Микродермал

      Деловые отношения Чанбина и Юнги были на грани. Сорванный Джисоном рабочий график стал отправной точкой потерь в музыкальном бизнесе. Будущий артист не выходил на связь. — Со, сроки горят, — хмурился Юнги, — где твой новоиспечённый рэпер? Какой день не могу до него дозвониться. Мне стоит расторгнуть с ним контракт? Ок, пришлю ему в печатном виде размер неустойки, пусть ломает голову, как погасить долг. На стол полетела стопка бумаг. Юнги не любил, когда какие-либо планы срывались. Он злился на Чанбина за то, что тот его подвёл. Хан Джисон и впрямь выдающийся артист: Юнги убедился в этом лично. Джисон прошёл прослушивание, владел базой чужого языка, на первый взгляд казался сговорчивым, но самое главное, что отметил для себя Юнги, это джисонов талант и особая харизма. Такие люди приносят хорошие доходы компании. Чанбин скрестил руки на груди и окликнул Юнги. Несмотря на разницу в возрасте, с раздражённым Мином учитель забывал о каких-либо правилах приличия, мог вести себя с ним будто старший, делать замечания. Грубый тон Чанбин в свою сторону не позволит. — Ломай голову над текстами, Мин. Джисон – не твоя забота. Он не может продвигаться из-за семейных обстоятельств, я не раз об этом повторял. Все затраты будут возложены на меня, парня оставь в покое. Его ментальное здоровье важнее. Сроки сдвинут. Юнги таким ответом был недоволен. — Давай теперь всех жалеть? — бушевал он. — Ди-сци-пли-на, Со, — выделяя каждый слог, отчеканил Юнги. — Терпеть не могу, когда её нарушают. — Мин, я тоже, — выдавил он недовольным голосом, — но иногда наступают непредвиденные обстоятельства, и ты, как хороший работодатель, просто обязан обеспечить работнику безопасность. Если ты не в состоянии это сделать, то занимайся бумажной волокитой. «Коммуникация – не твоя сильная сторона» — закончил про себя Чанбин, вспоминая ссоры Мина и Дженни. — Хану неделя, — глухо отозвался он. — Вернётся на работу, когда посчитает нужным, — не сдавался Чанбин, — всю неустойку выплачу я, пусть в бухгалтерии рассчитают сумму, всё же Джисон мой подопечный. Нужно проконтролировать организацию баттлов и студийную запись Эллона. Видишь, Мин, дел предостаточно. В минус компания не ушла. Юнги частично смирился, но напоследок добавил: — Будь по-твоему, но помни, что насчёт Хана я категорически с тобой не согласен. Когда тот вернётся, ему придётся заново заслужить моё доверие. Чанбин покинул студию в ужасном настроении. Юнги был таким же упрямым и неуступчивым. Местами Чанбину казалось, что он вёл монолог с зеркалом. — Хоть немного сострадания можно проявить, не всё же мерить в денежном эквиваленте… Мысли вслух. — Мин хорошо понимает язык валют, — послышался женский голос, — нужно было вдолбить ему, какие затраты понесёт компания, если многообещающий рэпер Хан будет уволен. В руках Дженни была кипа документов: контракты с музыкальными издательствами, соглашения использования битов, лицензии. Чанбин забрал их в своих руки и помог отнести в кабинет. — Подслушивала? Дженни ухмыльнулась. — Быть может, разговоры на повышенных тонах для вас сродни обычных, но, смело могу заявить, что от них содрогался весь коридор, — выдержав паузу, она добавила: — не обращай внимания, Мин не исправим. — Если игнорировать проблему, будут пагубные последствия. Я должен делать Мину замечания, чтобы он корректировал своё поведение, не то он будет продолжать возвышать себя над другими, когда это совсем неуместно. Дженни восприняла его слова скептически. — Пошарь во лбу, такие люди как Мин не подлежат коррекции, — она открыла Чанбину дверь, — зачем тратить на него время? Они переступили порог кабинета. — Дженни, я делаю это для того, чтобы Юнги знал своё место. Не потерплю, чтобы со мной разговаривали неподобающе, и с другими так говорить не позволю. После того, как я застал вашу ссору, я начал следить за тем, как Юнги общается с сотрудниками. Он начальник, я не спорю, но и люди не рабы. Он указал на диван. — Я ненадолго, — отмахнулась Дженни, — Розэ оставила шёлковый шарф в кармане пиджака Ёнджуна… — она не успела договорить. — А Ёнджун оставил пиджак у меня, — перебил Чанбин, — ты хотела узнать, не будет ли у него проблем из-за этого? Дженни поморщилась. — Нет, мне вообще плевать. Раз он у тебя, сможешь принести его? Срочно. Розэ не может выйти на улицу. Чанбин выбрал из кипы нужные бумаги и сел за рабочее место. — Завтра я буду в разъездах. Давай после работы заедем ко мне за шарфом? Та кивнула. — В обеденный перерыв пригоню машину. Любовь учителя к байкам не угасла. Он подумал, что Дженни будет комфортно поехать в машине, что осталась в гараже. — Пошарь во лбу, лично я на колёсах. Поеду вслед за тобой.

☆☆☆☆☆

Пак Сонхва — так звали молодого солдата, что прибыл в Сеул на поиски своего спасителя Ли Минхо. Расспросить что-либо о Минхо у Джисона не получилось: Сонхва и сам не знал о нём ничего, вопросы об армии приходилось отклонять. Джисона радовал адрес, где, возможно, на данный момент находился Минхо. Неужели, его досрочно забрали на службу? Нет, невозможно. — Мне известно о господине Ли лишь то, что он был помощником военного хирурга. На нашем объекте произошёл взрыв, главный вызвал бригаду военной помощи, в составе которой находился господин. Извините, но мне запрещено рассказывать некоторые сведения с целью сохранения военной тайны, — Сонхва виновато улыбнулся. Им пришлось добираться на другой конец города. Помощник врача… Не могу поверить, что Минхо вступил в ряды добровольцев-волонтёров, ещё и Сонхва не раскрывает все карты. Быть может, организация, в которой работал Минхо, отправила его в армию? Гадать бесполезно, нужно лично спросить. Когда они оказались у нужной квартиры, дверь открыли практически сразу. — Прошу прощения, но покупать неизвестную продукцию я не стану, — Сынмин, узнав Джисона, тут же сделал вид, что принял их за промоутеров. Он с трудом уложил Минхо спать (не без помощи препаратов). Сонхва обрадовался при виде Сынмина, спутав того со своим спасителем. Знакомое лицо помогло Сынмину восстановить картину происходящего. Он сразу сообразил, что его адрес Джисону выдал солдат. — Здравья желаю, господин Ли! — воскликнул Сонхва. Джисон тотчас прикрыл его рот ладонью и отвёл в сторону. — Мы точно не ошиблись адресом? — еле слышно пробормотал он, — этот человек не Минхо. Сонхва помотал головой. — Нет, в части не могли ошибиться. — Если вы ищете Ли Минхо, то его здесь нет, — вмешался Сынмин, — он отдыхает у себя дома. Нет его дома! Джисон поймал Сынмина на вранье. — Вы ему кем-то приходитесь? — поинтересовался Сонхва. Тот, чтобы ещё больше не закопать себя в грязь, посчитал нужным сказать правду. Он поведал о том, что Ли Минхо приходился ему напарником, когда они были на военной службе. Смысла держать это в тайне – нет. Солдат наверняка поведал Джисону об армии и наших с Минхо званиях. — Как жаль, что я не застал господина, — расстроился Сонхва, — поблагодарите его от меня. Если представится возможность побывать в Сеуле снова, я обязательно навещу юного господина. Из-за ограниченного времени Сонхва не мог долго находиться в столице. Он кивнул Джисону в сторону выхода, но тот никуда уходить не собирался. — Сонхва, иди без меня, — сказал он, не отрывая взгляда от Сынмина, — мне придётся задержаться. Солдат ещё раз сердечно поблагодарил Минхо и Сынмина за службу и, прощаясь, поспешил на самолёт. Возникла неловкая пауза. Джисон обдумывал, с чего бы начать разговор, а Сынмин покорно ждал, репетируя в голове заранее подготовленные ответы. — Мы можем поговорить? — наконец произнёс Джисон, пытаясь переступить порог квартиры. — Можем, — спокойно ответил Сынмин, не пропуская Джисона через себя, — но не в квартире. Ты незнакомый для меня человек, нечего ломиться внутрь. Сынмин крупнее и выше Джисона, но если бы в прихожей мелькнула фигура Хо, второму не составило труда силой вытолкать Сынмина за дверь. Джисон всеми силами старался вести себя цивилизованно. — Хо ведь у тебя, — резко произнёс он, — я чувствую, что он где-то рядом. Сынмин долго ждал этой встречи. С Минхо он познакомился на первом курсе медицинского. Младший сразу предупредил Сынмина о том, что у него есть жених, и долго пресекал любые попытки подружиться. «Просто дружба» Сынмина не интересовала. Минхо нравился ему как парень. За всё время учёбы Сынмин сломал голову вопросами о Джисоне: что там за парень? Почему Минхо ему безумно верен? Каким образом они всё ещё вместе? И вот Хан Джисон собственной персоной. Что же в тебе такого необычного, Хан Джисон? — Ты очень проницательный человек, видно, что врать тебе бесполезно, поэтому скажу всё как есть, — он понимал, что поступает откровенно жестоко с Джисоном, но был не в силах нарушить обещание Хо, — тот, кого ты ищешь, не со мной… пока. На джисоновом лице отражались тревога и недоумение. — Что ты имеешь в виду? Сынмин уверенно скрестил руки на груди и пожал плечами. — Ты должен был услышать от него, но я тебе спойлерну: вскоре Минхо переедет ко мне. Вы вряд ли будете видеться. От такого «спойлера» Джисону стало дурно. Слова Сынмина выбели его из колеи, ноги подкосились, и Джисон чуть не потерял сознание. — Это невозможно, — противился он. — Первая стадия — отрицание. Сейчас тебе трудно принять то, что произошло, а произошло вот что, — Сынмин выдержал паузу перед сокрушительным ответом, — вы с Минхо больше не пара. Джисон смотрел на Сынмина широко открытыми глазами. Разбитый параличом, с «остановившемся» сердцем и полностью потрясённый услышанным парень не мог сказать ничего в ответ. Это невозможно… Сынмин не переставал говорить страшные вещи, но Джисон не слышал его. Он спустился вниз по лестнице подальше от ненавистной квартиры, прижался к стене и скользнул по ней на пол. Сердцебиение усилилось. Джисон сжался в комочек и закрыл голову руками. Губы его дрожали, а на глазах навернулись слёзы.

☆☆☆☆☆

Когда рабочий день закончился, Чанбин отправился на парковку, где обещал дождаться Дженни. Из-за Юнги та страшно опаздывала. Он держал её на студии и не торопился отпускать, пока отношения не будут выяснены. — Просто дай мне денег заплатить за квартиру, — требовала Дженни, — хозяин вышвырнет меня, если я не внесу плату до десяти. Юнги вскинул бровь и ядовито ухмыльнулся. — Давеча я предложил тебе идеальное решение проблемы. Он на протяжении месяца твердит Дженни о переезде к нему, но та противится. Юнги хороший кошелёк, хороший любовник, — и этого достаточно молодой студентке, что решила безбедно существовать в большом городе. «Много Мин Юнги» Дженни не вывезет. Переезд станет перебором. — Вспомни, что я ответила, Мин, — фыркнула она, — придумай что-то получше.   Грубая хватка Юнги стиснула девичье плечо. Дженни испуганно вскрикнула, пытаясь высвободиться. Каждый раз, когда Дженни дерзила Юнги, тот окончательно терял голову от злости. Он сжал её подбородок, заставляя смотреть на себя. Глаза Дженни блестели от слёз, а губы тихо шептали «сволочь». Деньги были неединственной причиной, что связывала их с Юнги. Если бы в будущем представилась возможность расстаться с этим человеком, Дженни бы ей обязательно воспользовалась. Сейчас на ней клеймо жертвы нездоровых отношений, из которых не так-то просто выбраться. Юнги пригрозил ей большими неприятностями, если она уйдёт от него. Он запугал Дженни дружками-бандитами, которые «сопровождали» её до съёмного жилья после первой попытки расстаться. Она отделалась испугом, последствия которого были губительными. Мания преследования научила Дженни водить мотоцикл. Несясь на огромной скорости, она чувствовала себя в безопасности. Ей всё же удалось вырваться. Разъярённый Юнги разбрасывался угрозами и оскорблениями. — Я сделаю так, что ты будешь ночевать на улице! — кричал он вслед, — а если отправишься к подруге, то обе проблем не оберётесь! Дженни прекрасно знала, что Юнги держит слово. — Fuck you! — не осталась она в словесном долгу. Роняя яростные проклятия, Дженни бежала к чужому парковочному месту. Она не считала себя слабой, всегда могла постоять за себя, уважала, но, связавшись с Юнги, вся её внутренняя сила угасла. Противостоять ему трудно. Он ломает её морально, топчет в грязь, пользуется. Характер не позволяет Дженни сдаться, но и слёзы тоже не оставляют в покое. Её тошнит от Юнги и от собственной слабости. Чанбин идёт к ней навстречу. Ему было сложно покорно ждать. Дженни искренне радуется тому, что успела покинуть студию до прихода Со. Не хватало ещё навлечь на него беду в лице Мин Юнги. Она врезается в чанбинову грудь и крепко сжимает края его черной футболки. — Мин обидел тебя? — без улыбки спросил он. Врать Чанбину бессмысленно. В ответ Дженни согласно кивает. Огромная обида на Юнги сделала так, чтобы Дженни впервые пожаловалась на мужчину. Она рассказала Чанбину, что осталась без крыши над головой, плакалась ему как маленькая девочка, которую обидел местный хулиган. — Жди меня здесь, сейчас я с ним поговорю. Угрожающий тон вернул Дженни в реальность. Она тотчас отстранилась от Чанбина и вытерла слёзы. Какая же я идиотка! Что я себе позволяю?! Не привыкшая перекидывать ответственность за свои проблемы Дженни резко ответила Чанбину: — С Юнги я сама разберусь! Если хочешь помочь, то приюти меня на одну ночь в своём доме. К Розэ сразу идти нельзя: мало ли Юнги попрётся туда, и вдвоём против него они точно не выстоят. С Чанбином будет куда безопаснее, всё же он мужчина, да ещё и в несколько раз крупнее Юнги. Чанбина такая последовательность действий не устраивает, но, дабы не доводить Дженни до нервного срыва, он идёт ей на уступки. — Надень свой шлем, — просит он, отвлекая Дженни от дурных мыслей, — за руль ты всё равно не сядешь, но безопасность никто не отменял. Они покинули парковку на чанбиновом байке. Необъяснимое чувство облегчения настигло Дженни в тот момент, когда она, изнемогая от эмоциональной усталости, тесно прижалась к Чанбину со спины. Он словно надёжная защита от опасного хищника. Рядом с ним все проблемы уходят на второй план. То была её первая совместная поездка по вечерним улицам. Дженни позволила себе ненадолго забыться, мысленно благодаря Чанбина за то, что тот невольно появился в её жизни. — Располагайся, — сказал он, бросая ключи и перчатки на лавочку, — я поищу шарф Розэ. Дженни по-хозяйски отправилась исследовать квартиру. Ей хотелось поскорей принять душ и лечь спать. Отыскав в шкафу чистую футболку, Дженни проследовала в ванную комнату и, заперев за собой дверь, начала готовиться к водным процедурам. Чанбина вовсе не смутило присутствие ещё одной «хозяйки», наоборот, ему нравилось, когда гости чувствовали себя как дома. Спустя некоторое время Дженни уже расхаживала по кухне в ожидании Чанбина (тот принимал ванну после неё). Услышав, как кто-то долго и упорно тарабанит в дверь, в груди у Дженни защемило. «Мин» — пронеслось в голове. Но, заглянув в глазок, наступило облегчение. Дженни открыла дверь удивлённой Рюджин. Та переступила порог и оказалась в прихожей. Вид Дженни её не радовал: чанбинова футболка, тапки и влажные волосы. «И после этой картины я должна на слово поверить в то, что между Свиноликом и его коллегой по работе ничего нет?» — бушевала Рю. — Чанбин в душе, — с непонятной досадой выпалила Дженни, — вы можете дождаться его в гостиной. Рюджин не стала демонстрировать своё возмущение в ответ на предложение Дженни. Подруга могла творить в этой квартире всё, что пожелает, не следовало указывать ей на то, что делать. При виде молодой девушки Рюджин тут же забыла зачем решила навестить Чанбина. — Нет, спасибо, — криво улыбнулась та, — я уже ухожу. — Она потянулась к двери и хотела было уходить, как что-то резко остановило её. — Извините, но я просто обязана дать вам напутствие. Не привязывайтесь к Чанбину. Ему нужна девушка, готовая к семейному быту и детям, зрелая и верная. Вы так молоды, вам гулять и гулять, а Чанбин раним и любой разрыв отношений воспринимает слишком болезненно. Не тратьте друг на друга время. Дженни приняла Рюджин за чанбинову бывшую. После такого напутствия вскипел мозг. Ей хотелось поведать Рю, что с Чанбином их ничего не связывает, но от такого вмешательства в чужую жизнь Дженни стало не по себе. — Сами разберёмся, — апатично отозвалась она, — Чанбин, к сожалению, не предоставил мне список качеств, которыми должна обладать его будущая девушка. Рю нахмурилась и, отбросив всю этику, добавила: — Найди себе другого спонсора и води его за нос. Чанбина обманывать я не позволю. Если у тебя есть близкий человек, которым ты очень дорожишь, ты поймёшь, что я чувствую. Такой как Чанбин достоин только лучшего. Я предупредила. Если Дженни приняла Рюджин за бывшую, то Рюджин, в свою очередь, приняла Дженни за меркантильную особу. С обеих сторон возникло недопонимание и взаимная неприязнь. — Вы, кажется, хотели пойти прочь? — Дженни скрестила руки на груди. Хватит с неё предупреждений. Она понимала чувства Рю, ведь если бы Розэ водил за нос какой-то мужчина, а та ему слепо верила, Дженни бы тоже не выдержала и отправилась к нему на разборки. Но этот напор и приказной тон со стороны Рю отталкивал Дженни. Дверь захлопнулась. Перед сном Чанбин заглянул в комнату, в которой расположилась гостья, чтобы пожелать «доброй ночи». — Я лягу в гостиной, если что-то понадобится, то смело буди меня. Та, забравшись под одеяло, похлопала по краю кровати, приглашая Чанбина присесть. — Если честно, мне не впервой приходится ночевать в чужих квартирах. Большинство моих вещей всё ещё находится у Розэ. Завтра я уйду к ней. У меня будет всего одна просьба: не контактируй со мной, Чанбин. Мин, если узнает, будет в ярости. Его приступы ревности лишены адекватности. Не хочу подвергать тебя опасности. Чанбин сел на край кровати. — Ты подвергаешь опасности лишь свою жизнь, разделяя её с деспотом. Для меня Юнги не является источником страха, Дженни. Люди, что манипулируют судьбами других людей, насилуя психологически, слабы. Им легко подчинить своей воле лишь тех, кто не способен им противостоять. Я знаю, ты сильная девушка, но иногда не стыдно просить помощь. Когда почувствуешь, что Юнги переходит все границы дозволенного, дай мне знать. Дженни выдавила нервный смешок. — Почему ты так печёшься обо мне? Мин давно перешёл все границы, но, как видишь, его кошелёк твердит мне терпеть. — Кошелёк лишь отмазка, на самом деле ты просто запугана, оттого и выйти из отношений не получается. Будь смелее и помню, что в случае чего ты всегда можешь попросить у меня защиты. Дженни устремила взгляд тёмных глаз прямо на Чанбина. — Почему я опекаю тебя? Хороший вопрос… — он ненадолго задумался, — порой я не могу дать внятного объяснения собственным поступкам, но в глубине души я убеждён, что поступаю правильно. Нет ничего плохого в помощи тем, кто в ней действительно нуждается. Я не горю желанием угодить людям в ущерб себе. Будучи человеком, привыкшем отдавать, не требуя ничего взамен, считаю своим долгом проявлять бескорыстие и совестливость. Так меня воспитали, так себя воспитал я. Внутренне Чанбин всё ещё не мог поверить в то, что он был рождён истинным учителем. Он являлся ходячим примером всех тех положительных качеств, которые хотел видеть в своих учениках. По-другому не получалось. Чанбин видел в Дженни ученицу, что запуталась в решении жизненной задачи, и как наставник решил подтолкнуть к верному ответу.

☆☆☆☆☆

Минхо проспал до позднего вечера. Рука его по привычке потянулась к прикроватной тумбочке, где обычно стояла кружка с водой. Пусто. Джисон с трепетом относился к ночной жажде Хо. Того часто преследовали кошмары, после которых он просыпался в холодном поту и начинал жадно глотать воду. Старший несколько раз за ночь наполнял кружку. Стоило этому воспоминанию всплыть в памяти, как на душе становилось горячо, но очень досадно. В дверном проёме показался Сынмин. — Мы хотели сходить в магазин, — сказал Минхо, похлопывая себя по щекам, — я готов. Он приблизился к другу, но тот выставил руку вперёд, отрезая путь дальше. — Не получится, — сказал Сынмин, — вот уже несколько часов твой Джисон сидит под дверью и коллекционирует жалобы от соседей. В магазин я схожу сам, если, конечно, выберусь из квартиры. Услышав родное имя, у Минхо случился выброс адреналина. — Хани здесь?! — не поверил своим ушам он. Сынмин кивнул. Волнение захлестнуло Минхо, и тот начал нервно ходить по комнате. Как он меня нашёл? Где он взял адрес? Быть может, я всё ещё сплю? Но это был не сон. Сынмин поведал о том, что случилось, пока Минхо был в отключке. — Что-то пошло не по сценарию, — выпалил Сынмин, поджимая губы, — нужно отдать должное твоему Джисону: сидеть несколько часов без воды и пищи, ловя пристальные взгляды соседей, и не сдаться… полное безумие. Минхо начал умолять друга что-либо предпринять. Ему хотелось поскорей избавиться от Джисона. Его нужно было прогнать. Хани знает, что я где-то поблизости. Он будет до последнего ждать меня, забив на себя. Ему плевать на неудобства, на голод и чужие взгляды. Пусть будет вдалеке, но в тепле. — Сделай что-нибудь! Хани не должно быть здесь. — Понял-понял. Сынмин скрылся на кухне и набрал номер полиции.