Новая история

В эту загадочную ночь небо принадлежало лишь луне. Никаких звезд, ни одной тучи, пустота. Тишина. Ни одного уханья совы. Ни одного крика в запретном лесу. Ничего. Необычно спокойная ночь для климата Великобритании и для самого Хогвартса. Но, увы, сон Мишель не был столь спокоен. А Северусу Снейпу было и вовсе не до сна. — Вверх, — строгим тоном произнес волшебник, наставляя палочку на размытый силуэт. — Прошу Вас, Северус, поторопитесь, — сказал второй хриплым голосом. — Я уже говорил вам, что не хочу участвовать в этом! — У Вас нет выбора. Вы должны мне. Головокружение. Все плывет. Паника. Казалось, сердце сейчас выскочит из грудной клетки девочки. На миг приоткрытые глаза не успели ничего толком запомнить, в памяти лишь отпечатались расплывчатые фигуры. Была такая паника, будто тот, о ком говорил Хагрид, тот, кто убил ее родителей, вернулся за ней. Резко проснувшись в бреду и холодном поту от ужасно странного сна, не зная, который час, девочка со шрамом на лбу почувствовала сильную боль в голове. Открыв глаза и соображая, где она, попыталась встать, но головокружение не позволило ее ногам нормально функционировать. Сердце все еще бешено колотилось. «Что происходит?» Но стоило девочке понять, что это всего лишь очередной ночной кошмар, не имеющий ничего общего с реальностью, страх немного отступил, и появилось раздражение. Больше всего раздражало то, что в таком состоянии ей придется идти к Дамблдору. Старик с нелепыми очками, наверное, придумал наказание. Зачем вообще кого-то наказывать за свойственное в таком возрасте любопытство? Попытайся она спрыгнуть с башни астрономии, никого бы это не волновало. Как утверждали Дурсли, она никому не нужна. В 11 лет было весьма неприятно осознавать свою никчемность в этом мире. Ничего не поделать. Каждый человек существует исключительно для себя. Размытость в глазах не позволила ей четко рассмотреть, который час. Жаль, что здесь нет окон. Видимо, еще слишком рано, ибо ее соседки, Аманда Берн и Зоуи Джеферсон, еще безмятежно спали. Дотронувшись до головы, девочка почувствовала еще большую боль и, осмотрев свою руку, увидела кровь. Сглотнув, Мишель встала с кровати и на цыпочках вышла в гостиную, в которой, наверняка, должно было быть зеркало. Она не помнила. Наконец-то удалось разглядеть время. 5 утра. Безбожно ранний час. Подойдя к зеркалу тихими шагами, девочка увидела в своих глазах страх и пару капель крови на голове. На месте ушиба уже успела образовать небольшая шишка. Господи. Что произошло? Нужно сходить к этой милой, но надоедливой даме, Мадам Помфри. Но вряд ли она работает в такое время. Женщина начнет спрашивать о появлении этой шишки. Но ответить будет нечего. Сказать «я не помню»? Не очень-то хотелось, чтобы и в этой школе ее приписали к сумасшедшим. Нет. Тут все будет по-другому. «Почему так болит голова? Не могла же я по своей неуклюжести удариться во сне! Это все очень странно». Этим утром все казалось по-другому. Не просто новый день. Не просто очистка от мыслей, которые надоедали ей еще вчера, а что-то другое. Это чувствуется. Сейчас абсолютно не хотелось ни о чем думать. Ни об этой шишке на голове, ни о сне, нужно просто спать. И выспаться в выходной. «Северус… При чем тут вообще декан моего факультета?!» — мысли не давали покоя, лились бесконечным потоком. *** Мишель прошагала по коридорам замка, пытаясь найти тот самый кабинет директора. В этом странном замке нигде нет табличек на дверях, где указывалось название кабинете. Не то, что в магловских школах. Ну и где его искать? На каком этаже? Этот старик даже не удосужился сказать. Отлично. По дороге девочке встретился Симус Финниган, гриффиндорец. Она могла бы спросить его, где находится кабинет, но не стала, из-за странного злого взгляда от него в ее сторону. Чертов мальчишка. Чертов гриффиндорец с дурацким именем. Симус — как синус. В магловской школе его бы дразнили, но не здесь. Чистокровные волшебники понятия не имеют, что такое слово существует, а уж тем более, что оно значит. Ладно, все равно у нее осталось немало времени до встречи с директором. Походив по четвертому этажу, Мишель заглянула в библиотеку, надеясь увидеть кого-то из своих однокурсников там. Раньше девочка здесь не бывала. Только открыв дверь, она почувствовала себя как дома. Все эти книги, их запах, шуршание бумаги. Какое чудесное место! Пройдя вглубь библиотеки, она увидела множество стеллажей с книгами. Подойдя к одному, начала читать названия: «Светлая магия», «История Магии», «Белая пыльца». Какая чушь. Дальше… «О кентаврах», «История Мерлина», «Основы темной магии», «Единороги — миф или реальность». Основы темной магии! Удивительно. Разве в такой школе учат этому? Что эта книга забыла здесь…? Медленно и внимательно осмотревшись вокруг, слизеринка быстро схватила книгу и бросила в сумку. Опаздывая в кабинет директора, девочка, перепрыгивая ступеньки, летела, сломя голову. Столкновение. Чернота. В один момент она на полу, сумка с учебниками упала, беспорядочно раскидала книги. А голову погрузило в невероятную боль, жгучую, съедающую изнутри, будто черепная коробка сейчас развалится, будто оконное стекло на самой высокой башне Хогвартса, разбитое квоффлом. Мишель медленно села и, обернувшись, увидела едва заметный силуэт человека в черном плаще, и на душе стало так спокойно, будто это был кто-то, кому она доверяет и кого знает очень много лет. В сердце поселилось необъяснимая гармония и вера в исполнение всех желаний, что было очень странно. Только секунду этот силуэт был в глазах Поттер, как тут же исчез за углом. Мишель не хотела отпускать то, что приносит ей такое спокойствие, и побежала, точнее, попыталась побежать, за ним, полушагом и полуползком она оказалась за углом, но там никого не было, тот человек, он будто растворился в воздухе. Не запомнив, как Мишель дошла к Дамблдору, она просто постучала. Все уже собрались, Гермиона смотрела с укором. В кабинете старого волшебника Дамблдора было интересно. Повсюду портреты прошлых директоров Хогвартса, различные интересные магические штуки. Милый хрустальный сервиз, видимо, он любит пить из него чай с лимонными дольки, как всем известно. На одном из портретов был изображен один из директоров Хогвартса, которого считали сумасшедшим, ну и до сих пор считают. Он якобы мог видеть будущее, по его словам. Но мало кому известно, что его предсказания о будущем почти всегда сбывались. Он мог предсказывать на сотни лет вперед. Предсказание могло быть точно сформулировано, если оно на ближайшие дни, месяцы, или года, а могло быть размытым и неясным, если речь шла о столетиях. И вот этот директор с любопытством и полуусмешкой на старом лице смотрел на маленькую мисс Поттер, которая чувствовала на себе взгляд, но боялась посмотреть в ответ. Потом ей просто надоело, что ее глаза, отведенные в другую сторону, буравит взглядом какой-то старец, и, посмотрев в ответ, она будто бросила вызов глазами, вызвав добрую улыбку у портрета, которая спустя несколько минут сменилась обеспокоенным взглядом. Не понимая ничего, Мишель отвернулась. — Ну что ж, я должен поступать педагогично. Мисс Грейнджер, мисс Поттер, мистер Уизли, ближайшую неделю вы будете помогать мистеру Хагриду. Решение профессора МакГонагалл и профессора Снейпа. Последовала длинная пауза. Не обронив ни единого слова, дети, опустив глаза, подождали, когда Дамблдор кивнет, и они смогут покинуть его кабинет. Взгляды троицы выражали фразу: «Хорошо, мы это заслужили, но, конечно же, нам не хочется отбывать наказание». Естественно, гриффиндорцев еще как не устраивало то, что вмешался Снейп. По мнению всего красного факультета, Снейп относился к ним хуже, чем к любым другим факультетам. Чушь. — Вы можете идти, — спокойно сказал профессор Дамблдор. И все вышли. Мишель хотелось уйти оттуда как можно быстрее, но она подождала, когда уйдут Уизли и Грейнджер, и стала под директорской дверью, пытаясь хоть что-то уловить ухом. Послышались какие-то шаги, туда-сюда. Дамблдор в своей обычной манере расхаживал по кабинету, думая о чем-то. — Альбус, прошу Вас, будьте осторожны с этой девочкой.