Super hot chilly

***

— А я всё думал, когда это всплывёт, — Тэхён первым нарушил воцарившуюся после побега Ёми тишину. Юнги повернулся на друга и посмотрел на него, словно хочет прибить. На самом деле, так оно и было. — А ты, скотина, всё ждал этого момента, да? — Мин сжал зубы. Непонятно, откуда Тэ вообще в курсе, но если знал, то почему сам не спалил хёна ещё вчера? Ждал удобный случай?       Чимин запаниковал. Он тут явно лишний, как и Мика. Последнюю вообще надо уводить и желательно побыстрее, пока тут не рванул скандал. Но с другой стороны, нельзя было оставлять Джунки наедине с этими ненормальными. Если они начнут драться, а Чон впадёт в ступор, то с трассы явно вынесут один труп, выведут обвиняемого в убийстве и тронувшуюся на фоне увиденного девушку. Пак отодвинул Мику за свою спину и принялся наблюдать за происходящим. Мин тоже заметила, как между парнями летают искры, поэтому от волнения вцепилась в свитер Чимина и застыла на месте. — Я не ждал, я знал, что ты рано или поздно выкинешь что-то подобное, — Тэхён сжал кулак и уже был готов заехать по лицу Юнги, но тут в разговор вступила Джун. И обращалась она совершенно точно к Тэ. — Почему ты мне не сказал? — она спросила это тихо, будто голос вдруг осип, и встретилась с парнем своими грустными глазами, которые начали наполняться слезами.       Она словно просила его дать вразумительный ответ. И если оправдание Кима хоть каплю могло бы прокатить за нормальное, Джунки бы точно простила его, потому что знает: Тэхён всегда её защищал. Он бы ни за что не сделал ничего, что по его мнению могло бы причинить Джун боль. — Потому что это не правда, — сказал Юнги, он повернулся к Джунки и взял её за щёки, чтобы посмотреть в глаза. — Джун, это всё её больные фантазии. Возможно, Ёми это специально придумала, чтобы этот мелкий от неё отстал. Не воспринимай это близко к сердцу, хорошо?       Девушка прикусывает губу, чтобы не разреветься. Она смотрит прямо на Мина и не понимает, то ли он говорит правду, то ли так замечательно врёт. Верить в первое хочется, но верится с трудом, к тому же, у Тэ лопается терпение, и когда Джунки уже хочет кивнуть и обнять Юнги, Ким разворачивает старшего за плечо и засаживает ему с кулака в челюсть. — Хватит пиздеть! — кричит он, и Чимин уже готовится разнимать драку, но Мин, распластавшийся на асфальте, даже не пытается встать, пока Тэхён продолжает. — Я видел вас вчера в баре, ублюдок. Вы целовались, а потом вышли за ручку. Хочешь сказать, что пошли по домам?       Пак младший прикидывает всё, что увидел утром, и сопоставляет с услышанным. Шмотки Ми были раскиданы от самой двери, поэтому он сложил часть, которая была в коридоре на стул, а затем заметил, в каком виде спит сестра, и решил подождать её пробуждения. Вроде бы всё сходится. О симпатии Ёми к Юнги все уже вкурсе, но Чимин и не подумал бы, что это окажется взаимным. Или нет? — Хён, — Пак помогает старшему подняться и серьёзно смотрит на него, пока позади Тэ забирает Джун в свои объятья и отводит её подальше от Мина. — Давай честно и спокойно, без драк. Хватит лжи. Если ты уже что-то мутишь с моей сестрой, то почему продолжаешь держать Джунки-нуну?       Юнги оборачивается на свою девушку. Она уже открыто плачет в рубашку Тэхёна, пока он обнимает её одной рукой, и тогда Мин думает, что окончательно проебал Джун. Дело даже не в том, что случилось. Он её тупо не достоин, потому что вопрос Чимина не вызывает однозначное "Я люблю Джунки и не хочу её терять". Он вызывает тяжёлый мыслительный процесс. Привычка? Остатки чувств? Нежелание быть мудаком в глазах друзей, потому что все они и друзья Джун тоже? Что? Что движет им? Юнги вспоминает, как задал вопрос о мотивах поступков Ёми, и отвечает также, как и девушка в тот раз: — Не знаю.       Ему нужно время на то, чтобы разобраться в этой каше, что образовалась в голове, поэтому парень просто стоит, опустив взгляд в землю и даже не замечая, как все остальные уходят. Только через несколько минут за старшим возвращается Чимин и говорит: — Пошли, я отвезу тебя домой.       Мин в шоке. Он думал, что после случившегося от него разом отвернутся все, но Пак почему-то всё ещё здесь, помогает старшему дойти до машины, где уже сидит Мика, и усаживает его внутрь. — Спасибо, — говорит Юнги, когда девушка выходит у своего дома, весело попрощавшись с Чимином. Мину не хотелось заводить разговор при свидетелях, а он был уверен, что младший что-то да ответит. — Хён, все ошибаются, но ты же понимаешь, что поступил некрасиво и с Джунки, и с нуной? Нельзя играть на два фронта. — Чимин, я не дебил. Просто запутался. — Так разбирайся и быстро. Тебе нужно определиться, что происходит в первую очередь у тебя в сердце. А потом уже три варианта: признаваться Ми в любви, вымаливать прощение у Джун или встречаться со своей правой рукой. — Мне кажется, после сегодняшнего меня ждёт удача только в третьем...

***

      Видеть сейчас кого-то — это то, чего Ёми хотела в последнюю очередь. Она закрылась в своей квартире на ключ и оставила его в замке, чтобы даже Чимин и Чонгук не пробрались. Хотя, вот уж кого, но Чона девушка не ждала. Ми увалилась на кровать и начала плакать в подушку, обнимая её. Спустя какое-то время голова разболелась от рыданий, поэтому Пак перевернулась на спину и прикрыла глаза.       В памяти всплыли еле различимые воспоминания вчерашнего вечера. Вот они пьют в баре с Юнги, он наклоняется к её губам, но останавливается в нескольких миллиметрах, после чего хватает Ми за руку и тянет на выход. Они садятся в такси, которое едет до её дома, затем парочка вваливается в квартиру. Юнги и сам еле стоит, а Ёми висит на нём, при этом умудряясь стянуть куртку и джинсы в коридоре. На кровать она падает ещё в белье и футболке, после чего чувствует холод и темноту. Она не знает, сколько времени прошло, но приходит в себя от того, что её раздевают.       Холодные пальцы проходятся по внутренней стороне бедра, чтобы зацепить трусики и стянуть их, отчего у Ёми по коже пробегаются мурашки. Она выгибается навстречу парню и стонет, когда он проводит ладонью по всему её телу и останавливается на груди. Через секунду Ми касаются влажные и почему-то пахнущие вишней губы, хотя от Юнги явно должно нести только виски. Но мало ли, что он успел сожрать в дороге, поэтому Пак даже не открывает глаза и полностью отдаётся во власть парня. — Твою мать, вспомнила! — кричит она, не сдерживаясь, и снова утыкается в подушку.       Старшую Пак не беспокоили соседи, которых она могла потревожить своими рыданиями и ором, но тут в дверь постучали, и Ёми в первую очередь подумала на недовольных жильцов. Однако, на пороге девушка обнаружила Тэхёна. — Оу, ну у тебя и вид, — сказал он, заценив опухший нос, красные глаза и растрёпанные волосы хозяйки квартиры. Первый раз так ужасно, но почему-то Киму приятно видеть это зрелище. — Чё тебе надо? — Поговорить. — О чём? — на разговоры Ми не настроена, однако Тэхёну по барабану. Он проходит внутрь и закрывает за собой дверь, затем отправляется на кухню, находит аптечку и добавляет в воду успокоительного, протягивая получившийся микс девушке. — Пей, а то впадёшь в истерику.       Ёми сомневается, принюхивается, но чует только валерьянку и выпивает на всякий случай. Тэ указывает на стул, так что Ми садится и готовится выслушать что-то пиздец какое страшное. — В общем, помнишь, что ты мне должна одно желание? — Ну да, — неуверенно отвечает Пак, припоминая что-то подобное. — И чё тебе надо? — Ты помнишь, как вы вчера с Юнги пришли сюда? — Если честно, оч смутно, — девушка пока не понимает, к чему идёт разговор, но ей уже не нравится направление, поэтому она врёт. — Отлично, — Тэхён улыбается, и его губы поблёскивают, что вызывает в голове Ёми одну мысль. Пак встаёт, огибает стол и принюхивается. Чёртова вишнёвая гигиеничка.       Девушка моментально понимает, какого хера Тэ припёрся и зачем налил ей успокоительного. Лицо Ми резко меняется на злое, и она действительно хочет присадить по этой довольной физиономии, но сдерживается, потому что хочет услышать причину. — Чёрт, догадалась, значит, — Ким без слов видит, что его раскрыли, и улыбается ещё хитрее. — Так вот, моё желание: ты должна настаивать, что вы с Юнги спали. И это было у него дома.       На пару минут Ёми выпадает из реальности и понимает, какую игру затеял Тэ. Это всё он подстроил. Старшей Пак не нравится, что она всего лишь какая-то пешка в плане этого чёрта, но также до девушки доходит, что цели у них совместимые. И всё равно часть Ми отказывается играть по этим правилам. В конечном итоге ведь выходит, что тем, кто был с ней ночью, является Тэхён. Что это, если не использование Ёми в своих целях? Она вообще-то на такое не подписывалась. — Ты, сука, мне сначала ответишь за это, а потом поговорим. — Можем повторить, потому что я уверен, что тебе понравилось.       "Прибью," — думает Пак, сжимая кулаки. Она и правда с удовольствием бы размазала это смазливое лицо по стенке, но сил не хватит. Даже Чонгука не позвать, чтобы он отметелил старшего за свою любимую нуну. Уже, видимо, не любимая она. — Пошёл нахер отсюда. — Ёми, ты же понимаешь, что это будет выгодно и тебе, и мне. Юнги не догадается о том, что ничего не было. Я позаботился об этом.       "Я. Ненавижу. Лжецов," — слова Мина эхом пульсируют в голове Ми, но сердце подсказывает, что это охуительный шанс наладить отношения с парнем.       Ёми понимает, что это будет сделка с дьяволом, и садится на стул без сил. — Хорошо, я согласна...