"Две жизни"

Один поцелуй. Только один... Мелькнула крамольная мысль, и от нее по телу побежали волны желания. Словно круги по воде. Максим ощутил, как напряглось его мужское начало, приветствуя эту идею. И как этому воспротивился разум. ... Я просто поцелую её, что в этом такого? Давая рассудку время найти ответ, Максим дотронулся до лица девушки. Кончиками пальцев провел по еще влажной от слез щеке. Заправил за ухо выбившуюся светлую прядь. Галя улыбнулась во сне этому ласковому движению. Рукой задержала на своем лице его ладонь. Приникла щекой, едва уловимо коснулась губами. Максим замер. Сердце, пропустив удар, забилось в авральном режиме. А мозг моментально расплавился под натиском нежных чувств, и более чем плотских желаний. Сейчас. Сейчас или никогда. Утром придётся сообщить Карпову, а рассвет непрошенным гостем уже лезет в окно. Нельзя терять ни минуты, потому что другого шанса может и не быть. Мужчина склонился, и заключил в свои ладони её лицо. Глубоко вдохнул, и сделал то, чего так давно хотел. Поцеловал её, а она ответила. Обвила его шею руками, хрипло выдохнула в лицо. Обожгла дыханием. Выгнулась навстречу так, что Максим ощутил дрожь пронзившую низ её живота. Всхлипнув от наслаждения, Галя запрокинула голову назад, подставляя под поцелуи шею. Открывшейся возможностью продолжить, Максим воспользовался. Хотя понимал, что одними поцелуями теперь вряд ли ограничится. Он увлёкся настолько, что пропустил момент её окончательного пробуждения. Секунду назад такое податливое ласкам тело вдруг напряглось, и в грудь ему упёрлись сжатые кулачки. - Максим?!... Он не ответил. По инерции продолжал смаковать её шею. Слегка замедлил скольжение рук по оголенному под сорочкой телу. На секунду утратил в себе уверенность, но не отстранился. - Что?... Что ты делаешь?... Перестань... Прекрати... Макс... Отпусти... Не надо... Странно. Отпор вполне искренний, но в нем нет ярости. Будто сопротивляется она не насилию, а скрытым желаниям. Макс это чувствует. Интуитивно понимает, как нужно действовать. Практически не меняя положения, он надёжно фиксирует её своим весом. Зажимает запястья. Оставляет для движений тела минимальную амплитуду. - Успокойся... Всё будет хорошо... Я люблю тебя, и не причиню вреда... Говорит он тихо, медитативно. Перемежает свои слова поцелуями. Лёгкими, едва ощутимыми. Неотвратимыми... - Ты!... Ты... ты... - Я... я спас тебя... Ты же хочешь меня отблагодарить?... Хочешь, я знаю... Другого шанса не будет... Только один раз... Сейчас... Если захочешь, больше даже не подойду... Главное сейчас будь со мной... Я тебя так люблю! Он отпускает её руки, обнимает, и начинает двигаться в так своим словам. Поцелуи становятся ярче, требовательней, динамичней. Девушка ещё какое-то время остается безучастной, но уже не сопротивляется. Теперь её сковывают не руки Максима, а собственные сомнения. Она ещё ничего не решила, но кажется уже готова отдать ему то, чего он так страстно желает. Он спас её, и для него это самая лучшая благодарность. К тому же похоже, что он и правда любит её. Он точно оценит этот дар.