Мир познает мир

Проходит чуть больше месяца, и Мир привыкает, но выматывается. Работа – учеба – сцена – дом, и так по кругу день за днем. Он иногда поесть не успевает, чувствует усталость и понимает, что пора поспать лишь тогда, когда засыпает над учебником глубоко заполночь. Учеба вдруг становится важнее – Лиза замечает, что ему неплохо было бы подтянуть оценки. Славка смеется и говорит, что Мирон прогибается, как заправской гимнаст. С этим задавакой и хулиганом почему-то легко общаться, даже приятно: Слава неглуп, у него забавное чувство юмора, а еще он любит кофе и Квинз и оценил примерно сотню фотографий Котлеты. Он даже был у Мирона в гостях, пил чай с другом и теткой Наташей, нахваливая ее выпечку к чаю. Не ахти какой подвиг, конечно, - как можно отказаться от шикарных свежих плюшек и уютного разговора с вежливым человеком, пока Мир ищет папку с рисунками, за которой они и приехали. Они мало знают о прошлом друг друга, предпочитая узнавать настоящее. Мир мог бы многое рассказать о том, что ему пришлось пережить за не столь долгую жизнь, но он предпочитает отмалчиваться. Слава рассказывает о себе что-то незначительное: его мама любит не только театр, но и искусство в целом, а отец когда-то пел в кабаке, где и нашел будущую жену. Девушка, с которой Славу поссорила Лиза, больше Славиной девушкой не является – она теперь его невеста, но это скрывается от Лизы с огромной тщательностью. Славка ее не боится, нет, просто разумно осторожничает при общении с неразумным человеком. Лиза на репетициях отрывается на Мире, как велит ее темная душа. Мир перечит ей в меру сил и возможностей и украдкой ловит ее темный же взгляд, скользящий по чужим лицам. Вскоре постановка должна состояться, Мирон наконец научился произносить слова так, будто он – великий лишний человек, а не студент, сползающий с грани отчисления. В положительную сторону, конечно. Общение с Лизой к окончанию работы над Горем ожидаемо сойдет на нет, и Мирон готов нырнуть в затяжную хандру, несмотря на то, что его план претворяется в жизнь. Мир меняется, как и его жизнь. Наташа им гордится и обещает прийти на выступление, даже отгул на работе заранее оформила. Лиза шипит на всех и обещает Миру, что, в случае успеха постановки, она выпьет с ним чашечку кофе в модном кафе. Слава советует украдкой плюнуть ей в чашку, но Мирон отказывается. Он очарован и обожает Лизу всей душой, в каждом ее действии ему кажется чудо. Каждая ее улыбка – счастье. Мир больше не курит. Он подстраивается. Потому что только так Лиза улыбается ему чаще, чаще заглядывает в глаза и роняет слово-другое – и при всех отшивает очередных поклонников, демонстративно смотря на в сторону Мирона. Слава говорит, что надежды Мира смешны, его жалко, его хочется спасти. Но Миру спасение не нужно. Он хочет дальше падать на дно выразительных глаз, обрамленных пушистыми ресницами. Обманчиво-спокойных, лживо-нежных, якобы сочувствующих… Мир знает, что каждое ее чудесное действие – вранье. Как минимум для него самого. Но он верит, верит, не прекращая. Он же уже подстроился.