Обыкновенное приключение.

Новость о том, что Гарри Поттер будет ловцом в сборной Гриффиндора, разлетелась по школе за несколько дней перед соревнованием. Вилли новость не обрадовала, но и не огорчила, потому что квиддичем он не интересовался. Диггори худо-бедно объяснил ему правила, но на его тренировках Вилли предпочитал писать реферат или читать учебник. Собственно, он и ходил-то на стадион, только чтобы беседовать со старшекурсником на разные магические темы по дороге туда и обратно, а ещё потому, что иногда надо бывать на свежем воздухе. С Гермионой они по-прежнему встречались в библиотеке, но теперь она то и дело отлучалась, чтобы помочь с домашней работой наконец-то объявившимся друзьям. Общаться с ним гриффиндорцы не спешили, и сам Вилли этому, скорее, радовался. Он и так в Хогвартсе говорил со сверстниками чаще, чем в магловской школе, ещё двоих он бы просто не вынес. В соревновании между Гриффиндором и Слизерином другие факультеты болели, разумеется, за Гриффиндор. Вилли ни за кого не болел, но на трибуны со всеми пошёл, надеясь, что соревнование не будет длиться долго. Много людей = много шума. А Вилли не любил шум. К тому же, его ждала работа: профессор Снейп дал ему индивидуальное задание, притом немаленькое, и мальчик хотел сделать его побыстрее. Слухи не врали: Гарри действительно оказался ловцом, и он действительно попал в команду не по блату и не за громкое имя. Вилли успел выучить за время тренировок Пуффендуя, что от ловца требуется быть проворным, в совершенстве владеть метлой и суметь заметить снитч, что непросто даже человеку с хорошим зрением, а Гарри, к тому же, носил очки. И всё-таки в матче победил Гриффиндор, пусть даже для победы Гарри пришлось чуть ли не проглотить снитч. Во время матча метла Гарри вела себя странно, и Вилли даже начал беспокоиться, но, к счастью, странное поведение быстро закончилось, после чего Гарри закончил матч, выдвинув свою команду на второе место. Разумеется, это было не его дело. Разумеется, ему было не особо интересен квиддич. Но узнав, что из-за странного поведения мётел матч и не подумали остановить (хотя она явно пыталась сбросить Гарри), Вилли задумался, что не только Гриффиндору плевать на своих студентов. Но квиддич - это фигня, не стоящая внимания. Домашнее задание от профессора Снейпа было почти в полтора раза больше, чем у однокурсников, и им стоило заняться в кратчайшие сроки. Прошерстив несколько учебников, расспросив старшекурсников и мадам Пинс, Вилли написал вполне неплохой реферат и сдал его на следующем же занятии, ответив на каверзные вопросы и не завалив практическую часть. К сожалению, профессор Снейп как будто бы возненавидел Вилли похлеще Гарри Поттера. К Гарри он просто придирался по делу и без, а вот Вилли он заваливал домашней работой, и вскоре тот вынужден был искать материал для ответов в учебниках второго, а к декабрю - и третьего курсов. Противоядия, свойства животных и растительных компонентов, лекарственные зелья, бытовые зелья, история зельеварения, зелья и фазы луны...домашней работы по зельеварению становилось всё больше, готовил её Батчер всё дольше. Неважно, история ли магии была завтра, травология или астрономия: Вилли вставал с мыслью о зельеварении и засыпал в обнимку с учебником. "Профессор ненавидит нас," - подумал Вилли, выискивая уже в пятой книге информацию о зельях для трансформации, - "Но почему именно нас? Потому что мы маглорождённые? Но к другим он относится совершенно по-другому! Тогда почему?" Вилли очень боялся профессора зельеварения. Он успел убедиться, что это опасный человек, мало похожий на незабвенную миссис Поттс, и злить его себе дороже. Но когда за две недели до Рождества Вилли вдруг обнаружил, что у него из-за чудовищной домашней работы по зельеварению не хватает времени ни на любимое дело (вольный поиск в библиотеке), ни даже на домашнюю работу по астрономии, и это притом, что он просыпается раньше всех и сидит допоздна, мальчик разозлился. Он бы понял, если бы всему курсу задавали столько же, но отдуваться за весь курс он не хотел. Он пришёл на очередной урок профессора Снейпа, прекрасно понимая, что готов гораздо хуже обычного, но ему просто надоело выбиваться из сил ради непонятно чего. Пять лишних баллов за такой ужас он счёл насмешкой. - Итак, мистер Батчер, расскажите мне об Оборотном зелье, - до зубного скрежета привычным тоном велел профессор Снейп, и Вилли не выдержал. - Нет, - процедил сквозь зубы он. Соврал, конечно, про Оборотное зелье он прочитал. Но ему надоело. Профессор приподнял бровь. Класс затих. Отказать профессору Снейпу не позволил бы себе даже последний самоубийца. - Нет? - как будто бы удивился профессор, и Вилли снова почувствовал на себе холодный, властный взгляд, - Вы что, не подготовили домашнее задание? - Не подготовил, - согласился Вилли. - И почему же? И тут Вилли не выдержал. Видит Бог, он сдерживался долго, гораздо дольше, чем с обычными школьными учителями. Но даже у святых есть предел терпения, а Уильям Батчер не святой. - Да потому что мне надоело! Мне надоела эта гора работы! Вы хотите свести меня в могилу? Да я видеть вас не могу! К чертям вас и ваш чёртов предмет! - рявкнул Вилли и, собрав волю в кулак, рванул прочь из класса, оставив вещи и думая только о том, что если он успеет добраться до гостиной Пуффендуя быстрее, чем профессор Снейп отойдёт от такой наглости, то дело ограничится только исключением из школы, а не немедленной смертью. Но уже на полпути запал иссяк, злость сменилась невероятной грустью, и к входу в гостинную Вилли подошёл, тихо рыдая от ужаса и усталости. Он нагрубил профессору. Он наорал на профессора. Он сбежал с урока. То, что ему позволили уйти так далеко - чудо, но уже завтра он будет возвращаться домой на экспрессе, потому что простым наказанием он явно не отделается. Вилли плакал, и ясное дело, что при попытке простучать пароль на неправильном барабане его окатило обещанной нарушителю дозой уксуса. Мальчик сполз на землю и закрыл лицо руками. Из гостиной выбежали старшекурсники, увидели его, зарёванного, облитого и до смерти перепуганного, оценили его плачевное состояние и повели в больничное крыло, и по дороге Вилли сопротивлялся, говорил, что всё равно его исключат, но его привели к мадам Помфри, а через несколько минут в больничное крыло подоспела и профессор Стебль. - Вилли? - она изумилась, - Поппи, что с ним случилось? - А вы не видите? Я такого истощения у студентов не видела даже весной перед СОВ и ЖАБА. Какая сволочь довела его до такого состояния и нервного срыва? - Вилли, кто тебя обижал? - профессор опустилась на край его кровати, где Вилли никак не мог успокоиться, - Слизеринцы? Может, профессора? - Я...профессор Снейп...ненавижу зельеварение! - выпалил Вилли и, осознав сказанное, свалился обратно в постель, вздрагивая от неостановимых слёз. Мадам Помфри, когда его чуть-чуть отпустило, дала ему выпить какую-то жидкость, пахнущую корнем валерьяны. - Профессор, мальчику сейчас лучше поспать. Если лекарство не поможет, я потребую отправить его в Лондон. Он ведь интуит? - Да...да...- голос профессора Стебль звучал ошарашенно, - Я расспрошу его однокурсников. Это же надо: довести до такого состояния ни в чём не повинного мальчика! - Я...меня исключат...- прошептал Вилли, чувствуя, что глаза начинают закрываться. - Не бойся, тебя никто не исключит. А вот насчёт кое-кого другого - не уверена, - голос профессора из ошарашенного стал резким, - По-моему, кое-кто перешёл все границы! Она сказала что-то ещё, но этого Вилли уже не услышал. Снадобье сделало своё дело, и ослабленный организм не мог бороться. Мальчик заснул, всем существом надеясь, что когда он проснётся, ситуация как-нибудь разрешится. Как позже сказала мадам Помфри, он проспал два дня, и состояние его было лучше, чем она боялась, так что поездка в Мунго пока отменяется. Но посетителей к нему она начала пускать только на следующий день, и первой его проведать пришла профессор Стебль. - Нет, Вилли, тебя не исключат, - ответила она на невысказанный вопрос, - Я знаю, что произошло между тобой и профессором Снейпом. Твои одноклассники сказали, что ты больше месяца терпел всё возрастающий объём работы и никому не жаловался, так? Почему? - Я очень боялся профессора Снейпа, - признался Вилли, - Но... - Спокойно, спокойно, к тебе претензий никаких. Между прочим, позавчера профессора Снейпа ругал сам Дамблдор, потому что это уже ни в какие рамки не лезет. Он тебя чуть ли не к СОВ готовил, на первом-то курсе, - профессор всё ещё злилась, - Между прочим, ему очень повезло, что ты на него просто наорал. Если бы у тебя от таких непомерных нагрузок магия пропала, профессора бы вообще уволили. Ну и что, что он великий зельевар? Отнимать у талантливого ученика всё свободное время и так давить даже Салазар Слизерин не позволял. - Скажите, а почему профессор Снейп меня ненавидит? - тихо задал Вилли самый главный вопрос. - Ох, малыш, - профессор вздохнула, - Ты не поверишь мне. Но он, оказывается, вовсе не хотел тебя сводить в могилу. Наоборот, он считает тебя своим лучшим учеником и талантливым зельеваром. Не уверена, правда, что ты теперь захочешь им быть, но тем не менее: профессор Снейп даже не понимал, что тебе тяжело. Он думал, что ты видишь особенное отношение и гордишься, что идёшь впереди всего курса. - Но я не хочу идти впереди всех, - замотал головой Вилли, - Я хочу идти так, как получается! Я ведь поэтому и попросил шляпу отправить меня на Пуффендуй...ой. - Да мы с директором так и подумали. А вот Северус почему-то забыл, что ты не слизеринец. Если бы он просто с тобой поговорил, всех этих бед можно было бы избежать. И теперь он пожинает плоды своих трудов. Пусть скажет спасибо, что дело ограничилось выговором. - И что теперь будет? - спросил Вилли. - Да ничего особенного. Ты ведь на Рождество поедешь домой, верно? Так вот, три недели до праздника ты освобождён от домашней работы по трансфигурации и заклинаниям, а по остальным предметам будешь учиться по облегчённой программе. Тебе сейчас нужно оправиться от шока и восстановить силы. А насчёт профессора Снейпа не беспокойся, он осознал свои ошибки и завтра-послезавтра придёт к тебе с извинениями. Если ты не против. - Извинениями? Он? - Вилли опешил, - Значит, он действительно не хотел меня мучить? Но... я ведь столько пропущу... - Вот о чём тебе волноваться не нужно, так об этом. Нагонишь вмиг, только отойдёшь немного. К тому же, товарищи-то тебе на что? - А. Да, - Вилли вздохнул, - Спасибо, профессор Стебль. Я тоже хочу поговорить с профессором Снейпом.