Elite: Star Wars

      Во время подготовки к полету я несколько раз замирал в недоумении, так как наработанные рефлексы и привычные действия для меня были непривычными, видимо, они не перенеслись в новое тело, хотя отголоски того, что я делал, все ещё мелькают в подсознании. Эх, похоже придется восстанавливать навыки пилотирования почти с нуля. Хотя в этом так же есть что-то хорошее, давно я не ощущал себя таким… зеленым. Вспомнил, как дед первый раз усадил меня в кресло пилота, вот тогда я и понял, что уже никогда не поменяю его на кресло в каком то офисе. Единственный плюс — это то, что я помню, что и как работает. Размяв пальцы, наконец приноровился к оборудованию я все же закончил с подготовкой корабля и запросил разрешение на взлет, хоть мы теперь уже не в своей галактике, но нарушать процедуру взлета нельзя, не хочу пострадать от какой-то мелочи в виде астероида. Когда посадочная площадка начала поднимать корабль, я заметил, как с небольшой разницей тоже самое проделала площадка, на которой находилась «Type-9» Джексона, большой, тяжелый и неповоротливый, но имеющий вместительные трюмы. Увеличив тягу на маневровые, плавно оторвал корабль от посадочной площадки и начал отводить его от носителя, тоже самое, но намного медленнее повторил и Джексон. Взглянул на панораму, которая открывалась за стеклом, там виднелась темная сторона планеты, а из-за нее выходила местная звезда, и отражающийся свет от поверхности создавал более яркое гало, а стекла мостика автоматически уменьшали свою светопроницаемость. — Вот ради таких моментов и стоит жить, — сказал я, смотря на эту красоту. — Кстати, как эта планета называется? — спросил я Ундули. — Эта планета называется Илум. И да, это красиво, — ответила она мне. — Вы уже выбрали место, где будете садиться? — Нужно провести сканирование, только тогда я смогу ответить на вопрос. Скорее всего, это будет остов какого-то корабля. Увеличив тягу на маршевые двигатели, корабль начал разгоняться и включил зарядку FSD для ухода в гиперкрейсерский режим. Когда его зарядка завершилась, корабль перешел в гиперкрейсерский режим. От Луминары послышался удивленный возглас, и я недоумевающе посмотрел на нее. — Что такое? — Нет, ничего. Просто ваш способ перемещения в пространстве не похож на наш. На ее ответ я лишь пожал плечами. — Для нас это привычно. Сейчас немного отдалимся от планеты, и я запущу зонды для сканирования поверхности. Джон, Рэм Та, давайте на мостик, будем выбирать место, где вы будете копать, — обратился я к двум гениям по громкой связи. Пока парни поднимались на мостик, я вывел корабль на орбиту и подготовился к запуску зондов. Чтобы не терять время, запустил алгоритм подробного сканирования поверхности, эти малышки способны просканировать поверхность на глубину до тридцати метров. Пусковая установка выпустила двенадцать зондов по разным траекториям, чтобы охватить поверхность всей планеты. Этого количества более чем достаточно для того, чтобы получить подробные сканы поверхности. На стекло мостика выводились траектории их полета, а когда они достигли необходимой высоты, начиналось сканирование планеты. На это потребуется минут двадцать, и если бы требовалось только поверхностное сканирование, такого количества зондов не потребовалось. — Теперь только ждать… — я откинулся на спинку кресла и включил автоматический полет по орбите. — С какой вы системы? — задала неожиданный вопрос Луминара Ундули. — Просто я никогда не видела такую расу как вы. Я на минуту задумался, стоит ли ей говорить, что мы не то, что не из ближайших звездных систем, мы даже не из этой галактики? В принципе, даже если я и расскажу ей правду не факт, что она поверит, а это может привести к настороженности в нашу сторону. Да я бы сам не поверил, расскажи мне кто-то об этом. — Мы попали в засаду врагов, и в попытке спастись, прыгнули в гипер, но вместо него попали в аномалию. Только спустя некоторое время мы поняли, что находились там три месяца, — я не стал ей говорить всю правду во-первых эта информация ей без надобности, во-вторых — это смущает. — В аномалии мы пытались обнаружить точку выхода, но увы, это было невозможно. Это был прыжок вслепую, и, считай, спиной вперёд. Ну, а наш выход вы видели. — Что же это получается? Вы не сможете вернуться обратно? И кто те враги, от которых вы бежали? Мда, ей проницательности не занимать, сразу поняла, что мы застряли в этой галактике и обратного пути нет. Да и с нашими новыми телами в Пузыре нам путь заказан. Даже если мы вернемся, то нас 100% какая-нибудь корпорация или сверхдержава отправит на опыты и вскрытия. — Мы называем их Таргоиды, инсектоидная раса, и у нас с ними идёт война. — А вы пытались с ними заключить перемирие? — Это невозможно, — отрезал я, вспоминая войну между ними и Стражами. — Они не считают то пространство, которое мы колонизировали меньше чем за тысячу лет, своим. Они засеяли некоторые аммиачные планеты своими растениями, которые изменяли их под себя. В этот момент я нашёл в своём архиве снимки изображений Барнаклов и вывел его перед ее креслом. — Вот такие. А вот сами Таргоиды и их корабли. — Удивительно. — Вот только мы так и не смогли с ними найти общий язык, а они никогда не шли на контакт, всегда атаковали первыми или вытаскивали из прыжка корабль между системами и сканировали его. В таких случаях было два варианта развития событий: они давали кораблю улететь или просто уничтожали. — Весело у вас. Я никогда не слышала ни о вас, ни о Таргоидах. — Галактика большая, — пожал я плечами, — В ней много чего неизвестного. Тут система сканирования оповестила об завершении сканирования. Выведя голограмму с полученными данными, я заметил, что на этой планете были обнаружены целые остовы кораблей, но, в основном, все в виде мелких обломков, разбросанных по большой территории. А вот когда я дошел до отчета об минеральном составе, мне захотелось присвистнуть, но из-за строения челюстей это было невозможно. Вся планета была пронизана целыми жилами кристаллических образований, и кажется, я понял, что тут делали наши гости. Ладно, это их дело, мы тут за другим, и если уж выйдет что-то найти, то возьмем. Так, вернемся к поиску подходящего остова, который будем потрошить. Таких кандидатов было целых два. Первый — это какой-то корабль, и по данным, полученных с зондов, он хотя бы не был в виде обломков, второй же корабль разломился на три больших куска, которые разбросало, пусть и не далеко друг от друга, всего-то в нескольких километрах, но бродить по неизведанной местности будет себе дороже, потому он нам не подходит. — У вас очень хорошие сканирующие системы, — похвалила Луминара. — За очень короткое время вы смогли многое обнаружить. — Модифицируя свой корабль, я ставил все самое лучшее, такие вот системы сканирования поверхности, относятся к военным образцам прошедшие конверсию. Это все равно лучше, чем обычная модификация. Закончив говорить, я услышал звук открывающихся створок шлюза. Развернувшись в кресле, увидел, как выходят Джон и Рэм Та. — Чего так долго? — Извини уж, мы просто зашли в твою лабораторию, и я вдруг вспомнил, что у тебя были инфокристаллы Стражей, а мы о них и забыли. — заявил Джон. — Какие еще инфокристаллы? — удивился я, пытаясь вспомнить, откуда они у меня. — Те самые. Вспомни зонд Таргоидов. Ты ещё говорил, что купил его у кого-то по своим каналам. — Ааа, вспомнил, ударопрочный кофр, и в нем двадцать кристаллов, — вспомнил я. — Но мы же, вроде бы, их все проверили? — Не все. Я тогда только пять из них проверил. Вспомни, мы тогда наткнулись на инфу про базу и полетели туда, а когда прибыли, ну… в общем замотался, заработался и все, времени на проверку остальных нет. — Ну да, ты прав. Ладно, с этим потом разберёмся. Смотрите, что нашли зонды, — кивнул я на голограмму. — Есть пара кандидатов. — О, корабль местных? — оживился Рэм Та, что молчал до этого. — Нет, на этой планете никогда не было разумной жизни, — ответила нам Луминара, — Не считая животных и приезжих. — Вот как? Тогда этот корабль потерян? Ничейный? Просто груда металла? — с каждым словом Джон делал шаг в сторону женщины, которая явно начала волноваться за психику нашего ученого. — Джон. — Да-да? — Прекрати пугать гостей, это не красиво, — я вздохнул, так как ощутил себя мамочкой, а когда увидел горящий взгляд Рэм Та, и вовсе чуть не дал себе пощечину, так как появилось острое желание дать подзатыльника своим непутевым «сыновьям». — О космос, что со мной происходит?.. Парни, давайте на свои места, будем садиться рядом с остовом. Я вышел на канал связи с Джексоном. — На связи, — послышался голос Джексона. — Лови координаты посадки. — Принял, захожу на вектор посадки. Включив общекорабельную связь, предупредил Стэна и Дугласа об посадке. Облетая планету и выходя на освещенную сторону, начал заходить на посадку, как обычно, под углом в сорок пять градусов. Невольно я посмотрел в сторону Ундули, и увидел ее задумчивый взгляд. Ориентируясь по маркеру, выставленным навигационной системой, на высоте в двенадцать и отдалении в пятьдесят километров корабль перешел в режим планирования. Началась привычная легкая качка и вибрация. Преодолев облачный слой на высоте в два километра, начал замедлять корабль и искать подходящую площадку для посадки рядом с остовом. По данным сканирующих систем, подходящая площадка, на которой могут поместиться два таких больших корабля, как «Type-9» и «Анаконда», было в километре от места крушения. Придется проехаться на «Богомолах». Передав координаты Джексону куда садиться, тоже туда направил свой «Искатель бездны» на посадку. Когда садился, маневровые двигатели подняли такую метель, что весь обзор с мостика закрыла белая плена. — Говорит капитан. Мы совершили посадку на планете Илум, гравитация один и один джи, атмосфера пригодна для дыхания, температура за бортом минус пятнадцать, ветер один-два метра в секунду. Спасибо, что воспользовались услугами компании «Искатель бездны», — решил я пошутить. — Гляжу, уже сталкивались с чем-то похожим, раз шутите? — спросила Луминара. — Я на многих планетах побывал. Даже садился на планету, которая вращается вокруг нейтронной звезды, вот там был настоящий экстрим. Так что посадки на планеты для меня привычное дело, — сказал я, поднимаясь с кресла. — Кстати, а вам не будет холодно? — спросил я у Луминары, так как заметил что она была в довольно лёгкой одежде. — Ничего страшного, мне не будет холодно, — уверила она меня, но я не поверил. — Вот что, у меня есть для вас подходящий летный комбез с терморегуляцией. — я подхватил сумку с теплой одеждой и направился к лифту. — Не надо. Уверяю вас, со мной все будет в порядке, — продолжала настаивать она. — Ладно, но давайте вы хотя бы его примерите, а потом решим, что будем делать, — предложил я, заходя в лифт и ожидая остальных. В ответ она пожала только плечами. — Подготовьте пока «Богомолов», мы вас догоним, — обратился я к Рэм Та и Джону. — Хорошо. Вас ждать в ангаре или снаружи? — спросил Джон. — Давайте снаружи. Я хочу сначала пройтись немного пешком, давно не ходил по твердой поверхности, — смеюсь про себя, так как это будет, в принципе, первый раз, когда ступлю на поверхность планеты в новом теле. — Ладно, встретимся снаружи, — сказал Рэм Та выходя из лифта. А мы с Луминарой отправились в сторону одной из каморок, в которой у меня организован небольшой склад. Туда я закинул один контейнер с плотскими комбезами после того, как прекратил заниматься перевозками пассажиров, по технике безопасности их должно быть на четыре больше, чем пассажиров, так, на всякий случай. Как раз именно один из этих четырех запасных я и хотел презентовать Ундули. Это был обычный пилотский комбез с автоматической подгонкой и системой жизнеобеспечения в ранце, который присоединяется отдельно. Зайдя в каморку, я нашел нужный контейнер и достал из него комплект в заводской упаковке, передав его ей. — Вон там свободная каюта, в ней можете переодеться, — я указал на створки каюты. — Вряд ли он мне подойдет, но пусть будет по вашему, — ответила она, беря у меня из лап сверток и направляясь к указанную мной каюте, а я достал коммуникатор и вызвал Стэна. — Да, Макс, слушаю, — ответил он через пару секунд. — Вы где сейчас? — В гараже для техники, помогаем с её подготовкой. — Хорошо, встретимся снаружи как только я и Луминара переоденемся. Конец связи, — закончив разговор, тут же направился в другую каюту чтобы тоже переодеться. Зайдя в неё, достал из сумки теплую одежду. Естественно, это был комбез, только он отличался от того, в котором я сейчас одет, тем, что у него был рукав для хвоста и то, что он был окрашен в белый цифровой камуфляж. Хмыкнув, начал переодеваться, справился с этим за пару минут, на рукаве для хвоста была возможность его плотно обхватить им. Вот честно скажу — ощущения странные, кажется, как будто кто-то его сжал по всей длине, и он стал тяжелее. С обувью справился тоже быстро, несколько раз выпустив когти из щелей для проверки. Я вышел из каюты как раз в тот момент, когда из соседней комнаты вышла Луминара. Похоже, она не полностью со всем функционалом разобралась, так как комбез не ней просто висел. — Я же говорила, что он мне не подойдет. — Поверните левую руку ладонью вверх, и на запястье есть три сенсора, рядом с ними есть еще небольшой экран, нажмите на нижний, — проинструктировал я её, запихивая за пояс маску балаклаву и перчатки. Как только она это сделала, то комбез медленно начал подгонку под её фигуру. Через тридцать секунд подгонка была завершена. Луминара немного удивленно подвигала конечностями и сделала несколько движений из какой-то техники боя. — А знаете, беру свои слова обратно насчет того, что он мне не подойдет, но окрас не сильно подходит для снежной планеты, — сжимая и разжимая руку в перчатке сказала она. На её ответ я хмыкнул. — Нажмите на верхний сенсор и подержите пять секунд. Когда она сделала то, что я сказал, на небольшом экране появились варианты камуфляжа. Поводив пальцем по экрану, она выбрала один из вариаций раскраски после чего комбез стал менять свою окраску. До этого он был стандартного черного цвета, а теперь имел один из вариаций лесного цифрового камуфляжа. — Адаптивный камуфляж, неплохо, — удивилась она, выбирая чисто белый окрас комбеза. — К сожалению, не адаптивный. Этот комбез гражданский с уже готовыми шаблонами, да и скорость смены окраски тут низкая. А где пояс? — Там, в каюте, — сказала она, уходя обратно и выходя с остальными частями от комбеза. — Наденьте его. К нему крепятся элементы питания и всякая мелочевка в виде суточного пищевого концентрата, фляги, ножа и игольника из спас-набора. — Пища нам точно не пригодится, мы тут не надолго. Насчёт ножа, то он мне не нужен, у меня свой имеется, — она пыталась что-то достать, но понимая, что она это что-то, забыла, потому тяжело вздохнула. — Кое-что забыла. Она тут же пошла обратно в каюту, а позже вернулась уже с металлическим цилиндром в руке. — И что это? — спросил я со скепсисом. В ответ она улыбнулась, и из цилиндра поднялся столб света. Как я позже догадался, это был световой меч. — Египетская сила… — проговорил я с шоком. — У нас до такого технологии ещё не дошли. Очень похоже на стабилизированный плазменный пучок. — Значит, есть то, чего вам стоит поучиться, и это не плазма, — Луминара выключила меч. — Ладно, пошли, а то Джон с Рэм Та заждались. И да, не показывай им его, а то они от тебя не отлипнут, — Луминара слегка вздрогнула, вспомнив взгляд Джона. — И не давай его им, сто процентов разберут. Конечно, потом соберут, но лучше перестраховаться. На моё предупреждение насчёт учёных она хмыкнула, и мы направились к шлюзовой. Не задерживаюсь там, я быстро надел разгрузку и закрепил кобуру с «Мучителем», протянув такую же Ундули. Сначала она отказывалась, но я настоял, напомнив про двух психов от науки. Тяжело вздохнув, она прикрепила его к поясу, к правому бедру, также упомянула, что ей это оружие незнакомо. — Дуэйн сможет все объяснить лучше меня, мне ближе корабельное вооружение, чем ручное, — заканчивая с экипировкой, сказал я. Запихнув в нагрудный карман сканер пространства и закинув на плечо лямку РШ-25 «Аллигатор», направился к выходу. Пройдя через силовое поле, остановился, так как в нос ударили запахи. По сравнению с корабельным воздухом, который практически стерилен, запахи там, даже с нашим новым обонянием, не чувствуються. Вдыхая морозный воздух, я им наслаждался, нет, скорее даже кайфовал. Не знаю сколько это продолжалось, но в себя я пришел только тогда, когда меня потрепали за плечо. — С тобой все в порядке? — заглядывая мне в глаза, спросила Луминара. — У тебя слюна течет. — Ааа… Да, все в порядке, — я тряхнул головой и вытер слюну. Вот же блин, стыдно то как. — Просто вы не представляете, как же хорошо дышать воздухом, не прошедшим кучу циклов очистки. Это как глоток свежего воздуха, прости за тавтологию. Вот же меня накрыло. И что это такое было? Еще несколько раз встряхнув головой, начал спускаться по трапу и ступил на скальную поверхность, очищенную от снега выхлопами маневровых двигателей корабля. — Пойдем. Если меня так накрыло, то тоже самое могло случиться и с остальными, — сказал я, идя в сторону носа корабля, туда, где происходит выгрузка техники. От того, что мы увидели, мне захотелось провалиться: стоящие рядом с техникой Ракксла не двигались и с тупым выражением на мордах, пускали слюни. — Похоже, не только тебя накрыло, — сказала Ундули, явно пытавшаяся подавить смешки. — Слушай, а у меня точно такое же выражение на морде было? — спросил я у неё, подходя к Стэну и Дугласу. Потрепав последнего за плечо, я еле успел увернуться от летящей мне в морду когтистой лапы. Вот если бы не наша новая реакция и ловкость, то простым испугом не отделался бы. — Полегче! — крикнул я, отпрыгивая в сторону. — Это всего лишь я! — Макс, ты чего так тихо подкрадываешься? — спросил он, оглядываясь по сторонам. — А я не подкрадывался, ты просто залип. Глянь на остальных, ты точно в таком же состоянии был, — указал я на Стэна, так и не пришедшего в себя. — Аааа, чего это с ними? — облизнувшись, спросил он. — Я что, слюни пускал? — Кайфуют от свежего воздуха, — констатировал я, почесывая за ухом. — Давай, приводи своего брата в норму, я еле увернулся от твоей оплеухи. — Ладно, только сперва я сделаю пару снимков, — ухмыльнулся он, доставая коммуникатор. — Они тебя прибьют, — я тоже достал коммуникатор, делая несколько снимков, — И, похоже, меня тоже. — Не боись, отобьемся, — сказал Дуглас лепящий снежок, который тут же запустил в Стэна. — Вот бл…! — ругнулся парень после того как словил снаряд в нос. — Вы, блин, охренели? — Проверяли твою реакцию, — сказал Дуглас. — Ты не мог попасть в другое место? Блин, нос болит, — массируя пострадавший орган, пробормотал он. — А вообще, что происходит? — Я что, пускал слюни? — Ты был в прострации, познавая бесконечно-вечное, а так же узнавал причину своего бытия оглядываясь вокруг себя, — ответил Дуглас, уворачиваясь от снаряда. — Ну или просто кайфовал от свежего воздуха. — А с вами весело, — улыбнулась Ундули, — Как с Энакином и Оби-Ваном на миссиях. — Ваши знакомые? С ними тоже чтоль смешные ситуации происходят? — спросил я, подходя к двум оставшимся кайфушникам. С ними прошло не настолько опасно, как с братьями, они всего лишь шарахнулись от меня и естественно спросили, что происходит и пускали ли они слюни. В общем, на приведение всех в норму потратилось немного времени, Джексона и Ганса также пришлось приводить в чувства, а еще объяснения Луминаре особенности обращения с «Мучителем» заняло время. Потому, когда мы наконец погрузились в «Богомолы» и «Скарабеи» и направились к остову корабля два гения науки были в таком предвкушении, что я прям видел как воздух вокруг них искрился. Ехали мы не долго, «Богомолы» вполне легко прокладывали дорогу в снегу, а сразу за ними двигались «Скарабеи», которые уже не застревали в нем. Луминара несколько раз задала вопросы насчёт техники, а потом я взялся за расспросы об планете Илум. Оказалось, что Ундули и её ученица, которая сейчас находится на реабилитации в медотсеке, проходила посвящение в некие рыцари-джедаи.Так же я в тихую и шепотом поинтересовался её световым мечом. Да, я не учёный, но и мне свойственно любопытство. На мой вопрос она дала неоднозначный ответ, но я все же добился от неё обещания рассказать о своём оружии, когда вернёмся на носитель. Конечно, за эту информацию она выторговала у меня комбез, который сейчас был на ней. А так и не скажешь, что она падка на удобную одежду, хотя я и не сильно сопротивлялся, все равно никто из экипажа «Феникса» больше не сможет надеть эту одежду, хорошо только, что она не спросила о том, откуда эта вещь, ведь по габаритам и комплектации костюма сразу видно, что он не на Ракксла. После небольшой поездки в обзорном окне мы увидели огромный сугроб. Сначала я подумал, что это гора, но когда посмотрел на сканер, увидел, что именно на эту махину указывал маркер. Остановившись рядом с большим проломом, я ещё раз сверился с картой, после чего поднялся и, выбираясь из техники, сказал: — А этот корабль больше, чем я думал, странно, что он сумел приземлиться более менее целым. — Похож на военный, — сказал Рэм Та, спрыгивая с подножки «Богомола». — Вон покореженная турель, — указал он на скрученный кусок металла. — Да, ему досталось, — сказал Джон, что-то делая с планшетом. — Судя по данным сканирования, весь силовой каркас повело, и он лежит на большой трещине. — Надеюсь, он не развалится, когда будем его обыскивать? — я подошел к корпусу и начал постукивать по нему. — Не должен, — скептически ответил Джон. — Обычно после таких слов происходит что-то нехорошее, — подозрительно посмотрел на него Стэн. — И каких же милых зверюшек мы можем тут встретить? — спросил Дуглас, присев на корточки и рассматривая что-то. Он зачерпнул снег лапой и понюхал, после чего чихнул. — Фу, тухлятиной воняет. — Блисмалы, Ражаки, Горгодоны, Ашарп-Пантеры и Лиски. — Хм, не так уж и много здесь обитателей, — потёр я подбородок, — Но почему-то мне кажется, что все не так просто, и некоторые из них опасны. Я прав? — Так и есть. Горгодоны и Ашарп-Пантеры самые распространенные хищники здесь, — подтвердила Луминара. Тут из разлома послышался какой-то шум. Самое интересное, что на него отреагировали только Ракксла, но не Луминара. Он был похож на клацанье когтей по металлу, причем судя по их частоте, там было больше, чем одна особь. Братья Боуман сразу направили свои G75-VLB и РШ-25 на пролом в корпусе, начиная отступать от него. — И вот зачем ты накаркал? — зашипел на Стэна брат. — Что такое? — напряглась Луминара. — А к нам гости идут, — беру проход на прицел. — Вы что, не слышите? — Нет, и ничего не чувствую. — ответила она, потянувшись к своему световому или плазменному мечу, а не к пистолету. Похоже, что он не привычен ей. — А вот и они! — указал на пролом Дуглас. Из разлома выходила четверка где-то с метр ростом с белой шерстью и темными пятнами зверь, длина их тела составляла под два метра, а с хвостом и вовсе все три. И как мы их не почуяли? Хотя, ответ на свой вопрос я получил сразу в виде порыва ветра в спину, который все это время дул на остов. Эти странные звери напоминали тигра, которого сильно изуродовали, на всех лапах у него было по два загнутых когтя. Они беззвучно стояли и смотрели на нас, но уже через секунд они стали окружать нас, а их отростки на спине слегка подрагивали. — Джон, Рэм Та, к турелям, — тихо сказал я, но похоже недостаточно тихо, так как зверюшки уставились на меня, а одна из них начала готовиться к прыжку. Когда я навел на нее свою винтовку, та начала пятиться назад, и похоже, это было отвлекающее действие, потому что совершил прыжок в мою сторону другой зверь, а вот то, что произошло дальше, я понял только тогда, когда все кончилось. Субъективное время замедлилось, и я видел, как сбоку на меня прыгает один из хищников, тоже самое делают и остальные звери, причем, не на тех, кого изначально целились. Как-то инстинктивно я падаю на бок, наводя оружие на зверя и делаю два выстрела в голову, которую разносит на куски, а тело пролетает надо мной. Боковым зрением вижу, как тоже самое происходит и с двумя другими. А где четвертая, я не видел, но услышал шипящий звук и падения, повернув голову на него, увидел стоящую в боевой стойке со своим мечом Ундули, и перед ней лежал обезглавленный, и слегка дымящийся труп зверя, который, судя по траектории, целился на Джексона с зажатым в лапах «Мучителем», направленным на труп. Нормальное течение времени вернулось в норму почти сразу, как я убил своего врага, но понимание произошедшего пришло только когда я начал подниматься, у меня слегка зашумело в голове и повело в сторону. И что это такое было? Я раньше не замечал за собой настолько быструю реакцию. Конечно, для управления кораблем и ведения боя в космосе нужна отличная реакция, но не настолько же. Как я понял, все то, что для меня длилось секунд десять, на само деле произошло за секунды две. Взглянув на труп, к которому подходил Стэн, от головы зверя остались только дымящиеся ошметки. Это вам не кинетика, которая создает гидроудар от попадания в мягкие ткани, а плазма, мгновенно превращающая воду в пар, Луминара выключила свой меч. Правда, она не заметила, что за этим следили два умных маньяка. — Все целы? — спросил Стэн. — Да, вроде цел, — я осмотрел себя. — Хотя, одежду придется чистить. На белом цифровом камуфляже были красные пятна и ошметки плоти, и пахли они, как по мне, не слишком приятно, и это странно, потому что мы, как бы, хищники. Хотя на самом деле это даже радовало, было бы странно, если бы мне захотелось есть сырую плоть. — А мне немного досталось, — Дуглас начал рассматривать свое правое плечо. — Хотя, это всего лишь царапина. Зараза… Уже без головы цапнул когтем, Тимур, теперь точно загоняет с тренировками. — он тяжело вздохнул. — И как этих милых зверюшек называют? — Ашарл-пантера, стайный хищник, агрессивно защищает свою территорию, — ответила Луминара, странно смотря на нас. Дуглас со Стэном отошли. Тем временем я подошёл к Луминаре. — Те два маньяка всё-таки увидели твой меч, — тихо проинформировал я её. — Вот хатт! — выругалась она шёпотом. — Хотя если и пристанут, то выдам профилактический приём, — добавил я с улыбкой на морде. Мы пошли обратно к ребятам, Дуглас недовольно смотрел на своего брата. — Дай глянуть твою царапину, — скидывая со спины рюкзак, сказал Стэн. — И не думай даже говорить, что это всего-лишь царапина. Знаю я тебя, даже с дыркой в руке будешь утверждать, что всё нормально и само заживет. Пока тот говорил, он осматривал его плечо. — А что, такое уже было? — спросил Ганс, продолжая держать руку на рукоятке пистолета в кобуре. — Ага, как-то раз он проходил с осколком в руке всю операцию по освобождению заложников и сказал об этом только тогда, когда она завершилась. Он потом такую взбучку получил от начальства, что едва не вылетел со службы, — ответил Стэн. — Поздравляю, на это раз тебе повезло, и это и правда просто царапина, даже полевую операцию делать не надо. — Ты ещё плюнь на неё и оближи, тогда точно не придётся использовать медикаменты, — раздраженно сказал Дуглас. — Ещё слово, и правда так сделаю, — нанося на рану мед-гель, сказал Боуман. — Хшшш, больно, чтоб тебя! — Потерпишь. — усмехнулся Стэн заканчивая обработку царапины. А пока два брата препирались, я достал коммуникатор и включил режим создание объёмной голограммы. Открыв ручной ввод, я вписал данные, которые получил от Луминары и сделал еще фото мёртвой и более-менее целой особи. Осматривая Ашарл-пантеру, я пытался понять, что произошло в тот момент, когда она на меня прыгнула. В момент нападения, время сильно замедлилось, но быстрее двигаться я не стал, а вот успеть обдумать ситуацию смог. Наши новые тела все еще преподносят сюрпризы, надо будет спросить у остальных, не было ли у них такого же эффекта. — Похоже, что они тут организовали логово, — указал на остов Ганс, подходя ко мне. — А мы пришли к ним домой и убили их, — спрятав коммуникатор и смотря на трупы, сказал я. — Некрасиво как-то получилось, — опечалился Джон. — Они первые начали, — отвлекшись от перевозки, сказал Стэн. — Нечего бросаться на всех подряд. Пока мы смотрели на остовы, боковым зрением заметил, что Джон и Рэм Та смотрели на меч Луминары. — И то верно. Странно, что мы их встретили так далеко от полярных областей, — сказала Ундули, все так же странно смотря на братьев, которые стали осматривать пролом в корпусе. — Они все ещё смотрят на мой меч? — Ага, глаз оторвать не могут, — подтвердил я, взглянув на парочку маньяков от науки. — Они, скорее всего, переключатся на что-то другое, когда начнём обследовать корабль. Кстати, чей он? — К сожалению, я и сама не знаю. Могу сказать только то, что он времён Старой Республики, — указав на практически весь занесенный снегом корабль, ответила она. Присмотревшись, я обнаружил еще и то, что при приземлении этот огромный кусок металла нагрёб много льда на себя. Величественная скульптура, творцы которого люди и природа. Дух захватывает, и в то же время ужасает. — Надо оттащить тела в сторону, — я указал на трупы Аршал-пантер. — Запах крови может привлечь других хищников. Поморщившись, я отвернулся. Пахло кровью, сильно и очень неприятно. В нем был какой-то странный оттенок, описать который я не могу, но вот есть мясо этих зверей я бы не стал, даже если бы умирал от голода. Пока я пытался понять, что меня напрягает в запахе крови, ко мне подошёл Джексон, тянущий трос от своего «Скарабея». Он обмотал задние лапы зверя, чтобы отбуксировать его подальше. При этом я опять уловил странный взгляд от Луминары, которым она провожала Джексона, возвращающегося к ТРП. Не выдержав, я все же спросил: — Что-то не так? — Да нет все нормально. Просто любой другой был бы рад, что ему удалось добыть такие трофеи, — указала она на тело, оставляющее на снегу кровавый след. — Их шкуры довольно ценные. — Это будет как-то неправильно, — ответил я ей, снимая перчатку и несколько раз сжал кулак. — Тоже самое, что и ободрять шкуру с собрата, мы же не охотились на них ради еды. — Прошу прощения, если чем-то задела. — Все нормально — это наши бзики. Давайте займемся тем, для чего мы тут, — ответил я ей, надевая перчатку обратно и беря поудобнее винтовку, направляясь в сторону пролома. Братья Боуман разделились: Стэн пошел с нами и шел впереди, а Дуглас остался снаружи охранять Ганса и Джексона на всякий случай, Джон и Рэм Та следовали за нами. Запах, исходящий из пролома, был неприятный, запах мочи и испражнений. Что странно, ведь ни один хищник не будет гадить там, где живет. Проходя по коридору, вонь стала усиливаться. Когда подошли к одной из дверей, Стэн туда заглянул и сразу отпрянул, прикрывая рукавом нос. — А вот их «Кабинет мечтаний», — сказал он, отходя в сторону. — Не советую туда заглядывать, воняет там просто ужасно. — Значит не будем, — ответил Джон, обходя дверь. — От этого запаха у меня уже глаза начали слезиться, я даже думать не хочу, что случится, если зайду. — Вроде, не так сильно и пахнет, — сказала Луминара, заглядывая в помещение. — Это для вас «Не так сильно», а вот для нас с нашим-то обонянием очень даже сильно, — сказал Рэм Та, морщась и светя фонарем дальше в проход, — И это иногда доставляет неудобства. Дальше по коридору, покрытому всяким мусором и льдом, я заметил, что что-то отражало свет. Подойдя к тому месту где видел блики, я пригнулся и осмотрелся. На полу, припорошенный снегом, лежал кристалл. Подобрав, я покрутил его в лапе, синевато зеленого цвета, размером с большой палец. Когда я направлял не него свет, на выходе появлялся не пучок рассеянного света, а небольшая точка как от расфокусированного лазера. — Гляньте, что нашел! — привлекаю внимание остальных. — Какой-то кристалл. Первыми подошли ко мне, конечно, Джон и Рэм Та, но от них не отставала и Луминара, которая каким-то чудом успела выхватить кристалл из моей лапы быстрее, чем парни. После того, как женщина пристально осмотрела кристалл, она тут же отдала его мне, не позволяя двум гениям-идиотам и глазом посмотреть на него. — Это катрацит — один из видов адеганского кристалла. Он наименее редкий и часто встречается на Илуме, — сказала Луминара. — Но этот низкого качества, он даже не подойдет для тренировочного меча. — Так именно из-за них вы оказались на этой планете? — спросил я, продолжая рассматривать его в свете фонаря. На это Луминара кивнула. Положив камень в карман разгрузки, мы пошли дальше по коридору, обходя завалы и пригибаясь под балками. Смотря на все это, у меня складывалось острое ощущение того, что это место не посещал никто, кроме Аршал-пантер уже очень давно. Хотя, походу, и эти звери посещали его только из-за нужды, вот только зачем, не понятно. Иронично то, что технологии, к которым люди шли сотни-тысяч лет, используют как санузел. Это настолько же грустно, на сколько и смешно, по-настоящему абсурдная ситуация… Многие комнаты на корабле были закрыты, а те, в которые мы все же могли заглянуть, были пусты. В конечном итоге мы уперлись в запертую переборку, которую пришлось вскрывать, воспользовавшись плазменным резаком. Вначале просканировали и нашли запорный механизм, который просто вырезали, а вот когда попытались её открыть, у нас ничего не получилось, мы даже сломали Титановую фомку из набора инструментов, которую нес Рэм Та, силовой набор корпуса при «посадке» дробь «падения» сильно повело, и многие отсеки оказались заблокированными. Но с ней нам помогла Ундули, она каким-то неведомым образом смогла её сдвинуть с места и открыть, то ли силой мысли, то ли каким-то другим образом, но она все же смогла это сделать. Мы на это смотрели, раскрыв рты, и не понимали, как такое возможно. — А? Как так то? — первым от шока отошел Стэн. — Сила, — единственное, что ответила она. — Это «многое» объясняет, — хмыкнул Джон, делая кавычки. — От слова «очень» много. — Сила — это связь, что пронизывает всю Галактику и соединяют её воедино, как живых существ. Силой могут управлять чувствительные к ней, — пояснила она, разворачиваясь к нам. — И вот что странно: она есть во всех, но в вас её нет. Абсолютно. Вы не просто не являетесь её носителями, вы её даже отталкиваете. Вы отсутствуете в ней. — А это плохо? — тихо спросил Джон, на что получил неоднозначный взгляд. — Выходит, вы при нашей первой встрече не сводили с нас взгляд из-за этого? — спросил я, наконец поняв, почему они бросали такие странные взгляды, а мне уже лезли в голову странные мысли, что в нас видят каких то монстров. — А я уж боялся… Ладно, с этим потом разберемся. Посмотрев на хотевших задать вопрос ученых, я тут же пресек попытки. — Давайте вы потом будете спрашивать у мисс Ундули, что такое Сила, и с чем её едят, хорошо? А то у нас ещё полно дел. — Ладно-ладно, потом, так потом, — тяжело вздохнув, сказал Джон, освещая что-то на стене. — Хэй! Гляньте! Там какая-то эмблема нарисована. Направив туда фонари, мы увидели на переборке, покрытой инеем, красную эмблему шестигранной формы, в которую была вставлена шестилучевая звезда. — Теперь понятно чей это корабль, — без эмоций, которые, похоже, были максимально загнаны очень глубоко, сказала Ундули. — Ситхов. — Ситхи? — Давние враги. Забыла сказать, что у Силы есть две стороны, светлая и тёмная, мы практикуем светлую сторону и выступаем за демократию, Ситхи же держат всю власть в тирании и страхе, практикуют тёмную сторону, — пояснила она. — То есть, добро и зло, только в материальном облике… — хмыкнул Джон. — Ничего в этом мире не меняется. Зло всегда противостоит добру. — А война, как понимаю, идет за все хорошее против всего плохого, — подытожил Стэн. — Прозвучит обидно, но это даже немного банально. Эх, война никогда не меняется. — Что правда, то правда, война никогда не меняется, — ответила немного в прострации, Ундули. После этого наступила гнетущая тишина. Удивительно, как похожи наши менталитет и мораль. Пусть мы уже не люди, но не заметить схожесть наших суждений сложно. — Идемте дальше, нужно найти хоть какой-то план корабля, — освещая коридор за переборкой, сказал я. И как только свет упал на пол и стену в конце прохода, я сразу нахмурился. То, что лежало в конце коридора, мне ой как не понравилось. Но стоило нам подойти ближе, как я тут же прикрыл нос. Несло от него как из старого, но очень долгое время забытого морозильника, и этот запах все усиливался по мере нашего поступления. Похоже, что эта часть корабля была частично герметичной, так как воздух, которым тянуло из открытого коридора, был спертым, но несильно. В коридоре практически не было инея, если не считать тонкого его слоя на полу и чуть больше у стен. — Что-то мне не нравится этот запах, — нахмурился Стэн, заходя в коридор. — Как давно этот корабль мог упасть? — Примерно три тысячи девятьсот лет назад, — ответила Луминара, так же прикрывая нос. — А он неплохо сохранился, — немного офигеваю от таких цифр. Получается, этот корабль очень старый. Сглотнув и оглядев помещения, я ощутил навязчивый зуд в животе. Этот постоянный голод уже начинает напрягать. Хорошо, что он постепенно нормализуется, а не остается зверским и безмерным. Проходя вдоль стен, я полез в карман разгрузки, в который запихнул пару энергетических батончиков. Это не было умышленным запасом, чисто автоматическое движения. С непривычки ношения разгрузок залез в другой карман, и моя рука наткнулась не на вкусный батончик, а на сканер пространства. Похоже, что когда я вдохнул свежий морозный воздух, он выбил не только возможность к самосознанию, а ещё и многие мысли из головы. Это же надо было забыть, что в кармане такой полезный прибор валяется. Достав его, я тяжело вздохнул и включил, запустил самодиагностику сканера и калибровку. А через тридцать секунд на экране начали появляться данные сканирования. Вот появились точки, отображающие нас пятерых и в пятидесяти метрах ближе у входа, три отметки: Ганса, Джексона и Дугласа, других отметок биосигналов не было в радиусе ста метров, что радовало. Потом начала прорисовываться карта корабля, вот только она вырисовалось в радиусе двадцати метров. Похоже, что переборки неплохо так экранируют или мощности сканера не хватает. — Теперь у нас есть карта, — показываю экран планшета. — Как обычно, про сканер вспомнил только сейчас. Вот только радиус сканирования пространства не шибко большой. — Лучше поздно, чем никогда, — сказал Рэм Та, скидывая рюкзак со спины и начав что-то искать в нем. — Я тоже хорош, забыл про сканер Стражей, который хотел проверить, так сказать, в полевых условиях. Похоже, что воздух на этой планете хорошо прочистил мне мозги. Достав из него длинный браслет типичного для Стражей сине-зеленого цвета, учёный продолжил: — А вот и он. Сейчас проверим, насколько лучше наших, — сказав это, он закрепил браслет на предплечье. — Стражи? — спросила Ундули. — Древняя гуманоидная раса, вымерла примерно два миллиона лет назад, — не задумываясь, ответил Джон — Погибла от своей же технологии искусственного интеллекта, который уничтожил практически всех, — продолжил Рэм Та — Так, зная вас, вы можете бесконечно рассказывать о Стражах, — решив прикрыть шарманку прервал парней, которые уже были готовы начать целую лекцию читать по Стражах и их технологиях. — И он не рванет, как в прошлый раз? — отхожу на шаг от Рэм Та, так, на всякий случай. — Не рванет. Тут нечему взрываться, и мы с Джоном уже его проверяли, иначе как бы мы поняли, что это сканер? — возмутился он, все еще что-то делая с устройством, и в какой-то момент перед ним образовалась голограмма, но вот с нашей стороны не было понятно, что она показывает. — К сожалению, возможности сканера урезаны. Как мы поняли, для полноценной работы нужен нейроимплант. — Я надеюсь, что мы их не нашли, — с надеждой спросил у них. — Нашли, — развеял мои надежды Джон, — но они для нас бесполезны, так как оборудование для их установки не работает. А жаль, я бы рискнул. На его слова мне захотелось побиться головой об стену. У меня такое ощущение, что наше превращение окончательно сорвало последние тормоза у этих двоих в плане изучения Стражей. — Так, по возвращению сдадите все имплантаты, чтобы у вас не было искушения их как-то использовать, как и оборудование, связанное с нейроимплантатами, — пристально смотрю на них, — иначе доступ на склад вам будет закрыт для вашей же безопасности. — Но… — решил возмутится Джон. — Никаких «но», — прервал я его. — Тебе напомнить, что случилось со Стражами? Нет? Вот и отлично, я все сказал. Немного успокоившись, обратился я к Рэм Та: — Ну показывай, что у тебя там получилось? — Вот, — сказал он, сделав что-то на устройстве Стражей, и нам стала видна проекция окружающего пространства, на которой были видны все внутренности корабля, и, судя по тому, что ещё захватило прилегающую территорию, мощность и чувствительность этого прибора была намного выше, чем моего у сканера. — Вот только, я еще полностью не разобрался с его функционалом. Сейчас могу точно сказать, что карту он составить может, а вот как включить режим поиска биосигналов я пока не знаю. Ученый на этом моменте развел руками, но голограмма осталась на месте. — Ну хотя бы карта намного точнее получилась, чем у меня, — сказал я, выставляя настройку предупреждения об обнаружении новых биосигналов в сканере и прячу его обратно в карман разгрузки. — Судя по большому грузовому отсеку, это был транспорт. А почему такая засветка в нем? Та часть корабля, которая была грузовым отсеком, выглядела на его проекции как сильно размытая область. — Без понятия, — Рэм Та почесал за ухом. — Могу только предположить, что что-то экранирует излучение сканера, и это очень интересно. — Не знаете, что это может быть? — спросил я у Ундули. — Это может быть что угодно, — она начала рассматривать проекцию. — Единственный способ узнать, это проверить. — Тогда нам надо пройти еще четыре закрытых переборки, — сказал я, подсчитывая, сколько времени нам потребуется на их вскрытие. — Я впереди, — сказал Стэн, беря поудобнее винтовку и пошел дальше по коридору. Мы последовали за ним. Стоило нам пройти дальше, как Стэн заглянул в одну из открытых дверей, подав знак рукой остановиться в виде сжатого кулака, и медленно зашел в помещение. — «Надо будет предложить какие нибудь знаки хвостом», — подумал я. — Мда, не повезло нам, — послышалось из помещения. — Заходите, чисто, относительно. Когда мы по очереди зашли в комнату, нам предстала безрадостная картина в виде двух промерзших мумий. У одной из них шея была вывернута под неестественным углом, второй был прибит к стене балкой, сорвавшейся с потолка, обхватив её руками, и у этой мумии из черепа росла корона из рогов. Запах старого холодильника стал сильнее. Помещение было каютой и, похоже, общей, так как в ней было две двухъярусных кроватей и посередине был стол. Именно об него сломал шею первый. — Могу точно сказать, что этот, — указал Стэн на прибитого балкой к стене, — еще долго мучался, — он подошел к трупу. — Страшная смерть. Тот, хотя бы, умер быстро, — посветил фонарем на первую мумию. — Он даже застрелиться не смог, — поднимая с пола какое-то оружие, закончил он, осматривая найденное. — Ну спасибо, Стэн, — возмутился Джон, — подробности были очень важны. На это тот просто пожал плечами. Я точно уверен, что он и остальные члены отряда Тимура видели намного более страшные сцены. — Жаль их, но мы ничем уже им не поможем, — сказал я, подходя к койкам — Как раса того, с рогами, называется? — спросил я у Ундули. — Забрак, сильные и уверенные существа, хорошие воины и разведчики, — ответила она. — Да уж… Сколько ещё рас повидаем? — сказал Рэм Та с улыбкой на морде с закрытыми глазами, явно фантазируя. — Рэм Та, тебе сколько подзатыльников наконец нужно, чтобы ты починил свои тормоза у научных рвений? — спросил я, попутно сканируя мёртвых. Не гуманно, знаю, но информация о других расах будет не лишней. На мой вопрос Ундули вскинула брови в удивлении. — Вы с ним всегда так? — спросила Луминара. — Ага, и с Джоном… Если их попёрло, то нужно спускать с небес на землю, иначе это может закончиться как угодно, — закончил я, пряча сканер. — Эй, мы можем остановится в любой момент! — возмутился Джон. — Сказал наркоман от науки, — добавился Стэн, крутя в руках найденное оружие. — Странное оружие, на плазменное не похоже, и уж точно не на кинетическое. Черт, он весь обледенел! — мужчина несколько раз ударил рукоятью пистолета об ладонь и смог извлечь из неё что-то похожее на энергоячейку. — Так, теперь понятно, оно энергетическое. — Вы не правы, это бластерный пистолет, довольно распространенное оружие, но по сравнению с вашим, довольно слабый. Этот бластер просто бы прожег дырку в теле Ашарл-пантеры, а не разорвал её на куски, — указала она на «Мучитель» у меня в кобуре. — И зачем вам настолько мощное оружие? — Один ответ на этот вопрос — это Щиты, — не задумываясь, сказал Стэн. — Тому, кто занимался его эргономикой, нужно руки в одно место запихнуть, — кривился он, примеряясь к оружию. — Щиты? — удивленно переспросила она. — Да, у нас все скафандры, даже гражданские оснащаются довольно мощными щитами, особенно, технические скафандры для работы в агрессивных средах. Помню, как мы замучились с одной пиратской бандой, у которой были такие скафандры, а после появления Таргоидов стали разрабатывать ещё более мощное вооружение и системы защиты от их оружия, — тяжело выдохнул Стэн. Наверное, вспомнил о броне скафф «Гром-5Б». Да, хороший скафф был. — А почему тогда вы без них сейчас? — задала очень неудобный вопрос Ундули. Мне пока не хочется рассказывать ей, как мы стали тем, кто мы есть. Хотя если мы и будем общаться с ними, то это рано или поздно станет известно. — Можно мы не будем пока отвечать на этот вопрос? — попросил я у неё. — Просто на него очень сложно ответить. — Ладно, если не хотите, можете не говорить, — сказала она, даже не расстроившись. — Ваши тайны — это ваши тайны. — Спасибо. Это и вправду очень сложный вопрос. Вы поймете, когда мы сможем на него ответить. На это она лишь кивнула, а я продолжил исследовать помещение, вот только мне было не слишком приятно это делать. Чем-чем, а вот мародерством я ещё не занимался, поэтому даже не трогал личные вещи экипажа этого корабля. — Пойдемте уже в грузовой отсек, — Джон прервал мои размышления, — мне не слишком приятно находиться рядом с трупами. На что все мы согласно кивнули и стали выбираться из каюты. Когда дошли до очередной переборки, её тоже пришлось резать, только открыть получилось намного легче. А когда переборка открылась, мы сново увидели очень нелицеприятную картину в виде мумии, которая была прислонена ранее лицом к закрытой переборкой. — Твою ж! — вскрикнул Рэм Та, отрыгивая в сторону. — Так и заикой можно стать! — Этот бедолага, похоже, пытался выбраться. — осмотрел труп Стэн. — Но это у него не вышло, — поддержал его Джон. — У него были сломаны ноги, — указал я, обходя мумию — И не только у него, — присев у ещё одной мумии чуть дальше по коридору, я прикрыл рукавом нос. Пахло тут намного хуже, чем в предыдущем коридоре. — У этого сломана только одна нога. Они все получили травмы в момент падения. Похоже, все двери были заблокированы, а энергии для их открытия не было. — Это объясняет подпалины на обратной стороне переборки, — указал я на часть не до конца закрытой двери, на которой было много следов от энергетического оружия. — Идемте, нам ещё три переборки вскрывать. Такое же зрелище мы увидели и за остальными закрытыми дверями, отличающимся только количеством мумий. Они все погибли при падении или уже после него, и самое страшное то, что им не пришел никто на помощь. По пути Рэм Та часто включал сканер Стражей и, похоже, менял какие-то настройки, постоянно сверялся с чем-то в своем коммуникаторе, но похоже, у него что-то не получалось, так он постоянно что-то бормотал себе под нос, а его хвост нервно дергался. Воздух за последней из закрытых дверей наконец стал не таким спертым, и запах старого холодильника стал слабеть, а когда вышли наконец в грузовой отсек, все, даже Ундули, смогли нормально дышать без постоянного желания чихнуть. Похоже, тут корпус был проломлен и негерметичен. В грузовом отсеке, в том месте, где мы вышли, груза не было. Он весь сорвался со своих креплений при посадке и был свален в передней части отсека. Подойдя к одному из контейнеров с гнутой крышкой, взял у Рэм Та уже окончательно согнутую фомку, сорвал её. Контейнер был заполнен доверху, разного цвета и размера кристаллами, такими же, как и у меня в кармане разгрузки, только намного лучшего качества. — Мисс Ундули, посмотрите на это, — протянул я лапу с кристаллом размером с кулак и передал его ей. — Конечно, не Опалы бездны, но тоже красивые. — Это Мефит, — аккуратно беря камень в руки, ответила она, — довольно редкий и ценный кристалл. Мы, Джедаи, используем их в своих мечах. — с неохотой возвращая его мне, сказала она — Орден Джедаев готов у вас их выкупить. — Давайте не будем делить шкуру неубитого медведя, — сказал я, положив кристалл обратно. — Мы ещё не знаем, есть ли они в остальных контейнерах. — указал я на кучу контейнеров, сваленную в передней части грузового отсека. — Как я понимаю, для вас они очень ценны, и мне не хочется на этом играть, так что у меня есть такое предложение: мы доставим контейнеры туда, куда вы скажете, а потом поможете нам со сбором информации. — Услуга за услугу? — спросила она. — Можно и так сказать… — наш разговор прервал сигнал коммуникатора. — Вы там долго? — послышался голос Ганса. — Погода портится, только что на связь выходил «Феникс» и сообщил, что на нас движется циклон, а температура уже упала до минус двадцати, да и ветер усилился. — Похоже, что надолго, — сказал я, увидев как Джон и Стэн вскрывают ещё один контейнер, в котором снова оказались все те же кристаллы, и это уже десятый, а таких контейнеров было больше пятидесяти, и это только те, что видны и не раздавлены другими. — Тут контейнеров куча, так что скажи Джексону, чтобы тащил своих грузовых дронов, только осторожнее, там много тел погибших членов экипажа. — Принял… Джек, доставай своих малышек, для них работа есть! — ответил Ганс и послышался шум ветра. Похоже, погода и правда портится. — Сейчас будем, ждите. — Понял. Конец связи, — ответил я и убрал коммуникатор в карман разгрузки. Я тоже направился помогать с разбором завалов из контейнеров, Рэм Та попутно изучал кристаллы, один из них взял себе как жертву науки. Через минут двадцать из вскрытой нами переборки послышались звуки ударов металла о металл, а вот и Джексон с его «малышками». Освещая перед собой мощными прожекторами, из прохода вышли два паукообразных грузовых дрона. Боковым зрением заметил, как напряглась Ундули и потянулась за своим мечом. — Успокойтесь, это свои, — сказал я ей. — Почему так напряглись? — Мне показалось, что нас будут атаковать дроиды Сепаратистов, — ответила она мне и сразу расслабившись. — Они уже сильно повредили наш Храм и уничтожили корабль. — Понятно. Если что, это грузовые дроны… — ответил я, попутно пытаясь вытащить зажатый между двумя контейнерами кейс. — Стэн, помоги. Да что в этом кейсе такого тяжелого?! — Уж точно не Уран, дозиметр молчит, — сказал он, постучав костяшками пальцев по коммуникатору в кармане разгрузки. — Но что-то тяжёлое. Наконец выгрузив кейс из-под завала, к этому времени подошли Ганс, Джексон и Дуглас, а два грузовых дрона встали и осветили своими прожекторами весь ангар. — Ну что, расхитители гробниц, как тут у вас дела? — схохмил Дуглас, но все на него посмотрели так, что он, прижав уши, отошёл на шаг и поднял руки вверх. — Понял, тупая шутка. — Вижу, там погодка испортилась? — спросил я, осматривая троих Ракксла, на шерсти и вибриссах которых налип снег. — Ага, после сеанса связи там началась настоящая метель, так что надо скорее возвращаться на корабли, иначе надолго тут застрянем, — стряхивая с морды снег, сказал Джексон. — Что-то нашли? — указал он на странно тяжелый кейс в моих руках. — Понятия не имею, ещё не осмотрели, — я положил кейс на штабель контейнеров. — Джон, ручной сканер есть? — А ты уверен, что он у меня с собой? — ответил вопросом на вопрос он, начав копаться в своем рюкзаке. — Зная тебя, уверен на сто двадцать процентов, что ты не только его взял, — ответил я ему, более пристально осматривая найденный кейс, пытаясь понять, как он открывается. Похоже, что он с биометрической системой доступа. Обычно с такой системой в комплекте идет система самоуничтожения, и мне как-то не хочется её ненароком активировать. — Ах да, Джек, глянь, что мы нашли в контейнере. Это по твоей части, — указал я Джексону на первый открытый контейнер. — Хорошо — послышался ответ от парня. — Сейчас посмотрим, — пробормотал Джон после того как я поговорил с Джексоном, подходя с планшетом и внешним излучателем сканера. — Надеюсь, на этот раз не будет также, как с зондом Таргоидов? — припомнил он тот случай, когда обычный зонд рванул не слабее полумегатонны. — Это ты мне скажи, у тебя сканер, а не у меня, — он запустил сканирование, и через минуту у нас было изображение внутренностей кейса. — Слитки? Просто слитки? Их было два, но на экране планшета они были сильно размыты, как будто не в фокусе, что странно, у Джона очень хороший сканер. — Ты не знаешь, из какого они металла состоят и насколько ценные они, — ответил Джон. — Вот только меня напрягает то, что результаты сканирования настолько размыт, — озвучил он мои мысли. — Этот сканер может просвечивать сантиметровый слой из обедненного Урана и получаются намного более четкие сканы. Что за материал используется в экранировании, я понять не могу. — Дуглас, Стэн, гляньте, это по вашей части, — сказал я им отбирая у Джона планшет. — Нет тут, случаем, системы самоуничтожения? — Хм… Я не вижу тут детонатора или что-то на него похожее, — ответил Дуглас. — Вот это, должно быть, источник питания. — Даже если источник питания когда-то мог использоваться как взрывчатка, то судя по результатам сканирования он пуст и не представляет опасности, но качество скана могло быть и лучше, — заверил Стэн. — Это и так максимальное разрешение сканера, — возмутился Джон. — Я не знаю, из чего сделан этот кейс, но он очень хорошо экранирует. — Ладно, давайте закругляться, а то у меня уже лапы начали замерзать. Откроем его на «Фениксе», Броуди точно сможет вскрыть аккуратнее, чем мы. — Согласен. Становится холодно, снаружи уже минус тридцать, и ветер усиливается, — сказал Ганс, смотря в свой коммуникатор. — Все контейнеры за раз забрать не сможем, так что возьмём только четыре. Мисс Ундули, как долго на этой планете могут длиться бури? — Когда как. Сейчас лето и не настолько холодно, так что от нескольких стандартных суток до нескольких недель, — ответила она. — И в вашем комбезе комфортно, я даже не ощущаю холода. — Ну так климат-контроль, — хмыкнул я. — Джексон, давай вон те контейнеры. В них самые лучшие кристаллы. — Да, понял. Кстати они не кажутся вам странными, никогда не видел таких, — ответил он, управляя грузовыми дрономи, которые взяли по два контейнера и направились к выходу. — Очень похожи на «Чербонские кровавые кристаллы», но не они. — Кровавые кристаллы? — нахмурилась Луминара. — Не обращайте внимание на их название, — продолжил он. — Их так прозвали, потому что на планете, где их добывают в очень глубоких пещерах, уникальные магнитные потоки и любая электроника там выходит из строя, так что приходится местным жителям спускаться с самой обычной экипировкой, а при сборе кристаллов если это сделать неправильно, то шанс погибнуть очень большой, именно поэтому их прозвали кровавыми. Я вам потом покажу, у меня в коллекции есть парочка. — Просто когда я услышала об кровавых кристаллах, я подумала, что вы знакомы с Ситхами. — Чую, что от этих Ситхов будут одни проблемы, — сказал Рэм Та. — И почему вы их связали с Чербонскими кристаллами? — Дело в том, что Ситхи не используют естественные кристаллы, а предпочитают искусственные. Если используют естественные то заставляют как-бы кровоточить Силой, и он становится красного цвета, — ответила Ундули. Вот честно, эта их Сила странная вещь, и разобраться в ней, а точнее понять, будет сложно. — Как это «Кровоточить силой»? В этих кристаллах есть какая-то энергия? — достав из кармана один из кристаллов, сказал Джон и начал его рассматривать. — Нужно будет провести пару тестов и… Начав бормотать что-то себе под нос, похоже, что мы его потеряли хотя похоже не только его, потому как Рэм Та тоже достал кристалл и начал тоже его рассматривать. — И найти применение. — сказал Дуглас. — Если они действительно являются источниками энергии, то их лучше использовать с умом. На это Луминара ответила взглядом с удивлением, Дуглас это заметил. — Ну… Например для электроники, — привел пример он. — Силу невозможно обнаружить техническими средствами, — ответила она, — Только Чувствительные к Силе способны её ощущать. — А вдруг? На это я закатил глаза, так-же это сделала и Луминара. Мы продолжили следование по коридору за двумя грузовыми дронами. Похоже, что по пути сюда Джексон перенес мумии в одно из помещений, так что путь был чист, и дронам не пришлось идти по ним, хотя они, в принципе, не смогут это сделать. Когда вышли из пролома, снаружи была настоящая метель, дальше десяти метров не было видно, только свет от прожекторов техники разгоняли полумрак, а температура сильно упала. Джексон отдал команду дронам на погрузку контейнеров в «Богомолы», в них как раз поместилось по два. Наконец погрузившись в технику, я посмотрел на кончик своего носа, вместо уже ставшего привычным для меня чисто чёрного цвета, он покрылся инеем и стал белым. Сначала, когда я выпал из кокона, морда, находящаяся в поле обзора, постоянно отвлекала, что несколько раз стало причиной того, что я растянулся на полу, да и не только это со мной происходило. Очистив с морды снег и иней, наконец двинулись в сторону своих кораблей. «Богомол» легко прокладывал в снеге уже полностью разработанную ранее проделанную тропу, если бы не сканирующий ПНВ, штатно устанавливающихся на всю технику, мы бы не увидели дальше пяти метров, так как погодка ещё сильнее ухудшилась, а так обзор был неплохим в пределах ста пятидесяти метров вокруг. Добравшись до кораблей, мне пришлось пробить колею для «Скарабеев» Джексона и Ганса, они бы выбрались при помощи двигателей ориентации для низкой гравитации, но при таком ветре это было бы немного небезопасно. Когда они погрузились на свой корабль, я направился к своему. Отдав команду кораблю на открытие люка гаража планетарного транспорта, первым к нему подъехал второй «Богомол», и магнитные захваты подняли его на борт, через минуту туда же подъехали и мы, процедура повторилась. В гараже запустилась система очистки техники от био угроз, не хочется занести какую-нибудь болезнь или биоматериал на другую планету. Струи очищающих химикатов поливали всю поверхность «Богомола», после такого душа вероятность того, что на его поверхности останется что-то биологически активное, очень мала. После очистки атмосферы от химикатов я открыл дверцу и спрыгнул на пол ангара. — Ну, идемте на мостик. У меня такое чувство, что погода ещё сильнее испортится и взлететь будет сложнее. Хотя не невозможно, я и в более плохих условиях пилотировал корабль, — закончил я, потягиваясь, указав потом на шлюзовую. — Только сначала пройдём дезактивацию. — На этой планете практически нет опасных микроорганизмов, — сказала Ундули. — Это стандартная процедура, — ответил я ей, заходя в шлюзовую — И она предотвратила не один шанс начала эпидемии. Когда зайдете и загорится красный свет, заткните уши, будет громко и задержите дыхание. — Хорошо, — ответила она, заходя за мной, как и Дуглас. — Терпеть не могу запах очистителя, — сказал он. — И потом ещё остаётся отвратительный привкус на языке. Что правда то правда. Даже когда наше сознание было в человеческих телах, то он был довольно резкий и неприятный, а вот каким он будет сейчас, от этой мысли меня слегка передернуло. Но все оказалось не настолько плохо, когда в шлюзовой камере загорелся красный свет и раздался предупреждающий звуковой сигнал, я прикрыл ушной канал перегородкой. Весь отсек заполнился беловатым туманом, подсвеченным красным цветом. Это продлилось секунд десять, и началась его откачка. Когда загорелся зелёный свет, то отсек очистился от тумана, я вдохнул и несколько раз чихнул, как и Дуглас. — Ну, теперь можем идти на мостик, — сказал я, перестав чихать и чесать нос, а на языке остался кисловато-горький привкус. Вот у Луминары таких проблем не было, она спокойно вышла за мной, и мы направились на мостик, а Дуглас, также почесывая нос, направился к остальным, бормоча проклятья на головы тех, кто создал эту кунсткамеру. Добравшись до мостика, я упал в кресло пилота и взглянул на то, что творится за бронестеклом. Хотя на этой планете сутки длятся более чем шестьдесят шесть часов, и сейчас была первая половина дня, там были сумерки, и увидеть даже нос корабля из-за метели не удавалось. — На многих планетах я побывал, — сказал я, запуская очистку маневровых от забившего их снега и льда, корабль слегка подрагивал от порывов ветра, к нему добавились импульсы от маневровых, подсвечивающих сумерки за бронестеклом. — И понял, что у каждой свой нрав. — Сила есть во всем, — философски ответила Ундули, а я на это только пожал плечами. На связь вышел Джексон и сказал, что будет взлетать сразу за мной, так как ветер дул с его стороны, а парусность его корабля больше, чем у меня. Предупредив остальных об взлёте, я подал тягу на маневровые, и корабль медленно оторвался от поверхности планеты, став слегка подрагивать от порывов ветра. Развернув корабль носом к ветру, стал подниматься на достаточную высоту, чтобы не зацепить выхлопом маршевых двигателей корабль Джексона. При разгоне с корпуса корабля сдувало оставшийся снег и лёд, который растаял от горячего корпуса, который разогрелся при посадке. Выведя корабль на траекторию отхода, подал полную тягу на маршевые двигатели и запустил зарядку FSD. Пора возвращаться на «Феникс».