"Две жизни"

Сквозь прореху в облаках показалось солнце. Буквально на пару минут его свет залил спальню, сделав пробуждение сладостным. Галя потянулась, приятно ощущая собственную наготу под лёгким пуховым одеялом. Наготу, которой ночь напролёт наслаждался сильный и любящий мужчина. Кожа всё ещё хранила тепло его ласковых объятий и нежных поцелуев. Нега была недолгой. Небо сомкнулось пеленой, в которой всё чётче начали проступать воспоминания об ужасе вчерашнего дня. Кладбище... Холод, грязь, истеричные вопли, и пугающее безмолвие Стаса. Оставаться с этим наедине оказалось невозможным. Галя выбралась из постели, натянула свою одежду, заботливо уложенную на стуле у изголовья, и пошла на голоса, доносящееся откуда-то из глубины квартиры. В кухне горел яркий свет, искусно заменяющий солнечные лучи. За столом восседал счастливый Ванька, и с упоением вылавливал из каши ягоды клубники. - Мамаська паснулась! – радостно констатировал сын. Перепелица сидевший на подоконнике за его спиной, тут же отставил кофе, и спрыгнул ей на встречу. Это странно, но показавшиеся в первую встречу уродливыми, шрамы на его лице больше не вызывали отвращения. Не пробуждали вины. А совершенно напротив, настоятельно диктовали потребность до них дотронуться. Погладить рукой. Прикоснуться губами… - Доброе утро – смущение в голосе, смятение во взгляде… Максим не знает, в каком настроении Галя проснулась. Доброе ли это утро для неё? Жалеет ли она о содеянном? Останется или уйдёт? И как он это переживёт, если она уйдёт? - Доброе – эхом откликнулась Галя, улыбнувшись нерешительности Максима. Протянула руку, и тут же растворилась в его объятиях. Впервые за долгое время она ощутила себя как дома. В окружении безусловной любви и заботы. Ласки. Нежности. Слишком отчётливо поняла, что не сможет жить дальше без всего этого… - Максим… - начала было она, и осеклась. Настолько невозможным оказалось выразить нахлынувшие чувства. Но ему и не были нужны объяснения, он понял всё без слов. - Завтракать будешь? - Нет, мне нужно ехать… Стас наверное уже ищет… Телефон разрядился… - Позвони с моего. Галя отчаянно замотала головой, и уткнувшись Максиму в грудь произнесла целую речь: - Нет, по телефону я не смогу. Вернее, смогу. Но это будет неправильно. Мы столько лет вместе, и сейчас слишком темный период. Погибла сестра… и я предала. Стас убьет меня, и будет тысячу раз прав. А если не убьет, я вернусь. Слышишь, Максим? Я вернусь. К тебе. Навсегда. Если только Стас не убьет меня… Казалось, она специально повторяет это «убьет – не убьет». Словно привыкает к мысли. Прощается со страхами. - Мы можем просто уехать. - И остаток дней доживать в страхе? Ты знаешь его, если захочет, найдет. Если пообещал, убьет. - Значит я поеду с тобой. - Максим… - Не спорь. Одну не отпущу. - Я о другом… - О чём? - Где ты так ловко научился варить кашу? Он отстранился, чтобы посмотреть на выражение её лица – решительна, спокойна, невесело улыбается. Перепелица развёл руками: - У меня же сестра мелкая была, а мать на ферме работала с самого утра… - Понятно. Максим, я поеду одна. А ты пока позаботься о Ваньке.