Семьи Нью-Йорка

Прошёл уже месяц с того момента, как Майлза выписали из больницы. Вышел он оттуда не очень радостный. Скорее всего, из-за того, что не знал куда теперь идти и что делать. Лето к тому времени уже вовсю разыгралось. Июнь был жарким. Температура каждый день была больше 29°С. Урожаи высыхали, а спасительных дождей всё не было. Люди спасались от палящего солнца как могли: кто-то сидел дома с кондиционером поставленным на минимум, кто-то гулял в парке, под большими кронами деревьев. Ну а особо обеспеченные ехали ближе к морю. Сам Майлз всё время торчал в своём баре. Сначала он честно занимался бухгалтерией, выплачивал налоги, но через пару недель ему это так всё надоело, что он пристрастился к наркоте. Ходить ему было трудно, и многие развлечения ему были закрыты, поэтому употребление запрещённых веществ было доступнее всего. Он даже сильно не передвигался. Спал на диване в своём кабинете и только изредка ездил в соседний мотель, дабы помыться. В его кабинете постоянно находились какие-то люди. Многие ему были знакомы, но те начинали приводить своих друзей, знакомых, и появлялось много незнакомых лиц. Кто-то всё время предлагал косячки, другой делал дорожки, а третий раскладывал на столике шприцы. Так образовался небольшой притон. В какой-то момент кто-то из них полностью обчистил комнату. Вскрыли даже сейф. Кто это был и когда это случилось, Майлз не мог вспомнить. Он даже слабо понимал какой сейчас месяц. Для него время летело очень быстро, хоть на деле было не так. Дошло до того, что однажды, после особо бурной ночи, он очнулся привязанный к стулу где-то в западной Пенсильвании, недалеко от Питсбурга. Правда понял он это только потом. За время которое он там пробыл в сознании, он успел понять, что его кровь чиста и он больше не чувствует той лёгкости, которую раньше он так старался поддерживать. Сначала молодой Джиганте разозлился на тех, кто его привязал, тем самым не давая веселью дальше поступать и растекается по венам. Но через минут тридцать он начал злиться уже на себя. Он как-то обещал дяде Джону не иметь дел с наркотой. Ну, продавать её было можно — конечно же —, но пробовать самому в больших дозах не стоило. Расшатав хлипкий стул, мужчина упал и развалил его. Освободившись таким образом от верёвок, Майлз, сильно хромая, вышел на улицу. К его великому счастью, по дороге в Питтсбург он так и не встретил своих похитителей. Уже по пути в Нью-Йорк он предположил, что это была какая-то отчаянная банда, которая думала получить выкуп за сына босса семьи Дженовезе. А когда он-таки добрался до штаба семьи, то выяснил, что до его отца никаких звонков и писем по поводу выкупа не доходило. Удивившись этому, Майлз вернулся в свой бар. Он нашёл свой кабинет в кошмарном состоянии. На диване спал какой-то мужик, повсюду валялись бумаги, две из трёх жалюзи были сорваны, кое-где на обоях были пятна непонятно чего, а дверь сейфа приоткрыта. Стол был весь в белом порошке, пепельница переполнена. На полках горочками лежала марихуана. Масштаб бедствия был огромный, поэтому Майлз занялся уборкой. Он прогнал этого мужика, выкинул все ненужные бумаги, починил жалюзи, подсчитал убытки, расчистил стол и пропылесосил. Открыв окно, он пустил свежий воздух в комнату и, довольный проделанной работой, сел на диван. Но дальше вести такую жизнь было нельзя. Ему нужно было чем-то заняться, иначе он снова очутиться или на дне бутылки или на игле шприца. Глядя в пустоту, его осенило. Он пошарил по карманам, проверил ящички стола. Там не было того, что он искал. Майлз стал в центре комнаты и начал оглядывать кабинет. Его глаз зацепился за диван. Он быстро нагнулся к дивану и стал поднимать подушки. Под одной из них он нашёл пыльную и слегка мятую визитку. Мята сразу же достал телефон и начал набирать указанный номер. — Слушаю, — прозвучало короткое на том конце линии. — Мистер Фальконе, доброе.. — парень кинул взгляд на часы, — утро. Это Мята. Не так давно вы говорили, что у вас есть для меня работа. Мы можем сегодня встретиться и обсудить это? — Сынок Эндрю? — Да, сэр. Фантом немного помолчал и нехотя сказал: — Слушай, шкет, у меня сегодня много дел. И завтра тоже не выходной. Давай 9ого вечером? В баре "У дяди Генри" на 309 Халстед авеню в Харрисоне. Там всё и обсудим. — Хорошо, спасиб...— но Фальконе уже бросил трубку. Майлз взял первый попавшийся клочок бумаги и записал на нём адрес. Теперь ему осталось подождать всего пару дней и он снова в деле! Конечно, если Фантом его не пошлёт к чертям собачьим...

***

В назначенный день Майлз, надев свой любимый мятный костюм, был на месте уже в пять. В воскресенье бар был пуст. Перед началом рабочей недели тут одиноко напивалась чем-то расстроенная девушка лёгкого поведения. Парень прошёл в зал и сел за столик рядом с одной из колонн. Он огляделся и заказал себе начос с сырным соусом. По телеку шёл повтор вчерашнего бейсбольного матча. Мята медленно жевал свои начос и следил за игрой. Так прошло полтора часа. Джиганте уже начал сомневаться в том, что Фальконе вообще придёт. Поэтому он решил, что пиво ему уже точно не повредит и взял себе большую кружку тёмного нефильтрованного. Когда он сделал первый глоток и только начал ощущать терпкий, карамельный вкус хорошо прожаренного зерна, дополненный горьковатыми нотками качественного хмеля, в бар зашёл мистер Фальконе. Только сейчас Майлз смог рассмотреть его повнимательнее. Фантом был уже немолодым. Мужчина коренастого телосложения и среднего роста уже не двигался так спрытно, как когда-то в молодости. В густых чёрных волосах, аккуратно уложенных назад, прослеживалась седина. Загорелая кожа наводила на мысль, что ему не раз приходилось прятаться где-то на юге. На овальном лице не было никакой растительности кроме густых бровей. Его карие глаза задумчиво оглядели бар. Генри Фальконе прошёл по залу и только через несколько секунд заметил притаившегося за одной из колонн Майлза. Он прошёл к столику. Мята встал и протянул Фантому руку. — Добрый вечер, Джиганте, — бросил Генри и отошёл в сторону. За его спиной оказался ещё один мужчина. На вид, тот был немногим старше Майлза. Фальконе продолжил: — Мята, это Чарли Франчезе. Чарли, это Майлз Джиганте. Вы будете работать вместе. Майлз пожал Чарли руку. Тем временем Фантом осуждающе посмотрел на кружку пива на столе и кивнул парням, чтоб они шли за ним. Мужчины прошли на второй этаж и зашли в просторный кабинет. Майлз сразу смекнул, что это кабинет капо Гамбино и, следовательно, бар тоже его. Генри сел за стол в большое кресло, а парни разместились напротив. Шторы были плотно закрыты. Комнату освещали только пара настольных ламп. Но и этого хватило, чтоб отметить насколько богаче был обставлен кабинет. Минимум пара больших картин на стенах. В углу столик с разного рода выпивкой, и было видно, что все бутылки почти не тронуты. Несколько книжных шкафов. На одном из них, кажется, лежит настоящая катана. На столе, что перед ними, бумаги разложены аккуратными стопками, стоит пустая пепельница. Да и вообще в кабинете царил идеальный порядок. Фальконе почесал нос и сказал: — Я долго думал стоит ли брать тебя в свою армию, Майлз. Твой отец уважаемый человек, и не зря он принял решение отстранить тебя от дел семьи Дженовезе. Хотя, я всё же считаю это довольно радикальным действием. Однако, время сейчас неспокойное и найти преданных людей очень тяжело. Чарли уже доказал свою преданность, — Франчезе в ответ сдержанно улыбнулся. — Но он почти не знает что к чему. А ты уже немного соображаешь... — Вы намекаете на то, что я буду его нянькой? — перебил Майлз. — Ты и сам ещё по виду только недавно из детсада вышел. И не смей больше перебивать меня, сопляк, — Фантом закурил и нахмурился. — В своё время, ты неплохо разобрался с теми выскочками из Гарлема, очень удачно устранил парочку предателей. Плюс, ты сам мне позвонил. Тебе повезло, что у меня есть для вас дело, не требующего много сил, но нуждающееся в честных людях, — парни в нетерпении наклонились ближе. — У нас есть одно казино, рядом с аэропортом Джона Кеннеди. Им управлял мой друг, но теперь его нет. Я слышал, что ты, Майлз, на первых порах помогал своему дяде с вашим казино в Орлеане, так что знаешь, как там нужно работать. Ты ещё довольно зелёный, так что Чарли будет тебя прикрывать, — мужчина замолчал, давая понять, что ждёт вопросов. — Это то, что под боком у вашего ипподрома? — настороженно спросил Майлз. — Да. Оно особой популярностью не пользуется, поэтому надеюсь, что вы найдете способ оживить это место. — И долго мы будем там управлять? — Пока мы не найдем кого получше. Ну что, согласны? — Фантом потушил сигарету. — Конечно. Я о таком и не мечтал, мистер Фальконе, — благодарно сколотив голову, сказал Франчезе. Майлз посмотрел на своего названного напарника, подняв одну бровь, и подумал: "Он что, один из малоимущих дурачков, что в детстве насмотрелись фильмов о гангстерах?" Воцарилось молчание. Чарли сидел в нетерпении, а Фальконе не торопил Джиганте с ответом. Работа в казино не пыльная. Там главное просто следить за всеми. Даже двигаться не сильно надо. Стой себе на балкончике, да поглядывай за покерными столами и Блэк Джеком. Пожалуй, это было очень выгодная партия для Майлза. Учитывая, что он ещё не до конца восстановился. — Я буду рад присмотреть за вашим казино, — решительно ответил Мята. Фальконе улыбнулся и сказал: — Тогда, закрепим это стаканчиком чего-нибудь крепкого, — он встал и подошёл к столику с алкоголем. — Что будете, парни? — Чистый ром, пожалуйста. — А мне виски с льдом, — подал голос Чарли. Фальконе разлил тёмные жидкости по стаканам и они выпили за начало сотрудничества. Попутно они обговаривали цену, которую будут получать от работы казино. Каждый месяц в счётную комнату будет приходить человек с чёрным саквояжем. Он будет просто брать нужную сумму и нести её напрямую дону Чефалу. Майлз и Чарли будут получать по десять процентов со всей выручки, а Генри, как их пастух, пятнадцать. Суммы не запредельные, но на хорошую жизнь вполне хватит. Когда все нюансы были высказаны, Генри встал и сказал: — А теперь, поехали, посмотрите само казино. Но по пути нам нужно решить одно дельце с Марвином. — Кто такой Марвин? — спросил Майлз поднимаясь с помощью трости. — Мёртвый нигер в моём багажнике. Чарли посмотрел на своего босса округлив глаза: — У вас есть нигер в багажнике? — Да, и вы поможете мне его закопать. Мужчины вышли на улицу и сели в машину Фантома. Теперь Майлз понял, почему Генри дали такую кличку. Всё дело было в машине. Это была шикарная Rolls Royce Phantom VIII с белым верхом и тёмно-синим низом. Машина просто блестела на солнце. Она сияла ярче, чем любая знаменитая танцовщица. На ней не было ни единой царапины. Видимо, хозяин её очень любил и дорожил ею. Генри сел за руль, Майлз кое-как сел рядом, а Чарли уселся на задние сиденье. Мята похвалил машину, и Фальконе всю дорогу распинался про то, какая это шикарная тачка. Майлз не возражал ему, хоть и отдавал своё предпочтение кабриолетам. В лес они заехали когда стемнело. Недалеко были болота Нью-Джерси. За всё время в них было спрятано, пожалуй, больше трупов, чем в всей пустыне вокруг Лас-Вегаса и Лос-Анджелеса. Генри достал из багажника две лопаты и вручил их парням. Яму они копали довольно долго. Майлзу было очень больно стоять без опоры, ибо кость ещё не до конца зажила. Кинули чёрный мешок с трупом яму, и через два часа уже ехали назад, в сторону аэропорта Джона Кеннеди. Никто из парней не осмеливался спросить кто такой Марвин и что же он натворил. Если ты кого-то закопал, значит, так было нужно. Если кто-то задавал лишние вопросы, то этот человек часто оказывался информатором, и потом его вместе с семьёй находили мёртвым с канарейкой в рту.

По дороге в Нью-Йорк их остановила патрульная машина. Генри заметно напрягся. Он достал пушку из бардачка и молча вручил её Майлзу. Тот сразу же спрятал её возле правой ноги. Патрульный подошёл к водительскому окну и попросил документы. — Я что-то нарушил? — аккуратно поинтересовался Фантом. Патрульный ничего не ответил и попросил Генри выйти из машины. Майлз тоже вышел, спрятав пушку за пояс. Ковыляя к патрульной машине он спросил у копа в чём же дело. — У вашего друга всего-то навсего не горят задние фары. Я остановил его чтоб предупредить. — Ума не приложу почему они не горят, — озадаченно буркнул Генри крутясь у багажника. — Только недавно был в мастерской, и Бруно сказал, что с машиной всё в порядке, а тут меня останавливают и говорят: задние фонари сломаны. Видимо, я слишком много плачу этому засранцу, — зло подытожил Генри и сложил руки на груди. — В любом случае, я вас предупредил. Всего хорошего. — Да-да, спасибо. Патрульный сел в машину и поехал дальше. Генри облегчённо выдохнул и они с Майлзом сели в машину. Посидев пару минут в тишине, Фантом включил зажигание и они поехали дальше. — Вы забеспокоились в начале, — тихо заметил Чарли с заднего сиденья. — Почему? Марвина же уже нет с нами... — Да дело не в нигере, — раздражённо заверил Фальконе, стуча пальцем по рулю. — Просто... Вы слышали что-нибудь о Луисе Эспозито и Стивене Каракапо? — Имена знакомые, то я не помню кто это, — нахмурился Мята. Чарли сзади просто покачал головой. — Так вот, эти два ублюдка были подставными копами. Они работали тогда на Луккезе, следовательно, против нас. Моего предшественника — Эдди Лино — застрелили в собственном Мерседесе при обычной проверке документов. Возможно, я принял эту историю близко к сердцу, ведь тогда я был в армии Эдди, но теперь я не доверяю абсолютно всем копам, что останавливают меня на дороге. — Бескомпромиссно, — хмыкнул Чарли и уставился в окно. По пути в казино больше никаких происшествий не было. На месте Фантом познакомил парней с заведением и частью его работников. Он заверил их, что проблем с документами и налоговой не будет — этим займётся консильери семьи Гамбино. Чтобы не бы проблем, им всего лишь нужно разумно распоряжаться финансами, не светится и следить за порядком. С того момента Майлз Джиганте и Чарли Франчезе стали управляющими "Resorts World Casino"