Хогвартские встречи

***

— Перестань! — прошептала она с мольбой в голосе. — Они увидят нас! — Посмотри на них, Гермиона, — приказал Драко в то время, как его руки забирались под её мантию. — Как ты думаешь, что случится, если они узнают о том, чем ты здесь занималась? — Она закрыла глаза, ощутив, как он трётся об неё своими бёдрами. — Что они подумают, узнав, что их хорошая, драгоценная, девственная Гермиона трахается с их ненавистным врагом? Она попыталась высвободиться, чтобы уйти, но не смогла. Малфой схватил Гермиону за запястье, поднял и прижал её руку к книжной полке, а потом обхватил девичьи бёдра. — Твоё сознание ненавидит то, что я с тобой делаю. — Его рука двинулась вверх. Добравшись до груди, он надавил сильнее, вызвав её стон. — Но твоё тело… — О-о-о… — протяжно выдохнула Гермиона, извиваясь от его прикосновений, внизу её живота натянулся тугой узел. — Ты принадлежишь тьме, Гермиона, — прошептал он. — Твоё истинное предназначение лжёт. Ты должна быть на тёмной стороне, на моей стороне. Сжав зубы, она покачала головой. — Ты ошибаешься… Драко кивнул, подтверждая свои слова. Наклонил голову и впился губами в пульсирующую венку на шее девушки, заставляя её дрожать всем телом. У неё подкосились ноги, и он усмехнулся. — Есть только одна «маленькая» проблемка, Грейнджер, — она ждала продолжения его слов, пока он посасывал мочку её уха. — Я не верю тебе… — прошептал он, лишая её остатков самообладания. Они оба с трудом подавили свои стоны, чтобы их не услышали. Между тем мужские голоса всё приближались, гриффиндорцы были уже за углом. Гермиона поправила свою одежду и волосы, прежде чем покинуть полумрак дальнего стеллажа и показаться друзьям. Рон грустно улыбнулся, увидев, как она приближается к ним. — Привет, Гермиона, — поприветствовал он её, когда она обняла его. Гермиона улыбнулась и вдохнула его аромат. Внимательно осмотрев его, она заметила синеватые и красные пятна вокруг его левого глаза, у него действительно был синяк. Она вспомнила слова Малфоя о повреждённых рёбрах. Гриффиндорка предположила, что если у Рона и были серьёзные проблемы с рёбрами, то, скорее всего, он уже обратился за помощью к мадам Помфри. Господи, что она делает? — Давно вас не видела, ребят, — она тепло улыбнулась, гладя Рона по спине. — Э-м-м, ну да, я… имею в виду, ты, наверное, уже слышала о моей стычке с Малфоем? Гермиона кивнула, делая вид, как будто ей безразлична эта фамилия. — Дело в том, Гермиона… — начал говорить Гарри, увидев, что Рон стушевался. — Мне было стыдно, — выпалил Уизли, перебив друга и закончив за него фразу. — Малфой подкараулил меня в тёмном углу коридора во время своего обхода. Она покачала головой. — Почему ты ничего мне не рассказал, Рон? Почему не пошёл к Дамблдору или к кому-нибудь из профессоров? — У меня не было доказательств, и, как я уже сказал, мне было стыдно… Я думал, что справлюсь с этим хорьком, но он просто застал меня врасплох, да и мне не хотелось, чтобы ты видела меня в таком жалком состоянии. Она встала на цыпочки и поцеловала его. Увидев смущённую улыбку Рона, засмеялась и, вздохнув, ответила: — Конечно, я бы предпочла, чтобы ты обратился к кому-нибудь из преподавателей, но я никогда бы не подумала о тебе что-то плохое. — Спасибо, Миона, — улыбнулся Рон. Она кивнула, гадая, какую легенду они всё-таки выдумали для мадам Помфри про повреждённые рёбра, но по их данным она не могла знать таких подробностей про его травмы. Если бы она спросила об этом, ей бы пришлось рассказать, откуда она это знала. — Да, спасибо, Гермиона, — добавил Гарри, радуясь, что друзья поговорили. Он знал, что последние два дня у Рона было паршивое настроение, поскольку он боялся того, что Гермиона подумает о нём. Но, несмотря ни на что, Гарри знал своих друзей как облупленных. Гермиона любила Рона. А Рон любил Гермиону. Даже если они не признавали этого вслух. — Так-так… — с манерной медлительностью протянул Малфой. — Посмотрите-ка, кто у нас здесь. Гермиона в мгновение ока застыла на месте и напряглась всем телом. Они с Малфоем договорились, что она как-нибудь постарается избавиться от парней, чтобы они могли выполнить задание мадам Пинс. Она должна была догадаться, что всё пройдёт не так гладко. Рон тут же вышел вперёд, спрятав Гермиону за своей спиной. — Что ты здесь делаешь, Малфой? — Как жаль, Уизли. Оказывается, ты не просто так выглядишь тупым, ты и на самом деле тупой, — лениво ответил слизеринец, растягивая слова. — Исчезни и держись подальше от Гермионы! — сквозь зубы произнёс Гарри, встав по правую руку от своего лучшего друга. — Тебе здесь не рады. — Забавно, Поттер, — Драко посмотрел на девушку и протянул ей руку. — Иди ко мне, Гермиона. Гарри выглядел потрясённым до глубины души. — Ты только что назвал её по имени?! Гермиона, растолкав друзей, вышла вперёд и сжала протянутую ладонь Малфоя, после чего он тут же притянул её ближе к себе. Рон и Гарри наблюдали за этой сценой, не веря своим глазам. — Гермиона, что ты… — запнулся на полуслове шокированный Рон. Он подозрительно сощурился, всё ещё пребывая в полном смятении. — Это не то, что вы думаете, — быстро сказала она, посмотрев на удивлённых друзей и пытаясь убрать руку Драко со своей талии. — Малфой и я, мы получили совместное наказание от профессора Снейпа, поэтому мы и находимся здесь, нам нужно выполнить одно поручение мадам Пинс. Она смотрела на реакцию лучших друзей. Гарри взглянул на Малфоя, а затем перевёл взгляд на Рона и Гермиону, в глазах которой читалась немая мольба. Она надеялась на понимание с их стороны, но Гарри знал, что Рон при всём желании не сможет оказать ей такую услугу. — Ну, тогда мы останемся с тобой. Мы не хотим, чтобы ты оставалась одна с этим хорьком, — требовательно произнёс Гарри, ухмыльнувшись. Перед его мысленным взором невольно встала картина превращения Малфоя в хорька на четвёртом курсе, когда Крауч-младший использовал внешность Грозного Глаза Грюма. — Поосторожнее со словами, Поттер, — пригрозил Драко. — О Господи, — она подошла к Рону, поцеловала его, не обращая внимания на Малфоя, и подтолкнула их к выходу. — Гермиона, мы не оставим тебя одну с ним, — Рон сверлил слизеринца взглядом, на что тот ответил ему фирменной усмешкой с поднятой вверх бровью. — Мальчики, я должна отработать наказание, вы же не хотите, чтобы у меня было ещё больше проблем? — она посмотрела на Малфоя. — Он, может, и хорёк, но мне он ничего плохого не сделает. — Ну, не знаю… — вздохнул Рон. — Я лучшая ученица нашего курса, поэтому, думаю, я смогу постоять за себя, — разозлилась она, но её голос смягчился, когда она увидела, как друзья склонили головы. — Я обещаю быть осторожной, — Гермиона положила руки на их плечи. — А теперь уходите, пожалуйста. Она снова подтолкнула их и вздохнула с облегчением, когда они, немного помедлив, развернулись и ушли. Гермиона прикусила губу, зная, что, скорее всего, очень разозлила Малфоя, но ей было всё равно — будет знать, как вести себя. Он поступил ужасно. Приказал ей пойти с ним! Она обернулась к Драко и, ткнув его в грудь, затолкала в изолированную книжную секцию. — Как ты смеешь так разговаривать со мной перед Гарри и Роном?! — Я?! — спросил он, стиснув зубы. — Да скажи спасибо, что я не убил Уизли на том самом месте, да и Поттера в придачу. Как ты смеешь целовать его на моих глазах?! — Потому что он мой парень, Малфой! — топнула она ногой и скрестила руки на груди. — Как бы это выглядело, если бы я не поцеловала его на прощание? Не могу поверить! А тебя ещё называют вторым по уровню интеллекта на нашем курсе! Но, оказывается, ты не такой уж и сообразительный! — И это всё? Ты поцеловала его только для вида? Она открыла рот и тут же закрыла его. Посмотрела себе под ноги, Драко почувствовал, как кровь вскипает в его венах. Её молчание было красноречивее любых слов. Он приподнял её подбородок своими пальцами, вынуждая посмотреть на него. — Грейнджер, я предупреждал тебя тогда… — начал он, сжимая пальцы на её коже. — Я предупреждал, что… — Какого чёрта?! — крикнула она, отбросив его руки. — Ты не можешь командовать мной налево и направо, утверждая, что убьёшь Рона, если я поцелую его. Он мой парень, Малфой, и на то есть свои причины! — Ну, конечно! И причина эта в том, что никто кроме него и не захочет притронуться к тебе! Никто, кроме этого предателя крови Уизела, даже не взглянет на тебя! — Да неужели? Ты же как-то прикасаешься! Почему бы тебе в таком случае не пойти и не трахнуть Пэнси вместо меня?! — Я… — растерялся Малфой, пытаясь найти правильный ответ в своей голове, но, несмотря на то, что этот ответ лежал на поверхности, он не мог признаться в этом. — Я не знаю… Воздух вокруг них стал настолько плотным, что было трудно дышать. Наблюдая за тем, как Малфой смотрит на её губы, а затем переводит взгляд к её глазам и обратно, Гермиона почувствовала мурашки на своём теле. Он смотрел так, словно размышлял — поцеловать или не стоит? Как будто что-то могло ему помешать. — Драко Малфой, если собираешься меня поцеловать, то даже не думай об этом! Я больше не позволю тебе прикасаться ко мне! — Он сделал шаг вперёд, и она почти услышала его рычание, словно он был охотником, а она его добычей. — Даже… — Она закрыла глаза. — Не смей… Но он не оставил ей выбора. В тот же миг он толкнул её к книжному стеллажу и стянул с неё джинсы. Она пыталась оттолкнуть его, хватая за пальцы, когда он расстёгивал ширинку, но он был сильнее. Он пробормотал противозачаточное заклинание, подхватил её за ягодицы, поднял в воздух и вошёл в неё, заставив обхватить себя ногами за талию. — Нет! — неожиданно воскликнула она сквозь зубы, наступила звенящая тишина. Ну, вот и всё! Она наконец-то сказала это. Наконец-то сказала слово «нет». Драко остановился, его мышцы напряглись донельзя. Он встряхнул головой, убирая пряди платиновых волос со своего лица. Гермиона вздохнула. Он остановился. Малфой действительно остановился. Она вцепилась в его плечи, пытаясь высвободиться из хватки слизеринца, но мужские пальцы больно впивались в её бедра, не давая сдвинуться с места. — Грейнджер, — он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями, хоть это и было трудно, учитывая, что его член в данный момент находился внутри неё. — Я ужасный собственник. Ты сама уже убедилась в этом. Если и есть на свете что-то, чему научил меня мой отец, так это умение обращаться с женщинами. — Она вздохнула. — Ты можешь думать, что я плохо обращался с тобой в прошлые разы, но я не сделал ничего, чего бы ты не хотела сама. Я не буду извиняться за то, что побил Уизли, потому что прекрасно чувствую, как твоё тело реагирует на меня. Если ты не хочешь этого, если ты скажешь мне «нет», я прекращу это, Грейнджер. Я не буду продолжать. Не собираюсь принуждать тебя. — Ты в своём уме?! — вскрикнула она. — Во время нашего первого раза ты напал на меня в душе! — Это правда, — кивнул он. — Но в тот раз я должен был проучить тебя, Грейнджер, ты заслужила этот урок. Но, как я уже говорил, я ни разу не услышал от тебя слова «нет». До сегодняшнего дня, по крайней мере. Просто произнеси это слово ещё раз, Грейнджер. Это всё, что от тебя требуется. Вот он. Вот он — её шанс. Это её шанс наконец освободиться от него. Его голос звучал чрезвычайно серьёзно. Она прикусила губу. Мерлин! Она не могла думать рационально, когда его пульсирующий член был внутри неё! Драко наклонился к ней. Его губы были всего в сантиметре от её рта. — Просто скажи это, Грейнджер. Скажи «нет», и я клянусь, всё закончится, — она задумалась над его словами, но её мысли были прерваны. — Но если ты вдруг решишь продолжить, тебе лучше расстаться с Уизли. Я уже говорил это и повторю снова: я очень ревнивый человек. Драко почти слышал, как лихорадочно работает её мозг, наворачивая миллион миль в минуту. Он смотрел, как она кусает свою нижнюю губу. Если она пошевелится хоть на дюйм, он больше не сможет сдерживать себя. — Скажи это, Грейнджер, — он лизнул её нижнюю губу и сжал между своих зубов, она закатила глаза от наслаждения. Когда он освободил её, она облизнулась, невольно желая попробовать его на вкус. Он воспользовался возможностью и соединился с ней языками, на что она удивлённо распахнула глаза. Он застонал, ощущая её вкус. — Одно маленькое слово… — Он поцеловал её в щёку. — И все закончится… — спустился к подбородку. — Всего лишь одно слово, Грейнджер… — Прижался губами к чувствительному месту на её шеё. — Три буквы… — Начал посасывать мочку уха, а затем подышал своим горячим дыханием в ушную раковину. Гермиона сглотнула тугой комок в горле, её хватка ослабла. Почувствовав, как обмякли ноги, она постаралась сжать их крепче, чтобы не упасть, её бёдра качнулись, и они оба застонали в унисон — этот манёвр привёл к тому, что его член шевельнулся в ней. Он положил голову ей на плечо, а она зарылась пальцами в его светлые волосы, чувствуя, как её сопротивление слабеет. Так и не получив ответа на вопрос, Драко вышел из неё и вошёл снова, но более резко. — Ты чувствуешь, Грейнджер? Я достаточно жёстко трахаю тебя? Ты чувствуешь меня? У неё было такое ощущение, словно он разрывает её на две части. Она ощущала, как он жёстко вбивается в неё своим твёрдым членом, всякий раз впечатывая её в книжный стеллаж. Она кожей чувствовала острые края книжных полок — у неё наверняка останутся синяки. — Скажи это, Грейнджер, — снова прошептал он. — Ты хочешь, чтобы я остановился? — Малфой ослабил свою хватку, а она невольно прижалась к нему ещё крепче. — Грейнджер, ты хочешь, чтобы я… — Гермиона замотала головой, отвечая на вопрос. — Я должен услышать это. — Драко коснулся губами её щеки и приподнял голову, чтобы посмотреть ей в глаза. — Скажи это, Грейнджер, мне нужно это услышать. Она вздохнула, закрыв глаза. — Нет, — прошептала она, затаив дыхание. Он был готов поклясться, что её голос прозвучал так, словно тело предавало разум. — Вот видишь, — усмехнулся он. — Было не так уж и трудно. Все мысли о Роне вмиг вылетели в окно, когда он впился губами в её рот, ещё жёстче вбиваясь в неё. Растягивая её, лаская стенки лона, вынуждая сходить с ума в его объятиях. Почему она позволила ему это? Почему она позволяет ему пользоваться ей? Он зарычал, сделав последний толчок, и она почувствовала, как её накрывает оргазм, как он наполняет её, как его язык погружается в её рот, чтобы она не издавала звуков. Теперь она знала причину… Причину этих чувств, этой страсти — всего этого. Он обессиленно опустил её на пол, но тут же властно обнял обеими руками. Они оба застыли не в состоянии двигаться, но она знала, что время их наказания почти подошло к концу, а они так и не приступили к сортировке книг. Гермиона подумала, что могла бы использовать свою волшебную палочку, хоть правила и запрещали использование магии в случае отработки наказаний. Однако когда Драко поднял её голову, чтобы поцеловать припухшие от поцелуев красные губы, она заметила, что все книги уже были рассортированы по алфавиту. — Моя! — прошептал Драко. Он снова вошёл в неё, собираясь довести девушку до пика наслаждения второй раз за день.