Super hot chilly

***

      Тук-тук. Скромно. У Чонгука есть ключи, Тэ бы позвонил заранее, а Юнги вряд ли придёт. Ему это и нахер не надо. Поэтому по дороге к двери Ёми думает, кто явился в такую рань. — Кто там? — Ми, это твой любимый братик, — голос Чимина звучит бодро. Даже слишком, если вспомнить время. — О, круто, а тебя он зачем взял? — Ми открывает и пускает гостя внутрь, но не может без подколов. Да, они сблизились за то время, пока она была у Тэхёна, но с восприятием Пака как брата у девушки были проблемы. По этой заднице так и хотелось шлёпнуть, а такое у родственников вроде бы не приветствуется.       Чимин возмущается: — Ну нуна, я же тебе пришёл помочь. — Что-то не помню, чтобы я просила помощи, — Ми действительно не просила, но любопытство в ней уже заставляет смириться и разузнать подробности. — Что ты выдумал, признавайся. — Я предлагаю тебе всё-таки работать у нас в компании. Ты же получала образование не зря. Можешь постажироваться пока, а если понравится, останешься, — предлагает парень. Они не просто так поставили Ёми на креативный отдел, профиль у девушки всё же был соответствующий. Нынешний работник справлялся так себе, поэтому Чимин и подумал, что может поставить и свою сестру для подобного. Уровень полезности не изменится, а Ми хотя бы выползет из своей жизни затворника. — Ты бредишь.       Чимин вздыхает и готовится выдать свой главный козырь, если и это не сработает, то уже ничего не заставит Ёми жить нормально. — Будешь начальницей Юнги-хёна.       Паки улыбаются. Парень — словно наркодиллер, предлагающий клиенту дозу по цене конфетки, а девушка — словно хищник, который только что получил добычу прямо в лапы и готов её сожрать. — А вот это мне уже нравится, — отвечает Ми. — Когда можно начинать? — Да хоть сегодня.       Через час они уже добираются до офиса и успевают представить новую начальницу коллективу. Девушки из отдела начинают подозревать, что Ёми явно потрахивает Пака младшего, так как не в курсе об их родстве, особо рисковые парни пробуют подкатить, за что получают злой взгляд от Чимина и тоже присоединяются к женской половине коллектива, а остальные просто принимают новость спокойно. И только Мин Юнги выводит Пака на приватный разговор, где чуть ли не набивает ему лицо и говорит, что Чим предатель. — Да ладно тебе, заодно будет время, чтобы вы двое поладили, — отмахивается Пак, даже не подозревая, что весь день его сестра будет терроризировать несчастного Юнги, который должен был сдать проект, но его не принимают тупо из вредности.       Хотя, если присмотреться, Ёми хороший начальник. В меру требовательный и ответственный, если серьёзно подходит к делу. Поэтому Мин в очередной раз приносит свою флешку и получает в ответ лишь: "Переделай, плохо", думая о том, что девушка просто издевается, но на самом деле это просто Юнги сегодня сам не свой и ошибается через строчку. Ещё днём Ми подмечает это состояние и гадает над его причинами, однако тут же отбрасывает все мысли в сторону. Она и сама хочет потрепать ему нервы.

***

      Открыв квартиру, Ёми обнаруживает на пороге тяжёлые ботинки Чонгука. У него, конечно, уже давно есть ключи, но девушку возмущает его появление. Да как он посмел вообще? Катился бы к своей тёлке, которую целовал. Чего сюда припёрся-то?       Ми хочет просто избежать этого разговора, но и отдохнуть после тяжёлого дня не помешало бы. Девушка делает шаг, и вот в проходе уже появляется Чон с весёлой улыбкой на лице. С одной стороны, Пак сама недавно говорила, что между ними ничего серьёзного нет, так что ей не за что обижаться и тем более устраивать скандал. Договор о том, чтобы не заходить дальше поцелуев, не нарушен, но что, если...? — О, явился. — Ми, я так ску... — Чонгук тянется за объятьями, но вместо них сразу же получает поцелуй, обрывающий фразу. Они отходят к стене, парень натыкается на что-то неприятное и рефлекторно откидывает это в сторону, чтоб не мешалось.       Ёми с её небольшим ростом приходится тянуться изо всех сил к губам Чона, и он замечает это, подхватывая девушку за бёдра. Чонгук каким-то чудом сдвигается к проходу в спальню, не разрывая контакта, а потом отходит назад, примерно в направлении кровати, чтобы не стоять, но спотыкается о край и не аккуратно ложится, а падает. Ми оказывается сверху, и на секунду их губы размыкаются, а взгляды встречаются.       Чонгук видит, что что-то не так. Парень замечает в этих глазах огонь, который желает спалить его к чертям, и немного пугается. Ёми видит страх, видит недоумение, но делает неправильные выводы, а также ещё больше оскорбляется. Обычно он никогда не смотрит на неё так. Где желание? Где любовь? Где боль? Ничерта нет. — Ми? — Чон успевает позвать её, но девушка снова затыкает рот парня своим, одной рукой проникая ему под футболку, а второй подбираясь к ремню на джинсах. — М-м-м...       Он хочет что-то сказать, не узнаёт Ёми в принципе, поэтому хочет остановить её, но она первой отстраняется. Потому что Пак и сама ждала этого "Стоп!". Она думала, что у Чонгука ещё есть совесть прекратить всё это, но теперь...       Пак чувствует себя преданной. Мальчик решил поиграть в ловеласа. Сначала заливает Ёми, что хочет с ней настоящих отношений, а не просто поиграться, потом всё же соглашается на непонятно что, и в конце концов играет на два фронта, позволяет Ёми пересечь черту, обозначенную уже давно.       Вместо полной определённости приходит ложь. — Молодец, поздравляю с взрослением, — говорит Ми холодно, поднимаясь и отходя назад. Недоумённые глаза Чонгука провожают её, хотя стоило бы нормально поговорить, а не тупить на месте.       Да, Ми сама привыкла играться с людьми и пользоваться ими, однако в большинстве случаев она сразу предупреждает, что не может быть серьёзной и ответственной. И Чон прекрасно знает, как она к нему относится. Он сам согласился быть использованным, Ёми даже совесть за это мучила. Иногда. Но разве сама Пак говорила, что согласна на эти свободные отношения под девизом "сегодня я сосусь с тобой, а завтра может и с другой". — Козёл.       Ми резко поднимается, надевает на себя куртку и выходит. Отдых отменяется. Девушка берёт направление на ближайшую оживлённую улицу, а затем заходит в первый попавшийся бар. Такое она не готова пережить в трезвости. — Юнги...? — полувопросительно произносит Ёми себе под нос, когда замечает за барной стойкой знакомое лицо. Он сидит с максимально убитым видом и полуприкрытыми глазами, тупо пялится в свой полупустой стакан из-под вискаря и тяжело вздыхает.       Дыхание не спирает, сердце не трепещет. Пак сама не понимает, то ли ей так хреново сейчас, что уже похер на всяких там Мин Юнги. Она его всего ничего знает, любовь приходит и уходит, а друзья не каждый день предают. Какое-то время Ми решает, подходить к знакомому или нет, но он сам замечает её и улыбается так горько, что сразу хочется не только подойти, но ещё и пожалеть. Девушка делает несколько шагов, и вот они уже сидят рядом, держа в руках выпивку. — Ты меня достала. Куда ни пойду, везде достанешь. — Расслабься, я просто пришла выпить. У тебя что-то случилось? — Ага, — кивает Юнги. И он прекрасно понимает, кто виноват в его проблемах. Сам Мин, конечно, тоже не белый и пушистый, но по большей части... — Можешь радоваться, ты добилась, чего хотела. — Ты это о чём? — не понимает девушка. И по-хорошему Юнги бы должен злиться на неё, однако здравый смысл подсказывает, что это пустая трата энергии. — Джун меня бросила.       Повисает пауза. Ёми разрывается между "Ну и славно, теперь никто не мешает" и "Вот я тварь, конечно". Выходит только тихое "Прости", на которое парень усмехается и выливает в себя вискарь, как-будто он водичка. Даже не морщится. — Меня тоже кое-кто предал, — после нескольких минут молчания и ещё трёх стаканов говорит Пак. Юнги заинтересованно поворачивается. — Разве можно предать того, кто плевать хотел на окружающих? — Ты обо мне слишком плохого мнения. — Возможно.       Разговор снова обрывается. Девушка смотрит на свою полупустую бутылку и понимает, что от алкоголя ей лучше не становится. Только горло теперь горит, а перед глазами всё двоится. Виски не залечивает сердце, не придаёт ощущение безопасности и тепла. Дело даже не в кубиках льда, что позвякивают о стенки стакана. — Давай переспим, — вдруг выдаёт Ёми, в то время как пьяный взгляд Юнги приобретает нотки охуевания. — Ну а что? Ты свободен, я свободна, мы оба в печали. По-моему, отличный вариант забыться. Если хочешь, можешь утром всё списать на алкашку и уйти от ответственности.       Юнги замирает и думает, что предложение, в принципе, не самое плохое. Если что, Джун первая его бросила. Так что Мин даже не инициатор. Поэтому он касается лица Ми ладонью и поворачивает его на себя, постепенно приближаясь и даже не подозревая, что "Пошёл ты нахуй, Юнги!" не равно "Мы расстаёмся"...