Предложение, от которого...

- …Подыхать буду, но под тебя не лягу! – Брок прекрасно понимал, что зарывается, но его несло. Кто бы мог подумать, что с ним такое может произойти? От его яростного взгляда ублюдок напротив даже не почесался. Закинув ногу на ногу, светловолосый гад медитативно провел ладонью по, чего греха таить, роскошной ляжке, и совершенно спокойно ответил: - У каждого есть уязвимые места. Когда найду твое, ты не просто ляжешь, а будешь умолять меня взять тебя, - от темного и уверенного взгляда Брока передернуло. Этот ненормальный абсолютно серьезен! - Слышь, Ваше Гидрейшество, неужели тебе, такому всесильному, никто не дает, что такую хуйню творишь? – очень хотелось опустить глаза, но Брок лишь криво оскалился: нельзя давать слабину. Вопреки ожиданиям ему не отвесили оплеуху, не было гнева, а пухлые губы даже не поджались. Нечеловечески гибким движением Капитан Гидра поднялся и направился к выходу. То, что этот человек не бросал слова на ветер, Брок прекрасно знал, как и то, что ничего хорошего ему это не сулит. Отчаянно тряхнув цепочкой наручников, он торопливо зачастил: - Хей, здоровяк, ведь всё можно получить быстрее и проще – зачем столько хлопот? Если так сильно хочешь получить меня, то… - Брок похабно подмигнул обернувшемуся Капитану, - выжги мне мозги, как своему любовнику-инвалиду и сделай дрессированной собачкой. Получишь всё и сразу… - Грубишь, провоцируешь, значит, - чертов Капитан был пугающе неэмоционален, - боишься. Стоило бы придержать свой грязный язык. Ты будешь моим по своей воле. Я легко найду, чем тебя прижать, лейтенант. – И эта сволочь вышла, не давая ответить, оставляя Брока выть от злости и отчаяния. Вот же он дурак: нашел перед кем залупаться! Хрен, что не голубок, дал бы в жопу, перетерпел, став проходным мусором в жизни Капитана, зато под удар никого не подставил бы… Черт, как же он так проебался? - Проклятье!.. Упакованные с головы до ног в черное, вплоть до касок с черным плексигласом на лицах – нахуя светофильтры, сукам, в помещении? – охранники выволокли его из допросной в другую такую же безликую серую комнату, отличавшуюся от первой лишь размером в меньшую сторону, да наличием металлической шконки с тощим матрацем. Наручники с него снимать не стали, больше того, прицепили к ошейнику длинную цепь, подвесив ту на потолочный трос, даже ноги не освободили. Чем не конура, а он тут и впрямь как непокорный пес, дрессировка которого уже началась. Брок растерянно откинулся на жесткое ложе, нервно вцепившись в ошейник, неприятно натирающий шею. Было бы смешно, если бы не было так стрёмно… *** Мир изменился после инопланетного вторжения. И хотя перед лицом такой угрозы военные силы всех стран объединились, казалось, что остановить творящих тотальный геноцид захватчиков невозможно, что не существует такой силы. Но когда все отчаялись, чудо всё же произошло. Победное шествие чужаков неожиданно споткнулось, а после и вовсе захлебнулось, когда на сцене появилась Гидра, с пугающим своей силой и мощью Капитаном во главе. До этого момента о Гидре практически никто не знал, а уж про Капитана и говорить нечего. И, конечно, никто не знал настоящего имени этого монстра в человеческом обличье. Капитан Гидра на пару со своим ручным киборгом появился во главе отлично вымуштрованной армии в черной пугающей форме с красными нашивками. Армия с невиданным доселе оружием с Капитаном Гидра и Зимним Солдатом на острие атаки без жалости разгромила орды чужаков и поставила мир перед фактом: отныне на Земле есть только одна власть – Гидра. В его лице. А значит, его приказы неоспоримы, его волю все обязаны исполнять. Некоторые глупцы взбрыкнули, но ответ был молниеносен и безумно жесток: несколько стран попросту исчезли с карты Земли навсегда – Капитан Гидра не терпел неповиновения и совершенно не стеснялся в средствах. Оммаж новой власти принесли все. Для рядовых граждан, впрочем, мало что изменилось. Многие даже восхищались – коррупции и бюрократии стало в разы меньше, порядка больше. А что за всё это пришлось платить кровью нескольких несогласных – для большинства оказалось несущественным фактом. Воевать стало не с кем, в смысле - территориальные, религиозные конфликты и нарушения границ больше не позволялись. Гидра не терпела разборок, под суровым неподкупным оком Капитана Гидры амбиции всех государств резко поутихли. Быть стертыми с лица Земли из-за привычных ранее интриг за ресурсы и сферы влияния никто не хотел. Мелкие стычки не в счет. Преступные наркокартели и прочие теневые организации хорошо проредили – именно этим теперь занимались все армии мира, перешедшие под безоговорочную власть Гидры. Но если кто думал, что военное дело зачахнет из-за отсутствия глобальных конфликтов, то сильно ошибался. Капитан перевел на военные рельсы всю планету – угроза инопланетного вторжения оставалась величиной постоянной. Один отлуп не давал гарантий, что кто-то еще не захочет попробовать землян на зуб. Любящие устраивать акции протеста пацифисты быстро угомонились, когда их мирную демонстрацию выкосили тем же жутким оружием, что и инопланетян. Капитан сумел очень ясно донести до всех свое мнение: те, кто желает лишить Землю боеспособной защиты, приравниваются к врагам человечества и никакой пощады не заслуживают. Надежды некоторых (очень многих) на недавно появившегося и обретшего невероятную популярность Железного Человека не оправдались. Мало того, что он изначально в битве с пришельцами почти сразу скоординировал свои действия с Капитаном Гидрой, так и после, вопреки ожиданиям, не подумал взбрыкнуть. Как и чем прельстил Тони Старка новоявленный властелин мира, никто доподлинно не знал. Но факт был налицо – Тони Старк, Железный Человек, отлично поладил с новой властью, которая предоставила ему картбланш на любые разработки во имя защиты Земли от кого бы то ни было. Как бы ни плевались ядом злопыхатели, озвучивая шепотом мрачные прогнозы, человечество сделало невероятный рывок в науке. Медицина, технологии – всё переживало бурный рост. Научно-исследовательские центры были переориентированы на улучшение и оздоровление генома человека, и всевозможные способы его защиты. Теперь разрабатывались не тысяча и одна вариация самых дышащих прокладок, самой ровно ложащейся помады и уникального крема от морщинок на ягодицах, а то, что имело стратегическое значение для выживания человечества. Да даже экология улучшилась! Вредные производства постепенно сворачивались, мир переходил на новые «чистые» источники энергии, невиданный расцвет переживало и сельское хозяйство. Угрозы голода и перенаселения Земли неуклонно теряли остроту. Контроль рождаемости, контроль трудовой повинности, контроль законной деятельности – Гидра ничего не упускала из виду. Точечные выжигания нескольких европейских государств, где пытались устроить бунты переселенцы из стран третьего мира, не желающие работать, но требующие дотаций на безбедную жизнь – стали показательным примером новой политики: кто не работает – тот не ест. Вопли о коммунистической заразе, которую несет Гидра просвещенным демократическим странам, быстро заткнули самым кардинальным образом. При новом порядке никакие суды хулителям новой власти не полагались. Зачитывание приговора и расстрел в прямом эфире. Никаких могил, памятников – трупы сжигались, а память вымарывалась. Нет человека – нет проблемы. Защитникам прав человека тоже пришлось заткнуться – никого не привлекал шанс оказаться в расстрельном списке. Гидра ни с кем не церемонилась: хочешь помочь людям – работай и отдавай заработанное на содержание детских домов, медицинских учреждений, на развитие науки. Всё остальное – вредная блажь! Брок Рамлоу со своим сработанным отрядом, в отличие от многих слишком себе на уме, оказался в струе. Нареканий команда наемников не вызывала, все заказы выполняла с блеском, не проигрывая в результативности тому же Зимнему Солдату, что в итоге закономерно привело их в саму Гидру на постоянной основе. Сам Капитан не погнушался снизойти до них и взять однажды на миссию в качестве группы огневой поддержки. Страйк не отставал от сверхчеловека, слушался с полуслова и полувзгляда, так что карьера быстро пошла в рост. Брока приблизили и вскоре доверили одну из самых охраняемых тайн – Зимнего Солдата. Когда Капитан был занят, то присмотр за киборгом ложился на плечи Рамлоу, как бы это того ни бесило. Идеально отрабатывающая в поле машина смерти в обыденной жизни оказалась мозговыносом в последней стадии. Истерики, капризы, игры на нервах и абсолютное нежелание обслуживать себя самому. Быть нянькой психу, чьи мозги время от времени поджаривали электрошоком по медицинским показателям – во что Брок не верил, но разумно держал свое мнение при себе – ему отчаянно не нравилось. Было очень трудно выдерживать безопасную дистанцию – все попытки отстраниться и съехать с неприятной должности успехом не увенчались. Его целенаправленно подставляли и причин этому Брок не находил. Возможно, сам Капитан Гидра просто устал от заебов своего живого оружия? Мужик с железной рукой и весом за центнер оказался чересчур опасен и непредсказуем, Броку лишь чудом удавалось на протяжении года обходиться без тяжелых травм и потерь среди личного состава. Выезжать удавалось только за счет жесткой дисциплины и самоконтроля. Но… всё же, по большому счету жаловаться было особо не на что, пока не начались еще более странные движения вокруг него. У него стали отжимать команду. По приказу Капитана Гидры его кропотливо собранный и подготовленный под себя Страйк то и дело отправляли на миссии без Брока, занятого Солдатом, под командованием разных ушлепков. Попытки прояснить ситуацию ничего не давали. Капитан смотрел сквозь него равнодушным взглядом и игнорировал осторожное возмущение, отсылая к киборгу, требующему именно его, Брока, внимания и заботы. Предложения передать эту «почетную» миссию другим более ответственным агентам, благо желающих хватало, также непреклонно заворачивались. Опасения, что без Брока команде может стать туго, разбились на недоуменный вопрос: неужели Страйк настолько не профессионален, что об этом следует переживать? В итоге через год с момента получения в подопечные Зимнего Солдата Брок обнаружил себя узником, отрезанным от всех знакомых, от любого общения, привычных дел и с полным отсутствием потрахушек. Что там, ему, блядь, даже на подрочить время выкроить не всегда удавалось. А потом однажды его вызвал к себе в личные комнаты Капитан и сделал ТО САМОЕ предложение. Да, Брок тогда взбрыкнул, горячая итальянская кровь ударила в голову, всё накопленное за этот непростой год раздражение вылилось в самый идиотский поступок, который только можно представить. Он не просто отказал, а зло высказал всё, что накипело, не выбирая выражений, не следя за лексиконом. Всё-таки слишком долго он находился вблизи суперсолдат, что, наверное, выработало у него определенный иммунитет против давящей ауры, вызывающий у любого человека желание подчиниться и растечься покорной лужицей. Поэтому Брок не только посмел отказать, но и потерять берега. И когда недовольно дернувший бровью Капитан приказал ему не артачиться, а раздеваться, чтобы не тратить впустую время, то планка упала полностью. Брок кинулся в драку. Естественно, его мгновенно скрутили. Не Капитан, а неизвестно откуда взявшийся за спиной Зимний Солдат. И вот. Рамлоу в наручниках и перспективы у него не радужные… то есть… буквально очень даже «радужные», но в самом буквальном мерзком смысле. *** Тяжелая железная дверь тяжело ухнула о стену, словно кто-то открыл с пинка, заставляя Брока недоуменно скосить глаза: никаких шагов он не слышал. Затянутая в черное патлатая фигура с железной лапой заставила зло нахмуриться – конечно, кто еще кроме Зимнего и самого Кэпа умел двигаться бесшумно и тягать тяжелую дверь с такой дурью, что та едва из стены не вылетела. Пришлось сесть. Хоть Брок и возился с этим ушибленным на голову больше года, но никогда не знал, чего от того ждать. А ведь в последнее время ему начало казаться, что Зимний стал послушнее, но показательное нападение на него по мановению брови Кэпа расставило всё по местам. Брок – нянька, а не куратор. Всего лишь обслуга, которой временно позволялось чуть больше чем другим. Прозрачные глаза цепко прошлись по Рамлоу, крылья носа раздулись, а по ненормально ярким губам пробежался язык. Угу, как всегда: осмотреть, принюхаться и облизнуться – постоянный бесивший Брока ритуал Зимнего. При каждой встрече тот словно сверял Брока с образом из памяти, внешность, запах и… почему эта двухметровая ряха всё время облизывалась, было непонятно. Рамлоу ему даже гигиеническую помаду добыл, чтобы тот перестал высовывать язык по любому поводу. Зимний Солдат долго зависал над подарком, потом принялся прилежно использовать, но облизывания не прекратились, в итоге Брок просто махнул рукой на эту придурь. У каждого свои загоны, а для того, кому мозги жарят на постоянной основе, этот вроде как самый безобидный… Брок передернулся, поджав пальцы на ногах – он едва ли не сутки без обуви, а по бетонному полу тянуло совсем не летней прохладой. Да и вообще экипировали его не по сезону, отопление для пленников не предусматривалось, а арестантский оранжевый комбез из дерьмовой ткани совершенно не грел. Заговаривать первым не хотелось, впрочем, Зимний и не ждал этого. В один длинный шаг киборг оказался рядом и рухнул на обиженно заскрипевший от натуги лежак, умостив тяжелую патлатую голову у Брока на коленях. - Какого хуя, Зимний?.. - Гладь! – терпением Брок не отличался, да и задолбало его всё в край, поэтому решил сбросить с себя зарвавшуюся собаку, но стоило только начать движение, как ему в бедро вцепились острые зубы, а в горле притворяющегося человеком чудовища раздалось предупреждающее рычание. Глазок камеры горел красным, но на помощь Броку, как и всегда, никто не спешил. За весь этот сраный долгий год ни одна сволочь не рискнула встать между ним и Зимним, теряющим берега. Охренеть просто, но Рамлоу до сих пор не понимал, как сумел выжить и остаться целым. Проклятье, возможно, ему не стоило так стараться? - Отвали, Солдат, - Брок поразился собственной выдержке, когда сумел произнести это спокойно и весомо, еще бы Зимний послушался, но тот лишь сжал челюсти сильнее, заставляя зашипеть от боли. - Блядь! – не удержался Брок от вопля, - Хочешь убить, так не тяни, или надеешься дождаться пока я сдохну от переохлаждения? – на недоверчивый хмык, Брок вовсе не нарочно громко чихнул и сам этому поразился. Однако зубы, пытающиеся отодрать от него кусок плоти, разжались, а Зимний настороженно вылупился на беспомощно хлюпнувший нос, ощупал заледеневшие ступни и в одно мгновение вымелся прочь. Брок свернулся калачиком на шконке и подумал, что чем дальше, тем охуеннее у него жизнь. Видать до сего момента он из-за адреналина не чувствовал ни холода, ни начинающейся простуды, а теперь наступил откат и его, бравого наемника, которого до этого никакая зараза не брала, до костей пробирало от озноба, текло из носа и сотрясало бесконечным чиханием. Позорно, но с другой стороны: а вдруг, глядя на него, такого жалкого, у Капитана увянет желание тащить Брока в постель? Или… Помнится, шептались как-то про обработку камер самыми разными вирусами: от банального гриппа, до настоящей чумы, а поскольку Гидре всегда не хватало добровольцев для тестирования всякого дерьма, то такие слухи, честно говоря, серьезно пугали. Брок чихнул снова, не зная, надеяться ему на что-то или пора окончательно прощаться с жизнью: черт его знает, что с ним на самом деле. Может, он тупо паникует и это обычные последствия стресса и переохлаждения, а может, всё гораздо страшнее, и сгинет Брок Рамлоу в подвалах вивисекторов в качестве подопытной крысы, что тоже вполне себе вариант избежать постельной повинности с Его Гидрейшеством, только уж совсем мрачный. Но если он всего лишь простыл – будет ли этого достаточно, чтобы от него отстали? Брок болеть не любил, помирать не торопился, но и жопу подставлять категорически не хотел. Только в этой ситуации он ничего не мог поделать, лишь беспомощно хлюпать носом, чихать, мерзнуть и прислушиваться… За приоткрытой дверью, которую ушлепок с железным скелетом и не подумал закрыть, послышались вопли, хрипы и непонятное вошканье. Брок бы глянул, только с ошейником и в его состоянии незапертая дверь выглядела настоящим издевательством. Через мгновение эта дверь снова обиженно лязгнула и на Брока упала куча тряпья. Сквозь пелену мути – как же быстро его скрутило и как резко! – Брок рассмотрел нависшего над ним Зимнего и отказался шевелиться. Нахуй всё! Ближайшее будущее не стоило того, чтобы за него цепляться, особенно в свете обещаний Капитана и потерявшего берега Солдата. Просто нахуй. Сдохнет Брок – туда ему и дорога!.. Однако в который раз за последнее время его мнение никого не интересовало. В вену кольнуло, и по всему телу разлился жар – горячий укол? Где только Зимний успел прибарахлиться, а главное с чего вдруг этим озаботился? Были бы силы, он бы поржал: какая неожиданная смена ролей. Теперь Зимний выступил в роли няньки, насильно ворочая и переодевая безвольного Брока в термобелье, еще пахнущее чужим теплом и кое-где заляпанное каплями крови. Естественно, цепь на ошейнике, как и наручники не стали препятствием для такого действа: Солдат, не особо нежничая, бионическим протезом в два счета содрал мешающее одеванию железо. От укола Брок взбодрился, и даже осмысленно попробовал оттолкнуть старательно натягивающего на него чужие трусы Зимнего. Как всегда безрезультатно. Оранжевая роба слетела с Брока фейерверком ярких лоскутков, а Зимний, сосредоточенно высунув кончик языка, одевал его словно куклу, невзирая на сопротивление. Заминка случилась лишь, когда в открытую дверь вломились несколько черных фигур, быстро сообразивших ошибочность своих действий под взглядом Солдата и очень тихо исчезнувших. Хоть укол хлористого кальция его взбодрил, но мгновенного излечения не случилось, с носа по-прежнему весело текло, а глаза слезились, что Зимнему совсем не понравилось. Потому что, приложив к его лбу железную клешню, тот нахмурился и, подхватив совсем не маленького Брока на плечо, рванул прочь. Висеть вниз головой с забитым соплями носом – приятного мало, но поскольку шансов вырваться не имелось, всё, что ему оставалось – плыть по течению. Хотя место, куда его притащил Зимний, очень напрягло: место подготовки Солдата к крио. Заведующая этим местом дама, профессор Снауф, напоминающая повадками гремучую змею, так же любящую шипеть, больно жалить словами и нападать исподтишка, удивленно округлила глаза. - В чем дело, Актив? Распоряжений от Капитана не поступало… - но тут разглядела сброшенного на кушетку Брока и воодушевилась: - Агент Рамлоу? Как вовремя, я только заполнила заявку на подопытного для испытания нового нейротоксина… - и недоуменно уставилась на Зимнего, заслонившего охреневшего Брока, - в чем дело, Актив? - Лечить! Не подопытный! – на это заявление профессор возмутилась. - Лечить? Я? Актив, покиньте лабораторию, пока я не пожаловалась Капитану, и не мешайте моим исследованиям. Вы доставили объект для работы, остальное не вашего ума дело!.. – и захрипела, вздернутая разозленным Зимним. - Лечить! Не исследования! – пока Снауф бессильно обламывала ногти о железные пальцы, Брок осторожно пополз с кушетки. Лечиться у этой ненормальной он не хотел, с профессором Снауф у него сложились не самые лучшие отношения, да и от Зимнего хотелось оказаться подальше… но тут от дверей послышался очень холодный и спокойный голос, разом положив конец всем пререканиям, ожиданиям и надеждам всех тут присутствующих. - Что здесь происходит? – Капитан, подобно Зимнему Солдату был бесшумен и неизбежен, как пиздец. Брок прекратил попытки сбежать, улегся обратно на кушетку и едва не сложил руки на груди, как покойник, но решил не перегибать, а охлопал чужую одежду в поисках курева. Отвечать и участвовать в происходящем не хотелось, пока суть, да дело, может, успел бы подымить, когда еще такой шанс представится, но, увы, кроме леденцов ничего не нащупал. Чертовы суперы со своим чертовым нюхом, из-за чего все курилки были закрыты, дымить теперь разрешалось только на свежем воздухе. А поскольку недовольство от суперов весьма давило на психику, все вокруг повально принялись бросать вредное для легких увлечение. Рядом тяжело бухнулось тело – ну да: Зимний любил преклонять колени перед Капитаном. Броку даже смотреть не требовалось, чтобы знать, что происходит. Булькающие хрипы – это Снауф пытается восстановить дыхание и найти слова, чтобы объяснить Капитану, как тупой Зимний Солдат, слетев с катушек, мешает выполнять ее очень важную работу. А сам Зимний стоит на коленях и обожающим взглядом смотрит на свое божество, пытаясь выглядеть одновременно и обиженным, и безобидным. А Капитан… как всегда замораживает окружающее пространство похлеще морозильной установки, ледяная сосулька со странными желаниями в отношении ни за что попавшего Брока Рамлоу. Нет, Брок совсем не хотел ни смотреть на это, ни участвовать в этом, только вот… - Рамлоу, объяснитесь. – Брок недовольно шмыгнул носом, нагло хрупнул найденным леденцом и скосил взгляд на Кэпа, сука, такого бесшумного, так быстро передвигающегося и уже стоящего над ним. И вот что он должен ответить? Гадский Зимний лишь умилительно сопел и молчал, а ведь именно он устроил эту заварушку, стащив пленника из места заключения, пусть и с благими намерениями. Всё-таки обувь на ногах и теплое белье Брока устраивали гораздо больше, чем кандалы и тощая арестантская роба. - Рамлоу! – в голосе Капитана отчетливо послышался лязг гильотины, хрипы Снауф мгновенно стихли, даже Зимний сопеть перестал. Брока пробрало внутренней дрожью с уже привычным желанием вытянуться во фрунт и начать каяться во всех грехах… и так же привычно он подавил это мерзкое желание. - Кэп, - леденец во рту помогал сохранять спокойствие, и потом, установка на всё забить оставалась в силе, - как настроение? - Не забывайтесь, Рамлоу, - крылья породистого носа гневно дрогнули, с чем Брок себя поздравил: он сумел вывести Капитана на эмоции, так что есть шанс, что ему скоро свернут шею и не будут заморачиваться поиском уязвимых мест, - объясните, что происходит. - Ну… - Брок задумчиво перевел взгляд на потолок и раскусил очередной леденец – мятный, гадость! – тебе, Кэп, с какого момента начать? С начала времен не смогу, не присутствовал… - наглое поведение портило пошлое шмыгание, но впечатление он произвел. Снауф задушено закашлялась, что-то мыкнул Зимний, а над Броком нависло гневное лицо Капитана. - Вы совсем потеряли берега, лейтенант… - Смертнику можно, - криво ухмыльнулся Брок прямо ему в лицо, и в который раз за этот безумный день оглушительно чихнул, чертова кушетка оказалась ожидаемо холодной. Удивительно, но Капитан отреагировал на этот чих так же, как и Зимний. - Профессор Снауф! - Да, мой К-Капитан… - сипло прокаркала эта змеюка. - Лейтенант Рамлоу нуждается в медицинской помощи. Его нужно вылечить! - Но… Капитан! Я не занимаюсь лечением банальной простуды, и потом… разве его Актив доставил не для испытаний, я как раз отправила заявку на образцы для исследований… - Вы меня плохо расслышали, профессор? – да, Капитан умел быть пугающим, вон как посерела сучка. - Н-нет… я… да, конечно, сейчас… солевой раствор? Антибиотики? Капли… может, сделать укол? – растерянно забормотала профессор. Тут вмешался Зимний: - Горячий укол уже сделан, улучшения незначительны. Лечи! - Это же обычная простуда, ему теперь нужен лишь отдых… ну, можно курс антибиотиков проколоть и всё!.. – зачастила Снауф под тяжелыми взглядами суперов. Капитан недовольно дернул бровью и кивнул. - Рамлоу, за мной. - Неа, - шмыгнул Брок. – Не хочу! – прямо сейчас у него здорово шумело в голове, и ему было поровну, что он нарывается на мгновенное умерщвление. Сдохнуть прямо сейчас показалось ему хорошей идеей. - Отвага и слабоумие, – неожиданно усмехнулся Капитан и кивнул Солдату, тому не потребовалось что-то объяснять, и через мгновение Брок снова висел вниз головой на могучем плече, задыхаясь соплями и недовольством. И почему попытки разозлить Капитана давали такой странный результат? Проходя мимо перекошенной двери в бывшие апартаменты Брока, где виднелись обрывки оранжевой ткани и куски сорванных цепей, Капитан на мгновение запнулся, но ничего не сказал. Может, посмотрел на Солдата – Броку из его положения ничего не было видно. Желание сказать что-нибудь гадкое обломилось об очередной чих. Вопрос о месте новой дислокации также не удался, Брок смог дотянуться до последнего леденца, на этот раз апельсинового и довольно зачмокал. Плечо под ним дрогнуло, но ему было глубоко пофиг – пока он рассасывал эти сласти, дышать становилось вроде как легче… Через пару этажей и четыре длинных коридора их путь завершился в просторной комнате, все пространство которой занимала гигантская кровать, но Брока по кивку Капитана подтащили к неприметной дверце, за которой обнаружилась довольно аскетичная ванная комната. - Мойся. А Солдат принесет еды, - коротко приказал Капитан, а после, правильно оценив злое выражение Брока, очень странно улыбнулся, - или мне лично помочь тебе помыться? Брок отвел глаза и принялся стягивать чужие шмотки. Он, конечно, пофигист, но не настолько, чтобы проверять, насколько Кэп серьезен. Его совсем не привлекала идея близкого контакта – многие порно фильмы с этого и начинались. С предложения помочь… угу, с помывкой в душе. Нет, спасибо. И потом, действительно хотелось понежиться в горячей воде, кто знает, когда еще ему выпадет такой шанс? Резко захотелось жить… как же его мотыляет между желанием сдохнуть, выжить, подчиниться и устроить безобразную истерику. Зимний недовольно рыкнул, придвигаясь к Броку, но хватило недовольного оклика Капитана и тот, сердито топая, выскочил прочь. Вслед за Зимним ушел и Капитан, одарив Брока очередным пугающим взглядом. Мыться было приятно. Горячая вода, приятно пахнущий гель для душа, плюс обещание еды и чистой одежды делали жизнь вполне себе приемлемой, если бы еще не угроза оказаться грелкой в постели Кэпа. Хотя последнее Брока уже почти не волновало, как и угрозы – надолго ли, но пока все его переживания будто потеряли свою остроту. От горячего пара бесконечная течь из носа заткнулась, чихи закончились, даже в голове прояснилось, только спать хотелось… ну еще и поесть, наверное. Звукоизоляция или у Брока слух отказывал, но что творилось за дверью, он не слышал, так что пока его не торопили, вылезать из-под горячей воды он не собирался. В итоге так и уснул – сидя на теплом мокром кафеле. А открыв глаза, неожиданно обнаружил себя в мягкой пижаме и под одеялом на огромном траходроме, слава Богу, в одиночестве. Капитан был занят своими капитанскими делами, устраивая кому-то жесткий нагоняй по видеосвязи. Давать знать о возвращении в реальность не хотелось, но подвел желудок, проорав симфонию голодных кишок. Из темного угла тут же материализовался Зимний, да и Капитан сразу свернул беседу. - Еда! – водрузил на постель поднос с едой Солдат, вознамерившись кормить его с рук, Брок было дернулся, но с другой стороны матрац прогнулся под весом Капитана. В губы ткнули ложкой, и он послушно открыл рот. Может, пока он больной и беспомощный, трахать его не будут? В любом случае, несмотря на мрачные ожидания его всё еще не выебали, а вон… ухаживают. - Как интересно, - бесстрастный голос Кэпа в ухо – не то, о чем Брок грезил, поэтому поперхнулся, но справился и смог проглотить ложку каши, вставшую комом. - С чего это МОЙ Солдат так активно цепляется за МОЕГО же любовника? – и Брок всё-таки закашлялся. Любовник? Не возможный, а вот так вот сразу и категорично? Заныла переносица, да и вообще, его вело, как при опьянении – чертова простуда (или что-то более опасное, лишь маскирующееся под обычное ОРВИ), никуда не делась, и отпускать Брока из своей цепкой хватки явно не намеревалась, хотя именно сейчас ему так необходима ясность ума… - Ну-ну, не нужно так волноваться, - как же бесил этот равнодушный голос без каких-либо эмоций! – Пока я еще не сержусь. Пока. Но если ты, лейтенант, вдруг решил, что лечь под Солдата для тебя лучший выбор, то очень зря. Тут только я принимаю решения, и выбора у тебя нет. - Кхм… - Брок осторожно проглотил еще одну ложку очень сладкой и очень перченой каши и посмотрел на Капитана, что лежа на боку с опорой на локоть медленно расстегивал на себе рубашку свободной рукой, буравя его темным, нечитаемым взглядом. Подавил нервную дрожь и повернулся к сосредоточенно сующему ему очередную ложку киборгу, и осторожно переспросил: - Лечь под Солдата? - Не советую… - Да я как бы и не намеревался, - тут же открестился Брок и едва не подавился ловко скормленной кашей, - что у тебя в голове, Кэп? К психиатру не думал обратиться? - Зарываешься, лейтенант. - Нет, просто очень хочу понять, какого хрена происходит? - Язык, лейтенант! Тебе вымыть рот с мылом? - Да откуда ты такой взялся на мою голо… Блядь, Зимний, отвали, задохнусь сейчас от твоей кормежки! – рыкнул Брок на Зимнего, схлопотав обиженный взгляд от Солдата и суровый от Капитана, да и сам поморщился – собственный голос отозвался болью в висках. - Ты слишком многое себе позволяешь с МОИМ Солдатом, лейтенант! - Сам на меня его повесил, если так трясешься над своей деткой, то держи его при себе! – тут же окрысился Брок и замер, когда поднос с жратвой исчез, а руки Зимнего оказались под одеялом и потянули его к себе. - Блядь! - Не выра… Солдат, отставить! – тут же повысил голос Капитан, но ни Брок, ни Зимний на это не отреагировали, - Солдат! – перехватил Капитан железную лапу Зимнего, на что тот набычился и коротко рявкнул: - Моё! - Что? – впервые в голосе Капитана Брок услышал растерянность, - Солдат? - Моё! Мой куратор, моё! – стряхнул капитанскую руку Зимний, притягивая Брока к себе, хоть тот и пытался помешать этому изо всех оставшихся на донышке сил. - Но… - Капитан перевел взгляд на Брока, - Что происходит, лейтенант? Как… вы с ним… но… - Окстись, чудовище! – возмутился Брок, мечтая закрыть глаза и представить, что всё происходящее – просто дикий сон с перепоя, но, увы. - Ничего с ним, как и с тобой! Я вообще не в курсе, что в ваших мозгах творится, но до этого такой хрени он не творил! - Не выражайтесь, лейтенант, - недовольно дернул бровью Капитан и задумчиво осмотрел композицию: Брок – мягкая игрушка Зимнего Солдата, недовольная и беспомощная. - Однако, занятно. И как давно, Солдат, ты считаешь лейтенанта, кстати, чем? Своей… собственностью? Солдат откровенно завис на вопрос, сосредоточенно обездвижил брыкающуюся добычу, и осторожно уточнил: - Срок или определение? – Капитан почему-то расслабился и поощрительно кивнул: - И то, и другое, только подробно, Солдат. - Срок – с момента знакомства с новым куратором. Определение – моё! – и Брок, и Капитан на последнее заявление Зимнего хмыкнули. Красноречием Солдат как всегда не особо утруждался, зато умел быть точным, кто тут виноват, что такая точность не всем по вкусу? - «Моё» – понятие расплывчатое, Солдат, конкретизируй. «Моё» – как твоя любимая винтовка, или что-то другое? - голос Капитана в кои-то веки потеплел, растеряв металлическую холодность, сразу видно, Зимний Солдат для него стоит отдельно от других, что в принципе, ожидаемо: оба чудовища, вот и получите, распишитесь – настоящее родство душ. - Моё… - уже нервничая, Солдат уткнулся носом Броку за ухо. – Моё! Только моё. Рядом. Смотреть на меня, говорить со мной. Пахнуть для меня. Тепло – для меня. Не болеть. Не отдам! - Как интересно, - от неожиданных мурлычущих ноток в голосе Капитана в шоке застыл не только Брок, но и Зимний, - Солдат, доложить: кому ты принадлежишь? - Солдат принадлежит Капитану! – несмотря на непривычные интонации Капитана, бодро отрапортовал Зимний, на что Брок обреченно вздохнул: святая простота, Солдат добровольно загонял себя в ловушку, что понимали и Брок, и Капитан. - Правильный ответ, Солдат, - поощрительно дрогнул уголками полных губ Капитан, отчего довольный похвалой Солдат горделиво расправил плечи, - ты принадлежишь мне. Ты сам, и всё, что есть у тебя. Значит, всё что твоё – это и моё, так? - Так точно… - настороженно согласился Солдат, ведь хоть в софистике он не был силен, но чуйка-то у него работала, будь здоров. Уголки губ Капитана растянулись еще шире – он что, действительно умел улыбаться?.. - Твоё, значит – моё, Солдат. Лейтенант твой? - Мой… - убито подтвердил Солдат, ослабляя хватку и начиная понимать, что его на законном основании грабят, а возразить ему нечего. Кривая ухмылка, появившаяся на лице Кэпа, Броку не понравилась, как и его последующие действия. Великий и ужасающий в своей властной силе Капитан Гидра поднялся с постели и явно красуясь, снял с себя… ВСЁ! Вот буквально. И не надо тут про испорченность Брока: любой бы в этот момент посмотрел на пах! Вне зависимости от пола, возраста и испорченности. И да, пусть член там не конский, но на вкус Брока, которого Капитан с какого-то хрена решил поиметь этим самым, уже заинтересованно крепнущим Кэпом-младшим, всё же мог бы быть и поменьше. А лучше бы Кэп был бабой – Брок даже приплатил бы за кувыркание в постели с такой красоткой, но нет: вместо этого ему светит сплошная пидарасня!.. На прорвавшееся у Брока выражение охуения гадский Кэп лишь самодовольно подмигнул. - Раздевайся, лейтенант. Зачем вообще Солдат тебе пижаму натягивал? - Кэп, по-послушай… - нервно облизнулся Брок и растер лицо, пытаясь собрать мозги в кучу и найти слова, которые вдруг отказывались выстраиваться в нормальные фразы. - Хватит! – жестко оборвал его жалкую попытку потянуть время Капитан и приказал: - Раздевайся! Или Солдат тебе поможет, мне надоело терять время! - Хрен тебе! – всё же отыскал у себя яйца Брок, и сморгнул: какого черта голый Кэп раздвоился? - Солдат, сними с лейтенанта одежду, живо! – да что же эти Капитаны так громко орут? Легкое, как воздушный шарик, но ужасно неповоротливое тело мотнуло и стало прохладно. В голове даже немного прояснилось, пришло осознание, что наклевываются нехилые проблемы с самоконтролем, а этого Брок жутко не любил. - Кэп… - и поперхнулся воздухом, когда по его ноге ощутимо прошлась горячая ладонь и замерла на блядском укусе блядского Зимнего недалеко от поджавшихся в шоке яиц. - А вот это уже не смешно… - от холода в голосе Капитана передернуло не только Брока, старательно пытавшегося удержать мозги в рабочем состоянии, но и Зимнего, что замер, сжимая содранное Броково тряпье. Тяжелый взгляд давил, побуждая признаваться в любых грехах, лишь бы получить отпущение и свободу, только вот Брок не считал себя виноватым, поэтому лишь недоуменно задрал брови. Но услышав вопрос, устало вздохнул, потому что уже устал от творящегося абсурда. - Значит, ничего, говоришь. Ничего у тебя не было с Солдатом. А с кем тогда? – большим пальцем Капитан больно надавил на след укуса. Брок зашипел, недавняя ясность ума быстро терялась, ему стало холодно, всё еще голодно, и нога вообще-то болела… - Ай, больно. Отъебись, фу!.. - Он недовольно дрыгнул ногой, и потянулся к теплу. Тепло было сзади и спереди. Но спереди тепло причиняло боль, поэтому Брок вжался в теплое за спиной, а еще и укутался… чем нашел. Нашел одну горячую руку, а вторая оказалась холодной, поэтому пришлось замотать ее тряпками. А еще он обнаружил одеяло и довольно обустроил себе гнездо с грелкой. Странное всё-таки имя у грелки: Зимний солдат… Брок не замечал, что озвучивает всё, что делает, впрочем, сейчас он толком и не осознавал, что именно делает. - …Зимний – это же холодный, да? Но он горячий, моя грелочка, чего так холодно-то? Капитан… тоже горячий, но плохой… он делает боль и ругается! И давит… всё давит и давит!.. надоело… а Зимний… кто Зимний… а… вот, одеяло! Я люблю одеяло… а чего так много Капитанов… и все злые… а я в домике! Вот! Не достать меня! И это… зачем железная рука? Холодно! Мне теплую надо, а холодную из домика вон! И одеялко… еще поесть… или поспать? Устал… спать? Только чтобы не кусали больше… и не холодно… и черт!.. *** Проснулся Брок с жуткой головной болью, тремором конечностей и ломотой в костях и, слава богу, не в апартаментах Кэпа. Хотя горящий огонек видеокамеры напротив постели не позволял расслабиться. Хотелось пить, по нужде и сбежать, ну и чтобы наручники на руках ему только привиделись. Но горло драло так, что даже просипеть ничего не получалось, а помимо рук, ему еще и ноги обездвижили. Типа так боятся его побега? Его шевеления быстро заметили, потому что не успел он толком осмотреться, как дверь с тихим шелестом сдвинулась, и в дверях возник Солдат собственной персоной, на удивление без своей садо-мазо черной кожаной упаковки. У Брока глаза чуть не выпали – он впервые видел этого отморозка во вполне приличном цивильном тряпье, которое правда не отменяло злобного, угрюмого еблета. За столь эффектным явлением Железного Кулака Гидры появление человека в белом халате прошло совсем незаметно. Осторожно обойдя вставшего у изголовья Брока Зимнего Солдата, доктор нервно прочистил горло. - Так, что тут у нас… состояние всё еще тяжелое, но кризис прошел… - потер вспотевший лоб док, считывая показания с мониторов. – Потребуется еще некоторое время… - Пи-ить… - наконец смог просипеть Брок и Солдат тут же подал напиться, не позволяя приблизиться доктору. Горло смягчилось достаточно, чтобы можно было уже говорить, а не хрипеть что-то малопонятное. - Как долго я валяюсь? - Эм… - нервно дернул подбородком доктор, метнув взгляд в сторону Солдата в непривычном цивильном прикиде. – Вы поступили к нам… - Оставьте нас! – как же Брока задолбал бесшумно появляющийся Кэп со своими приказами. Док мышью вымелся прочь, даже не пикнув. Капитан без своей черной формы с легкомысленно взъерошенными волосами выглядел… Брок поморгал, сощурился и, спасибо хреновому состоянию, не сумел присвистнуть. Синий шелк рубашки, с закатанными рукавами, открывающими мощные запястья, светлые брюки – это точно Кэп? Как-то до этого он не рассматривал суперов отдельно от их, так сказать, функционала. Без формы эти монстры выглядели горячими молодыми красавчиками, и если не знать, кто они и чем обычно заняты, то Брок скорее отнесся бы к ним с легкой завистью: в его годы приходилось уже жестко работать над собой, чтобы не сдать свои позиции, заработанные потом и кровью. Но никогда бы не подумал, что эта без сомнений великолепная парочка начнет подбивать клинья к нему самому. - Не стоит так сильно удивляться, лейтенант, - самодовольно хмыкнул Капитан, притворяющийся молодым безобидным парнем. – Ситуация с вами вышла из-под контроля, именно поэтому вы здесь. - А где это: «здесь»? – облизнул пересохшие потрескавшиеся губы Брок и подергал прикованными к лежаку руками. Солдат нахмурился, воровато метнул взгляд в сторону Кэпа и снова подал ему воды. Отказываться Брок не стал – его мучила серьезная жажда, хоть глотать было больно. - Здесь – это в ведомственной клинике закрытого типа. Для особенных пациентов, - Кэп раздраженно отобрал у Солдата стакан. – Солдат, оставь нас. - … - железная клешня, практически скрытая длинным рукавом легкого пуловера, сжалась в кулак с нехорошим лязгом, но, под давлением уверенно-безмятежного взгляда бирюзовых глаз Капитана Гидры, Зимний Солдат сник и, шаркая, очень медленно двинулся к двери. - Немедленно, Солдат! – хлестнул холодный голос и Солдат, вылетел прочь, бросив напоследок отчаянный взгляд на Брока. – Не понимаю причин привязанности Солдата к вам, - недовольно процедил Капитан. – Вы обычный, мало чем примечательный вояка, каких много в моей Организации! Брок даже о плохом самочувствии позабыл, вытаращившись на Кэпа, что сейчас был похож на обиженного подростка. «Мало чем примечательный»? Ну и нахера… в смысле, как тогда объяснить все эти пляски вокруг его волосатой задницы в исполнении Его Гидрейшества? Кажется, до Кэпа дошло, что и кому он высказывает. - Вы лейтенант, словно угорь в темной воде, - вдруг пугающе мягко и спокойно начал Кэп. - Вроде вот, вы уже в моих руках, но тут же выскальзываете, – широкая сильная кисть ухватила Брока за челюсть. – Я трачу на вас непозволительно много времени… - Мы уже на «вы»? – с жестко фиксированной челюстью особо не поговоришь, но Брок был уверен, что его прекрасно услышат и отлично поймут. – А насчет вашего времени, Кэп – моей вины тут по нулям. Инициатива была не с моей… - пальцы сжались сильнее и Брок заткнулся – перелом челюсти не входил в топ-десятку его пожеланий для себя любимого. - Не зарывайтесь… ся, лейтенант! Я всегда получаю то, что хочу, но просто ненавижу тратить на удовлетворение простых физиологических потребностей так много времени и ресурсов! - Пфе-стете… - просипел Брок, подумав, что жить ему хочется больше, чем безрезультатно отстаивать свою невъебенно драгоценную нетронутость жопы – а вдруг Кэпу хватит одного раза и… - За что ты просишь прощение, Рамлоу? – с холодным интересом спросил Кэп и, слава Гидре, отцепился от уже опасно похрустывающей челюсти Брока. Тот осторожно подвигал едва не потерянной частью тела и тяжело сглотнул: один раз – не пидарас? - За трату вашего времени впустую, мой Капитан, - максимально искренне ответил Брок и преданно уставился в небесные гляделки самого страшного существа на свете: может, ему повезет и, наигравшись, это чудовище почтит своим высочайшим вниманием какого-нибудь другого несчастного, оставив его в живых? - Вы рискуете, играя со мной… - холодно прищурился Капитан, но Брок, забыв о наручниках, дернулся поднять руки, и быстро выпалил: - Никаких игр! Просто опыта нет и состояние пока не особо бодрое, мой Капитан, - ну, а чего, ни слова лжи, Брок уже смирился, так что нечего так подозрительно щуриться! – Но я осознал предоставленную мне высокую честь и готов… ну, чтобы только потом… ну… - блядь, как бы правильно сформулировать-то, чтобы не нагрубить? «Трахни меня разок и забудь, только оставь живым и дееспособным»? - Условия? – полные губы растянулись в устрашающей улыбке, у Брока совсем не иносказательно поджались от страха яйца. - Я просто… - Ну-ну, продолжайте, мне даже интересно, во что вы… ты оцениваешь свое тело, лейтенант? Должность, деньги, или… - От кураторства освободите, - выпалил Брок заветную мечту и осторожно закончил, вжимаясь головой в подушку от переставшего улыбаться Кэпа, - ну и перевод куда подальше… - Нет! – тяжело бухнулась на пол дверь, выбитая с ноги. Солдат рванул к Броку, тот малодушно закрыл глаза. В текущей ситуации он не в состоянии дать отпор и хоть как-то защититься. Вот только добраться до его обездвиженного тела отморозок не успел. - Стоять! – перехватил несущееся к Броку тело Капитан, от раздавшегося грохота желание открывать глаза испарилось полностью. Ну их, психов этих сверхчеловеческих, Брок вообще-то болеет, вон, из кризиса только-только вышел… - Не отдам! – ревел Солдат, впервые не подчинившись своему обожаемому Капитану. Брока мотнуло вместе с кроватью в сторону, но он продолжил косплеить спящую красавицу, философски подумав о том, что Капитан – странная личность не только в силу своего положения, власти и влияния, но… как вообще зовут этого сверхчеловека? Почему «Капитан», а не король, господин, властелин черный, в конце концов? Откуда он взялся на пару с оболваненным обнулениями Солдатом? Почему… кровать еще раз мотнуло под вопли и грохот хрупкой медтехники и Брок опасливо подергал гребанные наручники. Свалиться с этой хромированной дуры, будучи прикованным, да на крошево стекла с обломками пластика и металла ему не улыбалось. От пробившего нервяка даже головная боль прошла – если б его наручники сейчас каким-то чудом испарились, то Брок бы тоже испарился отсюда в мгновение ока, как есть: голым, больным и без документов – лишь бы подальше от этих двух горилл, что не поделили между собой его потрепанную тушку. - Солдат! Отставить! – безуспешно кричал Капитан, но вошедший в амок Солдат ничего не слышал, продолжая рваться к Броку, повторяя заезженной пластинкой: - Моё! Не отдам! Моё!.. - Хватит, Сол… - смачные удары и вдруг Капитан заговорил на грубом русском: - Желание. Ржавый. Семнадцать. Рассвет. Печь. Девять. Добросердечный. Возвращение на Родину. Один. Товарный вагон… При первых же словах Солдат отчаянно заорал и забился как припадочный. Ошалевший от происходящего Брок даже рискнул приподнять голову, чтобы оценить диспозицию… старательно запоминая легендарный код управления Солдата: оказаться свидетелем такого – случай на миллион. Повторять вслух не самые удобные для произношения русские слова Брок не рискнул, прекрасно помня о нечеловеческом слухе Кэпа. - Солдат? – напряженно спросил Капитан и Брок, даже зная, чего ожидать, непроизвольно дрогнул всем телом, услышав в воцарившейся тишине глухое: - Я готов отвечать… В этот момент Брок просто мечтал отключиться, стать невидимкой или предметом мебели – лишь бы не стать объектом внимания. Только вот в последнее время фортуна повернулась к нему кормой, не собираясь прислушиваться к его желаниям. - Солдат, выйти за дверь и охранять! - Принято! – потускневший взгляд равнодушно скользнул по Броку и Солдат вышел, оставив его наедине с Капитаном. - Рамлоу. - Кэп? – сдался Брок, не позволив себе даже нотки гонора в ответе, и Кэп это услышал, смягчив ледяной тон. - Мы прервались на обсуждении условий, Рамлоу. - Так и есть, Кэп, - сжал и разжал кулаки Брок и нашел у себя яйца посмотреть в глаза пылающего жаром, взъерошенного и безумно опасного Капитана. - Кураторство и почетная отставка? – мурлычущим тоном уточнил Капитан, но Брок не прогнулся. - Освобождение от кураторства и перевод в другую страну, Кэп, - Брок облизнул пересохшие губы, обливаясь потом и мечтая о простых человеческих радостях: свободе, жратве, помывке и возможности справить нужду! Горячая рука перехватила запястье, сминая наручник вместе с кистью, больно защемляя кожу. Брок не пикнул и взгляда не отвел. Он и без того согласился на многое. - Желаешь продолжить службу на меня, лейтенант? – вопрос был ловушкой, какой бы ответ Брок не дал бы, всё равно оказывался в пролете. Единственное, что оставалось – быть честным. - Кэп, я хочу вернуть свою жизнь ДО всего этого, уж прости, если разочарую. - До? – кривая улыбка не затронула глаз. - ДО кураторства и отлучения меня от МОЕЙ команды, Кэп, ДО твоего интереса ко мне. - Ты зарываешься. Снова и снова. Став моим, ты останешься моим навсегда. От Гидры не уходят. А Гидра – это я! – второй наручник постигла та же участь, но Брок даже не покривился – на фоне происходящего пиздеца эта боль ничто. - Я не отказываюсь служить, я умею это делать, Кэп, но как солдат, а не подстилка и не нянька. - Считаешь, что Я нуждаюсь в подстилке? - Не… - Брок облизнул пересохшие до болезненных трещин губы. - Ладно, я понял, не мне ставить условия, так? - А говорил, что подыхать будешь, но под меня не ляжешь, - ухватил его за горло Капитан, одновременно грея и перекрывая дыхание. – И где теперь твое самомнение? Даже за условия больше не бьешься, сдался, лейтенант? - Да, - просипел Брок, не отводя взгляда от пылающей бирюзы. – Сдался. Примешь мою капитуляцию, Кэп? – хватка на горле усилилась и Брок уплыл в благословенную тьму, так и не получив ответа.