ты не понравишься девушке? Она же прямо не скажет об этом. Джонину почему-то кажется это предположение смешным. - В кино? - Но мне не хочется. - Ты включил режим капризной девушки? – фыркает Джонин. - Нет. - Тогда… в парк? - Давай. Но тут недалеко. Можем обойтись без автобуса. Кенсу широко улыбается и три сотни метров не говорит больше ничего. - Кстати, тебе очень идет эта майка. И духи, вау, – бормочет Кенсу, останавливается и проводит кончиком носа по шее младшего, – мускатные, слегка сладкие. Класс. - Хен, это смущает, – тихо говорит Джонин, невольно вздрагивая от вида облизываемых пухлых губ. - Оу, прости. Не подумал, – извиняющимся тоном тянет Кенсу, вновь начиная идти. Джонин не понимает, какого черта так реагирует на мимолетные и, вроде как, привычные жесты друга детства. Может, вместо колы он сегодня выпил афродизиак? Кто знает, вдруг его холодильник на самом деле старый седой волшебник? Кенсу же не может просто так привлекать его, верно? Верно. Кенсу думает, что Джонин редко пользуется парфюмом и что ему на самом деле чертовски подходят эти духи. «Я что, падок на запахи?» Кенсу вздыхает и отвечает на вопрос о занятости во время каникул. Кенсу снова вздыхает и бурчит «с тебя потом чай или пицца», когда Джонин предлагает прокатиться на колесе обозрения. - Я за билетами. Кенсу чувствует себя свободнее, когда Джонин отпускает его руку и уносится в сторону кассы. Ладони неприятно вспотели, к слову. «А ведь как будто просто гуляем», усмехается Кенсу. Джонин возвращается примерно через десять минут, тут же с недовольством отмечая, что «очереди дикие и люди вообще охренели». Бурчание продолжается весь путь до аттракциона, вызывая у старшего плохо скрываемые смешки. Кенсу заходит в красно-желтую полосатую кабинку после Джонина и устраивается напротив него. - Тут немного душно, – тянет младший. Кенсу поднимает взгляд от изучения капли алой краски на полу кабинки и смотрит младшему в глаза. И на пару десятков секунд забывает, как дышать, потому что солнце, видимо, ошалело, раз разбавило терпкие кофейные радужки такими теплыми искрами. - Есть немного, – наконец, тихо выдает Кенсу. Джонин что-то напевает под нос и быстро пересаживается к старшему, тут же устраивая голову на его плече. - И только не говори, что тебя это смущает, ладно? – тихо говорит младший, пытаясь лечь на щеку максимально удобно. - Ладно. - Но и не молчи совсем. - М, о чем же мне поговорить? О семье, как о социальном институте? О нестабильном соотношении… Джонин! – повышает тон Кенсу, когда чувствует слишком теплые ладони под своей тонкой футболкой. - Что? - Какого черта тебя так интересуют мои тазовые кости? Джонин тихо смеется, на что Кенсу вздрагивает, и отвечает: - Потому что у меня низкая успеваемость по биологии, и препод сказала мне подтянуть свои знания в анатомии и еще в десятке тем за время каникул. - Но не на мне же, – выдыхает Кенсу, так как пальцы под футболкой начинают потихоньку изучать его ребра. - Так, я сбился со счета. Сколько их? - Дурень, перестань, – шепчет Кенсу и пытается убрать ладони друга. Джонин смеется и сильнее прижимает пальцы к ребрам, в районе подмышек. У Кенсу выбивается весь воздух из легких. Он закусывает нижнюю губу и вскакивает с места, едва не падая, так как кабинка тормозит. Но колени, не закрытые короткими шортами, неприятно саднит. - It’s time for kiss, – смеется Джонин, протягивая Кенсу руку, но старший игнорирует её и усаживается на другое сиденье. - Ну, чего ты, хен, я же пошутил, ладно. То есть, нет, биологичка реально говорила мне всякую муть, но на тебе я больше не буду учить анатомию, хорошо. Мир? Кенсу вздыхает и, с полминуты поизучав грозным взглядом робко улыбающегося младшего, все же сдается и кивает. Джонин тут же что-то радостно бормочет себе под нос и вновь абсолютно нагло устраивается на плече старшего. - За что мне это? – тихонько говорит Кенсу, крепко сжимая руки младшего в своих во избежание нового наглядного урока биологии. * - Зачем тебе леденцы? - Так же делают все парочки на свиданиях, разве нет? – специально удивленным тоном возражает Джонин. - Черт. Хорошо. Кенсу мысленно считает до пяти, выдыхает, подходит к палатке с разноцветными сладостями и с милой улыбкой спрашивает: - Извините, а у вас есть такие же леденцы, но, может, другой формы? Продавец секунд двадцать прикидывает, видимо, расположение коробок сзади него и вздыхает: - Только в виде сердечек. - Хен, не смущайся так, – возникает сбоку Джонин и кивает продавцу. - Дайте два, – злобно сверкает глазами Кенсу и достает из кармана тонкий кошелек. – А лучше двадцать, я запихну их в глотку одному придурку, который меня дико достал за сегодня, – уже тише добавляет он. - А у нас только два. Прямо судьба, для вас, – подмигивает продавец и протягивает снятые со стойки ярко-красные леденцы. - Спасибо! – счастливо кричит Джонин, уже утаскиваемый от палатки старшим. - Выключи это довольно-дебильное выражение лица, – шипит Кенсу, хватая младшего за запястье. - А то что? Кенсу ничего не отвечает, а просто уваливается на скамейку и накрывает глаза ладонью: - Я больше не пойду на аттракционы. - Совсем-совсем? – выпятив губу, тянет младший. Кенсу снова ничего не отвечает. - Тогда, может, просто прогуляемся? Кенсу кивает и встает со скамейки. Джонин улыбается и протягивает ладонь старшему. - Опять? – вздыхает Кенсу. Но взять себя за руку и переплести пальцы позволяет. - А ты во мне сомневался? - И вот кто только сможет терпеть тебя кроме меня и еще троих идиотов, интересно. - Вот ты меня сейчас расстраиваешь. - Через пять минут ты об этом забудешь. - Ты слишком хорошо меня знаешь, – недовольно говорит Джонин, запихивая в рот леденец и тем самым показывая, что обижен и продолжать разговор не намерен. - Пока ты тут обижаешься, давай объясню тебе анатомию на прохожих? Джонин кивает, а старший начинает смеяться уже после «у этого парня крепкие икры, должно быть, он любит погонять мяч». Изучение анатомии проходит весьма забавно, учитывая то, что Кенсу иногда умеет включать режим «капец вам всем, я включаю тролля». Джонин вскоре от смеха ломает леденец пополам, и ребята устраивают ему пышные похороны с грустными речами в желтой урне в виде лимона. Потом они умирают от хохота, к счастью, не в прямом смысле слова, и останавливаются, чтобы купить воды. А уже через полчаса Кенсу соображает, что время подбирается к девяти, а он выпросил у мамы только пару часов. - Так ты мне не скажешь, кому втихую отдал свое сердце? – пиная маленький камушек к стене своего дома, тихо спрашивает Кенсу. - Потом, ладно? - Ладно, – пожимает плечами Кенсу. - Спокойной ночи, – улыбается Джонин и на пару секунд притягивает к себе друга, обнимая. - Спокойной… Спасибо за сегодня, кстати. Было весело. Джонин кивает и уходит, убирая руки в карманы шорт. Кенсу улыбается до боли в челюсти, но перестать не может. Было и правда слишком весело. Джонин, сам не понимает, каким чудом, оказывается недалеко от дома Сехуна через каких-то жалких сорок минут. Матерится на самого себя, хмурится, поднимает взгляд от носов кроссовок – и замирает. Еще метров двадцать вперед, только свернуть на дорогу – и упрется в Сехуна, который стоит в обнимку с каким-то смутно знакомым блондином и глупо улыбается. «Блондин», усмехается Джонин, «предсказуемо». - Как мило, черт возьми, – бормочет себе под нос, аккуратно отходя в еще большую тень на тротуаре и поворачивая в нужную сторону. Уже подходя к дому, набирает сообщение Кенсу и еще больше раздражается, когда ответа нет целых десять минут. В коридоре сбрасывает кроссовки с ног куда-то в сторону двери ванной и, не раздеваясь, валится на кровать, засыпая буквально сразу же. А Кенсу удивляется на сообщение Джонина; пару минут напряженно думает, а потом вяло машет рукой и забирается обратно под тонкое одеяло, оставляя телефон на зарядном устройстве. Сквозь призму сна думает, что ответит утром. Или даже днем. Экран полностью потухает только через минуту. «От кого: Джонин. Время: 23:05. Текст: Кенсу, пойдешь со мной в планетарий? На следующей неделе, например».